«ИСПОВЕДЬ НАРКОМАНА». Часть 1

Имена и события, описываемые в книге, вымышлены или частично изменены.

@ Любовь Сергеевна

Пролог

Часть 1. «Спасаясь бегством»

Я открыл глаза. Ненавистный свет нового дня ударил по ним снова. Тысячи мелких иголок пронзили кожу. Озноб... Холод... Страх... Боль. Это все, что я чувствую каждое утро. Как можно описать мое состояние? АД! Это ад, который я сам себе устроил!

Все начиналось невинно: компания, вечеринка, пара «колес» для разогрева. Наутро – полдорожки, чтобы снять усталость после веселой ночи. А дальше – понеслось. Однажды я проснулся в том же состоянии, о котором написал выше, и не сразу догадался, что это капкан, из которого мне самому не выбраться!

Безвольный, скажете вы? Нет, просто глупый и самоуверенный. Я думал, что контролирую употребление психоактивных веществ, но вскоре понял, что ПАВ уже давно контролируют меня.

Сколько же раз я пытался «завязать»! Все попытки оказались бесполезными. Я все глубже проваливался в адскую бездну, и с каждым днем надежда стать свободным снова таяла в моем сознании. Я смирился. Я – конченый наркоман. Ничтожество, при виде которого нормальные люди напряженно сжимают сумку и таращатся – осуждающе и свысока.
«Наркотики ведут к смерти!» – говорили мне не раз, но смерть сама по себе не страшна, – страшен путь, по которому наркоман идет день за днем, превращаясь в монстра.

В моей душе не осталось и следа от тех моральных принципов, которые вложили в меня родители. Я был спортсменом, хорошо учился, меня любили.

Теперь мама похудела и стала бледной. Она давно перестала плакать, будто уже меня похоронив. Отец ушел жить к другой женщине,– убежал от проблем, как страус, засунувший голову в песок. Но мне ли осуждать моего отца?! Ведь разрушенная жизнь моих близких – это моих рук дело! Ненавижу об этом думать! Я ничего не могу изменить! НИЧЕГО! Нужно вставать, идти и «намутить дозу».

– Как? – спросите вы? Так, как поступает чудовище. Вчера я воровал, обманывал, а сегодня уже готов убить, чтобы состояние, в котором я нахожусь, прекратилось прямо сейчас. А завтра все начнется сначала.
Я – раб наркотиков. Я – беспринципный монстр. Я – наркоман. О, ЕСЛИ БЫ МОЖНО БЫЛО ВСЕ ВЕРНУТЬ НАЗАД! Я НИКОГДА НЕ СТАЛ БЫ ПРОБОВАТЬ ЭТУ ДРЯНЬ!

Глава 1. «Ну, кто ж тебя так обманул?»

Пытаюсь уснуть. Я не спал почти четверо суток. Марафон из микса разных ПАВ окончательно свели на нет мой здравый смысл. Мне очень страшно. Чувствую, будто на меня кто-то смотрит, не давая расслабиться и отключиться. Закрываю глаза и слышу шаги вокруг моей кровати, если ее можно так назвать: куча скрученных тряпок от моих бесконечных путешествий по ней в попытках заснуть. Постель не была в стирке вот уже несколько недель. Пропитанная потом и много чем еще (не буду вдаваться в омерзительные подробности), она имела жуткий запах. Я ощущаю себя однородной массой с этой грязью. Навязчивая мысль, что где-то еще осталась спрятанная и забытая мною заначка дозы, не дает покоя.

На прошлой неделе я начал искать заначку по всему дому: поднял плинтуса, расковырял и оторвал обои. Я обследовал каждый сантиметр, но всякий раз ощущал разочарование из-за отсутствия желаемой дозы. Мысль о том, что круг обследуемой территории сужается, и вожделенное я вот-вот обязательно найду, придавала мне сил продолжать срывать обои и ковырять штукатурку. Когда все закончилось и искать было больше негде, я, обессиленный, вышел на улицу.

Шатаясь, с обезумевшим взглядом, я машинально начал рыскать по клумбам и под кустами в поисках закладки. Меня трясло от холода и бессилия. Я не ел несколько дней, всем своим видом я напоминал бомжа. Люди, проходящие мимо, показывали на меня пальцем, кто-то громко смеялся, кто-то орал мне: «Пошел вон с нашего двора, поганый нарик!». Меня уже не смущали их крики, но я боялся того, что они могут вызвать полицию и решил вернуться обратно.

Возле дома я увидел соседа дядю Колю, сидящего на лавочке. Он – инвалид, у которого отсутствует одна нога, и который всецело посвятил свою жизнь лавочке возле моего подъезда. Дядя Коля часто собирал вокруг себя местных пьяниц. Они вместе выпивали и «решали» судьбу нации. Сквозь открытое окно я порой слышал, как между ними разворачивались настоящие баталии: «Каким должен быть президент?», «Все кругом воры!», и так далее.

Вот и сейчас дядя Коля сидел на лавочке, скромно поставив чекушку рядом со сложенными костылями. Увидев меня, он присвистнул:

– Эк тебя скрутило! Как ты еще ноги передвигаешь?

– Дядя Коля, – обратился я к нему, – жить больше не могу и не хочу! Я как бродячее животное. Ты ведь меня с детства знаешь, – разве я был таким? Что случилось? Ведь я на тебя смотрел осуждающе, как на последнего пьяницу. А теперь сам – хуже не придумаешь. Я – конченный наркоман!

– А ты просто не на ту дорожку свернул, – посмотрел на меня сосед. – Зачем же сразу к наркотикам надо была пристращаться? Русские пьют беленькую. На-ка, выпей, полегше станет. И дядя Коля, со свойственной ему манерой, налил мне из своей маленькой чекушки полстакана.

Прям по-братски! Мысль о том, что это может помочь мне расслабиться и уснуть, озарила радостью мой воспаленный разум.

– Спасибо, дядя Коля! Ты – мужик! Прости меня, что осуждал и смотрел свысока! Я взял стакан, выдохнул и выпил содержимое. Внутри все будто обожгло огнем, а через минуту жар разлился по всему телу. Ноги стали ватными, но мне стало лучше. Я облегченно вздохнул и с благодарностью посмотрел на дядю Колю.

– Ну, что, малой? Полегше стало? Вот. Я всегда говорю: беленькая душу отбеливает и тяжесть снимает. Так и живу, изо дня в день! А ты не конченый, раз уж прощения попросил. Совесть еще теплится в тебе, – и, выпив вторую половину чекушки, дядя Коля хотел было развернуть со мной разговор по душам. Но мне вдруг стало невыносимо больно: невесть откуда появившиеся слезы вдруг сжали горло, и я рванул в подъезд: «Домой! В постель! Закрыться с головой!»

Я хотел кричать, крушить все вокруг, но эта буря эмоций стихла уже на третьем этаже. Внезапно меня начала одолевать сильная слабость; тремор и холодный пот прошибали тело насквозь. Я поднимался на ватных ногах на свой пятый этаж, чувствуя себя слизняком, почему-то текущим вверх, преодолевая ступеньку за ступенькой.

Вот она, дверь нашей с мамой квартиры. Я открыл ее. Было тихо, как в склепе. Мама давно уехала жить к своей сестре, – она не могла смотреть на то, как ее единственный ребенок убивает сам себя. В квартире царил полумрак из-за задернутых штор. Закрыв за собой дверь на все замки, я подпер ее еще и стулом. Меня не оставляло навязчивое чувство, что на меня кто-то смотрит. Я лег. Видимо, полстакана водки сделали свое дело, и я наконец-то заснул.

***

Не знаю, сколько я был в отключке, но проснулся от ужасной жажды! Было такое чувство, будто сто кошек нагадили у меня во рту, пока я спал. Снова эта жуткая головная боль и холодный пот. Я едва мог шевелиться. Алкоголь оказался таким же злом, как и наркотики. «Надо встать и дойти до кухни, где течет спасительная вода!».

Я сполз с постели и направился к кухне. О, ужас! Все обои были ободраны, плинтусы сломаны. Весь этот хаос устроил я вчера в поисках заначки! «О Боже! Как же жестоко меня обманул мой собственный разум?! Или не разум? Или это кто-то невидимый, кто все время смотрит на меня?». Я чувствую его незримое присутствие! Мурашки от страха пробежали по всему телу. «Кто-то управляет мной! Кто вкладывает в мою голову навязчивые мысли! Кто это?! Или это опять очередной бред моего воспаленного сознания?!».

***

Две недели спустя.

Итак, я снова в своей грязной постели. Чувствую, как за мной кто-то наблюдает. Мысль о том, что где-то осталась доза, вновь начала меня атаковать. «Не-е-е-т! Я больше не поддамся! Я хочу прекратить все это! Лучше смерть, чем такое существование!».

В это утро я твердо решил свести счеты с жизнью. Смерть поможет мне уснуть. Я хочу спать, но не могу! Закрываю глаза и слышу шаги вокруг. Вдруг кто-то или что-то едва касается моих ног, тянет за одеяло. «Боже, мне так страшно!!!». Я судорожно схватил край сползающего с меня одеяла, но этот кто-то будто держал его! Некто сопротивлялся мне!
Я с силой рванул его на себя и накрылся с головой. Лежа под грудой тряпок, я тяжело дышал от страха, в ушах отдавались сильные удары колотящегося сердца, которые пугали меня еще больше. Не знаю, сколько я так пролежал. Час, два, три или тридцать минут, которые показались мне вечностью!

«Все, пора завязывать трястись, как перепуганный заяц». Считаю до трех, и, вскакивая, набегу одеваюсь и выхожу на улицу. «Так больше нельзя! Я один, я схожу с ума... Никому не нужный, конченый наркоман! Мама, мамочка, помоги, пожалуйста! Мне очень плохо! Что мне делать?».

Я отправился к маме. Просто хотел увидеть ее, зная, что она – единственный человек, который меня не бросит. Всегда накормит, даст немного денег. «Мой оазис, моя мамочка. Прости меня, родная, я не могу ничего исправить! Я слаб перед наркотиком!». Я знаю, что мама при виде меня начнет плакать, потом ругаться, потом возьмет с меня очередное обещание завязать. Я, конечно, с радостью пообещаю просто потому, чтобы хотя бы на секунду увидеть радостный блеск и надежду в ее глазах! А потом она накормит меня и даст денег на проезд…

Мне нужно было пройти примерно километра три, до соседнего района. Именно там жила моя тетя Света – «христанутая» – как я ее называл из-за фанатичной веры в Бога. Моя мама теперь жила у нее.
Вот он, дом, подъезд открыт. Я поднялся на нужный этаж и позвонил. Дверь открыла моя мамочка! Сейчас она начнет плакать…

– Привет, мамуль.

Мама молча смотрела на меня. Она выглядела странно спокойной. Не плакала, не кричала, не умоляла. Просто стояла и смотрела на меня глазами, полными спокойствия и мира, что давно было ей не свойственно.

– Мам…

Вдруг мама твердо и уверенно ответила:

– Не называй меня так! Ты мне не дитя! Ты занял его тело, но ты – это не он! Верни мне моего ребенка! Слышишь? Верни! Я приказываю во имя Господа Иисуса Христа! Убирайся прочь! Вон! Вон!

Мои ноги задрожали. Я резко направился к выходу, и, что есть сил, пустился бежать прочь. Я бежал и бежал... Слезы текли из глаз. «Мама! Мамочка! Неужели и ты отвернулась от меня?! Ты – глоток моего чистого воздуха! Мама. Я больше не хочу так жить!»

Глава вторая . «Открытая дверь»

Устав бежать, я остановился у остановки, опершись на столб и тяжело дыша после такого тяжелого марш-броска. В моей голове стучали мысли: «Выхода, кроме смерти, нет. Отомсти всем, кто тебя бросил, сделай им больно, убей себя!».

Хорошо, так тому и быть. Я успокоился, твердо решив покончить с собой. Но одна, едва заметная мысль, мелькнула в моей голове: «А что, если тетя Света права, и Бог существует?».

Тогда я сказал вслух: «Бог, если Ты есть, спаси меня! Не дай мне умереть. Не дай мне убить себя!». Ничего не произошло в течение десяти секунд. Я стоял и вслушивался в звуки мира. Но ответа от Бога я не услышал: «Ну вот, нет никакого Бога. Это все вымысел фанатиков».

Я поднял глаза и собрался идти, – закончить то, что хотел сделать, но остановился. Мое внимание привлекло объявление на столбе, возле которого я стоял, чтобы перевести дух. Выглядело оно непримечательно: желтое от времени, уже порядком потрепанное, облитое дождем и высушенное солнцем. Я начал читать его содержимое, как вдруг все будто закружилось, завертелось! Сердце стало биться в два раза быстрее. И каждое написанное слово звучало каким-то мягким голосом внутри меня! Эти слова будто отрезвляли мой разум! Они стали бить ключом живой воды в моем сердце! Я не понимал, не осознавал что происходит, но твердо знал, что это послание написано кем-то лично мне! Но откуда кто-то знал, что я буду здесь, и мне нужно будет прочесть именно это?! Слова в объявлении были просты: «НЕ СПЕШИ УМИРАТЬ! Я ХОЧУ ТЕБЕ МОМОЧЬ! Я БЫЛ ТАКИМ ЖЕ КАК ТЫ – КОНЧЕННЫМ НАРКОМАНОМ, И МНЕ ЕСТЬ, ЧТО ТЕБЕ ПРЕДЛОЖИТЬ! Я ПРОШЁЛ ПУТЬ ВОССТАНОВЛЕНИЯ И ХОЧУ ПОМОЧЬ ПРОЙТИ ЕГО ТЕБЕ! СМЕРТЬ – ЭТО НЕ ВЫХОД! ЖИВИ! ПОЗВОНИ МНЕ ПРЯМО СЕЙЧАС, Я БУДУ ЖДАТЬ!»

Я сорвал листочек с номером телефона и бережно положил под чехол смартфона. Это была моя воскресшая надежда! Я шёл по улице и мне почему-то впервые за много месяцев хотелось идти, просто идти и размышлять. Я думал над тем, как это объявление появилось в нужный момент, в нужном месте. Мысли крутились в голове, одна побеждая другую: «Неужели это ответил Бог? Да нет, это совпадение! Ну, как же, совпадение? Слишком уж это странно, и граничит со сверхъестественным!».

Нужно позвонить. Я начал набирать цифры на телефоне, нажал «вызов» и… Недостаточно средств. Как всегда! У меня никогда не было денег! Какая-то бездонная яма! Мама... Нет, к маме не пойду. Она сказала мне, чтобы я убрался вон. И вдруг, телефон в моей руке зазвонил, это был номер, который я набирал. Нажав кнопку «ответить», стал молча слушать.

• Алло, алло! Вы меня слышите? Мне пришло СМС, что вы пытались мне позвонить, – сказал голос в трубке. Голос был мягкий, мирный и будто бы знакомый.

• Здравствуйте! Да, я пытался вам позвонить. Я увидел ваше объявление на столбе. Там написано...

• Где вы находитесь? Давайте встретимся сейчас!

• На Урицкого, – почему-то соврал я.

• Может, вы придете ко мне? Это рядом, – сказал голос, и назвал адрес.

-Хорошо, буду через 10 минут, – опять соврал я.

Тот адрес, что назвал мне голос в телефоне, был в получасе ходьбы от того места, где был я. Сил идти уже не было и я поймал такси. Ехать было как раз 10 минут, и за эти 10 минут я успел навешать таксисту лапши. Когда мы подъехали по адресу, обработанный таксист остался ждать возле дома, а я побежал к подъезду обещав вернуться и вынести деньги за проезд.

Зайдя в подъезд, я почувствовал, как в нос ударил запах краски. Здесь полным ходом шел ремонт. На втором этаже по пути в пролет встала малярша и, не давая мне пройти, крикнула:

• Пшёл отсюда!

• Меня здесь ждут на пятом этаже, - робко ответил я.

• Здесь нет никого! Давай, вали отсюда! - продолжала истошно на меня орать огромных габаритов женщина средних лет.

Я чуть не заплакал от бессилия! Я!!! Который мог послать куда подальше кого угодно... Просто стоял и обессиленно смотрел на нее, ничего больше не говоря! Вдруг на пятом этаже открылась дверь. На лестницу выглянул мужчина лет сорока:

• Эй, мы тебя ждем, поднимайся быстрее!

Я улыбнулся, и, победоносно окинув взглядом маляршу, ринулся вверх по лестнице! Дверь была открыта, и это все, что мне было нужно: меня ждут! Я нужен!

Глава третья. «Был потерян и нашелся»

Я стремительно побежал вверх, наполненный какой-то неведомой мне силой, задыхаясь от радостного предчувствия. Никогда еще мне не хотелось так достигнуть цели, будто в этой открытой двери было мое все существо, ранее потерянное!

Я вошел внутрь квартиры. Было чисто, приятно пахло свежезаваренным чаем и домашней выпечкой. Ощущение комфорта и душевного тепла разлилось по моему телу. «Ты дома», - мелькнул какой-то голос внутри меня. Это сказал я сам себе? Нет, это был тихий голос, но не извне, а внутри... Как это понять? Может, мне показалось?

Войдя в гостиную, я увидел мужчину, сидящего на кресле. Он предложил мне присесть на диван напротив него. Я послушно сел. Мои глаза скользили по его силуэту, и рой мыслей крутился в голове. У этого человека был вид бандита из 1990-х: бритоголовый, широкоплечий, с немного сипловатым голосом. Он был одет в тонкую кожаную куртку. Мужчина, видимо, только что вошел и еще не успел ее снять. Его глаза смотрели как будто внутрь меня, и мне было жутко неуютно под его пристальным взглядом.

- Как тебя зовут? - спросил мужчина.

Я собрался духом и назвал себя по имени и отчеству.

• А меня Георгий Валентинович, - ответил он, и протянул мне руку.

Я пожал. Рука была теплая, сильная, и было что-то еще в этом прикосновении....

• Иисус тебя очень любит, - сказал мне Георгий Валентинович.

Буря страха, разочарования и негативных эмоций вдруг вспыхнула во мне с адской силой: «Куда я вляпался, блин! Скорее, надо бежать отсюда без оглядки!». Но меня останавливало лишь одно: таксист, который ждал меня возле подъезда. Я был должен ему денег. И если я выйду, то мне придется отвечать перед ним. Где мне взять деньги, чтобы отдать ему? Так что, немного поразмышляв, я просто смирился и остался. Я думал: «Ладно, послушаю его немного, ничего со мной не случится. На органы меня не расчленят, взять с меня нечего»

И тут я вспомнил о малярше в подъезде. Ведь она хотела меня спасти! Она будто знала, что здесь происходит, и перегородила мне путь. «Зря я ее не послушал! Надо было сразу уйти!».

Мои негативные мысли были прерваны тем, что Георгий Валентинович начал рассказывать о себе. Он говорил, что когда-то и сам был наркозависимым, как так же пришел на костылях, ища помощи. Рассказал о том, как впервые помолился Богу и попросил у Него прощения за все; что Бог простил его и дал ему новую жизнь; поведал о том, как уехал в дом восстановления и жил там какое-то время; про свою супругу Ольгу, как они вместе служат; про ребят с разных городов, таких же, как я и он... Он говорил, говорил, говорил... А я молча слушал. В какой-то момент я почувствовал, что он говорит правду. В моем сознании зародилась надежда на будущее! Я больше не хотел никуда бежать. Больше всего на свете в эту самую минуту я хотел только одного – никогда не выходить из этой квартиры. «Я дома!» - эта мысль была уже моей собственной.

• Остаться тебе, или уйти, будет твоим решением! Это твой выбор, который дает тебе Господь! - сказал Георгий. - Так ты останешься или уйдёшь?

• Я остаюсь! - хотел сказать я тихо, но получилось выкрикнуть во все горло!

• Ну, вот и славно! - довольно рассмеявшись, сказал Георгий. - Пошли к столу, ты, верно, проголодался! Здесь ванная, вымой руки и приходи пить чай.

Вымыв руки, я вошел в кухню, где готовила обед девушка по имени Елена. Она подала нам пирог с яблоками и малиной, налила горячий чай с ароматом чабреца. Я был так голоден! Жадно схватил пирог, и уже было хотел надкусить, но Елена весело засмеялась и сказала:

• Постой же ты, не спеши! Давай скажем спасибо Папе за пищу, которую Он нам дал!

Папа? А, это, наверное Георгий Валентинович - он принёс продукты из которых приготовили такой чудесный пирог.

Я взглянул на Георгия и сказал:

• Спасибо большое за пирог и чай!

Елена и Георгий расхохотались от души. Казалось бы, над чем? Но это был такой заразительный смех, что ненароком я тоже начал смеяться. Да так звонко и весело, будто не мог остановиться! Я очень давно не смеялся. Даже не улыбался, не считая натянутых улыбок. Когда все насмеялись от души, Георгий сказал:

• Лена Бога-Отца называет Папой.

• Я была, как ты – одинокой, потерянной, обессиленной наркоманкой. Но вот пришла за помощью, и Иисус простил меня, дал мне новую жизнь. Я стала дочерью Небесного Отца через Иисуса. Я удочеренная, - объяснила мне Елена. Я мало что понял, но мне захотелось чтобы меня тоже приняли в семью, – ведь своей я уже стал не нужен. Я потерялся.

Оказывается, перед приемом пищи нужно было просто своими словами сказать Богу «спасибо» за Его заботу о нас! Ведь это Он дает нам пищу и питье! Мне предложили остаться у них в квартире, пока мне найдут бесплатное место в доме восстановления. Я с радостью остался! Ведь мне было некуда идти…

Глава четвертая «А попрощаться?»

Пока я жил в квартире Георгия, ожидая долгожданной отправки в новую жизнь, узнал истории многих парней и девушек, помогающих мне. Ребята жили в квартире, которую арендовали. У каждого была комната на двоих или на троих. Для них это был этап социализации, после времени, проведенном в и доме восстановления. Все истории были похожи на мою – наркотическая зависимость всех привела к жизни, полной тьмы, ужаса, боли и одиночества. Отверженные обществом и родными, каждый из них пришел к мысли о суициде. Но каким-то чудом оказалось, что выход есть; они встретили людей, которые уже смогли изменить свою жизнь. Всех этих ребят объединяло одно: важное, безмерное влечение верить Богу, а общее прошлое будто взращивало их веру и благодарность к Нему.

Поначалу я не совсем понимал: зачем им все это? Помогать другим людям, наркоманам, таким как я?! Откуда у них столько терпения и любви? Чем больше я об этом думал, тем больше начинал восхищаться ими, и хотел быстрее восстановиться и увидеть мир их глазами.

На третий день в ожидании отъезда я почувствовал внутри себя жуткий приступ раздражительности, будто я устал ждать! Каких-то три дня нормальной человеческой жизни, а я уже устал! Мысли о том, что я скоро уеду и, может быть, больше никогда не попробую кайфа, не давали покоя. Они, как назойливые мухи, лезли в сознание, и сколько бы я не отмахивался от них, было бессмысленно! Я боролся, правда, изо всех сил боролся…но мысль победила! Странная, глупая, предательская мысль «попрощаться» с кайфом победила, и я сдался.

Мне было стыдно признаться, что я ухожу. Все три дня я был достаточно спокойным и со мной не было проблем. Ко мне хорошо относились, мне нравилось находиться на квартире с верующими ребятами. Они не были какими-то фанатиками или занудами, скорее, веселыми, жизнерадостными и целеустремленными. Я хотел быть таким, как они, и даже строил планы, но мысль попрощаться с кайфом сожрала во мне все хорошие начинания и я объявил, что ухожу. Безумец! Удерживать меня никто не стал, просто с сожалением и неким состраданием смотрели на меня, глупца-наркомана! «Мы будем тебя ждать», – сказал мне кто-то из ребят. Я даже не обернулся. Мне было жутко стыдно, но я шагнул за дверь, в которую еще недавно бежал с трепетом и надеждой.

Глава пятая. «Ох, чуть не сдох!»

Я двигался вдоль шоссе в свой район. К маме смысла идти не было, она выгнала меня. И я шел, надеясь, что удача подвернется сама собой и я обязательно «намучу дозу». До моего района идти пешком было не меньше часа, денег на маршрутку не было и я, передвигаясь пешим шагом, размышлял, где раздобыть на проезд.

Было около девяти часов утра. На улице было прохладно, и в голову, как назло, ничего не лезло. Рядом со мной остановился автомобиль. Полноватый мужчина лет 50-55 с красным лицом и маленькими глазами предложил подвезти. Я обрадовался, потому что озяб, да и идти оставалось еще минут сорок. Сев в машину, я поздоровался и поблагодарил его, пытаясь создать о себе приятное впечатление. Вскоре мы разговорились. Он улыбался мне и с удовольствием беседовал со мной, но был какой-то фальшивый подтекст в этой его доброжелательности. Не знаю, как, но я это чувствовал.

Когда мы приехали в мой район, он предложил зайти к нему домой и согреться горячим кофе с ликером. Мужчина сказал, что вернулся с ночного дежурства, ночь была тяжкой, он устал, замерз, и, в общем, ему хотелось бы продолжить непринужденную беседу у него дома. Я согласился, к тому же делать мне было нечего, а с этим мужчиной может, был бы шанс намутить бабла. Ну, там, в долг у него взять или «стырить».

Мы вошли в темную однокомнатную квартирку. Иннокентий (он представился в авто), сразу рванул к холодильнику, достал коньяк – явно не из дешевых – и стал пить прямо из горла!

«Опа! Вот и удача сама в руки! Пьяный мужчина, быстрее уснет, и тут я найду свое счастье!» - думал я.

• На, выпей, - протянул мне полбутылки Иннокентий.

• Вообще-то, лучше бы кофе с ликером, - промямлил я.

- Кофе? Ну, пей кофе. Ставь чайник, и будь, как дома.

Я включил электрический чайник и взял с полки банку с кофе. Насыпал в кружку, налил кипяток.

• А ликер где? - спросил я.

• А чем тебе коньяк не угодил? Плесни в кофе, вот тебе и напиток для разогрева.

Я налил немного коньяка в горячий кофе и отхлебнул. Это было ужасное, отвратительное зелье! Наверное, даже хуже, чем сивуха из чекушки дяди Коли! Через минуту меня от глотка этой дряни кинуло в жар, лицо раскраснелось, как у Иннокентия. Я поставил эту отраву на край стола и услышал, как хозяин дома, шаркая по полу, идет ко мне. Иннокентий был уже изрядно навеселе, и явно намеревался выпить ещё. Я не стал ему мешать.

• Слышишь, малой? Я ведь знаю, кто ты и зачем пришел сюда, - пробурчал он, вытирая мокрый от коньяка подбородок.

Я нервно сглотнул и насторожился.

• Ты ведь нарик, и пришел за деньгами, обобрать меня! Только Иннокентий вашего брата знает! Я уже отправил SMS-ку своему другу, полицейскому, и он с минуты на минуту приедет. Так что можешь не рыпаться. Ключ из двери я вынул, тебе не выйти!

Сказав это, Иннокентий, уже совсем пьяный, сделал шаг ко мне, и, не скрывая намерений, начал расстегивать свои штаны. Он оголил торс, стянул брюки и нижнее белье. Я едва не засмеялся в голос, если бы мог: передо мной стоял жирный, обрюзглый, с красной мордой, пьяный престарелый извращенец!

- Я дам тебе денег на дозу… Идем, малой, в спальню.

Я четко понимал, что этот мужик через пару тройку минут просто вырубится, и тянул время. Но Иннокентий грубо схватил меня и швырнул на кровать. У меня почти не было сил сопротивляться: я, дохлик-наркоман, обессиленный от последних марафонов, и этот здоровый, жирный бугай. Он навалился на меня всем своим огромным, отвратительным телом. Это было так мерзко! Я в ужасе уворачивался от склизких поцелуев монстра-извращенца. Тошнота подступила к горлу, и меня чуть не вырвало. Я хотел вырваться, но не мог.

«Господи! Что я натворил! Зачем я ушел?»

Жирная масса на мне копошилась в надежде получить какое-нибудь удовольствие, мне же было отвратительно и страшно. В какой-то момент я расслабился, и подумал о том, что все произойдет быстро, я возьму деньги и уйду за своим кайфом. Все честно. Жажда наркотика сломала меня как личность! Я опустился на самое дно! «Бог, прости меня, я подвел Твое доверие ко мне!». Я крепко зажмурился и стал ждать развязки, как вдруг, мужик расслабился и захрапел прямо на мне! Я боялся пошевелиться, чтобы не разбудить эту мерзкую тушу! Но храп свидетельствовал о глубоком забвении извращенца.

С огромным усилием мне удалось вылезти из-под него. Я отдышался и начал озираться округ в поисках ключей и кошелька. Выйдя в прихожую, я увидел ремешок от наспех спрятанной барсетки. Я достал ее, и, заглянув, вздохнул с облегчением: в ней лежали ключи от квартиры и некоторая сумма денег. Аккуратно вынул ключи и все деньги, а последние сто рублей засунул обратно в барсетку. Почему-то забрать все совесть не позволила. Затем, как можно тише вставил ключ в замок и провернул. Дверь открылась с неприятным скрипом, но мужик не проснулся.

Я побежал вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Выбежав из подъезда, кинулся бежать изо всех сил, которые у меня еще остались, прочь от этого мерзкого позор, и от той, на секунду вконец сломанной, личности. Бежал так, будто мог убежать от своей совести и жуткого чувства вины и стыда!

***

Прощаясь с кайфом, я чуть не попрощался с жизнью. Денег хватило на несколько дней хорошего «марафона». Я никогда столько не употреблял за раз! Будто все мое нутро пыталось пресытиться напоследок! Но кайфа не было, – было, скорее, разочарование и обида на себя. Зачем это все? Зачем было уходить из той квартиры? Проблески здравого смысла кричали мне, что я должен вернуться к ребятам и уехать из этого города.

Когда все деньги закончились, я снова стал думать, как жить дальше. Мне было стыдно возвращаться, но не пойти – значит умереть! После встречи с Иннокентием я чувствовал себя так паршиво, как может только чувствовать униженный, опущенный, грязный недочеловек. Мысли продолжали роиться в моей голове: «Как я вернусь и посмотрю в глаза Георгию, Ольге, Елене, ребятам?!». Я вновь лежал скрюченный в своей далеко не свежей постели и снова сражался в мыслях за свою жизнь. Я хотел жить! Я знал, что выход есть!

Прошло двое суток, я доел остатки того, что смог найти в холодильнике. Было плохо, руки и ноги дрожали от недосыпа и слабости, я презирал сам себя. Нужно было разорвать этот порочный круг. Я набрал номер телефона Георгия, благо, деньги на счету еще были. Шли гудки, но трубку никто не поднимал. Я звонил несколько раз, ответа не было. «Вот и все! Теперь я потерял все!». Я бросился на постель и плакал, нет, я рыдал навзрыд! Так глупо! Ведь в той уютной квартире началась моя новая жизнь, о которой я так мечтал! И за какой-то кайф, который даже не дал удовольствия, я потерял надежду на свободу! Свободу от рабства наркотиков!

Вдруг на телефон пришло SMS: «Приходи, мы тебя ждем. Нашлось место в доме восстановления, ты едешь завтра утром!». Я подпрыгнул от внезапно нахлынувшей на меня радости, что есть силы заорав: «Спасибо, Бог!». Тогда это были просто мои эмоции, только гораздо позже я узнал, что благодарить нужно было именно Его!

Выяснилось, что моя мама все это время молилась за меня. Я не знал тогда, что не меня она выгоняла, а чудовище (беса) внутри меня. Гораздо позже я узнал, что тот самый Иннокентий оказался маньяком – убийцей, извращенцем Валентином Закурецким. Он насиловал и душил молодых людей, заворачивал их тела в большие пакеты и ночью вывозил в лесополосу. На его счету было девять жертв. Все они – молодые люди -наркоманы в возрасте от 17 до 25 лет. Легкая добыча для маньяка – убийцы. Его поймали через полгода…

***

Я дождался автобуса, следовавшего в нужном мне направлении, вбежал в него, заплатив водителю мелочь, и сел на свободное место. Окинув взглядом салон автобуса я увидел знакомые глаза, от которых меня кинуло в холодный пот, а ноги стали ватными, руки задрожали. Мне показалось, что я увидел отца.Нет, не показалось… Это были глаза моего отца! Он пристально посмотрел на меня, будто в душу заглянул! Господи! Мне казалось, он знал, что со мной произошло. Так стыдно мне никогда еще не было! Мне хотелось провалиться сквозь землю, так мне было неудобно перед папой. Он отвел глаза, будто от чужого человека, словно и не знал меня вовсе. Я закрыл глаза, мне хотелось подойти к нему, но я не смог – только не сейчас, только не в таком виде! Я опозорил своих родителей. Смогу ли я восстановить их доверие хоть когда-нибудь?!

Выйдя на остановке и опустив глаза, я, не глядя на отца, поспешил. «Надеюсь, папа, что через время, ты будешь гордиться мной! Обещаю, я сделаю все, что от меня зависит!»

Я вернулся в квартиру Георгия через вину и стыд. В этот день я попросил Иисуса Христа простить меня за мои грехи и освободить. Ведь только Он мог забрать весь мой стыд и позор. Он умер вместо меня на кресте, и воскрес, чтобы меня оправдать! Я оправдан, спасен и свободен!!! Я больше не конченый наркоман. Я – спасенное дитя Небесного Отца! И завтра я еду в дом восстановления. Еду, чтобы изменить свою жизнь!