Совесть при свете веры или вера при свете совести?

В Москве прошли очередные уже двадцать седьмые Международные образовательные Рождественские чтения. В этот раз они были посвящены проблемам молодежи. «Молодежь: свобода и ответственность» – таково общее название.

Это масштабное событие объединяет большое количество участников, среди которых представители духовенства, госслужбы, богословы, ученые, чиновники, работники образования и культуры. Миссия этого мероприятия – способствовать духовному и нравственному оздоровлению общества, интегрировать усилия соотечественников в деле воспитания граждан, способных возродить Отечество, сформировать человека высокой интеллектуальной и духовной культуры на основе традиционных ценностей.

В определенном смысле чтения призваны устранить этот разрыв между церковью и обществом, который во многом искусственно и насильственно образовался в советский период нашей истории. Отделение церкви от государства не означает отлучение ее от социокультурных процессов.

Удалось ли выполнить эту задачу?

Во многом да. Сегодня можно наблюдать активное участие церкви в различных мероприятиях и проектах светского характера, которые проводит государство. Много образовательных и культурных инициатив проходят под непосредственным церковным окормлением. Но с другой стороны, в общественном сознание есть и неприятие этого процесса, в котором усматривается чрезмерное вмешательство церкви в светское культурное пространство. Этот своего рода конфликт между представителями светской и воцерковленной интеллигенции имеет уже многолетнюю историю, которая затрагивает разные аспекты современной жизни, начиная от курса «Основы православной культуры» в школе, и заканчивая совсем недавними горячими спорами по поводу придания теологии статуса науки и введения ее в образовательное пространство.

Во многом эти и другие противоречия, возникающие между церковью и обществом, связаны с тем, что в современной культуре отсутствует полноценная философская критика религиозного сознания. Эта критика – знак нормального цивилизованного общества, не имеющая ничего общего ни с атеистической идеологией, которая не критикует, а просто отрицает религию как заблуждения, ни с антиправославной направленностью некоторых либеральных кругов.

Об этом говорил в своем докладе Владимир Варава на круглом столе «Проблема «свобода vs. ответственность» в философско-богословских дискурсах современности», который был организован Российским православным университетом святого Иоанна Богослова.

В выступлении, которое называлось «Свобода vs. совесть: нравственные противоречия эпохи пустоты», Владимир Варава отметил, что сформировавшийся ныне формат чтений – это апологетика православия и критика светской культуры при полном отсутствии философского анализа духовной ситуации времени.

Однако эта ситуация претерпела существенные изменения, которые касаются, прежде всего, внутреннего мира современного человека. Если для прежних эпох важны были такие вопросы как доказательство бытия Бога, бессмертия души и т. д., то сегодня (в эпоху пустоты) на первый план выходят нравственные и экзистенциальные проблемы.

Духовный мир современного, прежде всего молодого человека экзистенциально сложнее, чем у его предшественников. Сегодня более актуальны не вопросы о вере и неверии, об основании истинной веры, но вопросы совести и смысла, которые бросают вызов традиционному религиозному пониманию веры, которое основывалось на «уверенности в невидимом».

В. Варава заметил, что сегодня особо остро чувствуется, что причинно-следственной связи между религиозностью и нравственностью нет. Религиозность человека больше не может считаться добродетелью, как это было в прежние эпохи. А «уверенность в невидимом» не является критерием истинной религии. Эпоха пустоты, в которой мы оказались, это не есть только разрушение всех прежних ценностей, это еще и серьезное нравственное испытание человека.

Может ли человек верить без надежды на вознаграждение или без страха перед наказанием? Эти вопросы вызвали оживление и бурную дискуссию.

Основные выводы доклада звучали так. Нравственные антиномии «эпохи пустоты» проходят не столько по линии свобода/ответственность, сколько по оси вера/совесть. В «эпоху пустоты» совесть, как это ни парадоксально, принуждает к большей ответственности, нежели в эпохи, когда легитимизованы внешние регулятивы (религиозные, моральные, идеологические). Именно совесть, взывающая к личной экзистенциальной ответственности, обнажает нравственное ядро личности, тем самым бросает вызов вере, по крайней мере, ее традиционному образу, основанному не столько на идее нравственной чистоты, сколько на «уверенности в невидимом».

И такая вера больше не может являться источником морально ответственного поведения и должна быть испытана совестью.

А это значит, что философская критика религии становится сегодня одной из насущных задач.