Интервью Ричи журналу Hard'n'Heavy, июль 1995 года
- После 10 лет Deep Purple начинается новое десятилетие Rainbow?
- Это не возрождение, а новая группа. Я хотел дать людям понять, что это не Rainbow, назвав ее Rainbow Moon, в основном из-за того, что у меня есть непонятный интерес к этому небесному телу. К тому же, так звали мою бабушку, к которой я испытываю глубокое уважение. В итоге я передумал, когда заметил, что целая куча групп называют себя «Такая-то Луна» или «Луна Этакая». Мне нравится название «Rainbow». По крайней мере, слушатели будут знать, с чем имеют дело.
- Слушая альбом, складывается впечатление, что со времен «Bent Out Of Shape» ничего не изменилось. Атмосфера, мелодизм, аранжировки и глубокомысленность – все сделано так же, как раньше.
- Правильно. Сейчас меня в первую очередь интересует мелодия. Над мелодиями я работаю намного больше, чем над подготовкой гитарных партий. На написание произведения у меня может уйти две-три недели, но я редко концентрируюсь на записи соло дольше, чем полчаса! Некоторым гитаристам это покажется странным, но я больше внимания уделяю работе над ритмом и мелодией. Большинство гитаристов слишком много думают о том, как бы им представить свою игру в лучшем свете. Я 39 лет играю на гитаре, и для меня это в прошлом. Гитара не главное. Для меня важнее, чтобы песня получилась хорошей и нравилась людям.
- Многие считают вас гитаристом с ужаснейшей репутацией, что вы одинокий волк, которого не заботят интересы группы. Почему вы не хотите избавиться от всех этих ярлыков и начать выпускать музыку под своим именем?
- Я не хочу взваливать всю ответственность за проект себе на плечи. Мне нужна атмосфера, которая рождается в сердце группы, вдохновение от энтузиазма молодых музыкантов. Молодые вдохновляют меня гораздо сильнее. Я немного похож на вампира; мне постоянно нужна свежая кровь. Из-за этого всегда появляются серьезные проблемы, но когда я долго играю с одними и теми же людьми, мне все быстро надоедает. Хотя моя музыка остается такой же, среди новых музыкантов я чувствую себя гораздо свежее. Более того, мне приятно видеть как те, кто раньше мне помогал, теперь сами крепко стоят на ногах, например Ронни Джеймс Дио, Дэвид Ковердейл и остальные.
- Rainbow считается одной из самых утонченных групп, даже в большей степени, чем Deep Purple. Похоже, что такой утонченный хэви-метал вам нравится гораздо больше, чем музыка Deep Purple, учитывая, что ваш любимый альбом «Slaves And Masters» на самом деле звучит именно как альбом Rainbow.
- Этот альбом намного мелодичнее остальных пластинок Deep Purple, и многие признавались мне, что они не только считают его отличным альбомом, но что они предпочитают его остальным работам группы. Последний альбом Deep Purple мне вообще не нравится! Я считаю, что это худшая пластинка с моим участием. Rainbow это утонченный рок, в котором на первом плане стоит мелодизм. Мне не нравится играть музыку без структуры. Это мне не интересно. Я этим уже занимался. Мне кажется, что 30 лет подряд я играл песни, в которых не было ничего, кроме шума. Для своего времени «Speed King» была неплохой песней, это правда, но я не получаю никакого удовольствия, слушая ее сейчас, тем более - играя ее. Это всего лишь маленький рифф, сыгранный на большой скорости. Больше я такой рок не слушаю. Больше всего меня привлекают мелодии из классики, фолка и блюза. Альбом становится успешным тогда, когда покидаешь студию с ощущением удовлетворения от того, что ты записал. Со мной такое случается редко, но этот альбом был к этому ближе всего.
- Но как вам удается находить музыкантов, безумных настолько, что они готовы с вами играть?
- Меня не волнует моя репутация, такие слухи идут от тех, кому пришлось уйти из группы, у меня никогда не было проблем с поиском хороших музыкантов-аккомпаниаторов. Я часто меняю музыкантов, потому что я не очень доволен ими в музыкальном плане. Очень редко увольнения связаны с личными проблемами, в основном причины их ухода связаны с музыкой. Если я удаляю кого-то от себя, это связано не с тем, что он мне не нравится, а с тем, что с этим человеком мне не удается играть то, что я хочу слышать.
- Как происходят эти «разводы»? Вы пишите им уведомление, отправляете к ним своего юриста, или же все решается мирным путем?
- Нет, в основном менеджер посылает им уведомление. Возьмем, для примера, Ронни Джеймса Дио, я не отрицаю, что он чудесно поет, проблема в том, что он всегда поет одинаково. А еще он женился на этой странной женщине, которая, похоже, сильно на него влияет…
- А что насчет нового парня, Дуги Уайта?
- Хм, он уже уволен (смеется)! Нет, шучу! Он шотландец, и это сказывается на его характере. С ним очень весело. Мы часто ходим играть в бары. Я беру с собой акустическую гитару; у него невероятный репертуар задорных английских и шотландских народных песен. Он всегда меня вдохновляет. Даешь ему две-три ноты, идею для мелодии, и он сразу же придумывает целую песню. Редко бывает, чтобы певцы меня так веселили.
- Не было ли у вас опасений в связи с тем, что вам снова придется доказывать себя после десяти лет работы с Deep Purple?
- Я всегда чего-то боюсь. Наверное, найти более негативного и нервного человека, чем я, возможно, но это будет непросто. Но, с другой стороны, меня это не волнует. На данный момент дела в группе идут хорошо, и я больше ни о чем не думаю. У нас хорошие дружеские отношения, и я верю, что все пойдет хорошо, по крайней мере, следующие два-три месяца (смеется), прежде чем я почувствую проблемы с окружением.
- Когда вы ушли из Purple, все подумали: «Он может связаться с Дио, Боннетом, Тернер тоже сидит без дела», ждали, что вы будете работать с кем-то из них. В итоге вы выбрали неизвестного парня, который только что вышел из школы.
- Это риск. Но я не хочу совершать ошибку, снова играя с теми же музыкантами. Все это немного поднадоело. Я уже делал так с Deep Purple, и не был особенно доволен музыкой. Я уважаю их как музыкантов, за исключением этого так называемого певца; но также важно заметить, что с ними я не мог выразить себя на 100%. В первую очередь я ушел из-за уже упомянутого «певца». Мне нравятся вокалисты, которые умеют петь, наверное, именно такие певцы нужны группе. Я не хочу работать с вокалистами, которые не могут петь.
- Голос Дуги Уайта напоминает голос Джо Линна Тернера.
- Только не говорите об этом ему самому. Дуги очень не любит Джо. Он обожает Дио, но Джо ему не нравится. Меня это не волнует, меня даже приятно, что кто-то находит у нас сходство с Rainbow периода Джо Линна Тернера.
- Новый альбом показывает, что современная музыка на вас никак не повлияла.
- На самом деле, сейчас я слышу мало музыки, которая мне нравится, исключением является группа King’s X. Это одна из лучших групп, что я слышал за многие годы. Боюсь, они слишком хороши, чтобы иметь успех. Массы в целом предпочитают слушать однотипные глупые песни; меня тошнит от этой зависимости музыки от популярности и моды. Ненавижу моду. Я не люблю современный бизнес за то, что если группа работает в непопулярном стиле, то она заранее обречена на провал, даже если верит в то, что делает. Звукозаписывающая компания перережет ей воздух. Всем приходиться следовать моде: «Давайте будем играть как Pearl Jam»! И вдруг на горизонте появляется куча одинаковых групп. Радио и музыкальные магазины продвигают только свои избранные группы. В итоге люди больше не задают вопросов и покупают то, что им сказали покупать. Это какой-то коммунизм, общество покупает то, что подходит под линию партии.
- Что вы можете ответить журналистам, которые не упускают шанса сказать: «Ричи, с 1984-го года многое изменилось. Сначала был восход хэви-метала, затем грандж. Как вы можете игнорировать существование групп Nirvana и Pearl Jam? Как вы можете играть музыку Rainbow сегодня? Вы серьезно надеетесь, что кто-то пойдет на ваши концерты? Вы, наверное, шутите»!
- Очевидно, что многие так и думают, но я останусь честен. Я не пойду на компромисс. Это та музыка, которую я играю, вот и все!