И пробуждается поэзия во мне…

Автор: Сергей Павлович Пинчук, научный сотрудник музея-усадьбы «Тригорское»

Размышляя о Пушкинском Заповеднике и его музейных посетителях, как Онегин с Ленским размышляли «о судьбе и жизни», на память приходят пушкинские строки «поэзия, как ангел-утешитель, – спасла меня; и я воскрес душой».

Как мы знаем, Александр Сергеевич Пушкин тогда осмыслял прожитый опыт «михайловской ссылки», вспоминая один из трудных и переломных периодов своей биографии и творчества.

«Я размышлял о грустных заблужденьях, об испытаньях юности моей. О строгом заслуженном осужденьи, о мнимой дружбе, сердце уязвившей мне горькою и ветреной обидой» (из черновика стихотворения «Вновь я посетил», 1835 г.).

Прошло время и душевные обиды и тоска от одиночества сменились радостью от писательского труда. Главное же, что помогло тогда поэту справиться с испытанием, на наш взгляд, была его божественная искра, внутренний свет, его поэтический гений, его способность внутреннего видения для истинного понимания происходящего с ним и с его страной и умение выразить это понимание «сладкими звуками» слов, рифмами, ритмами, метафорами, чтобы найти ответы «на важные вопросы века».

Василий Андреевич Жуковский писал ему тогда:

«На всё, что с тобою случилось, и что ты сам на себя навлек, у меня один ответ: ПОЭЗИЯ. Ты имеешь не дарование, а гений. Ты богач, у тебя есть неотъемлемое средство быть выше незаслуженного несчастия, и обратить в добро заслуженное; ты более нежели кто-нибудь можешь и обязан иметь нравственное достоинство. Ты рожден быть великим поэтом; будь же этого достоин. В этой фразе вся твоя мораль, всё твое возможное счастие и все вознаграждения» (1824).

И произошло чудо!

Раскрылось внутреннее духовное сердце! Пушкин по-прежнему оставался в ссылке, но он изменил свое отношение к обстоятельствам. И пришло ощущение внутренней свободы, свободы творчества: «я могу творить» или «но здесь меня таинственным щитом святое провиденье осенило», признавался поэт.

А «таинственный щит» – это ведь тот самый духовный щит, оберегающий человека от «всякия скверны» и заботливо данный человеку Высшими Светлыми Силами. Это как в удивительном откровении отца Иоанна Крестьянкина, насельника Псково-Печерского монастыря, который отзывался о времени, проведенном в лагерях, как о самых счастливых годах его жизни.

«– Потому что Бог был рядом! – с восторгом объяснял батюшка. <…> – Почему-то не помню ничего плохого, – говорил он о лагере. – Только помню: небо отверсто и Ангелы поют в небесах! Сейчас такой молитвы у меня нет…», – читаем мы в книге «Несвятые святые» митрополита Тихона Шевкунова.

А Жуковский всего лишь (или в том числе) напомнил Пушкину об ответственности. За свои слова и действия, за свой выбор. Ибо истинно свободен тот, кто владеет собой внутренне, духовно, тот, кто свободен от жадности, зависти, ненависти и, в принципе, от любых деструктивных желаний и негативных инстинктов, от пагубных страстей, тот, кто жизненные трудности воспринимает как полезный для его судьбы божественный урок.

Ответственность, как одна из форм свободы, как бы это противоречиво не звучало, характерна и для большинства (не для всех, но для большинства) современных музейных посетителей. И уже тот факт, что человек выбирает музей, чтобы провести какое-то время своей жизни в музее, и в музее пушкинском, говорит о живых духовных потребностях этого современного человека и его осознанности. А проявляется эта потребность через естественное желание развития человеческой личности. Через эстетику, через поэзию. Эстетический кругозор развивает способность воспринимать красоту.

Это позволяет человеку наслаждаться произведениями искусства. Красота в глазах смотрящего, говорят в народе. Культурный же кругозор подводит каждого из нас к культурному, корректному общению и помогает проявлению безусловной любви в бытовых и рабочих ситуациях. Поэзия в созвучии с музейной экспозицией среди живой природы сотворяет поэтический язык, который становится воздействующей конструктивной силой на психологическое состояние современного человека.

Бывает, что после посещения музея посетители искренне признаются в том, что им захотелось заново прочитать роман «Евгений Онегин», что во время экскурсии они испытали радость узнавания сцен из романа «Евгений Онегин» в музейной экспозиции; что иначе прозвучали строки стихотворения «Я помню чудное мгновенье» и что «фортепиано вечерком» реально существует. Музейная экспозиция вдруг предстает учебником истории и культуры своего отечества.

Как делятся в книге отзывов своими впечатлениями туристы, «после посещения музея хочется творить, создавать что-то красивое».

Очевидно, через музей познается классическая литература. Познание как функция, для музея сегодня особенно актуальна. Вовлечение посетителей, и детей в частности, в процесс познания очень важен. Потому что историческую правду переписать легко. И высокая миссия музея не допустить «лжи в иллюзии восприятия». Отсюда вытекает еще одна закономерность – историзм. Историческая правда, основанная на подлинных архивных, литературных и прочих документах эпохи – вот зачем еще едут к нам посетители целыми семьями или снимают художественные и документальные фильмы режиссеры и пишут статьи журналисты.

Старшее поколение учит младшее на музейных примерах. Из отзывов на данную тему: «Приехали познакомить дочь и внучку с пушкинскими местами. Очень большое впечатление оставила экскурсия про “вечерний самовар”. Весело, познавательно и запоминающе. Спасибо большое экскурсоводу и организатору». Как сказал в одной из телепередач академик Дмитрий Сергеевич Лихачев, «вообще, как внимательны должны быть родители к своим детям, потому что все это запоминается на всю жизнь, и потом передается уже своим собственным детям» («Я вспоминаю… Портрет эпохи на примере судьбы одного человека». Гостелерадиофонд, 1988 г.).

Собственно, воспитание как одна из функций музея или музейщиков, продолжает быть, как и прежде, единой обязанностью и для учителей с представителями родительского комитета, сопровождающих группу школьников, и для сотрудников музеев, проводящих экскурсию. Школьные группы едут, в основном, осенью или весной, в начале и конце учебного года соответственно. Летом с большой долей преобладает семейный туризм. Мамы, папы, бабушки, дедушки, братья, сестры, с детьми самых разных возрастов – от грудных младенцев до выпускников университетов. В последние годы в Пушкинском Заповеднике соотношение посетителей в летние месяцы приблизительно одинаковое: индивидуальных посетителей более чем в два раза больше тех, кто приезжает в организованных группах.

И здесь вольно-и-невольно рождается слово народность. Народность как всеобъединяющее начало людей разных возрастов, национальностей, религий и разного уровня воспитания и образования, составляющих многочисленные сборные экскурсии в течение каждого дня в период высокого туристического сезона.

Для многих посетителей Пушкинский Заповедник – это один из культурных фундаментов нашей страны. Это перезагрузка ментальных установок «добра и зла» с оглядкой на пушкинский пророческий пример: «и долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал». Это возможность привести себя в баланс чувств и эмоций в трудный час испытания судьбы.

«И какая удача увидеть историю в живую! Огромное спасибо за сохранение истории и возможности поближе узнать про А.С. Пушкина», откликаются благодарные посетители. И в целом музеи Пушкинского Заповедника хранят, к примеру, не просто мемориальные вещи известных людей или воссоздают через экспозицию мемориальную обстановку, рассказывая о том, как это было, а музеи хранят память культурной среды прошлого, одновременно образуя культурную среду и в настоящем. Как утверждал Дмитрий Сергеевич Лихачев, культура – это то, что в значительной мере оправдывает перед Богом существование народа и нации (Лихачев Д.С. Избранное: мысли о жизни, истории, культуре. М.: Российский Фонд Культуры, 2006. С. 94).

Постараемся же и мы с тобой, уважаемый читатель, воспитывать в душе своей бережное отношение к музейным ценностям и окружающей природе, рассказывая о них своей семье, своей улице, своей многонациональной стране. Ибо силен пушкинский «таинственный щит», высока и широка Святая Русь, здоров народный дух в Отечестве нашем. И да продолжится благословенное странствие музейных посетителей «по следам Пушкина и Онегина» в заповедном краю трудов и вдохновенья.