Теория токсичности
Токсичность. Каждый активный пользователь интернета хотя-бы раз в жизни имел возможность услышать об этом прежде не слишком примечательном термине. Он расплывчат, имеет субъективную окраску, но при этом обладает огромным коллективом пользователей повседневно употребляющих это в речь. Как же подобное могло произойти ?
Человеческая история преисполнена адаптацией. Адаптируется всё — культура взращенная фактическими условиями окружения, методы обустройства собственного быта ( здесь не лишним будет упомянуть мнимое превосходство запада на начальных этапах развития, закреплённое использованием ашёльских ручными рубил но опровергнутое последующими изысканиями в районе бассейна Босэ в Южном Китае, выявивших что после исчезновения в тех местах бамбука - местные жители начали создавать орудия напоминающие ашёльские, следовательно люди востока не были менее развитыми — они попросту адаптировали свои методы учитывая доступность иного материала — бамбука ), в том числе и язык. Язык как форма общения вынуждена претерпевать исключительные изменения основанные на бурном развитии нашего общества. Особенно это заметно на примере современности ( но мы как истинные эстеты используем более изящный образец для сравнения ). В качестве примера изменчивости человеческого языка мы можем воспользоваться латинским выражением milites обозначающим воинов. Под влиянием французского слова cheavalerie ( рыцарство ), создающего особый акцент на лошадях и методах службы тесно связанной с полным вооружением — milites извлекает более возвышенный смысл приобретаемый путём употребления этого слова в иных реалиях. Таким образом видоизменяясь это выражение отбросило свой собирательный окрас и уже в конце XI в. обретает значение сопоставимое синониму рыцарства.
Но в ныне-представленном тексте речь пойдёт не о аристократах-рыцарях и тем более не о тонкостях латинского языка времён Ричарда I Львиное Сердце и Филиппа II Августа. Сегодня мы обсудим нечто более приземлённое, грубое и абстрактное, мы поговорим о токсичности.
Что же такого в этом непримечательном слове ? Что вынуждает массы всё чаще употреблять это выражение, тем самым возвышая ценность оного термина ? Для начала обратимся к фактическому значению этого выражения. В русском языке есть два толкования этого термина — способный отравить, вызвать отравление и наиболее-интересующий нас — создающий вокруг себя нездоровую обстановку ( что интересно в качестве примера используется цитата датируемая 1973 годом, что даёт нам право утверждать о довольно-таки продолжительном периоде использования данного выражения ). Казалось бы что вот он и ответ. Второе значение можно трактовать в немного изменённой форме, к примеру используя выражение « неприятный », на чём и можно было бы кончать. Ординарное слово обросшее дополнительной мало-используемой интерпретацией, ничего более, ничего интересного... Однако при таком развитии событий данный термин вряд-ли мог бы рассчитывать на нечто большее чем упоминание в качестве синонима к слову отравленный, однако это выражение обрело неподдельную популярность на западе, обеспечив себе титул слова года по версии Оксфордского словаря. В этом же словаре данный термин имеет три значение. Самым любопытным для нас является его третья « ипостась » — очень плохой, малоприятный, вредоносный.
Подобное никак не противоречит русскому значению — создающий вокруг себя нездоровую обстановку, однако при этом в нашем более консервативном в плане нравственности, обществе, данное слово не имеет столь весомой существенности, каковую оно обрело на западе. При таком обстоятельстве возникает резонный вопрос — почему ?
Нынешнее поколение « вольной » молодёжи подвержено эмоциональности в вопросе познания окружающего их мира. Всё основывается на эмоциональном изучении, что создаёт условия при которых в социальном смысле эти самые юнцы оказываются крайне неустойчивыми к критике. Индивидуализм совокуплённый с эмоциональным познанием и толерантной пропагандой взращённой удовлетворительными условиями жизни, вот краткий путь создания « нового общества » слабого, но самоуверенного. В виду своей слабости индивидуумы подверженные вышеуказанным симптомам выискивают методы борьбы с более разумными представителями человеческого рода. Так как в конструктивной полемики слабовольные юнцы не способны опереться на железную логику ( за исключением самых фанатичных для коих незыблемым подспорьем выступают их собственные непробиваемые убеждения ) то единственным действенным выходом для них становится — роль жертвы. При подобном развитии событий взращивается особый инстинкт всеобщей солидарности, оправданный необходимостью защищать свой « вид ». Как нам известно из истории — слабые сообщества способны кооперироваться для сопротивления более сильным группам. На этом основывается принцип государства — объединение ради сопротивления — голоду, внешним угрозам и иным напастям. Этим и руководствуются данные толерантные сообщества.
При устойчивом навязывании современных западных « идеалов » увлечённых принципами свободы нравственности и выбора, не стоит удивляться столь бойкой радикализации уже остепенившихся идей толерантности и « свободы ». Ergo мы имеем дело с взращённой в колыбели попустительства, идеологией основанной на незрелых эмоциях и приземлённых фетишах не имеющих под собой ничего иного кроме как жажды внимания. В надежде привлечь к себе кромку всеобщего любопытства и так называемого « уважения » масс, отдельные фанатики толерантности не обладая в себе никакими талантами стараются обратить к себе интерес представляясь не чем иным кроме как рупором « прогрессивного » мнения. Таким образом коалиция образованная жаждой внимания, популярным из воздуха течением борьбы за различные права ( неважно чьи ) и общей тенденцией солидарности преобразуется в новую силу, нуждающуюся, естественно, в своём символе, в неком знамени который не только будет позволять заявить о направленности вашего мнения, но и к тому же будет исполнять чисто технические функции, позволяя стремительно и без лишней пыли обратить внимание на себя и направить всеобщую ( согласных с вашим мнением ) ненависть против оппонента. Опуская иные причины и следствия возникновения такой массовой истерии вокруг этого опороченного термина, я предлагаю перейти к разбору современного понимания данного слова.
Что же такое токсичность ? Это несогласие. Несогласие с вашей позицией. Несогласие с вашей идеологией... просто несогласие. Таким образом и без того расплывчатый и поверхностный смысл теряет окончательно всякий контур перевоплощаясь в подобие повисшей в воздухе мысли, потерявшей под собой всякое ясное употребление. Иными словами токсичным можно назвать всё что угодно — прошедшего мимо мужчину окинувшего вас неприятным вам взглядом, парень заявляющий о том что коммунизм возможен, привлекательная девушка даже не обратившая на вас внимание... проще говоря всё то что вам может даже чисто теоретически не-понравится.
Человек малообразованный, слабовольный и бездарный, обретая такую существенную силу как утверждение неких идеалов оправдывающих его значимость и ошибочность суждения тех кто в чём то его превосходит, почти всегда влюбляется в эти самые идеалы, становится их заложником и верным последователем. Большую уверенность и решительность в своих побуждениях, такой человек может приобрести путём осознания общей солидарности подобных ему, заряженную к тому же достаточной информационной привлекательностью выражающейся в медийном шуме образованном в следствии подобных скандалов. То есть если мы хотим выразить краткую и лаконичную позицию токсичности то это — медийный термин предназначенный для привлечения внимания и захвату лидирующей, жертвенной позиции в дискуссии, позволяющей привлечь к ней внимание и завладеть симпатией масс.
