Ориентиры истины

Вопрос: Мы видим, что человечество разделено невидимой границей, которая проходит внутри каждого народа, нередко между самыми близкими людьми: мужем и женой, родителями и детьми; кажется, что они разлучены какой-то стеной непонимания друг от друга. Это отношение людей к вопросу о существовании Бога, о том, есть ли какой-нибудь высший смысл или высшая цель человеческой жизни. Одни люди признают существование Бога и бессмертия души, другие отрицают это и говорят, что жизнь произошла в результате каких-то счастливых случайностей. Если существует Бог, то почему Он не откроет Себя миру, а предпочитает оставаться загадкой. И имеем ли мы вообще доказательства божественного бытия?

Ответ: Здесь поставлен целый ряд вопросов. Прежде чем говорить о Боге, нужно обратиться к самому существу человека. Он возник во времени. Познавательные способности его, включая знания и опыт, ограничены. Бог — Существо абсолютное, сверхкатегориальное, находящееся и пребывающее выше мысли и слова. Определить логически — это, в какой-то мере, объять и ограничить словесной формулой. В этом отношении, наверное, определение Бога будет — непостижимый и неизреченный.

Какими знаниями обладает человек? Первое — это врожденное знание. Если мы посмотрим на окружающий мир низших существ биологических видов, то мы убедимся, что все они без исключения обладают огромным объемом врожденных природных знаний, которых наука недифференцированно называет инстинктами. Без этих знаний был бы невозможен даже один день жизни живых организмов.

Человек стоит на неизмеримо высокой степени, чем остальные обитатели земли. И одним из врожденных, присущих человеку знаний является религиозное чувство и «инстинкт вечности». Если живой организм поместить в неестественные для него условия, то инстинкты притупляются и деформируются. Неестественная психическая среда, особенно неверная, фальшивая информация, которую получает человек, может притупить и подавить естественное религиозное чувство, хотя оно остается все равно присущим человеку.

Как образуются наши понятия на уровне рассудка? Человек, взаимодействуя с внешней средой, включен в постоянный поток ощущений, воспринимаемых его телесными чувствами. Затем эти ощущения преобразуются в образы, представления, которые в свою очередь трансформируются в понятия, то есть словесные формулировки. Божество не может быть воспринято непосредственно нашими органами чувств, так как не имеет ни материального, ни физико-энергетического субстрата. Наш ум вращается в области конечных и ограниченных предметов и явлений, где все имеет свою причину и последствие. Логика — это продукт нашего земного опыта, а Божество относится к другой сверхкатегориальной сфере, следовательно, в области религии сам метод логизма становится нелогичным.

Есть ли доказательства Божественного бытия? — Есть! Но они имеют не аксиоматическую и не логическую, а интуитивную основу, поэтому носят не внешний, а личностный, внутренний характер. Религиозное чувство человека дает познание Бога как несомненной реалии. Но передать этот внутренний опыт через какие-либо эксперименты или логические умозаключения невозможно, если у собеседника нет духовной пробужденности.

Почему Бог не открыл Себя миру так, чтобы Его бытие было ясно для всех? Почему Он как бы прячет Себя за завесой видимого? Почему Его бытие подобно иероглифам, которые душа человека должна понять и расшифровать?

Потому что религия — это общение, и сама вера заключает в себе принцип свободы, а не принуждения. Бог дает человеку свободу выбора. Он хочет, чтобы человек искал Его, стремился к Нему, приготовлял для общения с Ним свое сердце. Бог захотел стать не внешним, а внутренним фактором человеческой жизни. Если бы существование Бога было так же несомненно, как существование солнца, то вера как нравственный акт уничтожилась бы. Ее заменила бы очевидность, где нет альтернативы, то есть в какой-то мере Бог стал бы внешним предметом познания, что было бы недостойно любви Божией к человеку, Который хочет свободного самоопределения человека к Богу, искания Бога и, как венец любви, — любви к Богу. Но следует сказать, что материализм и атеизм, вопреки их уверениям, не имеют ни научных, ни логических доказательств. Наука изучает только малый участок материального мира и оставляет за пределами своих возможностей такие понятия, как первопричина, последняя цель и т. д. Говорить о вечности материи, о невозможности познания форм бытия, кроме как через феномены, имеющие материально-энергетический субстрат, это значит оторваться от эксперимента как основы науки и перейти в область совершенно бездоказательных предположений.

Логически Божество также не может быть доказано, так как в категориях вечного и бесконечного логика, созданная в результате земной практики, перестает действовать и происходит обратный процесс — выводы заменяются постулатами. Но если религия имеет субъективные доказательства, то есть свидетельство внутреннего мистического опыта, то атеизм не имеет вообще никаких доказательств, а представляет собой только веру в нуль и пучок деклараций.

Вопрос: Что нужно делать, чтобы приобрести или укрепить веру?

Ответ: Молиться, благоговеть перед тайной мироздания и стараться исполнять евангельские заповеди.

Вопрос: А где доказательства, что молитва не является видом самовнушения и мы в состоянии самоповторяющегося гипноза окажемся под властью насильственно загнанной в сознание мысли, что существует Бог?

Ответ: Самовнушение и гипноз не только не имеют ничего общего с молитвой, но являются состоянием, противоположным ей. При самовнушении человек приводит себя в пассивно-расслабленное состояние и фиксирует свое внимание на каком-нибудь чувственном образе или приказе, который обращает к себе. Эта мысль подавляет его психику, но остается для него навязчивой и чужой. Это состояние не дает человеку никакого мистического опыта, тогда как молитва активизирует сознание человека, делает его особо четким и ясным, но, главное, дает пережить состояние благодати, то есть совершенно новой для человека силы, которую душа воспринимает как новую жизнь. Люди, экспериментально занимающиеся самовнушением, медитацией, самогипнозом и т. д., культивируемыми в оккультизме, перейдя затем в христианство, свидетельствовали, что между этими состояниями и переживаниями благодати как присутствия Божества нет никакого сходства. Самовнушение может привести психику в расстроенное состояние, человек — превратиться в визионера, а благодатная молитва, чуждая как словесных императивов, так и воображения, делает христианскую веру самоочевидностью для сердца человека.

Вопрос: Вы говорили о вере в Бога, но ведь на земле много религий?

Ответ: Мы говорили, что в душе человека есть способность к богообщению и чувство своего бессмертия. Веру можно сравнить с интуицией, с чувством реальности Божества и души человека. А религия включает в себя также вероучение, нравственные заповеди и обряды, как символический язык. И здесь человек должен искать истину.

Вопрос: Какие признаки религиозной истины?

Ответ: Внутренняя непротиворечивость учения, его божественное происхождение как исполнение пророчеств и обетований, теологическая и нравственная высота. Христианство — это прежде всего весть о спасении. Для нас Христос есть Живая Личностная Истина.

Вопрос: Мы верим в нравственное совершенство Евангелия, но трудно поверить, что Христос воскрес.

Ответ: Значит вам трудно поверить, что Христос есть Бог, ставший ради нашего спасения Богочеловеком? Бог — Творец мира и его законов, но Он в Своей абсолютной свободе не связан ими. Значит, все-таки вопрос заключается в том: Христос — это Бог или просто человек, может быть, даже лучший из людей. Между тем, Сам Христос неоднократно называл Себя Богом и единственным Спасителем мира. Значит, или Его свидетельство истинно и Он — Бог, или Он лгал и обольщал людей, называя Себя Богом, или же Христос — психически больной человек, параноик и визионер, который представлял себя Богом в продолжительном бреду. Но вы сами говорите, что мораль Евангелия — это высшая мораль, которую не мог создать обманщик и лжец, или написать человек с психической патологией. Неиспорченная душа не может принять такую мысль, читая Евангелие. Ни в одной строке этой великой книги вы не найдете ни фальши, ни какой-либо болезненной одержимости, она как бы проникнута ровным и ясным, светом. Значит остается одно: Христос — это Бог, сошедший на землю.

Вопрос: Может быть, ученики Христа изменили Евангелие и внесли от себя рассказы о Его Воскресении?

Ответ: Всякая ложь и обман преследуют низменную цель. Апостолы обрекали себя на страдания и смерть. Они шли к народам для евангельской проповеди, и главным предметом этой проповеди было Воскресение Христа из мертвых. Ради собственной выдумки не жертвуют благополучием и жизнью. Более того, они были подвергнуты мучительной казни и ни один из них не отвергся от веры в воскресшего Христа. В греческом и грузинском языках мученичество и свидетельство обозначаются одним словом.

Вопрос: Что мешает вере?

Ответ: Мы укажем три причины: 1) ложное, тенденциозное представление о религии, которое является худшим видом невежества; 2) страстная душа; 3) духовная гордость.

В первом случае правильная информация может послужить началом духовного пробуждения. Второй случай более трудный, так как душа, погруженная в страсти, смотрит на нравственность как на ограничение своей свободы. Впрочем, и здесь человек может почувствовать внутреннюю пустоту такой жизни и другие высшие мистические переживания, как бы увидеть лучи солнца через просветы в тучах. Третий вид — самый тяжелый. Гордому уму трудно представить, что есть Божество выше его, что его знания неверны и ограничены, чувства прожжены стремлением к наслаждениям, воля — бессильна, душа поражена грехом, что он сам по себе жалкое существо, нуждающееся в Спасителе. У гордого такая мысль вызывает внутренний протест и возмущение. Поэтому гордость — самая тяжелая форма неверия, это волевое неверие, которое безгласно кричит: не хочу, чтобы был Бог. Поэтому духовную гордость исцелить может только чудо.

Вопрос: Все-таки нам не вполне ясно, почему мы должны верить, что истина находится именно в христианстве, а не в других религиях? Или же что во всех религиях содержится одна и та же истина, только под различными терминами и формулировками, соответствующими культуре данного народа.

Ответ: Если религия соответствовала бы историко-этнографической культуре народа, то христианство должно было остаться в Палестине, а буддизм не выйти за пределы Индостана.

Восточная Грузия, принявшая в IV веке христианство, по своей культуре была ближе к Персии, а Западная Грузия — к эллинистическому миру, чем к семитскому Востоку. Мы уже не говорим о народах Западной Европы, которые имели свою самобытную языческую культуру. Поэтому желание привязать религию к такому психологическому фактору, как культура, совершенно лишено фактических доказательств.

Учение о том, что одна истина содержится во всех религиях под различными наименованиями, также не выдерживает никакой критики. В языческих религиях обожествлен космос, а его силы и явления представлены в виде божеств нескольких рангов.

В буддизме метафизика фактически отсутствует. В брахманизме все творения рассматриваются как иллюзия; поэтому если в буддизме нет Бога, то в брахманизме нет человека. Как видите, здесь дело не в словесных формулировках, а в различии главных предметов религии самой онтологии религии.

Вы спрашиваете, какое доказательство имеет христианство в том, что оно представляет собой единственную уникальную истину.

1) Непротиворечивость Откровения. Книги Нового и Ветхого Заветов, охватывающие период приблизительно в 1500 лет и принадлежащие авторам различных социальных слоев и образовательного уровня, читается как единое произведение. Так могут писать люди непосредственно созерцающие истину, то есть под действием Божественного откровения. Ни в Ведах, ни в Талмуде, ни в Коране, мы не видим ничего подобного: там сменяющие друг друга представления, диссонирующие между собой. Никакой человеческий гений не мог создать гармонического единства пророческих книг, продолжающегося пятнадцать веков. Библейские пророчества осуществлялись и осуществляются в процессе истории. Сам Новый Завет является осуществлением пророчеств Ветхого Завета.

2) Другим ориентиром истины является высокое учение о Божестве, находящееся в Библии и не имеющее аналогов в современной ей литературе, если не считать более поздних искажений в Талмуде и ряда подражаний в Коране. К этому мы прибавим высоту нравственных заповедей, раскрытых в Новом Завете. Основа этих заповедей — любовь к Богу и человеку, которая включает в себя даже любовь к врагам Ни в Талмуде, ни в Коране, ни в Ведах нет подобного учения. Что же касается буддизма, то там любовь к человеку растворяется в солидарности ко всем биологическим формам жизни; а о любви к Богу вообще нет слова, так как место Божества в буддизме заменяет зияющая пустота.

Вопрос: Но чем вы докажете, что православие более правильно, чем католицизм и протестантство, которые также основываются на Библии и учат о Христе как о Спасителе мира.

Ответ: Христианство — это не произведение человеческого разума, даже гениального. Христианство — это Откровение, данное Богом. Православие более полно сохранило Откровение и древнее Предание, поэтому традиционализм православия, как препятствие для искажений и реформации первоначального учения, служит историческим фактором для сохранения его чистоты и неповрежденности.

Католицизм и протестантство представляют собой конфессии, размытые стихиями этого мира, искаженным, как бы разжиженным христианством. В этом вы можете убедиться, познакомившись с историей Церкви.

Кто искренно и честно ищет Бога, тот должен искать Его в своей собственной душе, то есть очищать свое сердце от страстей и ум от гордыни, чтобы душа была способна отразить в себе лучи Божества.

Существуют внешние свидетельства о божественном бытии, как, например, целесообразность, следовательно, разумность законов, управляющих вселенной. Уже древние философы сказали, что из хаоса не может возникнуть закономерность, и если бы она возникла случайно, то не могла бы сохраниться. Однако все внешние свидетельства, которые мы будем приводить, не являются строгими доказательствами бытия Бога, они делают религию в интеллектуальном аспекте теорией с высокой степенью вероятности, а внутренний мистический опыт делает его очевидностью.

Вопрос: Что нужно сделать, чтобы получить этот внутренний мистический опыт?

Ответ: Для каждого организма нужна жизненная среда, без которой он погибает. Этой духовной сферой, этой атмосферой, которой мы дышим, является Церковь. Только через включение в церковную жизнь душа может реально приблизиться к Богу.