Размышления о критике
Р. Ю. Максишко
Всему тому, что люди привыкли называть прогрессом и развитием человечества, мы в первую очередь обязаны критическому мышлению последних столетий, поскольку именно оно лежит в основе современной науки, а также определяет тренды и пути движения нашей цивилизации, ее преобразования со времен античной эпохи и далее в ходе становления европейской культуры вплоть до нынешних дней. Критика требует от мыслителей рафинированного понимания своего положения в мире идей и во многом базируется на человеческом эгоцентризме, принуждая критически настроенную персону отстраняться от исследуемого или критикуемого ею объекта. Если в древние времена такое упражнение было доступно лишь единицам – философам, полетом мысли которых мы восхищаемся и не перестаем удивляться, то теперь люди делают это автоматически, не задумываясь и не рефлексируя. Критика вросла в нас до мозга костей. Любой чернорабочий теперь в состоянии сформулировать критическое суждение. Критикуют все, даже дети, едва переросшие эпоху младенческого подражания окружающим их взрослым и тем самым впитавшие в себя основы критического противопоставления, закрепленные в культурных нормах поведения. «Ты, дедушка, не прав», – говорит мне пятилетний внук. «Почему?» – спрашиваю. «Ну, так, – слышу в ответ, – Не прав и все!»
На уроках в вальдорфской школе «Согласие», где я практиковал со старшеклассниками упражнения Formgestaltungschule по пластическим метаморфозам, нетрудно было заметить, как ученики, выполняя задание по сравнению различных подчас трудносопоставимых предметов, с легкостью находят различия между ними, а вот поиск сходств дается с трудом. Это наблюдение иллюстрирует то, как подспудно и бессознательно критика работает в каждом из нас. Ведь именно критическое мышление в первую очередь требует от человека различения и анализа, а вовсе не синтеза.
Однако, прежде чем погрузиться в размышления о критике с целью определения путей дальнейшего развития человечества, необходимо вспомнить и далее постоянно держать в поле зрения один важный момент. За каждой привычной вещью, за каждым явлением и событием повседневной жизни, за каждой обыденной ситуацией стоят силы и сущности душевно-духовных миров. Что бы ни происходило в пределах видимого природно-физического мира, этому всегда имеется соответствие в мире души и в мире духа. И интересующая нас критика в этом смысле не является исключением. За ней также стоят и действуют определенные силы.
Мир телесный или физический является ареной волевой жизни человека, где он как деятель соприкасается с воплощенной и обналиченной объективной реальностью, приобретает соответствующий опыт и далее проявляет активность, творит. Здесь критическое видится в его способности отстраняться от прочих объектов мира. За многие столетия люди научились разотождествляться с вещами и явлениями природы, а также с социумом и отдельными личностями. Я – не буря. Я – не стол. Я – не хиппи. Я – не мой сосед…
Здесь же, но этажом выше, разворачиваются события душевной жизни, где человек ощущает, вожделеет, радуется или страдает, рассуждает. В этом пространстве – подвижном, трепещущем и непредсказуемо капризном – прорастает его сознание. Здесь действуют две мощнейшие душевные силы, заставляющие душу человека пребывать в постоянной живой вибрации. – Это силы симпатии и антипатии, иначе говоря – силы соединенности и отстраненности, или взаимопроникновения и противопоставления. То есть, симпатией мы называем ту силу, благодаря которой одно душевное образование притягивает к себе другие, стремится слиться с ними, проявляет свое родство с ними. Напротив, антипатия представляет собой силу, посредством которой душевные образования отталкиваются друг от друга, исключают одно другое, утверждают собой обособленность.
Всем критическим в человеке заведует антипатия. В душевном плане в критике проявляется себялюбие.
Душевные флюиды очень подвижны, чувствительны и вспыльчивы. Когда невооруженным глазом становится заметно, что под видом критики человек проявляет всего лишь антипатию своего характера по отношению к чему-то ему противопоставленному, а иногда и банальную завистливость, склочность и стремление унизить, желание покрасоваться или показать себя доминирующим индивидом – этакая душено-критическая коммуналка – мы понимаем, что это всего лишь душевная составляющая критики, а не сама критика. И оппонент здесь совершенно не при чем, просто кому-то что-то в его мыслях или идеях не понравилось, или может быть его лицо было неприятно, или недостаточно выбрито, или запах изо рта... И все это неотъемлемо от человека.
Душа человека служит прослойкой между физическим миром и миром духа. Духовный мир через ее посредничество поставляет физическому некие импульсы под видом идей, способных к дальнейшей материализации в природе. Физический же мир через душу поставляет духовному впечатления и переживания, основанные на телесности органов чувств и более тонких душевных фибр.
В универсумально-духовном пространстве работает Я человека в содружестве или же вражде с иными духовными сущностями, воплощающимися в идеях. Это мир подвижных и творчески деятельных прообразов. Здесь за критикой (или силами антипатии, выражаясь словами из лексикона душевного плана) уже стоят бесплотные существа духовного мира, инспирирующие ее проявления. Не стоит сейчас вдаваться в подробности и увлекаться описанием этих существ. Это сильно уведет нас в сторону от центральной темы рассмотрения, тем более что каждый и без того ощущает, какого поля они ягоды. Главное, что надо отметить – духовно критика не является исключительно человеческой способностью! Она есть влияние тех сущностей, из которых соткана и чьими импульсами пронизана, возведенная в степень уникального свойства человека – ничем непоколебимой, святой и неприкасаемой свободы его выбора: какое влияние подпустить и освоить, а каким пренебречь или даже отвергнуть. Задачи подобных существ имеют глобально-исторический характер. Эти силы не действуют сиюминутно, их не интересуют короткие цели на расстоянии вытянутой руки. Драмы их битв разворачиваются на плацдарме тысячелетий и направлены на весьма и весьма отдаленные перспективы. Но об этом немного позже.
А пока хотелось бы все вышесказанное представить в виде схемы:
Итак, жизнь человека протекает в трех пространствах, которые коррелируются с его волей, чувствами и мышлением. – Такая трехчленность соответствует физическому телу, душе и духу. Но это различение умозрительно. Оно делается лишь для удобства восприятия и понимания. На самом деле все пространства взаимно пересекаются и самым причудливым образом переплетены, вживлены одно в другое. События всех трех миров протекают в едином месте и одновременно: здесь и нигде, сейчас и никогда.
Таким образом, интересующая нас критика в момент ее реализации представляется трояким явлением. Она – и событие воли человека, и событие его душевной жизни в сложном балансе сил симпатии и антипатии, и событие духа, где человеческое Я действует наряду с прочими духовными сущностями. Правильно понять критикующего можно только учитывая все три страты. В первую же очередь эти страты необходимо учитывать и отслеживать тому, кто вознамерился критиковать, иначе его устами будет говорить кто-то совершенно иной.
В древнейшие времена человек по своему развитию, по способностям и даже по внешнему виду сильно отличался от представителей современной цивилизации. Например, в нем еще были живы силы ясновидения, но он не обладал мышлением в его нынешнем понимании. Силу мысли, которую он черпал непосредственно из универсумально-духовного пространства в виде вдохновений, он спокойно заменял очень развитой памятью. В дальнейшем, память постепенно деградировала, освобождая место для воплощения идей, почерпнутых из горних наитий.
Современное мышление, пройдя тысячелетия, в общих чертах сформировалось только во времена Сократа и далее развивалось трудами его учеников. Формальную логику, которой, как молоком матери, с младенчества вскормлен сегодняшний человек, до античных философов, в частности до Аристотеля, никто и не ведал как таковую, и уж тем более – не умел пользоваться. Воплощенное Я вместе со оформившимся мышлением и логикой, вернувшейся к нам благодаря Александру Великому через Персию и Индию – вот та основа, на которой стоит цивилизация победивших варваров со всеми ее метастазами в виде исписанной под европейскую копирку Америки, Австралии, полностью метаморфизированного обобщенного Востока, Африки и прочей прозападной ойкумены. И это во многом зиждется на критике и, соответственно, на силах антипатии в душе, а также на всех тех сущностях, которые патронируют ее в мире духа.
Но человечество не стоит на месте. Ему предстоит еще долгий путь развития. И как оно в свое время отказалось от суперпамяти в пользу эгоизма – радикального выражения Я и присущей ему логики, – так теперь ему необходимо мало-помалу отречься от современного эгоцентрического мышления, направленного на отстраненный объект. На смену грядет объективный спиритуализм на основе одухотворенной любви, братства и соборности. Это значит, что критика, выполнив свою историческую миссию, должна отступить на второй план. На ее место придут новые формы человеческого взаимодействия, разворачивающиеся на трех вышеописанных уровнях – воли, чувств и мышления. И эти формы надо претворять в жизнь. В начале это будет непросто. Но ведь мы и не ищем простых путей.
Не критикой должен заниматься человек, желающий двигаться в ключе глобального развития! Критики и так хватает – даже сверх меры. Не в ней залог будущего.
Тот, кто продолжает заниматься критикой, выискивая пути ее «правильного» прикручивания к ситуации, в которой мы все сейчас живем, не учитывает духовных основ пути человечества. Он не просто топчется на месте, но примыкает к армии регресса и деградации. Прогрессивным было бы отказаться от критики и, как Сократ, Платон и Аристотель в свое время, заняться абсолютно новым, пойти неторной тропой, чтобы тем самым обеспечить возможность движения всем остальным представителям человечества.
В первую очередь надо отказаться от науки в том виде, в котором она сейчас существует. Ведь не только великими достижениями, но и всем тем ворохом мировых проблем, которые мы сейчас едим большой ложкой, человек обязан науке, ориентированной на изучение отстраненного объекта. И главное ее детище – материализм, проросший и внедрившийся во все слои и фибры жизни. Еще долго мы будем биться с последствиями его внедрения в самые основы бытия.
В противовес требуется мощная спиритуализация науки, как это интуитивно ощущал еще Гете, противопоставляя свою теорию света Ньютону – отцу современной физики, или выдвигая идею метаморфоз прарастения в качестве ответа тому течению естествознания, которое впоследствии было сведено к дарвиновской эволюции видов. Ведь мы помним, что за каждым явлением стоят события душевного и духовного мира. Необходимо углубиться в изучение себя самого как ближайшего инструмента духа, понять связь духовных явлений с явлениями чувственными и телесными. И, найдя эту связь, узрев и постигнув духовный порядок, вернуться к новому пониманию мирового развития в ключе этого порядка, и выступить творчески, предлагая цивилизации новые шаги к великой цели духа.
В душевном плане следует отдаться силам симпатии – до тех пор, пока симпатия и антипатия не придут в равновесие. Это надо делать упорно, целенаправленно и планомерно вплоть до создания соответствующих образовательных программ, построенных не на критике и критическом мышлении, а на любви, причем любви исключительно одухотворенной, на грани всепрощения и милосердия, которые в свою очередь основаны на всепонимании в русле видения и ведения духовных законов развития человечества. В противном случае она легко трансформируется либо в плотскую любовь, либо в любовь к себе – а это мы уже проходили. Далее надлежит удерживать это равновесие, поскольку любой дисбаланс пагубен: обе силы должны правильно и гармонично работать – важен полный и устойчивый гомеостаз.
В природно-физическом плане необходимо с новой парадигмой науки и силами синтеза, выращенными на путях культивируемой симпатии, создавать новые духовно-научные исследования и способы их внедрения в жизнь. Образовательные процессы должны идти параллельно с исследовательскими в понимании образования как самообразования. Духовно-научных тем, важных для работы, хватает! Бери любую, какая кажется интересной, и вперед. Тем более, что в мире высшего разума (его еще называют Деваханом, куда люди попадают после смерти) природные, моральные и интеллектуальные законы совпадают. И больше нет никакой разницы.