DATA VOID

DATA VOID возник как совместный проект ветеранов электронной музыки Дона Гордона и Джеймса Мендеса, которые знакомы уже почти три десятилетия. Впервые их пути пересеклись в 1996 году в Остине, штат Техас, во время тура с участием таких тяжеловесов индастриала, как NUMB, FRONT LINE ASSEMBLY и DIE KRUPPS. Однако только после случайной встречи в Хошимине в конце 2018 года идея совместной музыкальной работы укоренилась. Творческая синергия дуэта расцвела во время совместных разговоров о музыке и взаимного восхищения творчеством друг друга.

В июне 2020 года они решили объединить усилия в рамках эксперимента по написанию песен, который перерос в полноценное совместное творчество. Эта первоначальная искра вылилась в рождение DATA VOID и их дебютного альбома «Strategies of Dissent», выпущенного в марте 2024 года. 'Strategies of Dissent' служит звуковым манифестом, объединяющим склонность Гордона к диссонансам, текстурам и хаосу с мрачным мелодизмом и ритмичностью Мендеса. Благодаря тщательному процессу удаленных обменов и итеративных доработок, они органично соединили свои разнообразные музыкальные стили, исследуя темы контроля общества, технологического влияния и дезинформации. Альбом с двойным вокалом, добавляющим глубины, служит пронзительным комментарием к современным глобальным реалиям, вдохновлен спекулятивной литературой и общим видением вовлечения слушателей в глубокие размышления. Заглядывая в будущее, музыканты намекают на будущие проекты и живые выступления, подчеркивая свою неизменную творческую синергию и стремление к расширению художественных границ. Об истоках их сотрудничества, творческом процессе, о том, как они сочетают свои уникальные музыкальные стили и темы контроля общества, технологического влияния и инакомыслия, которые отражены в их музыке, и многое другое - Джеймс Мендес (JIHAD) и Дон Гордон (NUMB).

Reflections of Darkness [RoD]: Почему два артиста, участвовавшие в двух успешных проектах, решили начать совместную работу? Как возникло ваше сотрудничество как DATA VOID, и что послужило толчком к решению работать вместе в музыкальном плане после почти 30 лет знакомства?
Дон Гордон [ДГ]: После завершения работы над альбомом «Mortal Geometry» мне захотелось сделать совместный проект, и когда Джеймс предложил поэкспериментировать с треком, все пошло своим чередом.
Джеймс Мендес [JM]: Оглядываясь назад, можно сказать, что идея совместной работы была как бы на втором месте после первоначального воссоединения с Доном в ноябре 2018 года после столь долгого перерыва, о котором вы знаете. Мы продолжали общаться по электронной почте, что в итоге привело к видеозвонкам, где мы обсуждали множество различных тем, в том числе и музыку. Идея совместной работы над первым треком началась с того, что я спросил Дона, не будет ли ему интересно поработать над чем-то вместе. Будучи хорошо знакомым с его творчеством, мне было любопытно посмотреть, что получится из совместной работы, состоящей из наших идей, пришедших из разных источников и влияний. Не зная, что получится из нашего первоначального обмена идеями, они превращались в полноценные песни по мере того, как мы продолжали процесс, пока в конечном итоге у нас не набралось достаточно песен для полноформатного релиза.

RoD: Не могли бы вы рассказать мне о вашем творческом процессе при работе над «Strategies of Dissent»? Как вам удалось соединить ваши индивидуальные музыкальные стили и влияния, чтобы создать целостное звучание?
DG: Альбом создавался путем онлайн-обмена аудио- и MIDI-файлами и многочисленных обсуждений. Процесс начинался с того, что один из нас отправлял набросок грува или гармонической прогрессии другому, который, в свою очередь, использовал его в качестве творческой точки отсчета. Первая пара обменов обычно приводила к довольно заметным отклонениям и эволюциям от первоначальной идеи. Это означало, что на этапе написания не было большого взаимодействия в реальном времени, что могло бы стать проблемой, но, как оказалось, эта итерация туда-сюда позволила более рефлексивно подойти к работе, что привело к появлению некоторых неожиданных идей. После разработки основных инструментальных компонентов песни я писал текст и записывал вокал. Затем я передавал его Джеймсу, который записывал альтернативный вариант. Затем собирался финальный вокал, в котором использовались наиболее интересные части из наших разных подходов. Это хорошо работало, поскольку использовало наши стилистические преимущества и различия. В итоге в некоторых песнях основную вокальную партию попеременно исполняли Джеймс и я в разных частях песни (например, «Crash», «Burn» и «Resurrect»), в других оба вокальных подхода были интегрированы на протяжении всей песни, а в паре песен был задействован только один вокалист (например, «A Failure of Language», «This Night Goes on Forever»). Хотя я делал финальные миксы, они тоже подвергались пересмотру по результатам обсуждения. Несмотря на то, что наш общий опыт и музыкальное совпадение послужили основой для работы, многие из наиболее интересных и сильных аспектов «Strategies of Dissent» возникли благодаря нашим различным творческим процессам и несовпадающим музыкальным ориентирам. Это создало творческую динамику и напряжение, которые привели к интересным и неожиданным результатам.

JM: Все песни начинались с того, что Дон или я делились несколькими секвенциями, которые включали в себя различные текстуры / звуковые ландшафты, басовую линию (иногда), перкуссию и т.д. Получив их, другой человек добавлял дополнительные части, которые могли включать струнные, дополнительные басовые линии, дополнительные барабанные программы и последовательности, идеи и т.д. Мы использовали итеративный подход, ходили туда-сюда, пока не отработали все идеи / последовательности и в итоге не структурировали их в то, как, по нашему мнению, должна быть представлена каждая песня. Во время этого процесса мы делились комбинацией wav-файлов (stems), MIDI-файлов, скриншотами того, как каждая последовательность / канал должны быть выровнены и расположены в каждой из наших DAW (Logic Pro и Ableton Live) соответственно. Причина в том, что мы оба используем разные музыкальные программы, поэтому нам нужно было убедиться, что все каналы синхронизированы для нас обоих, пока мы продолжали работать над каждой песней. Мы также подробно обсуждали аранжировки каждого дополнения по электронной почте и в видеозвонках, чтобы точно передать ход наших мыслей. Как только мы чувствовали, что песня завершена (черновой вариант), Дон писал текст и делился им, а также набрасывал общий план того, как может быть построен вокал. Подобно итеративному процессу написания музыки, вокал проходил через тот же процесс, когда мы оба делились идеями о том, как он будет спет, слоен, структурирован и т. д. Что касается наших индивидуальных музыкальных стилей и влияний, которые были отражены в этом процессе; это произошло благодаря (очень) продуманному выбору звуков, текстур, программированию последовательностей и т.д. Для меня это был совершенно иной опыт (включая работу с другим артистом в целом, поскольку я не делал этого уже очень давно), потому что я потратил много времени на то, чтобы сосредоточиться на том, что и как я буду вносить в каждую песню. Я намеренно не писал в привычном для меня стиле, а также не использовал те звуки, которые обычно использую для своего проекта, что иногда было для меня сложной задачей. Однако в конечном итоге это был действительно отличный опыт для меня, поскольку он расширил мои возможности в написании песен и научил меня работать по-другому.

RoD: Альбом затрагивает темы контроля общества, технологического влияния и инакомыслия. Как вы видите отражение этих тем в текущем глобальном ландшафте, и что побудило вас углубиться в них?
DG: Практически невозможно не затрагивать эти темы, поскольку вы ежедневно сталкиваетесь с их последствиями и влиянием. В некоторых случаях тексты почти написаны сами собой, поскольку абсурдистские / противоречивые / нелогичные действия и идеи присутствуют везде, куда бы вы ни повернулись. Реальность действительно стала гораздо более странной, чем вымысел. Лирически и концептуально альбом исследует темы власти, контроля и сопротивления ему, а также тягу многих к «потерянным причинам» и заговорам. В каждой песне используется свой взгляд, своя стратегия, если хотите, на эти темы. Неудивительно, что информационные пространства, дезинформация, заговоры и технологии занимают важное место, а в основе большинства песен лежат современные события и социальные/политические течения. Дж. Г. Баллард хорошо подытожил это несколько лет назад, когда заявил, что «передовые общества будущего не будут управляться разумом. Ими будет управлять иррациональность, конкурирующие системы психопатологии».

RoD: Использование двойного вокала придает альбому глубину и динамичность. Можете ли вы рассказать мне больше о вашем подходе к включению вокала в музыку и о том, как это способствует общему звуковому впечатлению?
DG: У Джеймса более ритмичный стиль вокала, в то время как мой вокал более свободный, более интимный и угрожающий. Объединив оба этих стиля, мы смогли создать мощный контраст и динамику в подаче вокала. Использование двух вокалов также создает ощущение диалога или беседы, что в некотором роде приглашает слушателя принять участие.
JM: У нас с Доном были разные подходы к записи вокальных дорожек для каждой из песен. Мы оба записывали собственные версии, а затем делились ими друг с другом, и так возникали идеи их структурирования (включая наслоения). Идея использования смеси одиночного и/или двойного вокала в разных частях каждой песни определенно придает интересную динамику, которую вы обычно не слышите в этом стиле музыки (часто), на мой взгляд.

RoD: Сотрудничество с Крейгом Сондерсом (SHOKMACHINE) и Джуниором Гуэдесом для ваших клипов, похоже, стало обогащающим опытом. Как вы работали с ними, чтобы воплотить свое видение в жизнь, и что, по вашему мнению, они привнесли в проект?
DG: Джуниор создал очень импрессионистичный отклик для песни «So Alien», в результате чего получилась уникальная интерпретация, создающая напряжение между визуальным рядом и текстом для зрителя. Отголоски Иеронима Босха проникают через фильтр психопатического искусственного интеллекта, обученного заговорам и метедрину. В отличие от него, у Крейга была четко определенная визуальная эстетика, в которой он использовал программное обеспечение ИИ для создания своих образов. Когда мы связались с ним, у нас было довольно хорошее представление о том, что должно получиться в итоге. Мы представили Крейгу набросок темы и текста песни «Nothing Changes» и очень общее представление о том, что мы хотели бы увидеть. Хотя в процессе разработки было несколько итеративных этапов, они были связаны в основном с техническими и визуальными соображениями, а не с тематическими. Использование искусственного интеллекта для создания изображений создает предполагаемое соответствие и в то же время напряжение/противоречие с темами технологий и контроля, рассмотренными в «Strategies of Dissent». В дополнение к двум полнометражным видео мы также разработали несколько коротких видеофрагментов, которые представляли альтернативную визуальную эстетику, более непосредственно связанную с чувствами группы. Хотя эти видео использовались в качестве коротких рекламных визуализаций, они также должны были намекать на склонность людей обнаруживать закономерности или смысл в бессмысленных данных. Это одна из идей повествования, использованная Уильямом Гибсоном в «Распознавании образов», и она хорошо согласуется с озабоченностью по поводу пустоты данных в мире IT.

JM: Согласен, поскольку я являюсь поклонником творчества как Крейга, так и Джуниора (как в музыкальном, так и в визуальном плане). Их вклад определенно добавил уникальный уровень художественного творчества, который визуально усилил наши треки. Что касается того, как мы работали с ними, мы поделились каждой песней (заранее) вместе с кратким описанием того, что представляет собой каждая песня, и оставили им возможность поделиться своими интерпретациями в каждом видео, которое они создали. Затем мы попросили внести небольшие изменения или отредактировать видео, пока не остались довольны конечным результатом. Больше всего я оценил то, как сильно отличались результаты и перспективы каждого из них от того, что Крейг и Джуниор создали в итоге.

RoD: Ваши тексты черпают вдохновение в таких литературных фигурах, как Дж. Г. Баллард, Джордж Оруэлл и Олдос Хаксли. Как, по вашему мнению, научная фантастика и спекулятивная литература помогают вам понять и ориентироваться в сложностях нашей современной реальности?
DG: Как жанр, научная фантастика / спекулятивная фантастика дает читателю возможность пересмотреть свои представления о себе, обществе и изучить возможные результаты, когда социальные и технологические изменения доходят до крайности. При этом научная фантастика редко добивается успеха в точном предсказании будущего. Ее сила в том, что она заставляет читателя задуматься над глубинными вопросами о наших отношениях с технологиями, их преимуществах и неудачах, а также о социальных и политических последствиях. К сожалению, в средствах массовой информации существует тенденция рассматривать некоторые известные научно-фантастические произведения как авторитетные тексты, описывающие неизбежные результаты. В последнее время часто ссылаются на Оруэлла и Хаксли, и хотя в них есть ряд интересных идей, я бы утверждал, что механизмы контроля в наши дни гораздо более изощренные, чем представляли себе эти авторы. Потребительство, культура развлечений, коммерциализация практически всего, а также готовность людей добровольно отказаться от контроля оказались более полезным подходом, чем принуждение. Создание постоянного состояния желания и неудовлетворенности, отвлечение внимания, соблазнение, тривиализация и иллюзия выбора помогают поддерживать это состояние. Эти более коварные и тонкие механизмы контроля были отмечены и другими авторами. Истории Балларда часто действуют на более индивидуальном уровне, исследуя социальные, моральные и этические аспекты. Филипп К. Дик, Брюс Стерлинг, Уильям Гибсон, Айзек Азимов и другие, хотя и не столь явно антиутопические, также затрагивают последствия обществ, организованных вокруг развлечений, где статус знаменитости и артиста рассматривается как допустимая квалификация для руководящих должностей, где технологическая оптимизация, а не человеческий фактор формирует общество, и последствия ИИ, среди прочих вопросов; все это находит отклик и в наши дни. Технологии и связанные с ними социальные проблемы, некогда бывшие уделом исключительно научной фантастики, сегодня проявляются в реальном времени... ИИ, использование роботов, общества наблюдения на основе технологий, интеграция человека и машины, климатические катастрофы, значительное увеличение продолжительности жизни, строительство элитных бункеров для защиты от апокалипсиса - вот лишь несколько примеров. К сожалению, темпы внедрения новых технологий не оставляют времени на то, чтобы подумать, как лучше интегрировать и смягчить их воздействие и, что самое главное, кто от этого выиграет. Очевидно, что нынешние движущие силы этих изменений мало заинтересованы в решении этих вопросов. Хорошая научная фантастика может помочь нам сформулировать вопросы, необходимые для более быстрой разработки ответов на эти проблемы.
RoD: Альбом также затрагивает тему подавляющей природы социальных взаимодействий и дезинформации в современном обществе. Как, по-вашему, эти факторы влияют на выбор, действия и свободу человека?
DG: Есть ирония в том, что в наше время, когда, казалось бы, мы имеем больше доступа к информации и возможностям, чем когда-либо прежде, мы, кажется, не в состоянии принимать решения. Однако я думаю, что дело не в том, что у нас на самом деле больше выбора; дело в иллюзии выбора и контроля через фрагментацию, отсутствие обзора и руководящих принципов, а также абсолютизм, когда каждое решение рассматривается как игра с нулевой суммой, определяющая нашу идентичность. Не сделать никакого выбора становится проще, чем сделать неправильный. Хотя дезинформация существовала всегда, ее масштабы, повсеместность и вопиющая оторванность от реальности усиливают этот паралич.

JM: Каждый человек потребляет и интерпретирует (дез)информацию по-разному, учитывая то, как она представлена (точно или нет). Это создает дополнительные сложности, затрудняющие прямой ответ. Например, рассмотрим ситуацию, когда кто-то может совершенно неправильно понять какую-то форму коммуникации (письменную или устную), требующую дополнительных объяснений, чтобы понять предполагаемый контекст или смысл. Теперь умножьте этот опыт на весь социум в широком масштабе, где каждый человек интерпретирует информацию - включая общую повестку дня, контекст и смысл такой (неправильной) информации. Эффективная коммуникация в целом может быть сложной. Это приводит к множеству результатов, которые можно разделить на различные группы, которые могут включать или не включать единомышленников, что, безусловно, создает интересные времена, как мы видим сегодня. При этом все зависит от того, как именно люди интерпретируют подобную (не)информацию и как они решают реагировать или нет. В том числе от того, является ли их реакция чисто эгоцентрической, учитывает ли она интересы всех окружающих или действительно понимает общую картину или повестку дня, прежде чем вступать в бой.

RoD: В «Стратегии несогласия» вы рассматриваете вечный цикл войны и ее влияние на человечество. Какие выводы вы надеетесь сделать для слушателей, исследуя эту тему?
DG: Использование внешней угрозы уже давно стало излюбленной стратегией для отвлечения внимания, критики и ответственности от местных проблем и изменения экономической динамики. Во многих отношениях не имеет значения, «горячая» ли это война, пока сохраняется ощущение экзистенциальной угрозы. Использование «вечной войны» как средства контроля было ключевым инструментом в романе Оруэлла «1984», но его современное воплощение гораздо более многомерно, нюансировано и менее очевидно. В условиях экономики внимания СМИ преподносят информацию как развлечение, а также продвигают недостижимые желания с помощью рекламы. Их цель - не информировать или обучать. Деконтекстуализированные информационные фрагменты представляют собой упрощенные повествования без контекста, без разрешения и способствуют формированию фрагментарного, постоянно меняющегося мировоззрения. Ориентируясь на заголовки, нас заставляют беспокоиться о неместных событиях, которые не имеют прямого влияния и над которыми мы не властны. Изображения вечного цикла войны хорошо вписываются в этот медиаландшафт, обеспечивая зрелищность, драматизм повествования с «хорошими и плохими парнями» и способствуя социальной сплоченности через «мы против них».

JM: Если мы хотим чему-то научиться из нашего прошлого (войны продолжаются уже тысячи лет и будут продолжаться), то всегда найдутся люди, занимающие высокие посты, которые хотят больше денег, власти и контроля в той или иной форме, независимо от того, как это проявляется, и которые никогда не будут удовлетворены. Чувство собственного достоинства, пренебрежение к другим и эгоизм, которые мы наблюдаем сегодня, актуальны и соответствуют войне, не вызывая ни стыда, ни угрызений совести, ни смущения. Мы будем продолжать наблюдать беспорядки во всем мире, как это было всегда. Это не значит, что в мире нет хороших людей. К сожалению, не хватает тех, кто занимает высокие посты и способен возглавить позитивные перемены.

RoD: Вы описываете альбом как «саундтрек для лишенных собственности». Какое послание или чувство, как вы надеетесь, слушатели получат от прослушивания «Strategies of Dissent»?
DG: Я думаю, что для многих людей изменения последних десятилетий вызывают чувство разочарования, подрывая их способность контролировать изменения и обеспечивая будущее, которое им обещали, но которое они не получат. Они (мы) стали «лишенными собственности». Некоторые видят в этом грандиозный заговор, но, к сожалению, я думаю, что все гораздо проще - это неизбежный результат корыстных планов, преследуемых крупными институтами и отдельными людьми, обладающими чрезмерной властью, что приводит к широко распространенной социальной несогласованности, которая приносит пользу немногим, нанося вред большинству. Методы и системы, с помощью которых был утрачен контроль, очевидны. Чтобы обратить ситуацию вспять, необходимо признать эти проблемы и то, как наши действия способствуют их решению.
JM: Я искренне надеюсь, что все, кто проявил интерес к нашему релизу (и те, кто может его обнаружить), получат огромное удовольствие и оценят альбом по достоинству.

RoD: Заглядывая в будущее, считаете ли вы DATA VOID одноразовым сотрудничеством, или мы можем ожидать новых проектов от дуэта в будущем?
DG: Мы рассматриваем возможность выпуска следующего релиза (EP?) с новым материалом и даб-версиями некоторых треков «Strategies of Dissent». Мы также изучаем возможность проведения живых концертов по всей Европе в следующем году.

JM: Я готов продолжить путешествие с Доном в создании новой музыки и исследовать различные направления на этом пути.

ИСТОЧНИК: Reflections of Darkness (10 July, 2024)