Манифест технофашиста (Часть 3)
Александр Пятигор
Предыдущая часть _____ Начало
Рынки
"Мы верим, что свободные рынки являются наиболее эффективным способом организации технологической экономики." —
Неужели среди технооптимистов одни либералы?
"Желающий покупатель встречается с желающим продавцом, цена устанавливается, обе стороны выигрывают от обмена, или этого не происходит." —
Это произойдёт лишь в том случае, если покупатель и продавец являются совершенно свободными субъектами, что они находятся в равных условиях, что кого-то одного из них специально на эту конкретную торговую сделку никто и ничто не принуждает, что у него есть альтернатива. Но мы-то понимаем, что рабочий как раз несвободен, что он находится в безвыходном положении. Рабочий идёт на сделку не потому, что желает её, а потому что у него нет выбора. Поэтому он всегда проигрывает.
"Прибыль является стимулом для производства предложения, которое удовлетворяет спрос." —
Это говорит лишь о том, что капиталист, как настоящий паразит, разрывает связь между производством и потреблением, замыкая её на себе и снимая с производства сливки в виде прибыли. Капиталист мешает производству, а не стимулирует его.
"Цены кодируют информацию о спросе и предложении." —
Цены заодно ещё много чего кодируют, например, ситуацию с валютой, кредитованием, ценными бумагами... Даже специально обученные финансовые эксперты часто путаются в причинах ценовых колебаний, вплоть до того, что допускают регулярные кризисы перепроизводства. Это — очень известный факт, и Андриссен не может не знать о нём. Но умышленно игнорирует его в своём манифесте.
"Рынки заставляют предпринимателей искать высокие цены как сигнал о возможности создать новое богатство за счет снижения этих цен." —
Предприниматель, то есть капиталист, если он грамотный бизнесмен, никогда в жизни не снизит цену на свой товар ниже уровня, который способствует извлечению прибыли. А в связи с тем, что норма прибыли на все товары год от года постепенно падает, вплоть до крайне низких значений, существенно снизить цены может только монополист, у которого цены изначально очень завышены.
"Мы верим, что рыночная экономика — это машина открытий, форма интеллекта, исследовательская, эволюционная, адаптивная система." —
Рыночная экономика — это хаос, в котором никто не может связать концы с концами, в котором каждый производит на свой страх и риск, заранее не зная, каков будет спрос на его товар. Это экономика, в которой людям навязывают бесполезные товары, уверяя в их полезности, где существует запланированное устаревание и коллекторы, выбивающие долги у рабочих, которым не хватило наличных на покупку какого-нибудь холодильника. Это экономика, в которой в одной стране свежие продукты питания тоннами выбрасывают на свалку, потому что в другой стране у голодных бедняков не хватило на них денег.
Интересно, как относится Андриссен к частным кладбищам? Он тоже считает, что рост спроса в этой отрасли — отличная штука?
"Мы верим, что проблема рассеянных знаний Хайека подавляет любую централизованную экономическую систему. Вся актуальная информация находится по краям, в руках самых близких к покупателю людей. Центр, абстрагированный как от покупателя, так и от продавца, ничего не знает." —
Если представлять себе центр планирования как центр, который пытается спланировать торговое отношение купли-продажи, то есть спланировать рынок, то это действительно невозможно.Рынок — это система распределения, посредством которой практически невозможно узнать, чего на самом деле хочет потребитель. Повышающийся спрос на какой-то товар, как ни странно, вовсе не означает, что люди именно в нём и нуждаются. Точно так же дефицит какого-либо товара на рынке не означает, что этот товар нужно больше производить.
"Централизованное планирование обречено на провал, система производства и потребления слишком сложна. Децентрализация использует сложность на благо каждого; централизация уморит вас голодом." —
Такое может сказать только тот, кто:
1. не понимает, что такое плановая экономика;
2. не верит в силу современных цифровых технологий.
Я уверен, что Андриссен, как капиталист, очень хорошо разбирается в плановой экономике. Поэтому первый пункт к нему не относится.
"Мы верим в рыночную дисциплину. Рынок естественным образом дисциплинирует: продавец либо учится и меняется, когда покупатель не проявляет себя, либо уходит с рынка." -
Если таких "недисциплинированных" продавцов несколько, то уходить с рынка им совсем не обязательно. Им достаточно объединить свои капиталы, создав тем самым большой резервный фонд. А затем резко снизить цены на свой товар. Их дисциплинированные конкуренты в этот неожиданный момент не будут иметь резервного фонда, поэтому не смогут тоже снизить цены до такого уровня. Они потеряют спрос и в итоге как раз именно они уйдут с рынка. А уже после этого недисциплинированные предприниматели смогут поднимать свои цены сколь угодно, не опасаясь конкуренции. Так образуются монополии.
"Рынки предотвращают монополии и картели." —
Как мы уже поняли, наоборот, рынки создают монополии и картели. Монополистический капитализм — это закономерный и неизбежный итог развития так называемого свободного рынка. Это азбука политэкономии, такие вещи должен знать каждый экономист.
"Мы верим, что рынки выводят людей из бедности – на самом деле, рынки являются, безусловно, наиболее эффективным способом вытащить огромное количество людей из бедности, и всегда так было. Даже в тоталитарных режимах постепенное снятие репрессивного сапога с горла людей и их способности производить и торговать приводит к быстрому росту доходов и уровня жизни. Поднимите сапог ещё немного, и будет ещё лучше. Снимите сапог совсем, и кто знает, насколько богатым может стать каждый." —
Вот этот абзац — самая гнусная и самая лицемерная ложь. Люди на постсоветском пространстве очень хорошо это знают на собственном опыте. Когда развалили Советский Союз, "репрессивный сапог" с горла буржуев был убран, в результате чего они творили, что хотели. Тот безумный кошмар, в который они превратили жизнь людей в 90-е годы, ещё только предстоит оценить, потому что мы до сих пор не знаем числа погибших из-за этих «замечательных» экономических реформ. Но даже самые общие экономические показатели за тот период крайне красноречивы. Падение уровня жизни населения было беспрецедентным. Уровень рождаемости, растущий до этого, резко пошёл вниз. Про инфляцию я вообще молчу. Толпы людей оказались выброшенными на улицу из-за того, что новыми хозяевами-предпринимателями разворовывались заводы, построенные рабочими в годы пятилеток. Интересно, слышал ли Андриссен про великую афёру МММ и другие финпирамиды? Про спайку буржуев с бандитами и властями, похожую на мафию? Сформировался класс новых капиталистов (т.н. "новых русских"), только эта каста и стала богатой. А рабочие получали, в лучшем случае, ржавые консервы и просроченную водку вместо зарплаты. Во многих других странах "снятие репрессивного сапога" привело к похожим результатам… Читать продолжение