Рассказ на конкурс от Кристины Зубащенко

Тик-так, тик-так. Звуки рабочих механизмов раздавались по помещению приятным гулом, создавая ощущение безмятежности. Некоторых людей такой фоновый шум выводит из рабочего состояния или даже напрягает настолько, что они не могут уснуть в одной комнате с рабочими часами, но Джейсона он всегда как-то даже убаюкивал, создавал ощущение спокойствия, оттенки окружающего мира становились более тёплыми и уютными, почти как дома.

И вот он снова зарисовывает себе чертёж под это методичное тиканье, добродушный часовщик дал ему хлеба, думал, что бедного парня не кормят, из-за того, что он выглядит бледным и болезненным.

-Ну как идут продажи, старик? - спросил Джексон, проглотив кусок хлеба и поднимая глаза на мужчину, он был не молод, но всё ещё не стар, парню просто нравилось дразнить его из-за проступающей в висках седины.

-В последнее время спрос упал, слишком возросла безработица, а уличным оборванцам мои товары ни к чему, покупать некому, - голос его был ворчлив, несмотря на свою доброту, не нравились ему бездомные вороватые дети, сбивающиеся в группировки ради выживания. Старик считал, что раз они способны ограбить магазин или парочку людей своими группками, то смогут найти силы на работу и её нахождение.

-Оборванцы говоришь?

-А кто ещё? Живут не пойми где, ведут себя не пойми как, а если и не занимаются беспределом, то помирают с голоду или от чухотки или несварения.

-Не всех же ждёт плохой конец. Ты только представь, это же свобода! Ты можешь сам решить, что тебе делать со своей жизнью!

-Поумерил бы ты пыл, парень, да и посмотрел бы вокруг, может глаза откроются.

-Ты просто не понимаешь.

Ведь Джейсон искренне считал, что старик просло слишком зачерствел в своём мире, чтобы понять его, видеть как над его семьёй и друзьями издеваются воспитатели приюта, как они сидят в этом месте как птицы в тисках. Он верил, что, стоит только разжать механизм ловушки, они взлетят ввысь, творить свою судьбу самостоятельно. Но в одном старик был прав, его позитив не давал ему подумать об ранах, которые останутся после освобождения.

Дженни задумчиво смотрела в окно, поджав колени к своей груди, взгляд её наблюдал за плавно парящими в воздухе листами брашур, которые выронил паникующий парень, судя по всему ему прийдётся несладко, ведь начальнику явно не понравится данное обстоятельство, может быть он даже изобьёт беднягу, ведь тот примит что угодно, лишь бы не увольнение. Голод не тётка, заставит работать. Может быть их ждёт такая же судьба, когда они выберутся из приюта, а может быть они будут как те самые бродяги, рыщущие по мусоркам и прячущиеся от стражи в поисках хотя бы кусочка пропитания. Их опухшие тела иногда уносят куда-то, возможно хоронят в каком-нибудь общем кладбище? Дженни не знала, но хотелось думать, что их тела находят покой.

Девушка закрыла глаза, протирая уставшее лицо руками. Её мысли - её главный враг. Как бы ей хотелось думать так же как Джейсон, он всегда видел что-то хорошее в любой ситуации, всегда умел оставаться в хорошем настроении и вдохновлять других. Сейчас он бы сказал: "Он нашёл себе какое-то место на первое время, нужно брать с него пример", - ведь такие люди служили для него чем-то вроде визуализации цели. Он хотел, чтобы они вместе с их сестрой сбежали на свободу, строить свою жизнь сами, не зависеть от жестоких правил и воспитателей, "быть людьми, а не животными, с которыми могут обращаться как им вздумается". Звучало это конечно действительно прекрасно, но у Дженни никогда не получалось смотреть на жизнь так же восхищённо, даже не думая о плохом исходе, сколько бы она не старалась их сдерживать, предательские сомнения закрадывалась в её разум.

"А смогут ли они действительно найти дом, или же останутся существовать на улицах?"

"Где они будут брать пропитание и деньги?"

"Не станут ли они жертвами преступных группировок?"

"Изменит ли их новая жизнь?.."

Девушка вздохнула, обращая взгляд на сестру, которая тихо сидела рядом с ней, малышка устала после сегодняшней работы и, пригревшись под сестринским боком, погрузилась в лёгкую дрёму. Сестра всегда успокаивала её, не давая думать о негативном. Её слепая вера в Джейсона и его планы всегда служила для неё примером, они должны ему доверять и всё будет хорошо, ведь иначе и быть не может. Везде лучше чем в этом месте. Джейсон обязательно поможет им освоиться за его пределами и они будут жить как семья. Всё будет хорошо.

Парень весело мчался по давно знакомой дороге, за шиворотом шуршали перерисованые чертежи, он совершенно не обращал внимание на происходящее на улице, будь то ссора пьянчуг или же хулиганистые дети, которых пока не загнали домой. Его обувь глухо стучала по каменной дороге, а сам он напевал про себя какую-то милодию, которую он услышал на выступлении уличного музыканта. Шаги его замедлились только при приближении к немного неопрятному, старому на вид зданию, хотя в этом районе всё кажется старым.

Он поправил одежду: разгладил складки, заправил рубашку и отряхнул пыль со штанов. Спокойно, с улыбкой на лице он зашёл на ограждённую территорию, где его встретило привычное морщинистое не от возраста лицо.

-Здравстуйте, мисс Виола, - уважительно сказал парень.

-Джейсон! Вернулся наконец, ну заходи! - дружелюбно ответила ему воспитательница, открывая ему дверь, работники приюта всегда любили его.

-Спасибо, - вежливо кивнул он, заходя в холл.

Тут же к Джейсону подошла хрупкая девушка с короткой стрижкой, смотря на него своими тёплыми, цветом похожими на дерево ольхи глазами, мерное спокойствие в её глазах было неоднородным, местами выдавая напряжение, что слегка насторожило парня.

-Хей, соскучилась?

Она кивнула.

-Что нового? - голос её всегда был тих, она начала идти сопровождая его к их жилой комнате, где стояли кровати всех воспитанников.

-Старик сегодня дал мне новых чертежей, позже вам покажу. Покупателей у него как всегда один, да и тот с половиной, думаю, что можно попытаться предложить ему пару идей для рекламы, он хороший мастер, - это была их с Дженни устоявшаяся рутина, он приходил "домой", а она слушала о том, как он провёл день, они вместе смотрели на чертежи, её взгляд так увлечённо бегал по линиям механизмов, а губы формировали мягкую улыбку, что, как в зеркале, отражалось и на его лице, нравилось ему, что она раздиляет его увлечение. Инносента обычно сидела рядом, просто наблюдая за ними, очень редко задавая какие-то вопросы, ей часовые механизмы были не очень интересны, ей просто хотелось участвовать в процессе.

-А кому рекламировать?

-Найдётся.

В ответ она просто пожала плечами, понимая, что в этом районе мало людей, которые могут позволить себе даже такую "роскошь", но Джейсон бы нашёл выход, всегда находил.

Дойдя до жилой комнаты, парень заметил, что Дженни бросает взгляд на одну определённую пустую кровать, в памяти всплыло лицо Бетти, которая дожно было пренажлежать данное место.

-Хей, а где Бетти?

Ответом ему было молчание и беспокойный взгляд в пол, её руки слегка сжали край её кофты. Дженни знала, как бурно Джейсон реагирует на все несправедливо жестокие наказания воспитателей, поэтому и не хотела говорить ему о том, что Бетти заперли в подвале за то, что она попыталась украсть себе немного больше еды, чем их обычная порция. Ей было стыдно за то, что её реакция была не такой, как у Джейсона, она всегда относилась к наказаниям достаточно хладнокровно, особо не общаясь с другими детьми, она не так сильно переживала за их судьбу, её беспокоила только судьба Инносенты и Джейсона, когда кого-то наказывали, она всегда думала: "Как хорошо, что это не постигло нас."

-Дженни?

-Её наказали...

-Что с ней? - голос его стал обеспокоенным.

-Она попыталась украсть больше еды...

Она знала, что теперь им с Инносентой прийдётся слушать долгую тираду о морали и рассуждения о том, как же будет хорошо, когда они сбегут. Типичный вечер пятницы.