Вечная система
- Почему они не атакуют, Арон?
Алекс стоял позади меня на помосте за пультом управления. Широкое панорамное окно демонстрировало военную космическую эскадру. Корабли висели в темном пространстве, словно затаившись.
- Не знаю, Ал. Это вызывает подозрения….
Мне пришлось пройти за пульт, чтобы лично взглянуть на расположение кораблей. На орбите планеты, как стражи, выстроились фрегаты, грозные и пугающие.
-Что делать будем?
-А какие прогнозы? - спросил я Алекса.
- То, что они пропустят нас к в-п-туннелю шансы не велики, но все же есть маленькая вероятность.
- А какова вероятность того, что мы не получим под зад хороший ускоряющий плазменный пинок?
- Ха-ха. Твой сарказм не уместен, Арон, честно!
- Тогда все дальнейшие действия по факту. Наш корабль вряд ли сможет сдержать огонь, постараемся уклониться. Предупреди Виктора, он все-таки лучший пилот и знает, как управлять этим ящиком.
Бороздя глубокие небесные просторы я сотни и тысячи раз задавал себе вопрос - «Одиноки ли мы в нашем мире?» В более масштабном понимании: в этой Галактике и многочисленных других. Вселенная с каждым днем расширяется: зарождаются новые Галактики, Звезды, Планеты. Рассеиваются в этом темном пространстве. «Что там?».
Там необъяснимое что-то, заполненное глухой пустотой, черной, бездушной и холодной. И мы пытаемся узнать, что же там, за всем этим мраком.
Когда долгое время проводишь в Космосе, вдали от всего родного и теплого (даже ледники Северного Ахштара кажутся такими), начинает затуманивать разум одна противная мысль: «Существование Человечества — это вечная система одиноких дней. Изолированное одиночество». Эта мысль разрушает крепкие стены здравого смысла. И летая безрезультатно по этому миру, одинаково проживая день за днем, потихонечку сходишь с ума от отчаяния.
- Арон, подойди.- Алекс позвал меня весьма настороженным голосом.
Я встал с кресла и направился к окну, где он ждал меня.
- Что же такого увидел бесстрашный Капитан Космофлота Алексиус Имре?
Подойдя ближе, я понял, что зря пытался шутить и улыбаться. Флотилия на орбитальной станции изменила порядок построения, все так же не отвечала на сигналы и не шла на контакт.
- Что скажешь, Алекс? Что они намерены предпринять?
Он смотрел не отрывая глаз и кажется даже не дышал. Прикидывал, рассчитывал, выверял все возможные риски.
- Может, они все же выйдут на связь. Мне бы не хотелось с боем прорываться через космический флот Зумбару, на нашем крохотном ящике, как ты выражаешься.
- Стоим и ждем. Ближе подходить рискованно.
Я отошел от этой панорамы и вернулся в капитанское кресло. Думы так и норовили снова захватить меня в плен. В подобные кризисные мгновения, напряженные ожиданием, меня всегда посещают мысли о вечном. Вспоминаю кто я, какую жизнь прожил, как её прожил и могу ли гордиться поступками. Возможно, что это последние мгновения и поступки, и более лучших в моей жизни уже не будет.
Отдаляясь от дома, окунаясь в темное пространство, мы не становимся ближе к тому, куда так стремимся. О, Великий Космос! Людям еще не позволено смотреть открыто и прямо за твои горизонты. Пока возможно лишь заглянуть, так, украдкой, как в дверную щель. И быть наготове, ведь эта щель в любой момент может захлопнуться.
В данный момент мы стояли у этой самой дверной щели. По расчетам межгалактических ученых, за планетой Зумбару открылся новый в-п-туннель, позволяющий нам узнать, заглянуть, приблизиться к ответу на интересующий нас вопрос.
Правительство Зумбару охраняло туннель и было категорически против его освоения другими Планетами-Государствами. Еще не хотело признавать туннель общегалактическим достоянием, потому что он образовался вблизи их планеты, на их территории. Но их можно понять, они защищаются, им страшно, страх перед неизведанным, а в масштабах Вселенной это еще страшнее.
Смотря пристально вдаль, на черную мглу, на всполохи звезд, искаженные орбитальной атмосферой, я продолжал обдумывать все. Отправляясь на службу в космофлот, я знал на что соглашаюсь и что может меня ждать. Я столкнулся с бездной. Наблюдаемая Вселенная составляет всего 0,01% - это даже мельче планктона в огромном океане, да даже во всех семи океанах нашей планеты Эргос. Этот Космический океан полон сомнений, загадок, тайн и опасностей и он не статичен, он в постоянном движении. И все там связано невидимыми глазу линиями, в-п-туннелями, которые могут увести далеко за пределы изведанных границ.
Стоя на пороге открытия, наша команда понимала, чем все может завершиться. Я смотрел на всех своих товарищей, подчиненных, что за это время стали мне семьей и домом. Спрашивал себя: «Куда мы так стремимся попасть? Нуждаемся ли мы в этом бегстве через время и пустоту?». Бегство по дороге, уходящей вдаль. Чем мы ближе, цель становится все дальше. Ведь возможность существования других Вселенных примерно десять в пятисотой степени. Это невообразимое число возможных других жизней!
Мои размышления прервал Алекс, он неслышно подошел со спины и хлопнул меня по плечу.
- Арон, ты в порядке?
Я вздрогнул от неожиданности и переспросил:
- Что? Ты что-то спросил, Ал?
- Ты в порядке? - Его голос стал настойчивее и громче.
- А, да-да, все хорошо. Опять в мысли провалился, ты знаешь.
- Пока ты был в философской прострации, на комм поступило сообщение, точнее голограф-письмо. Оно зашифровано, с вензелями и гербом Дома Правительства Зумбару. Кажется от самого Короля Ширмату Вахди.
Алекс тревожно смотрел мне в глаза, так пристально, словно хотел мысленно послать мне сигнал или мысль, раньше, чем сам бы ее произнес.
- Не смотри так на меня! Я не телепат. Что в письме?
- Я не знаю, Ар. Не могу знать. Оно только для твоего кода доступа, лично тебе в руки, как говорится. Прошу, скорее прочти!
Ввести код не составило труда. Вензеля на голографическом письме зашевелились и растаяли, оголив государственный герб Зумбару. Я пробежался глазами по содержимому и не поверил. Прочел еще раз более внимательно. Мои удивленные глаза и нахмурившиеся брови приметил Алекс
- Что там?
Хлопающими от недоумения глазами, я посмотрел на него.
- Они отзывают военный флот и пропускают наш корабль в пространство планеты, так же они обеспечат нам сопровождение к в-п-туннелю.
- Ты космическую белочку поймал, пока думал о вечности? Не стоит так шутить с больным мувеном, Ар! У меня слабые органы, особенно сердце.
- Ты здоровее всех мувенов будешь, не прикидывайся. Я абсолютно серьезно, взгляни сам.
Алекс недоверчиво согнулся над моим плечом и уставился в голограф. Его лицо менялось, он даже позволил себе немного улыбнуться, совершенно по идиотски, как я давно еще приметил.
- Неужели они пошли на такие жертвы? Переступили через свою гордость!
- Они переступили через нас, Ал. Через всю нашу команду.
Моя первоначальная радость поубавилась, я пытался расценить их поступок, этот нижайший поклон перед нами.
- Они могут отрезать нам путь обратно. Они легко могут нас убить в назидание другим государствам. Они могут закрыть проход.
- Или же нет, а ты, как всегда, паникуешь раньше времени.
- Я не паникую. Я хочу понять к чему готовиться.
Я развернулся к команде и начал раздавать указания. Минуя все чины, в которых пребывали подчиненные, мы все были семьей и обращались по именам.
- Марк, найди Котона и узнай все о наших запасах топлива, провизии и всего необходимого. Рассчитывайте на самый долгий полет. Корен, свяжись с восточным космопортом Зумбару, передай наши координаты и узнай, смогут ли они снабдить наш экипаж всем необходимым, в том числе дозаправкой. А, и узнай курс на топливо.
- А ты что будешь делать, о, великий Капитан? - Алекс ехидно улыбнулся.
- Удалюсь составлять завещание. Чует мое мувенское сердце, что оно пригодится. Да еще кипу бумаг надо подготовить. Нужно обезопасить себя от всех возможных гос. нападок, хотя бы документально.
- Что-то мне все это резко разонравилось. - Алекс не скрывал тревоги и волнения.
Перед тем, как отправиться в каюту, я дал команду отправиться в космопорт. Гора бумаг ждала меня на столе и я принялся за дело. Через час меня прервал звонок Алекса:
- Арон, мы прошли стыковку в восточном космопорте Зумбару. В нашем расположении еще 8 часов на технические нужды и отдых, потом мы должны улетать.
- Спасибо, Алекс. Я почти закончил с документами. Я свяжусь с тобой.
Еще минут тридцать я провел за делами. Поступило еще несколько звонков, я разобрался и с ними. Закончив, я поспешил на станцию космопорта, чтобы отдать бумажные поручения, документы, личные бумаги. Странное дело, век информатизации и технологий, а рукописные документы обладали невообразимой ценностью и были лучше любой электронной шифровки.
Банк отнесся к моим вкладам с почтением и бережно спрятал в надежной ячейке. На все эти походы я потратил еще два с половиной часа. Оставалось совсем немного времени, чтобы восстановить организм целебным сном. Жаль, что спать оставалось пять часов. Нужно было сохранить ясный ум. Я поспешил на корабль, в свою каюту, в объятия мягкой капсо-кровати.
Сон был беспокойный и тревожный, проснуться было благодатью.
Войдя в капитанскую, я заметил Алекса, такого же помятого.
- Совсем не спал?
- Нет, спал, час или около того….
Мы прошли за свои места. Начиналась отстыковка и в скором времени корабль покинул восточную станцию космопорта грозной планеты Зумбару. Сопровождающий нас военный эскорт поражал своей пафосностью. В глазах планетников они выглядели благородными героями, которые любезно помогли сопроводить неопытных дурачков-самоубийц к выходу в большой мир.
У пересечения границы с вп-туннелем пафосная космо-стража отстала и осталась позади.
Нам же предстоял прыжок в неизведанное, новое, манящее, пугающее. У меня были странные чувства. Я снова погрузился в мысли. Алекс, видя меня в таком состоянии, каждый раз закатывал глаза и уходил вглубь капитанской рубки. Я же оставался неподвижным в своем кресле, смотря вперед, в черноту, которая вот-вот поглотит нас. В моих мыслях крутился только один вопрос и я произнес его шепотом:
- Успеем ли мы что-то предпринять перед тем, как Великий Космос обрушится на нас и даст отпор за вторжение?
Возможно, нам этого никогда не узнать.
Экипаж приготовился к прыжку, в рубке все сверкало огнями. Секунда и мы провалились в туннель. От волнения я закрыл глаза и затаил дыхание. Тьма обняла нас. Неизвестность ждала.