Интервью Ричи журналу Guitar Magazine, начало 2002 года
Бог рока Ричи Блэкмор отказался от стадионов и теперь играет музыку Средних веков во дворах замков. Джон Каллахан пытается понять почему.
В девять лет Ричи Блэкмор впервые услышал популярную песню XVI века «Greensleeves». Как мы все знаем, молодому Блэкмору было суждено стать одним из самых знаменитых рок-гитаристов всех времен – когда он играл с Deep Purple и Rainbow – но любовь к музыке Ренессанса никогда его не оставляла. На самом деле, в свободное время на стадионных гастролях в семидесятых он наигрывал на акустике эти старинные мелодии.
«Тогда я всегда думал, что так и буду играть это для себя», вспоминает Блэкмор. «Также я думал, что музыка Ренессанса слишком строгая и пуристская, чтобы ей заниматься. Но со временем у меня начали появляться идеи, мне казалось, что они откроют дверь тем, кто никогда не слышал такую музыку, кроме как в старых фильмах».
Но только когда он познакомился с американской певицей Кэндис Найт, разделявшей его страсть к музыке, Блэкмор понял, что его любимое дело можно правильно представить публике.
«Мы понимали, что не сможем конкурировать с Бритни Спирс, играя музыку Ренессанса! Промоутеры и менеджеры сильно из-за нас переживали, не понимали, что, черт возьми, я делаю. Но я обожаю такую музыку, и нужно следовать за своим сердцем… Нельзя чем-то заниматься только потому что это хорошее бизнес-решение».
Дуэт под названием Blackmore's Night выпустил уже три альбома. Их последняя работа, «Fires At Midnight», это очаровательный сборник мелодий и музыкальных полотен, которые покажутся теплыми и яркими даже самым строгим циникам. На вопрос о том, как развивается музыка дуэта, Блэкмор неохотно вздыхает, прежде чем объяснить, что никогда об этом не думает.
«Я просто играю на гитаре и смотрю, что получится», утверждает он. «Это всего лишь еще один наш альбом, мы надеемся, что людям он понравится. На самом деле, единственным прогрессом в этот раз было только присутствие продюсера. У меня всегда дилемма – записывать все совсем органично и чисто, только голос Кэндис и моя акустическая гитара, или работать с более спродюсированным звуком с большим количеством инструментов, чтобы привлечь слушателей. На «Fires At Midnight» мы решили пойти по второму пути, чтобы обратить внимание более широкой аудитории, сделать музыку чуть более коммерческой – при этом ничем не жертвуя».
Хоть он и гордится Blackmore's Night, вам придется сильно набраться терпения, прежде чем он решится похвалить свою гитару на альбоме. «Я всегда больше думаю о песнях. Мне кажется, на альбомах мне никогда не удавалось показать, как я умею играть на самом деле. Иногда в студии я впадаю в такое ужасное состояние, думаю только о том, как бы не наделать ошибок, а вживую я об этом почти не волнуюсь и играю чуть более свободно».
Учитывая такую неуверенность в себе, удивительно слышать, что Блэкмор скоро намеревается выпустить концертный альбом, сейчас он уверен в составе группы, с которой играет на данный момент. Подобрать правильных музыкантов было непросто. Блэкмор вспоминает, что многие музыканты думали, «что пришли на прослушивание в Deep Purple или Rainbow, что меня крайне бесило, потому что мы ничего подобного не играем».
Если вы хотите посетить концерт Blackmore's Night, то забудьте о стадионах или даже клубах. Blackmore’s Night больше предпочитают дворы замков XVI века.
«Я всегда завидовал тем, кто играет на гитарных семинарах для двадцати человек – в интимной, более обычной обстановке. Я часто выступал на стадионах, где ты просто обязан играть помпезный рок, бегать по сцене, трсяти кулаком и ломать гитары.
В то время я бы никогда не смог играть на акустике, потому что все бы стали орать: «Завязывай! Сыграй нам рок-н-ролл!».
Но на концертах от двухсот до двух тысяч человек мы можем играть более расслаблено. На стадионах темно и много дыма, а вот выступать во дворах замков в хорошую погоду это просто магический опыт».
Люди реагируют на подобные шоу Blackmore’s Night почти фанатично. Уникальность их звучания в новом тысячелетии заставляет преданных поклонников путешествовать по всему миру, чтобы увидеть группу, часто они одеваются в средневековые костюмы, чтобы добиться еще более аутентичного впечатления.
«Все вышло из-под контроля! Из-за этого у нас классная атмосфера как на вечеринке, а зрители становятся такой же частью шоу, как и музыканты, я это обожаю. У нас на сцене нет никакого эгоизма. Я так благодарен людям за то, что они нас слушают. Было бы грустно, если бы нас никто не слушал, потому что играть такую музыку так здорово. Иногда мы играем больше трех часов, а в Rainbow нам везло, если мы могли продержаться больше часа и пятнадцати минут».
Хотя времена Purple и Rainbow для него в прошлом, Блэкмор не совсем забыл свои корни, и в песнях вроде «Fires At Midnight» можно услышать его уникальную игру на электрогитаре. А двадцать процентов песен в концертной программе составляют более роковые песни, которые он играет через усилитель. «Я рок-музыкант, и, наверное, это всегда будет давать о себе знать. Мне нравится выражаться через электрогитару, потому что так можно играть более свободно. Акустическая гитара и музыка Ренессанса намного строже. Кроме того, электрогитара в песнях типа «Fires At Midnight» делает музыку горазд более разносторонней».
Переход с электрогитары на акустику сопровождался проблемами с ногтями; он отрастил их, чтобы играть пальцами на акустике, но через неделю в туре все ногти были сломаны от исполнения более тяжелых песен. «Я пробовал накладные ногти, они хороши для одной песни, но потом начинают загибаться, и струны застревают между накладным ногтем и настоящим, а я не попадаю по струнам.
Также у меня было несколько других проблем, когда я начал играть на акустической гитаре. Приходится больше внимания уделять простым аккордам и игре боем, а не просто бегать туда-сюда по грифу в си-миноре, как на электрогитаре».
Си-минор остается любимым аккордом и тональностью Блэкмора из-за большого количества открытых нот, а также средневекового тембра. «В нашей музыке также часто используется ля-минор, потому что эта тональность очень хорошо подходит голосу Кэндис. Когда я играл рок, то больше всего любил соль, а не ми, как другие рок-группы».
Написание музыки и работа с женским голосом помогли Блэкмору больше оценить подобные нюансы. «Когда я раньше писал для Яна Гиллана и Ронни Дио, то просто говорил им: «Вот вам рифф, вот тональность – удачи!». Сочинение музыки с Кэндис и изучение этой музыки заставили меня больше задумываться над такими вещами».
Исследовательская работа также привела к Блэкмора к мысли, что музыка XVI века не так уж отличается от современного рока. «Для этой музыки нужна очень точная техника, а в роке допускается более грязная игра, но мелодии часто основаны на параллельных гармониях, чаще в квартах, чем в квинтах.
Когда мне было 15 лет, и я учился играть на гитаре, то использовал более джазовые структуры и играл более сложно, но с годами от этого отказался и сосредоточился на простоте. Например, могу легко представить рифф из «Smoke On The Water» в стиле Ренессанса».
Также Блэкмор считает, что многие из его песен с Rainbow можно интерпретировать в таком стиле. Однако на «Fires At Midnight» он предпочел дать старинное звучание классической песне Боба Дилана «The Times They Are A Changin'».
«Я всегда любил Боба Дилана, и мы часто играли эту песню для друзей – на самом деле, больше как какую-то диковинку. Со временем мы решили, что можем что-то к ней добавить; я до сих пор не знаю, какие аккорды играл сам Дилан!
Но в этом и прелесть того, чем я сейчас занимаюсь. Мы с Кэндис можем играть все, что захотим; мы можем исполнять наши любимые песни именно так, как хотим, и нас не волнуют ожидания музыкальной индустрии. Я наконец-то свободен».
Раньше Блэкмор и на концертах, и в студии полагался на акустические гитары Alvarez – и вы до сих пор можете услышать их теплое и сочное звучание на «Fires At Midnight». Но сегодня Alvarez приходится конкурировать с гитарами Lakewood. «Гитара, которую вы слышите в «Praetorious (Courante)», небольшая, корпус всего 2,5 дюйма толщиной, и у нее тонкий гриф. Из-за этого, а также из-за отверстий в форме буквы F, у нее более яркий звук. Она звучит как нечто среднее между лютней и гитарой.
К сожалению, на сцене она слишком фонит, поэтому я играю на модели побольше, которая лучше резонирует и звучит более тепло. И я всегда предпочитаю ставить новые струны где-то за неделю до записи.
Когда я начинал играть на акустике, то хотел получить такой звонкий, крайне яркий звук, как у многих акустических гитаристов, поэтому всегда пользовался свежими струнами. Но это быстро надоедает, и теперь я предпочитаю более древесное и низкое звучание».
Блэкмор считает, что акустику нужно записывать непосредственно через микрофон. Хотя на сцене он пользуется сочетанием Trace Elliot и Fender Acoustasonic, он считает, что в студии любые акустические усилители делают звук более электрическим.
В плане электрогитары Блэкмор так и не нашел ничего лучше, чем экспрессивное сочетание Страта и Engl, которым пользуется многие годы. «Я даже до сих пор использую старый диктофон Aiwa, который много лет служит мне как предусилитель.
Он дает мне очень плоский сустейн, который не звучит так искусственно, как у большинства педалей. Я пытался сделать точную копию, но ни одно устройство не дает мне тех же самых качеств».
Как коллекционер старинных инструментов, на «Fires At Midnight» Блэкмор также играл на колесной лире и ренессансных барабанах. Но сам он считает себя лишь гитаристом. «На альбоме я играл на мандолине, но я не только играю на ней как гитарист, но и настраиваю как гитару – квартами, а не квинтами.
Это для меня знакомая почва. Учиться и играть на гитаре и так сложно без всяких разных видов строя и техник!».