АНТОН БОЛКУНОВ: В МОЁМ ПРОФЕССИОНАЛЬНОМ БАГАЖЕ БОЛЬШЕ ОБЪЕКТНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
2 июня 2023 года в Челябинском театре кукол состоится премьера спектакля «Дон Жуан». Над постановкой работает звездная команда.
Четырнадцать огромных кукол с «человеческими» лицами, деревянный планшет сцены, автономная акустическая система – масштабы и идеи спектакля впечатляют! Нам удалось поговорить с художником премьерной постановки Антоном Болкуновым. Предлагаем вашему вниманию третью часть большого разговора.
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Третья часть интервью доступна по ссылке.
Четвертая часть интервью доступна по ссылке.
Пятая часть интервью доступна по ссылке.
Шестая часть интервью доступна по ссылке.
Часть 3
– Что для вас значит театр кукол? В кукольном мире комфортнее творить и придумывать? Или, наоборот, сложнее?
– На самом деле, меня в меньшей степени можно назвать кукольным художником. Спектакли в театрах кукол, которые я поставил, были нетрадиционными, скорее, даже объектными. Особой бутафории в них не было, я не привык ее использовать (хотя пробовал, но в моем случае – это мертвая история).
Если на сцене должен быть кирпич, то я беру настоящий кирпич, а не имитирую его, не делаю из папье-маше. Поэтому, когда приходят представители СМИ и просят: «Можно у вас взять интересный реквизит поснимать?» – я отвечаю: «Нет такого. Весь реквизит – обычные предметы». Просто в определенном ритме и сценарии знакомые вещи из повседневной жизни превращаются в нечто необыкновенное, происходят чудеса. Такая же история и с костюмами.
В 2021 году в Тольятти я с Яниной Дрейлих сделал «Рассказы о животных» по Пришвину. Получился, на мой взгляд, хороший спектакль. Кстати, в нем вообще нет кукол, только объекты. Сначала я ей предложил традиционный вариант, то есть плоских кукол для теневого театра. Но она отказалась. Поэтому мы полностью ушли в предметы, сделав все быстро и дешево. До Пришвина с Яниной придумывали документальный спектакль «Музыкант». Сперва пытались использовать бутафорию, попробовали-пробовали… До тех пор, пока Янина не предложила: «Давай это выкинем!». Мы выкинули – и сразу все встало на свои места.
Одни словом, в моем профессиональном багаже – объектные спектакли. Единственное исключение – «Маленький принц», которого я делал в Алматы в 2014 году. С технической точки зрения это была сложная постановка, в ней присутствовало много механики и анимации, много кукол. Кстати, нетрадиционных, так как их было сложно отнести к существующим системам кукол, однозначно классифицировать.
И вот сейчас, работая над «Дон Жуаном», впервые за много лет я вновь столкнулся с изготовлением настоящих кукол, приближенных к тем, что задействованы в классических кукольных постановках.
– Антон, мы знаем, что в Челябинске и в Челябинском театре кукол вы впервые. Как вам город? Как наш театр? Каковы ваши впечатления?
– Про город я мало что могу сказать, так как все время провожу на репетициях, в цехах, расписываю лица кукол, добавляю фактуру, цвет. Одним словом, придаю единый стиль, чтобы и декорации, и предметы, и сами куклы выглядели на сцене органично, ничто не выбивалось из общей концепции.
С Челябинском, по сути, я близко не знаком, потому как пешком удается пройти лишь небольшое расстояние от гостиницы до театра и обратно. Но в целом, столица Южного Урала создает неплохое впечатление. Я бывал во многих российских городах, жил в Новосибирске, не понаслышке знаю это постсоветское пространство. А вот если бы я в России бывал редко, то меня уж точно бы удивила огромная звезда на фасаде здания. Чувствуются советские отголоски. В Казахстане ничего подобного сейчас не встретишь.
Про театр кукол в Челябинске могу сказать – он классный! Недавно я сходил в костюмерку, меня поразили металлические шкафы с вращающимися штурвальчиками, как у гермолюков. Они просто фантастические! Сразу заметно, что театр оснащен технически, в него вкладывают ресурсы. Да и в целом, все чистенько, ухоженно, все есть под рукой. К сожалению, мне не удалось посмотреть спектакли, но надеюсь в будущем это непременно исправить.
– Есть ли мода в сценографии?
– Это сложный вопрос. Если взять, к примеру, специалистов в области музыки, то они свои достижения фиксируют, пишут книги о музыкальных течениях и веяниях, поэтому история музыки последовательна: можно проследить модные тенденции, существовавшие в те или иные временные периоды.
А вот со сценографией дело обстоит иначе. Нет большого количества книг, рассуждений, фундаментальных трудов, где бы описывались какие-то тенденции. В Казахской национальной академии искусств, где я учился, не рассказывали о сценографической моде. Может быть, тот, кто получал образование в престижных вузах, возразит мне: «Нет-нет! Постойте, вы же не читали эту и эту книгу!». Допускаю такой вариант. Но профессия сценографа вообще очень специфичная. Признаюсь, научных трудов о модных направлениях в сценографии я не встречал. Да и учебников очень мало. Про перформанс и то больше книг! Про театр художника Дина Годер отличную книгу написала, озаглавив ее «Художники, визионеры, циркачи. Очерки визуального театра».
Лично я доверяю своим ощущениям. К примеру, идет человек по улице, ты бросаешь взгляд и понимаешь, модные у него штаны или нет. В сценографии то же самое. Иногда смотришь спектакль и думаешь: «Какой-то позавчерашний день». А порой приходишь на премьеру и удивляешься: «Ого! Как свежо!».
– Как строится работа театрального художника? Вы отталкиваетесь от идеи режиссера? Или идете, в первую очередь, от текста и автора произведения?
– Скорее всего, от режиссера. Один и тот же текст десять разных режиссеров видят по-разному.
– Что самое трудное в профессии театрального художника?
– В работе над большими проектами для меня самое сложное делегировать работу. По своей натуре я не люблю этого делать.
– Не доверяете?
– Не то чтобы не доверяю… Нет. Порой легче сделать самому, нежели объяснить творческую идею, задачу. Когда сто пятьдесят раз спросят размеры одного и того же предмета, двести раз попросят сделать кучу чертежей с разных ракурсов, потом приезжаешь и видишь: получилось совершенно не то, как планировал – руки опускаются. В конечном итоге приходится самому переделывать, дорабатывать. Спрашивается: «Для чего тогда было столько вопросов и телодвижений?».
У себя в театре «ARTиШОК» я делаю все сам. Если что-то не получается, просто меняю художественное решение, перепридумываю декорации, оформление. И вообще прекрасно живу! Конечно, физически тяжело разорваться: самому сбегать закупить ткани, материалы, озаботиться транспортом, процессом погрузки и выгрузки. Это энергетически затратно, зато в эмоциональном плане окупается, потому как не возникает неприятных ситуаций, на которые тратишь свое время, силы и нервы.
Продолжение следует…
Первая часть интервью доступна по ссылке.
Вторая часть интервью доступна по ссылке.
Третья часть интервью доступна по ссылке.
Четвертая часть интервью доступна по ссылке.
Пятая часть интервью доступна по ссылке.
Шестая часть интервью доступна по ссылке.
Светлана Демцура
#ПрогрессивнаяТеатральнаяОбщественность #chelly #protochelly #ПроТО #театр #Челябинск #ЧелябинскТеатральный #ДонЖуан_ТК #Антон_Болкунов_ТК