Байкальские джунгли
«Селенгинка, живописная своими порогами и озером Соболиное, прекрасна и в верховьях – своё начало она берёт не менее, чем из девяти озёр в мощных подгребневых карах и цирках. Причём некоторые озёра немаленькие (например, Раскат). Но путь туда многократно сложнее, чем до озера Соболиного ввиду отсутствия тропы и присутствия медведей», – слова Сергея.
Верховья Зун-Селенгинки в таёжной части сложны для брода. Струя с ног свалит, местами глубина по пояс. Упадёшь – помчит по течению, не остановишься. Захлестнёт о камень, минимум – сильный ушиб получишь.
Идти в верховьях сложно. Типичное байкальское бестропье. Многогранная растительность, начиная от бадана, заканчивая стлаником замедляет передвижение. Тут попадаем в знаменитые байкальские джунгли. Это образное название, используемое для описания местности, прилегающей к озеру Байкал, особенно района озера Соболиное, которая славится своими густыми зарослями папоротника и дикой природой, напоминая тропические джунгли.
Северные склоны Хамар-Дабана являются самыми влажными в Прибайкалье. Наличие высоких горных цепей и обширной водной акватории определяет климатические особенности всего района, заключающиеся в интенсивном круглогодичном выделении осадков. А уж лицезреть нетронутые джунгли вдали от любых человеческих троп – редкое счастье.
Как же разительно отличаются байкальские джунгли от истоков реки! Суровый камень, снег и лишайник, где, кажется, лето не наступает никогда. Чуть более десяти километров по прямой – а местность вокруг лагеря отличается разительно. Мне даже снились наши палатки, как мы видели их издалека, когда выходили и возвращались обратно два дня назад. Хамар-Дабан – древний и суровый. Чувствуется особый запах гор и тайги, знакомый только тем, кто бывал в Хамар-Дабане. Мало найдётся таких людей, кто окунулся в глубины хребта и не захотел бы туда снова.
Я проснулся полседьмого. Сквозь шум реки слышался щебет птиц. Рядом, как всегда, храпел Ваня, лишая любое утро умиротворения. Аккуратно, чтобы не стряхнуть капли конденсата, я расстегнул тамбур. Снаружи голубое небо извещало о хорошей солнечной погоде. Более лежать мне не хотелось, поэтому я решил покинуть палатку.
Солнце уже поднялось и сквозь деревья освещало долину. Утренняя свежесть наполняла лёгкие вне зависимости от моего желания. Странно, что нет тумана, думал, упадёт ночью. Тент палатки уже сухой снаружи. Я чувствовал себя отдохнувшим, бодрым, готовым переворачивать мир. Ничего не болело, даже мозолей не было.
Наш лагерь спал, я встал первым. В палатках никакого движения. Изредка кто-то всхрапнёт или повернётся (или постоянный треск, словно работающий дизель-генератор, из моей оранжевой палатки). Такое утро я десятки лет назад видел в фильмах, о нём читал в книгах. А вот теперь такие туристы – мы. Шестой день нашего путешествия начинается.
Было бы желание моего мозга – спал бы дольше, нет необходимости рано выходить. Да вот только не спится что-то. Решил заняться полезным делом. Например, развести костёр и вскипятить воду. За растопкой отправился вглубь леса к берёзам. И сразу же погрузился в тёмный зелёный мир. Он окутал меня со всех сторон, пытаясь поглотить и сделать частью себя. Не хватало лишь обезьян с ягуарами, да каких-нибудь смертельных змей. И хорошо, что не хватает.
Все сухие дрова, найденные вчера, сожгли. Остатки отсырели за ночь, а других относительно сухих дров не было. Даже береста не хотела гореть, только скручивалась и тухла. За весь поход я ни разу не разводил костёр, расслабился и как-то халатно отнёсся к сырым дровам. Вот и не загорало ничего. А ведь бывало, что давал мастер-классы по разведению костра в дождь. Но огонь всё равно заполыхал. Я поставил воду, а тут и палатки зашевелились.
Появившиеся товарищи выглядели опухше, смешно и слегка заспанно. Ночь прошла хорошо, все отдохнули, выспались. Завтрак завтракался в лучах солнца и неспешных передвижениях. Пока собрались, пока поели, утренняя прохлада ушла. Сытые, отдохнувшие, с прекрасным настроением готовы и дальше измерять километры байкальской тайги.
Самое долгое – свернуть лагерь и выйти. Скорость сборов исчисляется по последнему, поэтому самые быстрые ждали до получаса. Вчера мы прошли больше половины пути. По моим исчислениям прямого пути выходило 13 км. По треку Сани – 17 км. Сегодня по карте расстояние составляет 10 км. Минус три километра по дебрям горной реки – это существенно.
Наконец, собрались. В путь! Джунгли, сплошные джунгли, папоротники в рост человека, неизвестная форма растительности, прячущиеся велоцирапторы. Вот где такое увидишь ещё? Столь больших папоротников я не встречал никогда.
Продолжаем открывать для себя долину Зун-Селенгинки. Целью на сегодня является озеро Соболиное. Как минимум, его юго-восточный берег. Судя по карте, там песчаный пляж. Возможно, там остановимся. Юля расхваливала этот пляж и голосовала за него. Мне по душе был берег, который я посещал два года назад. От места стоянки отошли на несколько сот метров, уткнулись в скалу по левую руку. А потом начались острова.
Вернее, один остров, на который пришлось переходить, чтобы обойти прижим. Что-то новое в нашем путешествии. Речные округлые камни мы ещё не встречали. Кто-то перебродил прям по воде (например, Макс и Юля), кто-то перелетал с камня на камень, не замочив ног (например, я). К сожалению, островная часть пути длилась недолго. Перейдя от дальнего мыса к берегу, упёрлись в скалу.
Очередной прижим высился метров на 30. Просто так не поднимешься, придётся возвращаться немного назад. И вот возобновилось наше карабканье по крутым склонам с минимальной скоростью. Обход по крутому склону завершился ущельем очередного ручейка, пришлось спускаться вниз. Вот так – вверх-вниз десятки метров и шли.
Ручеёк привёл к поросшей папоротником долинке, скорость увеличилась. К слову, этот единственный прижим забрал у нас немало сил. Да ещё и чем выше поднимаемся, тем жарче. А у воды благодать – свежо, ровно, идти легко, главное – под ноги смотри, не запнись о случайные коряги и камни.
Первый привал устраиваем перед вторым островком, по которому решаем обходить отвесные скалы. Пока потребляем только воду, воды нам нужно много. Проверяем расстояние – несколько километров уже позади. Хорошо. И темп хороший, насколько это возможно. И настроение замечательное!
Конечно же, глядя на наши улыбки, левый берег решил испортить нам настроение очередным прижимом и набором высоты через все заросли и камни. Ни то, ни другое надёжностью не отличалось. Даже казавшиеся прочными стволы деревьев ломались под ногами. Трижды я падал в ущелье. И каждый раз меня спасал рюкзак на спине, принимавший на себя основной удар.
Снова заканчивались силы, снова отдыхали всё чаще. За постоянными и активными сменами высот не успевали фотографировать. Что и говорить – изматывают эти байкальские джунгли. Но непередаваемые ощущения от того, что мы, люди, идём в этой глуши, где очень мало кто был, вдохновляли идти дальше.
– Тебе здесь нравится? – спросил я Сергея.
А тот словно и не устал, шёл, любовался:
– Конечно! Смотри, какие тут тополя! Ты видел такие? Реликтовые тополя Хамар-Дабана!
Он был единственным, кто получал истинное удовольствие от этих дебрей.
В те редкие моменты, когда, выбиваясь из сил, поднимались совсем высоко, могли наслаждаться горным массивом меж ручьём Топографов и Медвежьим ручьём. Тайга круто взбиралась по склонам, оставляя обнажёнными лишь каменные вершины. Крутой и опасный гребень словно ждал самых отчаянных.
Порой встречались совсем небольшие прижимы. Их мы облезали прямо тут же, без восхождения на крутой склон. Идти рядом с водой интереснее, хоть зачастую и опаснее. Пару раз на скалах находили старые стволы деревьев, занесённые каким-то особенно крупным половодьем и так и оставшиеся с тех пор ждать своей участи.
Вышли мы сегодня поздно – в 11 часов утра. И вот уже позади пять часов беспрерывного движения через бурелом, прижимы, стланик, ущелья. Останавливаясь, считали, насколько далеко прошли от устья ручья Топографов. Перед началом нашего походя я считал, что самым тяжёлым будет третий день, но Сергей упорно ставил на ущелье Зун-Селенгинки. По признанию многих, Сергей был прав.
Промежуточная цель заявлена при впадении в Зун-Селенгинку её самого крупного притока – Барун-Селенгинки. Последний берёт начало к северу от перевала Степного, за гребнем близ озера Раскат. Охватывая горный массив, две реки сливаются в пяти километрах от озера Соболиного. Если верить карте, дальше должно быть проще. Изучая информацию о Барун-Селенгинке, мы нашли лишь то, что она нехожена, неисследована, а группа, пытавшаяся пройти по реке, в основном, обходила на сотни метров выше. И вот мы услышали впереди журчание и вышли к реке.
Широким потоком лежала перед нами Барун-Селенгинка. Многие дни я думал, а сможем ли мы её перебрести. А что, если она такая же опасная, как и Зун-Селенгинка? Впрочем, когда я увидел реку, отлегло. Сейчас мы аккуратно её перебредём прямо вот тут. Благо, не глубоко и течение позволяет. Первым прямо в сапогах перешёл Макс, уставший Ваня также не желал разуваться. Кто-то переходил в резиновых сапогах, используя их лишь для защиты ног от камней. Наконец, аристократично раздевшись, переходили я, Саня и Зорик.
Как же классно освежила река! Перейдя, я ещё и умылся. Стало совсем хорошо. Что можно сказать о переправе. Будь воды побольше – перебрести проблема. А в целом вполне себе легко. Главное не поскользнуться. На противоположном берегу остановились на обед. Вот такой он у нас сегодня – в пятом часу. Умывшись и освежившись, теперь оставалось подкрепить организмы, восстановить силы и тронуться дальше.
Когда обсохли, наелись, собрались идти вторую часть пути на сегодня. После слияния двух Селенгинок отпадают корневые основы Зун- и Барун-. Теперь по правую руку хлебнём шири объединённой Селенгинки. О переправе страшно подумать с таким объёмом воды!
Дальнейший путь лежал по каменному пляжу. От валунов до гальки – все виды камней представлены на берегу. Скорость увеличилась. Пройдя слияние рек, я с удивлением обнаружил, что Селенгинка в этом месте не бурная и не стремительная. При желании можно и перебрести. Глубина вряд ли выше пояса.
Если и встречали прижимы, то такие, что можно пройти по камням вдоль берега. Неужели мы выбрались из самых непролазных мест? Крутые склоны отступили далеко влево, а впереди открывались взору ворота реки, скоро уже выйдем к озеру. Ну, через несколько километров.
Селенгинка разделялась на множество рукавов, мы постоянно переходили с берега на берег. Иногда углублялись в чащу и не слышали шума реки. Долина расширялась. Судя по карте, все прижимы остались позади. Расстояние уменьшалось стремительно. Совсем скоро ожидаем выхода к озеру.
Чем дальше влево забирали от Селенгинки, тем больше попадалось заболоченных мест. Мягкая чавкающая почва говорила, что расслабляться ещё рано. Через некоторые ручьи можно перейти только по поваленным деревьям. Почуяв вкусную пищу, со всех щелей вылетели комары, мошки и с остервенением начали кусать нас.
Вечерело. Теперь нужно как-то найти подходы к озеру.
Бывавший тут Серёга сказал, что вдоль ручья Красного тянется тропа. Так что нам нужно кратчайшим путём идти к нему. Сам по себе ручей Красный является тем самым, на котором расположен водопад Сказка, поэтому тропа нахожена. Кратчайший путь шёл по бурелому и в подъём. Но оно того стоило. Вскоре группа вышла на ручей.
Здравствуй, след цивилизации! Вот мы и вышли на тропу. Я посмотрел карту, да, она ведёт прямо к пляжу. По бревну перешли ручей. Как это часто бывает, наступило расслабление. Ой, как не вовремя! Когда находишься в режиме высоких физических нагрузок, организм аккумулирует силы для преодоления препятствий. Но едва появляется тропинка или дорога, как сразу переходит в режим опустошения и подготовки к отдыху.
В какой-то момент мы повернули не туда. Поняли это, конечно, позже, когда упёрлись в утопленное старое дерево, являвшееся когда-то мостиком. А сейчас придётся вброд переправляться через илистый ручей. Я снова разуваюсь, а большинство идёт прямо в обуви. Кажется, сухие ноги остались только у меня и Зорика. Едва не потеряв тапочки в иле, вышел на тропу противоположного берега.
Наконец в вечерних сумерках вышли к протоке, отделяющей нас от пляжа. Пляж мне не понравился с первого взгляда. Заболоченный, грязный, вокруг тьмы комаров. Пока я исследовал побережье, возникла неразбериха, кто-то Максу сказал, что нужно перебредать и бедный Макс перешёл по грудь в воде через протоку. Вот, ещё и вода по грудь в копилку. Всё указывает на то, что нужно идти к проверенным местам на высоком берегу озера. Эту же мысль высказал и Сергей. Возник небольшой спор, но в конце концов логика и здравый смысл возобладали, мы оставили этот неприятный пляж и пошли дальше.
Идти вдоль озера приходилось практически по сплошному прижиму. На крутом склоне левее рос стланик. Как я узнал позже, через него ведёт плохопролазная тропа. Но с рюкзаками там вообще невозможно пробираться. Я твёрдо решил вспомнить турниковую молодость и пробираться по ветвям, аки обезьяна над водой. Часть группы с мокрыми ногами если сначала и пыталась идти по камням, то при первой преграде добровольно опустились в воду, пойдя вдоль берега.
Со всеми этими спорами я не успел поприветствовать долгожданный водоём. Пока я пытался идти посуху, остальные ушли морем, оставив меня одного. До места стоянки около семисот метров непростого пути, я шёл последним, теперь никуда не спеша и предоставляясь сам себе. Здравствуй, озеро Соболиное! Рад тебя видеть! На каком-то не самом сложном прижиме, расслабившись, я соскользнул в воду. Моя гордость – сухие ноги – растворилась в горной котловине. Теперь я уже как все пошёл по колено в озере вдоль берега.
Этот вариант передвижения я даже не рассматривал, а смотри-ка, он появился. Иду, не торопясь, размышляю о прошедшем и грядущем, благо, вечерняя тишина позволяет. Обогнув толстый мыс, я увидел выход на берег и хорошо натоптанную тропу. Тут уже недалеко, последние шаги. Могучие тополя приветствовали меня, папоротник пытался коснуться рук, я погладил его.
Вечернюю идиллию нарушили голоса. Я вышел к небольшому мосту, за которым вся честнАя компания собиралась ставить палатки. Ваня уже выбрал подходящее место под нашу палатку. Два года назад я был не в этом месте, но тут мне понравилось. Оно тоже пользовалось популярностью и было оборудовано. На избранном месте мы разбили палатку, где нам предстоит остаться на две ночи.
Серёга с Ваней мне рассказали, что ходили до дальней стоянки (там, где я ночевал два года назад), но на ней всё порушено, много мусора, вот они и приняли решение останавливаться именно в этом месте, рядом с ручьём. Никто и не возражал.
Наша нынешняя полянка имела кострище, старый тент и скамейки. Тут же нашли чайник и решётку для жарки рыбы. Что ж, место неплохое. Теперь можем готовить ужин до ночи, спешить больше некуда. Сейчас очевидно, что поступили правильно, выбрав для стоянки именно этот берег, а не заболоченный унылый пляж. Комаров тут минимум, место сухое, дров достаточно. Поставив палатки, привели себя в порядок, переоделись и приступили к готовке.
Шестой день нашего путешествия подходил к концу, а я ни разу не варил ужин. Такое со мной впервые. Даже дрова искал не всегда. Эти функции любезно взял на себя Саня. Сразу виден ответственный, честный человек с большим опытом. Можно было и расслабиться. Ужинали мы в темноте. Макс так замёрз на переправе, что после ужина сразу укутался в спальник и скрылся в палатке.
После ужина я какое-то время ещё сидел у костра. Как и всегда, пища придала сил, но накопленная за два дня тяжелейшего пути усталость накатывала всё сильнее. Ушибы от падений болели. Завтра у нас днёвка, можно поспать подольше. Люди уходили один за другим в палатки. Постепенно становилось холоднее, упала роса. В какой-то момент меня затрясло от холода, я понял, что пора спать.
Забравшись в палатку, я даже переодеваться не стал. Так замёрз, что прямо в куртке и чулках от резиновых сапог забрался в спальник. Пытаясь согреться, под беспощадный храп Вани я провалился в сон.