ПОСЛЕДНЕЕ ТАНГО В ЛИССАБОНЕ

В одном из вечерних заведений шумела музыка, выступал оркестр Маурисио Касереса, по этому поводу собралась большая публика. Всё дело в том, что в этот день в "Саламанке" был вечер танго, свежего и нового танца, завезённого с далёкой Латинской Америки. Этот вечер, на котором собрались все "сливки общества", почтил и сам бывший монарх Португалии Карлуш I, ныне же просто Карлуш Браганса.

На мероприятие спешил и молодой писатель Эдаурдо Мендеш, он поторапливал извозчика. Когда он подъезжал к "Саламанке", вокруг входа уже стояла толпа, вдоль улицы вереницей выстроились кареты, извозчики стояли и покуривали, обсуждая какие-то политические новости. Карета Карлуша явно выделялась, на ней всё ещё оставались императорские вензеля.

Эдуардо явно нервничал, он спрыгнул из кареты, поправил бабочку и направился ко входу. Возле входа "швейцар" с кем-то спорил, уверяя, что его пригласительный билет недействителен. Терпеливо выждав минуту, Эдуардо подошёл к "швейцару" и предъявил своё приглашение, любезно подаренное одним из богатых меценатов Лиссабона. "Швейцар" отворил дверь и пожелал хорошего дня, после чего вновь продолжил словесные баталии.

Эдуардо вошёл в зал и оглянулся. В центре зала стояла сцена, вокруг неё оставалось пространство для танцующих, а вдоль стен находились столы, вокруг которых суетились официанты. Бал был уже в полном разгаре, Эдуардо взглядом искал знакомые лица, вскоре он увидел своего приятель из Коимбру, Криштиану Гонсало, тот сидел за столом и курил, наблюдая за всем действом издалека. Носил он странный клетчатый костюм, из его нагрудного кармана торчал смятый платок. Когда он увидел Эдуардо, его губы расплылись в улыбке.

— Эдуардо Мендеш, в самом деле, и ты здесь! У этого вечера появился шанс!

Эдуардо прыгнул на стул напротив Гонсало, он ещё раз оглянул толпу, после чего сказал:

— Карлуш тут?

— Естественно, теперь ему хватит времени на песни и пляски.

— Отлично, ты заметил ещё кого-нибудь?

— Конечно, Эдуардо, конечно — Эдуардо бесила манера его приятеля растягивать слова и предложения, привнося сумбур в серьёзные планы —видишь вон того, что в сером фраке? Это начальник городской тюрьмы, "дон Дубинка", как его называют. А вот, с густыми усами, закрученными? Видишь? Посол Германии. Понятия не имею, чего он тут забыл. Странно, что полиция не заинтересовалась этой встречей. Бывший монарх и посол Германии в одном зале, танцуют, держатся рядом. Вряд ли это совпадение.

— Есть кто из наших ещё?

— Нет, Самюэля не пустили, ему достался фальшивый билет.

— Дрянь. У него же был револьвер?

— Да, так что перестреливаться с полицией и охраной придётся нам.

Внезапно, Эдуардо заметил сквозь танцующую толпу сидящую девушку в чудном белом платье. Она выглядела томной и уставшей, да и к тому же одинокой. Она сидела одна и лишь наблюдала за толпой. Эдуардо попросил своего приятеля подождать и бросился к даме, пробираясь через весь зал.

— Кристина, не ожидал вас здесь увидеть — писатель наклонился к даме и поцеловал протянутую руку —Вы сегодня ослепительны как и всегда.

Девушка улыбнулась, но через несколько мгновений одёрнула руку.

— Эдуардо, лучше будет, если нас не увидят вместе. Вы так и не извинились за случай в Порту.

— Милейшая моя, мне правда жаль, что пришлось вас тогда бросить. Я могу встать на колени и извиниться, если вам так сильно хочется. Вы знаете о моих чувствах.

— Право, не стоит, не стоит. Эдуардо, пожалуйста... — девушка отвела взгляд

— Я бы хотел вас пригласить на танец. Вы сидите одна, в полном унынии.

— Нет, решительно нет... Вы сами знаете...

— Я знаю, чего вы хотите на самом деле. Давайте, вы же умеете танцевать танго? Если честно, я нет.

— Я тоже нет, но...

— Пошлите, пошлите, будем учиться вместе! Кристина, прошу вас!

Девушка нехотя подалась. Они пошли к танцующим, где под чарующие звуки музыки кружились в танце. В один из моментов Эдуардо наклонился к девушке и прошептал:

— Где ваш отец?

Не переставая танцевать, девушка отвечала ему:

— Он не смог быть здесь сегодня, он озабочен нашим переездом.

Эдуардо занервничал и сжал руку своей партнерши сильнее, его глаза выражали всё его удивление, спустя пару секунд он выдавил из себя вопрос.

— Но куда? Вы меня покидаете?

— Да, мы завтра отбываем в Марсель, отец купил там домик на Лазурном берегу.

— Но почему?

— Слишком неспокойно, дело отца под угрозой. Он хочет оборвать все связи здесь и отбыть во Францию.

Темп усиливался, Эдуардо, совравший девушке, продолжал молча направлять её в танце, но сам смотрел ей в глаза не отрываясь.

— Вы будете мне писать?

— Эдуардо, не стоит...

— Тогда дайте мне ваш адрес. Я буду вам писать, и мне будет не важно, будете ли вы читать и отвечать.

— Ваша лесть...

Эдуардо краем глаза увидел, что Гонсало с недовольным выражением лица показывает на часы. Писатель совсем забыл о сегодняшнем "предприятии", тогда он сказал своей партнерше:

— Вам лучше уйти, Кристина. Прямо сейчас.

Девушка смутилась и нахмурила брови.

— Это ещё почему? Я хочу танцевать.

— Я не позволю вам остаться здесь.

Он остановился и двинулся к столу, но резко обернулся, схватил девушку за руку и повёл её к дверям. Она застеснялась публики и послушно следовала за молодым человеком. Он подвёл её к дверям.

— Кристина, уходите сейчас же. Здесь... Здесь вам лучше... Не быть. Поверьте мне.

— Вы увидели свою другую пассию, Эдуардо? Что за муха вас укусила? А впрочем, прощайте... Вы правы, мне не стоит быть здесь, особенно с вами.

Она второй раз за вечер одёрнула руку и бросилась к дверям, Эдуардо услышал лишь всхлипы, после чего девушка в белом платье скрылась за дверями, как выяснится далее, навсегда для него.

Он вернулся к Гонсало, в этот момент Маурисио Касерес объявил паузу и пригласил гостей за столы. В пяти метрах от приятелей сел и Карлуш I, он сидел со своей женой Амелией. Они смеялись и что-то обсуждали, когда Гонсало аккуратно достал небольшой револьвер из потайного кармана пиджака и сделал два выстрела в сторону Карлуша. Карлуш упал, Амелия то ли была ранена, то ли потеряла сознание и упала подле своего супруга. Эдуардо выхватил свой револьвер и сделал ещё два выстрела в сторону пары, за пару секунд в заведении поднялся шум, все бросились к выходу, из ниоткуда возникла охрана с карабинами. Приятели опрокинули тяжёлый стол и спрятались за ним, отстреливаясь от охраны.

— Ты стрелял в тюремщика?

— Нет.

—Плохо. Знаешь, мне чертовски не нравится это «танго». Наши братья гниют в тюрьме, пока этот старый хер Касерес играет своё «танго» для легавых — после этих слов Гонсало несколько раз выстрелил в сторону убегающего оркестра. Сразу после этих выстрелов промеж его глаз прилетела пуля. Мёртвый анархист упал на пол. Ошарашенный Эдуардо достал из кармана своего приятеля белый мятый платок и замахал им.

— Сдаюсь! Сдаюсь!

Он услышал топот сапог по мраморному полу, через мгновение над ним нависли тучные фигуры охранников и жандармов. Он был задержан. Они схватили его под руки и повели к выходу, один из охранников обронил фразу:

— Ты бы подумал, куда попадёшь теперь. Стрелял бы лучше в начальника тюрьмы, дурак.

Эдуардо не слушал гневные высказывания толпы зевак, он шарил глазами по толпе в поисках девушки в белом платье. Но не увидел её.