Методы борьбы на низшей фазе развития рабочего движения
В адрес «Политштурма» слышится такая критика:
«Это какого же уровня упоротости и догматизма надо быть,чтобы приводить в качества единственного аргумента выбора тактики и стратегии действий в современных условиях высказывания Дзержинского более чем столетней давности!) А я ещё Попова и РПР критиковал, да они в сравнении с ПШ просто светоч адекватности!))) Есть конкретная современная практика и опыт как минимум за 10 ближайших лет, и обобщение этого опыта, в том числе очень печального порой. Как говорится, умные учатся на чужих ошибках, дураки на своих, но как назвать тех кто вообще не учится?))) Теперь я знаю - Политштурм!)) Впрочем, эти ребятки за свои рекомендации не отвечают своим личным риском и своей судьбой, за их рекомендации придётся расплачиваться своей судьбой другим».
(С) Дмитрий Кожнев
«Какова у нас цель? Зачем левым заниматься активной борьбой нам рабочих местах? Разве не для того чтобы в процессе совместного решения общих элементарных проблем у работников вырабатывался позитивный опыт коллективной борьбы, организационный опыт и культура, чтобы преодолеть атомизацию и патернализм, чтобы происходило организационное строительство и развитие? Жалобы эту задачу точно не решают и более того, прямо ей противоречат! Это даже не касаясь того, как жалобы "работают" на практике. А из практики, жалобы только причиняют вред самим работникам, ибо ВСЕГДА из моих личных наблюдений заканчиваются их разгромом и увольнением, не давая полезных организационных навыков, создавая у людей дополнительный предрассудок что "сопротивление бесполезно и обречено" . И в этом плане ПШ это крайне вредная и реакционная организация на практике».
(С) Дмитрий Кожнев
Естественно нам есть что на это ответить.
«Не только забастовкой можно заставить предпринимателей идти на уступки, лучше обращаться с нами. Как известно , предприниматели у нас не выполняют даже того, что сказано в законе. Правительство, хорошо зная об этом, не принимает никаких мер, так как оно видит, что рабочие сидят смирно, не добиваются сами, а правительство, как известно, защищает интересы не наши, а предпринимателей. Мы должны, следовательно, сами давать знать о себе, показать, что мы боремся и требуем. Поэтому необходимо подавать жалобы при каждом злоупотреблении фабриканта, а если это не помогает, тогда прибегать к забастовке.
Дальше. Для того, чтобы фабрикант иначе обращался с нами и делал нам уступки, он должен считаться с нами, то есть должен знать, что всегда наткнется на сопротивление, если сделает что-либо плохое, хотя бы одному из нас: урежет заработную плату, беспричинно оштрафует, выгонит вон и т. п. Мы должны поэтому быть бдительными не только во время забастовки и не только тогда, когда он что-нибудь плохое сделает всем нам, а постоянно, ежедневно, чтобы он никому из нас не нанес обиды.
А предприниматель, видя наше единство, поймет и почувствует, что мы уже стали силой, что мы не позволим ему эксплуатировать нас, сколько ему захочется, и будет с нами считаться, будет бояться нас. И тогда наше освобождение пойдет вперед быстрыми шагами».
(С) Ф.Э. Дзержинский
Именно это высказывание Ф.Э. Дзержинского вывело Кожнева из себя. Опустив свойственные ему истерики и обвинения в «догматизме», хочется остановиться на аргументации такой позиции, потому как вопросы тактики и стратегии борьбы за освобождение рабочего класса стоят на повестке дня. Так почему же рабочие не должны использовать в своей борьбе такой инструмент, как подача коллективных жалоб в различные буржуазные инстанции?
- Кожнев заявляет, что такой подход устарел и потерял свою актуальность. Но постойте! Нас окружает все тот же капитализм, как и 100 лет назад? Или у Кожнева есть своя уникальная теория развития общества? Нет, своего у Кожнева нет. А есть американская методика по органайзингу, которую он и его сотоварищи механически пытаются применить в России, предлагая отбросить опыт революционной борьбы начала 20 века. Разумеется, не имея под собой политической платформы и передовой научной теории о классовой борьбе - все эти попытки заканчиваются провалом и разгромом, но об этом позже.
- Что же Кожнев имеет против того, что мы оказываем помощь работникам в составлении жалоб в буржуазные органы власти. Может быть у нас есть какие-то другие не буржуазные органы власти?
Здесь, не распыляясь в доказательствах и объяснениях, Кожнев ссылается на свою богатую практику и наблюдения. Но провозгласив этот метод реакционным и вредоносным, он умудрился приписать «Политштурму» свои домыслы о том, что мы используем его как генеральный при выстраивании своей тактики и стратегии.
Действительно, нас можно было бы обвинить во вредительстве, если бы составление жалоб мы всерьёз рассматривали как основной метод «борьбы» и этим бы и ограничивались. Но, во-первых, мы прекрасно понимаем, что подавляющее большинство подобных обращений есть не более чем макулатура, мало интересующая государственных служащих и для нас, повторимся, это есть средство агитации и пробуждения крепко спящей классовой сознательности трудящихся, а не метод дальнейшего убаюкивания пролетариата заклинаниями о волшебных судах, как это изображает Кожнев. А во-вторых, проводя курс на исчерпание всяких, условно говоря, «легальных» возможностей, проводя курс на разоблачение буржуазной законности и «демократии», мы отнюдь не отказываемся от перехода на следующий этап развития рабочего движения - на этап организации и открытой политико-экономической классовой борьбы.
И если для Кожнева, требующего немедленных наступательных и дерзких действий рабочего класса, подобная тактика выступает как «поражение» и «удушение рабочего движения», то мы рассматриваем её как один из (один из!) ограниченных методов преодоления того воистину плачевного положения, в котором оказались российские трудящиеся: положения «агнцев божьих», терпеливо надеющихся на инструменты фальшивой «законности», не предназначенных для того, чтобы реально разрешать их проблемы, что всегда и пытаемся донести до широких масс в своём агитпропе.
Буржуазная власть будет сама себя дискредитировать с каждым своим решением не в пользу рабочего класса или попыткой проигнорировать его проблему.
Кроме того, если придерживаться позиции Кожнева, выходит, что коммунисты должны отказывать обращающимся за помощью в защите трудовых прав рабочим, в случае, если их коллективы еще не созрели для решительных действий. Действительность такова, что отдельному работнику далеко не всегда удается добиться поддержки коллектива в случае нарушения его прав. У такого работника, или части работников, нет возможности поднимать сознательность своего коллектива, организовывать и просвещать коллег, просвещаться самому - ему или им нужна действенная помощь уже сегодня, в момент когда его права грубо нарушаются. Что предлагает господин Кожнев таким рабочим? Пройти школу органайзинга? Заняться воспитанием своего коллектива, находясь под экстремальным давлением со стороны работодателя? А может, просто ждать, когда коллеги осознают тупиковость своего поведения и проникнутся классовой солидарностью? Мы считаем, что защита прав в индивидуальном порядке также является школой борьбы - она способствует установлению связей между трудовыми коллективами и коммунистами, внушает рабочим мысль о том, что бороться можно и нужно, дает организационный опыт членам коммунистического движения, и в конце концов, способствует решению проблем конкретных людей, нуждающихся в помощи.
Далее. Кожнев пытается увлечь нас в демагогию рассуждая о личных рисках. Да будет известно г. Кожневу, что отсутствие борьбы влечет за собой вполне осязаемые последствия, ухудшающие жизнь рабочих, как и любая борьба с работодателем в любой её форме грозит репрессиями, о чем мы всегда предупреждаем товарищей, решивших пойти на открытую конфронтацию со своим работодателем. Любой профсоюз в России, при желании работодателя, может быть разгромлен за считанные дни - таким образом, говоря словами Кожнева, мы можем тоже заявить: из субъективного опыта мы знаем, насколько быстро вылетают с предприятий люди, пытающиеся «мутить» профорганизации, поэтому все ваши призывы к созданию профсоюзов - это провокация и способ подвести рабочих под монастырь. Профсоюз - отнюдь не гарантия того, что работодатель не применит репрессии. Точно так же как и подача жалобы отнюдь не гарантирует репрессии в отношении жалобщика. Наша задача состоит в том чтобы минимизировать эти риски: если это жалоба, то она должна быть коллективной; если это профсоюз, то это трудоемкий организационный процесс сплочения трудового коллектива, рабочей солидарности, политпросвещения и т.д.
Кроме того, Кожнев представляет дело таким образом: дескать, ситуация априори благоприятна для развития успешного профсоюзного действия, а ПШ зовёт людей писать жалобы, тем самым подставляя рабочих под удар, в то время как они могли бы заняться созданием профсоюза.
«…Жалобы эту задачу точно не решают и более того, прямо ей противоречат! Это даже не касаясь того, как жалобы «работают» на практике. А из практики, жалобы только причиняют вред самим работникам, ибо ВСЕГДА из моих личных наблюдений заканчиваются их разгромом и увольнением, не давая полезных организационных навыков, создавая у людей дополнительный предрассудок что «сопротивление бесполезно и обречено» . И в этом плане ПШ это крайне вредная и реакционная организация на практике».
(С) Дмитрий Кожнев
Мы же говорим, что каждое предприятие, каждый трудовый коллектив - уникальны и действовать необходимо гибко, согласно данным обстоятельствам, используя различные инструменты, а не упираться головой в стенку, пытаясь везде применять одну и ту же механическую схему.
Необходимо ещё раз подчеркнуть – такая форма борьбы как коллективные жалобы и процесс их разработки, подачи и освещения нужны сейчас, но мы не ограничиваемся только этой формой борьбы. По мере наступления капитала, эта форма борьбы будет все менее эффективна, что мы и должны вскрывать перед рабочими, а не внушать ему ложных и вредных иллюзий, что можно изменить систему в буржуазном суде.
Только на собственном опыте, а не через «революционное кликушество» интеллигентов, массы могут понять сущность капиталистической эксплуатации и ту роль, которую в этой эксплуатации занимает государство. Без осознания этого любые попытки классовой организации будут неизбежно натыкаться на легендарную «веру в доброго царя» и скептическое зубоскальство «знающих людей».
И если сегодня многочисленная часть рабочего класса всё ещё верит в защиту со стороны «стоящих над всеми» государевых мужей, нашей задачей является разоблачение этого заблуждения на практике. Составление подчас действительно заранее бесполезных коллективных жалоб – не есть наша принципиальная позиция, а один из многих агитационных методов «открывания глаз» пролетариату, который, убедившись в тщетности своих упований на «справедливое» буржуазное государство, вынужден будет либо окончательно смириться со своим рабским положением бессловесного скота, на которое его обрекают капиталисты, либо встать на путь организованной борьбы со своими угнетателями, осознав на чьей стороне в этой борьбе находится государство и насколько можно на него полагаться.
Говоря проще – переход рабочего движения на новый, более высокий этап своего развития, связан с полным исчерпанием и так не слишком обширных возможностей низшей фазы, характеризующейся апатией масс, бесполезным стоянием на коленях перед барскими усадьбами и подачей челобитных. Это грустно, но это так. Пока трудящиеся на собственной шкуре не ощутят «заботу» буржуазного государства о самих трудящихся, пока трудящиеся будут находиться в плену «легалистских» иллюзий, пока трудящиеся будут доверять пустым обещаниям высокого начальства, никакие, даже самые пламенные призывы не возымеют действия.