Выгребая из Иката
День 7.
Жаркая ночь закончилась. Печь настолько нагрела небольшое зимовьё, что в предрассветных сумерках я, преодолевая сон, встал и открыл дверь. Утренняя прохлада сразу пробралась внутрь. Вообще-то открывать дверь в таёжное зимовье ночью не нужно, мало ли кто может зайти внутрь – недостатка в ночных жителях в ночном лесу нет. Но очень уж душно и жарко внутри. Да и вряд ли в таком обжитом месте водятся крупные хищники. Посидев возле открытой двери, пока не выстыло, я отправился досыпать эту ночь.
Утром все туристы лежали и вставать не собирались. Новый солнечный день предвещал жаркую погоду. Поэтому не спеша я самолично поднимал товарищей.
Никто особо не торопился. Да и я никого не торопил. Сегодня предстояло как можно ближе оказаться к посёлку Юбилейный, откуда возвращаемся домой. Дорога знакомая, из основных препятствий, собственно говоря, сама дорога и есть. На сегодня планируем около 25 километров, чтобы выйти из хребта. Перепады высот около полукилометра по наезженному пути после всего пройденного – сущая мелочь. После того, как все наконец встали, развесили сырые со вчерашнего дня вещи. Под солнцем они быстро сохли. В это время готовили завтрак и просто лениво ходили вокруг. Наконец, никаких дел более не осталось, начинаем собираться.
Первой, как всегда, собралась Настя. После чего, хмуро смотря на остальных поторапливала, аргументируя дальностью дороги. Я тоже начинал поторапливать. Однако аргументация не приводила к нужным результатам. Всё же до бесконечности собираться тоже нельзя. Солнце подбиралось к зениту, когда последний из нас наконец сложил вещи, и мы впятером приготовились отбывать.
Напоследок восполнили запас дров, потраченных нами за два вечера, убрались в зимовье и оставили часть провизии для следующих посетителей, подвесив к потолку. Вот теперь готовы к пятидесятикилометровому переходу.
С места в карьер нам предстояло набрать высоту в десятки метров - именно тот крутой склон, на котором мы едва не оставили колени и с которого впервые лицезрели Богунду. Продышавшись на подъёме, пошли быстрее. Участок пути до Джюпкоши проходил по той же дороге, которую мы уже знали. Только вот грязи стало больше. И на грязи чётко отпечатались следы медведя. Медведь небольшой, прошёл тут дня два назад.
Долина Джюпкоши встретила нас яркой зеленью и чавкающей дорогой. Сразу за бродом немного отдохнули. В такую жару вода из Турокчи уже заканчивалась. Поэтому пополнили запасы из местной речушки.
От брода дорога вела влево. Мы шесть дней назад шли иным путём, прямиком через тайгу. Нет сомнений, что это та самая дорога, с которой мы так самонадеянно сошли в поисках кратчайшего пути.
Дорога – долгая и нудная – неторопливо потянулась в подъём. Если поначалу ещё оставались следы воды, то вскоре она предстала высохшей. И даже отмеченный на карте ручеёк отсутствовал. Затяжной подъём через перевал Дип Кош выматывал сильнее, чем иной крутой. Спуск в долину Яссы по твёрдой поверхности отбивал ноги. Останавливаясь хотя бы не несколько секунд, мы привлекали тучи кровососущего гнуса, непонятно откуда появившегося тут за неделю. Но всё же мы вышли на развилку, с которой так некстати в первый день ушли через лес.
И вновь перед нами разлеглась вся ширь Яссов – долины речки Яссы (Яссинка – как её называли местные). Изумрудные пейзажи слепили глаза, а подёрнутое лёгкой облачностью небо лишь подчёркивало контраст. Набежавший ветерок освежал – в столь жаркий день это ой как нужно. К тому самому центровому дому мы не пойдём, от вагончика наискось вела поросшая травой колея к дороге, по которой мы ехали на «Нивах». После твёрдого лесного грунта поле ощущалось, как ковёр. Яссы нужно не описывать, в Яссах нужно побывать.
За речкой решили устроить привал. Прошли уже 12 км, неплохо, учитывая, что шли всего три часа. Пора перекуса. Я посмотрел на Яссинку. Она имела явно нездоровый вид. Ничего общего с горно-таёжными реками. Хоть и прозрачная, а всё же казалось, что недостаточно проточна, только кипятить. Набрали воды сколько могли, после чего тщательно прокипятили. Привал затянулся на час. Мы наелись, напились, остатки кипячёной воды слили в пустые бутылки. Мало ли, что нас ждёт впереди. На карте отмечены реки по пути нашего движения, но что-то я неделю назад их не видел из окна машины.
Теперь предстояло зарядиться на долгий переход. Хотелось-то лежать на траве под открытым небом, обдуваемым лёгким ветерком. Но план есть план. А его за сегодня мы и на половину не реализовали. Пока есть силы, пока не сбиты ноги в кровь, нужно идти. Выйдя на нужную нам дорогу (а их, к моему удивлению, в Яссах оказалось несколько), направились в нужном направлении. Несмотря на прошедшие осадки, дорога оставалась достаточно сухая. Поэтому могли идти быстро, без остановки. Я был настроен на постоянное длительное движение – на заре своей путешественнической карьеры и по 40 километров в день проходил, в том числе, по бездорожью. А уж всё, что менее 30 км в день, не считалось серьёзным походом. Бэкграунд оставался. У Вани тоже этот громадный опыт имелся – он шёл рядом. Но несколько раз приходилось ждать тех, кто такую жизнь не проживал.
Мы шли, словно машины, минимизировав отвлечения на посторонние раздражители. И это чуть было не аукнулось нам. Кто бы мог подумать, что мы встретили ещё не всех жителей Икатского хребта. Посреди дороги лежала палка. Одна из многих палок, встреченных нами. Только вот какая-то гнутая. И лишь в последний момент, за метр до палки, я увидел, что это змея.
На дороге грелся щитомордник. Я ранее видел этот вид змей, поэтому сразу идентифицировал. Широкая голова, с хорошо выраженным шейным перехватом. Окраска верхней стороны тела серо-коричневая. При нашем приближении змея быстро завибрировала кончиком хвоста. Я шёл первым, поэтому успел остановить всех. Щитомордник мог совершить молниеносный бросок с укусом, если посчитает, что мы угрожаем ему. Поэтому я на корню пресёк глупые предложения ткнуть его палкой или приблизиться. Аккуратно обходим и идём своей дорогой. Поняв, что мы не представляем угрозы, змея успокоилась и замерла. Спустя километр попался второй, совсем маленький щитомордник. Я их мог годами не видеть, а тут сразу два! Выползли погреться. Маленький тоже агрессивно защищался, мы его обошли.
Медленнее, чем хотелось бы, сокращалось расстояние. Мы прошли перевал – место, откуда расходятся реки Яссинка и Жаргаланта. Тут стояла беседка с призывом беречь природу. В пику просьбе внутри собрана стеклянная тара из-под алкоголя в большом количестве, щедро присыпанная окурками. Я не удивлюсь, если её оставили те же люди, которые крепили табличку.
До выхода из леса оставалось около пяти километров. У нас заканчивалась вода. Сколько я не смотрел, так и не нашёл ручейка. Лишь в одном месте журчал. Я вгляделся в чащу в поисках блика воды… и увидел медведя. Небольшой пушистый медведь сначала щипал травку, потом резко дёрнулся и уставился на меня. До чего же он красивый! Милый, пушистый, как с картинки! Мне он очень напоминал Бусю – шотландскую кошку, которая уже ждала меня дома. Но как бы красив не был медведь, он опасный дикий зверь. Поэтому я засвистел и зашумел. Медведь развернулся и побежал вглубь леса, а там, где он только что стоял, по дереву вверх спешно карабкался маленький чёрный медвежонок.
– Бежим! – крикнул я, и вместе с Ваней и Настей побежали по дороге.
Пробежав около двухсот метров, остановились, начали шуметь и взрывать петарды, чтобы отпугнуть медведей, и наши отстающие товарищи безопасно прошли этот участок.
– От медведя же нельзя бежать, – усомнилась Настя.
– Не в этом случае. От медвежонка мы убегаем, быстро уходим всегда.
Когда к нам присоединились Зорик и Лёха, то сказали, что слышали наши взрывы и крики. Но решили, что мы их предупреждаем, что в этом месте есть вода. Поэтому они спустились в медвежий угол и набрали воды. М-да уж, хорошо, что пронесло.
Вскоре справа и слева от дороги оконечности хребтов опустились в степь, лес расступался, и мы наконец-то вышли из тайги. Ну, вот и всё, Икатский хребет, спасибо за гостеприимство. На границе леса установлен плакат с призывом беречь от огня. А чуть дальше плакат, угрожавший штрафом и отворённый шлагбаум.
Программу-минимум этого дня мы выполнили, вышли из леса. Теперь нужно найти любую чистую воду, чтобы поставить палатки и заночевать. Речки Жаргаланты не оказалось, лишь сухое русло. Поэтому шли от отметки до отметки на карте. Ещё достаточно светло, но мы знаем, как тяжело в таких степях найти воду. Поэтому если найдём, сразу встанем лагерем. Лучше завтра пораньше выйдем и побольше пройдём.
Граница хребта проходит как раз по границе леса. Далее лишь залитая солнцем степь. На километры впереди высились зелёные холмы. Дорога, обрамлённая кустами полыни, тянулась в безбрежное поле. Пологие склоны Иката прощались с нами. Позднеиюньская жара напитывала воздух духотой. И все эти околонулевые температуры трёхдневной давности казались чем-то нереальным. Тем, кто не бывал в горах, сложно представить, что где-то ещё лежит снег.
По ту сторону Баргузинской долины высился одноимённый хребет. Белые штрихи покрывали склоны тёмно-синих пиков. За горами закат окрашивал небо в оттенки оранжевого. Подобное мы уже видели во второй и третий дни. Вот чего мы не видели, так это воды. Оба отмеченных на карте ручейка оказались сухими. Периодически отдыхая, мы быстро шли по степи. Норму по километрам мы выполнили. Болели мозоли. Хотелось поскорее найти воду и встать лагерем.
В первый день мы проезжали рукотворную канаву по мосту. И там была вода. Оставалась надежда, что она чистая. Хотя наличие ферм вокруг развеивало это надежду. Подойдя к канаве, увидели мутную воду, от которой к тому же несло коровьи навозом. А между тем питьё у нас закончилось полностью. Без воды будет тяжко. Видимо, придётся всю ночь идти до Ины. Делать нечего, пошли дальше. Перед нами лежал Уржил.
Небольшой улус Уржил находится в самых предгорьях Иката, в глухом углу Баргузинского района. Хотя нами воспринимался, как ого-го какая цивилизация! Немногочисленные местные жители с интересом смотрели на нас. Населённый пункт километра на полтора растянулся вдоль дороги. Возле нас остановился молодой парень на мотоцикле (позже я узнал, что его зовут Заято). Узнав, что мы ищем воду, он сказал, что тут есть общественный колодец, но он готов нам дать флягу чистейшей воды. После чего сообщил, что можем поставить свои палатки на местном стадионе, он же сцена. Его слова воспринимались, как спасение. Мы нашли стадион-сцену. Следом к нам подошёл мужчина, представившейся Бэликом. Подтвердив, что мы можем разместиться на стадионе и узнав, что нам дадут воды, оставил свой номер телефона, сообщив, что можем звонить ему в любое время, если понадобится.
Не ожидали встретить такое гостеприимство. Приятно удивлённые, прошли на стадион и скинули рюкзаки. Местные жители разглядывали нас, Зорик надыбал где-то парное молоко. Я его не пил четверть века, наверное. Но сейчас оно насыщало – сегодня мы прошли 30 километров. Забрав флягу с водой, мы наконец напились и приготовили ужин. Бэлик угостил сливками и творогом. Ужин порадовал, не ожидали, что придётся ночевать в таких условиях. После чего отправились спать. Никто нас не потревожил.
День 8.
Ночью начался дождь. Не крупный, но постоянный. И утром мы проснулись в 6 часов под нетипичную для июня морось. На ровной мягкой траве стадиона я спал хорошо. Ещё две палатки стояли под навесом сцены на дощатом помосте. До 8 утра нужно было выйти в дорогу. В первую очередь, конечно же приготовили завтрак. Дождь периодически слабел до уровня водяной пыли. Можно было относительно сухими перемещаться между сценой и столами со скамейками также под навесом. Несмотря на непогоду, настроение у нас было хорошее.
Нам повезло, что в сухую солнечную погоду смогли выбраться из Икатского хребта. Восьмой день нашего путешествия начинался дождём и обещал быть, мягко говоря, освежающим. Рюкзаки, не торопясь, могли собрать под навесом сцены, что мы и сделали. Уржильцы по-прежнему с любопытством осматривали нас, некоторые, по-деревенски рано встав, подходили пообщаться. Попутно собираясь и общаясь, мы упаковывались. Вчера Заято сказал, что до Юбилейного 16 километров. Это 4 часа хода. Готовимся и настраиваемся.
Улус Уржил на краю цивилизации, последний форпост человека перед Икатским хребтом с удивительно гостеприимными людьми. Подавляющее большинство населения республики и не знает о существовании такого. Но нам случилось тут оказаться и самим ощутить доброту и отзывчивость местных жителей. Люди живут своим трудом, производят натуральную продукцию, вкус и качество мы смогли оценить. За добро мы могли отплатить только благодарностью. Норма жизни – убрать за собой мусор и поблагодарить за помощь.
Возвратив флягу из-под воды, мы пошли дальше. Мелкий дождь сонно, по-утреннему моросил. Из окон нас провожали местные , наверное, они запомнят, как на стадионе в палатках, выйдя из леса под вечер, ночевали пятеро туристов. И мы запомним добрый улус. За населённым пунктом ровная дорога вровень с окружающей степью уводила нас в туман. С ходу взяли высокий темп и старались не останавливаться.
Следующим населённым пунктом был достаточно большой Баянгол. Баянгольцы тоже не обделили нас вниманием, замедляясь за рулём автомобилей и выясняя, кто мы и откуда, предлагали помощь. Но какая нам помощь нужна – всё в наших руках. Вернее, ногах. Оставшееся расстояние нам нужно было именно пройти. Баянгол оказался достаточно длинным. По ощущениям, проходили его час, с нашей-то скоростью. На выходе прошли мимо остановки – последнего места, где могли отдохнуть, укрывшись от дождя.
От Баянгола к мосту через Ину дорога делала крюк, поэтому мы решили сократить путь и пойти напрямик по степи, благо, что степь была подходящая – ровная, с твёрдой поверхностью. Только мусор портил картину. От баянгольцев мы узнали, что можно вообще идти параллельно линии хребта – так будет минимум километров, только вот моста там нет, придётся бродить через Ину. Ну, нет уж, видели мы её. Она глубже Турокчи. Мы воспользуемся мостом. Километры скрадывались медленно. Открытые пространства степи казались не пересекаемыми. К тому же поднимались тучи комаров. Стоило замедлиться в ожидании кого-то, как они моментально нападали.
Мост через Ину спустя несколько часов безостановочного хода казался почти финишем. По самому первому плану мы должны были переходить реку вброд пятнадцатью километрами выше по течению. Я посмотрел в обе стороны с моста – как хорошо, что мы не бродили. Слишком широкая и полноводная Ина могла не позволить нам перебраться через неё в целостности и сохранности. Да ещё и многочисленные осадки сделали своё дело – она казалась полнее, чем при первом знакомстве. Такие реки нужно не бродить, а переплывать.
За мостом круто повернули налево, в паре километров за пеленой дождя раскинулся посёлок Юбилейный. А справа от нас тянулся знаменитый Ининский сад камней. На очень ровной поверхности из-под земли возвышаются крупные гранитные глыбы размером до 4-5 метров в поперечнике. Они будто хранили какую-то свою тайну, не спеша делиться ей с людьми. Но мы и не настаивали. Может быть, когда-нибудь углубимся в сад, но не сегодня.
Мы шли быстрым шагом без остановки. Как вышли из Уржила, так ни разу и не остановились отдохнуть. По мере приближения к посёлку становилось всё тяжелее, рюкзаки давили сильнее, мозоли болели. Организм, чувствуя близкое окончание высокоинтенсивной физической работы, расслаблялся. Лабиринтами дорог мы приближались к окончанию путешествия.
Стоило нам войти в посёлок, как дождь прекратился. Немногочисленные жители Юбилейного, как и их северные соседи, с любопытством рассматривали нас. Предстояло пройти населённый пункт насквозь, там нас ждал транспорт.
С икатских склонов спускался туман. Он хотел напоследок коснуться нас, попрощаться и оставить добрую память.
Что ж, Икат, мы тебя не забудем! Ты был своенравен, крут, суров и опасен. Но нам понравился. Сбылась моя мечта, я прошёл Икатом. Не всё получилось так, как планировал, но взамен этого мы прошли через испытания, которые останутся в памяти каждого. В пасмурный полдень наше путешествие закончилось, сегодня прошли 18 км, а всего за 8 дней - 138. Завершилось благополучно. Все живы, здоровы и довольны.
Тебе тут не помогут карты,
Кругом лишь камень да тайга.
Но кто хоть раз прошёл Икатом,
Тот заглянул на пир к богам!
Рад был познакомиться, Икат! Может быть, увидимся ещё.