Что происходит, когда дети спасают родителей
Наши дети взрослеют раньше времени, когда мы не справляемся с ролью взрослого. Они учатся чувствовать настроение родителей, сглаживать конфликты, не просить лишнего, быть удобным и значительным.
Мы не всегда замечаем момент, когда ребёнок начинает не просто заботиться о близких, а берёт на себя то, что должны выдерживать взрослые: чужую тревогу, вину, одиночество, конфликты и решения. О том, как возникает эта подмена ролей, чем она может обернуться для ребёнка и как родителям вернуть ответственность себе, рассказывает детский нейропсихолог Ольга Малинкина. Слово Оле.
Жила-была семья. Самая обычная, в которой родители иногда ссорятся. После ссоры мама плачет на кухне. Тихо, чтобы никто не слышал. Но маленькая дочь слышит. Она подходит, обнимает за плечи и говорит: «мама, не плачь, я с тобой».
Мама улыбается сквозь слёзы: «Ты меня спасительница».
В этот момент что-то щёлкает. Не в маме, а в системе. Девочка получает сигнал: моя забота работает. Я нужна. Я могу помочь.
В следующий раз, когда мама расстроится, дочь снова окажется рядом. Потому что знает, как это работает: ей легче, когда она помогает, маме легче, когда её утешают.
А потом это повторяется еще и ещё.
И однажды мама уже не представляет, как иначе. Она приходит домой, садится на кухне и вздыхает. А дочь уже рядом, спрашивает: «Что случилось?» Она готова утешать.
Роль закрепилась. Никто не заметил, как это произошло.
Это история про обычных людей, которые живут в соседнем доме. Мы не планируем, чтобы дети брали на себя наши взрослые роли. Это происходит незаметно: иногда по любви, иногда от усталости, иногда потому что иначе не получается.
Я тоже узнаю себя в этих строках. Мой младший сын — классический миротворец и громоотвод. Все мои задумчивые состояния или переживания, связанные с рабочими моментами, он принимал на свой счет. Только к 4 годам я научила его спрашивать, что со мной происходит. И отделять его желание пожертвовать собой ради меня от реальной ситуации. Сейчас ему 9 и он, до сих пор спрашивает, но уже спокойно, на всякий случай. Когда я уставшая сын пытается сделать все возможное, чтобы мне стало лучше. Я благодарю его за то, что он внимателен ко мне и говорю, что справлюсь сама. Безусловно, мне приятно, что он может подойти и обнять меня просто так. Я и сама так делаю, в нашей семье так принято проявлять заботу и внимание. Важно отделять роль от проявления заботы.
В мире, где у каждого есть потребность в любви, заботе, принятии и поддержке, очень сложно устоять, когда тебе все это преподносят, даже, если это тащит твой ребёнок. Предлагаю вместе разобраться в том, что происходит.
Какие роли чаще всего выбирает ребёнок
Утешитель.
Тот, кто после ссоры родителей подходит к маме, обнимает, гладит по голове. В этот момент ребенку очень страшно, он боится, что родители уйдут и оставят его одного или разозлятся на него. С помощью любви он надеется остаться частью семьи.
Это как Мальвина из «Приключений Буратино». Она — девочка с фарфоровой головой, но берёт на себя роль воспитателя и утешителя. Она учит Буратино, как себя вести, хотя сама могла бы просто играть.
Миротворец.
Есть дети, которые чувствуют напряжение в комнате раньше, чем кто-то повысит голос. Они начинают шутить, отвлекать, делать что-то, чтобы взрослые не ссорились. Иногда доходит до того, что дети делают что-то такое, за что взрослые их ругают, забыв о своей ссоре. Цель достигнута, жертву приняли.
Это как Кот Леопольд из «Кота Леопольда». Его девиз: «Ребята, давайте жить дружно». Мыши его достают, а он всё равно пытается всех мирить. Он не может позволить себе злиться, он должен сохранять мир любой ценой. Даже когда его не ценят.
Невидимка.
Каждый знает таких детей, которым ничего не нужно. Они никогда не жалуются, не просят, не расстраивают взрослых. Их, как будто не существует, потому что нет места для их чувств. Потому что хотеть страшно, вдруг твое желание не совпадет с родительским.
Это как Крошечка-Хаврошечка. Она работает, терпит, не жалуется. Её не замечают, пока она не сделает всю работу. Она привыкла быть в тени потому что, если она покажет себя, её могут прогнать. Так и ребёнок-невидимка: он прячется, чтобы его оставили в покое.
Громоотвод.
Это тот, кто принимает на себя чужое настроение. Папа злится, он чувствует и ведет себя так, будто сам виноват в настроении папы. Мама устала, он чувствует и начинает заискивать перед ней, пытаясь быть удобным. Потому что так больше шансов избежать того, что родитель сорвется на ребенке.
Это как Щелкунчик. Он — деревянная кукла, но должен сражаться с Мышиным королём. Он принимает на себя удар, защищает других, хотя сам хрупкий. Его заколдовали, но он не жалуется — он просто делает то, что должен.
Командир.
Малыш, который вынужден принимать взрослые решения. Потому что рядом нет взрослого, который взял бы ответственность на себя. Мама говорит: «Решай сам, куда мы пойдём». Папа говорит: «Выбирай, с кем ты будешь жить». Родители настолько не понимают своего ребенка, что боятся его. Им проще свалить принятие решений на ребенка, забывая о том, что такая нагрузка слишком сложна для ребенка.
Это как Царевич Елисей из «Сказки о мёртвой царевне». Он отправляется на поиски невесты, принимает решения, идёт через трудности. Никто не спросил, готов ли он. Он просто остался один и должен был решать за всех.
Как роль взрослого переходит на ребёнка
Конечно, у нас нет мыслей: «С сегодняшнего дня мой ребёнок будет меня утешать». Все происходит само.
- Ребёнок делает что-то, что помогает взрослому.
- Взрослый получает облегчение: «Ты мой спаситель».
- Ребёнок запоминает: это работает. Это способ получать любовь.
- Взрослый привыкает. Ему уже не приходит в голову, что можно иначе.
- Роль становится функцией.
Ребёнок не жалуется — боится потерять значимость. Взрослый не задумывается — ему хорошо. Система работает. Но внутри неё ребёнок теряет себя.
Что теряет ребенок:
Детство. Психика не может расслабиться. Он всегда начеку: «Как там мама? Как папа?»
Контакт с собой. Он не знает, чего хочет он сам. Зато знает, чего хотят другие.
Право на слабость. Страшно, если он сломается, кто поддержит взрослых?
И самое главное, он учится не быть собой. Становится тем, кем нужно быть, чтобы сохранить хрупкий мир и заслужить любовь.
Вспомните Герду из «Снежной королевы». Она отправилась в ледяной дворец, чтобы спасти Кая. По дороге ей пришлось стать взрослой: договариваться, не сдаваться, идти через пустоту. Она не по годам взяла на себя ответственность за чужую жизнь. Так и наши дети: иногда они становятся Гердами для своих родителей.
Почему мы не замечаем, что отдаём роль взрослого
Ребёнок, который утешает, мирит, не жалуется и не создаёт проблем — это удобный ребёнок. Он не требует внимания, потому что сам даёт его. Он не просит поддержки, потому что поддерживает сам. Надо обладать очень высоким уровнем осознанности, чтобы замечать подобные перекосы.
Потому что взрослым тоже часто не хватает внимания, заботы, поддержки. Они, искренне, благодарны своим детям, забывая о том, что взрослые в семье они сами. Часто взрослые гордятся этими ролями, как своим достижением, подчеркивая уникальность и важность действий ребенка, усугубляя ситуацию.
Что с этим делать
Принять эту ситуацию, даже, если она не приятна, за точку «А» и признать: мы все иногда берём у детей больше, чем они могут дать.
Важно начать замечать ситуации, в которых ребенок берет на себя одну из ролей. Закономерности находятся быстро.
Спросить себя: «Когда мой ребёнок стал моим утешителем? Когда он стал решать за меня? Когда он перестал быть просто ребёнком?»
А дальше мы возвращаем ему детство. Хотя бы понемногу.
Перестаем перекладывать на ребёнка то, что ему не по возрасту. Даже если он сам предлагает помощь. Даже если он выглядит взрослым. Даже если вам трудно.
Говорим: «Спасибо, что ты рядом. Но это моя забота. Я справлюсь».
Как Мэри Поппинс: она появлялась, когда детям нужна была помощь, но не оставалась навсегда. Она возвращала их в детство и уходила.
Я не знаю ни одного родителя, который ни разу не брал у ребёнка больше, чем тот мог дать. И я не знаю ни одного, кто хотел бы так делать специально. Мы все иногда становимся заложниками своих сценариев.
Предлагаю сесть и подумать, где еще можно взять нужный ресурс.
Еще можно честно признаться, что сейчас нет другого выхода, при этом мы обозначаем сроки и то, как мы будем компенсировать ребенку то, что взяли.
У меня бывают сложные периоды на работе, когда я почти не бываю дома. Мы с сыном заранее обсуждаем, что и как я могу сделать, чтобы помочь ему справиться с моим отсутствием и то, сколько времени мы будем жить в таком режиме.
Дети любят нас. Они готовы на многое, чтобы мы были счастливы, даже пожертвовать собой. Но наша задача найти силы, чтобы отказаться от этой жертвы.
А какие у вас были роли в детстве?
С заботой о детях, которые станут взрослыми,
Оля, детский психолог, нейропсихолог
Благодарим Олю. Пусть рядом с нашими детьми всегда будут взрослые, на которых можно опереться, а не взрослые, которых нужно спасать.