Интервью Ричи порталу ABC1, апрель 2026 года
О создании Rainbow и уходе из Deep Purple:
«Я не знал, что именно буду делать. Что-то вышло хорошо, что-то плохо. Я просто получал удовольствие от процесса. Мне было приятно заниматься музыкой ради музыки, без тучи над головой: «Ты в известной группе!». Меня вдохновляла идея начать все сначала, свежо, наивно, играть музыку вместо того, чтобы ходить по совещаниям.
В день, когда я ушел из Deep Purple, у меня словно упала гора с плеч. Я почувствовал такое облегчение, потому что группа превратилась в музыкального монстра. Основу многих песен придумывал я, и я был не против, потому что люблю играть свои идеи, но как люди мы все смотрели в разные стороны. У нас были разные идеи, и мне казалось, что это мешает нам создавать музыку.
Но я не знал, что буду делать дальше. Лишь понимал, что теперь свободен от этого громадного монстра, и это была настоящая фантастика. Я мог бы остаться без работы на следующие десять лет, но для меня это было не важно. Я ушел от влияния, ограничений и условностей Deep Purple.
В группе все просто стало слишком кофмортным. Иногда мы играли на фестивалях с другими группами. Я замечал, что некоторые группы лучше воспринимались зрителями, чем мы. Они казались более искренними в своей музыке, чем мы – а нам просто было комфортно. Мне не нравится комфорт. Никогда не нравился, никогда не будет. Комфорт – опасное слово, когда дело касается музыки. Это опасное состояние».
О финансовом состоянии в начале пути Rainbow:
«Лейбл бы никогда не дал нам денег, потому что мы играли не самую привычную музыку. У нас не было музыки, которая попадала на радио и приносила деньги звукозаписывающим компаниям. Можно сказать, мы были андерграунд-группой. И я сам финансировал все, что делала Rainbow первые три-четыре года. Я был этим не очень доволен».
О музыкальном стиле Rainbow:
«Я не знал, в каком направлении мы пойдем. Я лишь осознавал, что с Ронни очень легко работать и что у него прекрасный голос, как про него в студии говорил Мартин Берч: «Вау, чертовски большой голос для такого маленького парня!». Он с большим рвением относился к работе, старался, чтобы все было сделано правильно и осмысленно. Для меня тогда это было непривычно».
О том, писал ли Ричи вокальные партии для Ронни:
«Нет, я просто соглашался со всем, что он предлагал в плане вокала, потому что это всегда был приятный сюрприз. У него был абсолютный слух, и он ни разу не потерял голос. Он был очень целеустремленным музыкантом. Я всегда сначала придумывал бэкинг-треки, но меня постоянно приятно удивляло, что он придумывал поверх них. Он давал песням жизнь».
О том, слушает ли он музыку Rainbow:
«Если честно, я не слышал ни одной песни тех времен уже лет сорок. Не потому что не хочу, и не потому что считаю их плохими. Просто у меня отношение – я что-то создал, потом пора двигаться дальше. Даже если двигаться назад.
Я просто стараюсь не слушать собственную музыку, у меня даже нет копий моей старой музыки. Я слишком занят музыкой Ренессанса, слушаю музыку Ренессанса, и сижу наигрываю что-то на гитаре. Я никогда не сажусь слушать свои старые записи. Могу их услышать только когда их ставит кто-то другой, а я нахожусь в той же комнате, тогда я могу сказать: «О, я это помню!».
Некоторые песни были отличные. Вроде бы я переслушивал какие-то вещи перед туром Rainbow в 2016 году. Мне нужно было заново разучить часть песен, и пришлось их переслушивать. Но я не из тех, кто слушает свои старые вещи и говорит: «О, вау, послушай-ка!». Скорее я избегаю слушать свои старые записи, потому что мне всегда кажется, что я мог сделать что-то получше и доработать звук. Не всегда, но чаще всего».
Об импровизации:
«Я обожаю импровизировать. Этот риск, в некотором смысле, и лично я люблю рисковать и выходить из зоны комфорта или даже заходить туда, где никогда не был в музыкальном плане. Так было всегда. Люблю отходить от темы и импровизировать.
Играть песни одинаково на каждом концерте для меня было бы скучно до слез. Поэтому мне нравится включать свое воображение, и стимулировать воображение группы, которой приходится мне подыгрывать. Иногда я не знаю, куда приду. Не совсем так – на самом деле знаю – и надеюсь, что группа последует за мной. Чаще всего так и происходит.
Что хорошо в импровизации: прощаются ошибки. Импровизацию нельзя переслушать в записи и сказать: «Упс, ошибочка». Но опять же, что такое ошибка в музыке? Особенно в джазе. В джазе вообще не бывает ошибочных нот».
О гастролях и планах на будущее:
«Это всегда хаос. Я стараюсь, чтобы всем было просто, но, к сожалению, всегда получается хаос. Проблемы с освещением, звуком, сгорают усилители. На гастролях нас всегда окружает хаос. Секрет в том, чтобы уметь делать искусство, музыку из этого хаоса, потому что приходится также думать о здоровье всех участников тура.
Всегда кто-то болеет, если это вокалист, то это вообще большая проблема.
К сожалению, когда ты музыкант, все идет не как надо. Восемнадцать часов в день уходит на дорогу до площадки, потом ты два часа играешь музыку, затем еще 18 часов едешь на следующую площадку, где еще два часа снова играешь музыку. Нужно быть стоиком, чтобы выдерживать такие путешествия.
Сейчас я для себя решил, что больше не буду гастролировать. Я продолжу играть на сцене, но концерты будут проходить недалеко от дома. Должно быть 18 часов музыки и два часа переездов».
О новом бокс-сете Rainbow:
«Наверное, лейбл просто захотел заработать побольше денег. Я никогда особо не верил в эти переиздания. Они постоянно их выпускали с Deep Purple. Порой мне казалось, что они наживаются на фанатах. Выпускали одну и ту же музыку, это я про Purple, но с обложкой в разных цветах. Как по мне, это обдирание поклонников.
К счастью, звукозаписывающие компании, похоже, уходят в прошлое.
Я не совсем понимаю как сейчас люди покупают или слушают музыку. Вроде бы это называется «стриминг», но я не особо разбираюсь, что сейчас происходит в современной музыке. Я не понимаю то, что звучит по радио последние 20 лет, но это лишь мое мнение.
Конечно, людям такая музыка нравится, раз за нее платят деньги. Исключение — это Леди Гага. И Адель. И еще ABBA. И я рад, что Боб Дилан продолжает заниматься музыкой».
Об ожиданиях касательно реакции слушателей на новый бокс-сет:
«Не знаю, какая будет реакция, может они мне сами расскажут. Не знаю. Жаль, что Ронни Дио больше нет с нами, чтобы он мог насладиться признанием и славой».
