Тагильская заброшка на Лисьей горе: двойное спасение символа города
Почти у всех заброшенных зданий или объектов судьба незавидная. Лишённые внимания муниципальных властей и общественности, они медленно умирают, разрушаясь от воздействия дождей, ветров и времени. И лишь редким «заброшкам» везёт. Как было, например, с Демидовской дачей, которую спасли от забвения буквально «на ленточке»: ещё немного, и дом начал бы разваливаться от ветхости. А есть в Нижнем Тагиле объект, который побывал в статусе «заброшки» дважды и дважды был спасён от гибели. Многие тагильчане удивятся, но это Лисьегорская башня.
История этого сооружения, ставшего символом нашего города, непроста и витиевата.
В 1818 году по приказу овдовевшего Николая Никитича Демидова на Лисьей горе возвели небольшую часовню в память о безвременно почившей жене — Елизавете Александровне Строгановой. Но по законам той поры построить часовню было лишь половиной дела. Для того чтобы её освятить и сделать действующей, требовалось разрешение Святейшего правительствующего синода. Синод же, в свою очередь, часовни не жаловал, отдавая предпочтение большим церквям, и получить разрешение на освящение было невероятно сложно. Николай Никитич, очевидно, рассчитывал на то, что Синод учтёт и его положение при дворе, и заслуги перед страной во время войны с Наполеоном, но архиепископы Святейшего правительствующего Синода не пошли навстречу заводчику. Не получив разрешения на освящение часовни, Николай Никитич передал строение в ведение Главного правления заводов, которое стало использовать его для заводских нужд.
С той поры башня успела послужить наблюдательным пунктом и астрономической обсерваторией, пожарной каланчой и метеорологической станцией. За всё это время строение ни разу капитально не ремонтировалось. Пока в Нижнетагильском округе хозяйничали Демидовы, за состоянием башни следили: она была аккуратно оштукатурена, в порядке содержались окна, двери и винтовая лестница, ведущая в ротонду. Даже тропки, что вели от подножия горы к башне, были выложены плитняком и крицей. В начале ХХ века в России грянул первый экономический кризис. Чтобы сократить расходы, Демидовы начали распродавать непрофильные активы в Нижнем Тагиле. Лисьегорская башня тоже попала в этот список, но покупателей на неё не нашлось, тогда строение передали в пользование земской пожарной дружине.
Беда пришла в год столетнего юбилея Лисьегорской башни. В 1918 году, во время обороны Нижнего Тагила от наступающих белочехов, командование красных разместило в ротонде сооружения пост корректировки артиллерийского огня. Узнав об этом, чехословаки принялись обстреливать башню. Несколько снарядов попали в цель, в результате чего демидовское наследие получило повреждения в виде отбитых углов и трещин.
После Гражданской войны, во второй половине 1920-х годов, башню передали в ведение Городской пожарной охраны и оборудовали в ней постоянный наблюдательный пост. Правда, владение башней доставляло пожарным много хлопот, особенно в зимнее время года.
В 1930 году башню отдали городской метеорологической службе, и в течение десяти лет тагильские метеорологи вели наблюдение за погодой с вершины Лисьей горы. Накануне Великой Отечественной войны башню включили в систему МПВО (местной противовоздушной обороны), а в 1941-м МПВО вместе с другими экстренными службами была передана в подчинение НКВД и на Лисьегорской башне появился наблюдательный пункт. Осенью 1942 года, когда войска 6-й армии генерал-полковника Паулюса подошли к Сталинграду, возникла реальная угроза бомбовых ударов по Уралу: в случае захвата немцами аэродромов Саратова и Горького бомбардировщики люфтваффе «Ю-88» могли за два с половиной часа долететь до Нижнего Тагила.
В годы Великой Отечественной произошло важное событие в жизни Лисьегорской башни: в Москве подтвердили историко-архитектурную ценность строения и рекомендовали областному управлению культуры включить башню на Лисьей горе в список памятников архитектуры Свердловской области, а горисполкому Нижнего Тагила — обеспечить сохранность здания.
После войны, вплоть до 1955 года, на башне находилось оборудование метеорологической службы, а в 1956-м в ней был смонтирован первый в городе телевизионный ретранслятор, и весной 1957 года отсюда началось пробное вещание телевизионного сигнала на Нижний Тагил.
Уже тогда строители и радиолюбители, которые занимались установкой ретранслятора, отмечали, что состояние башни оставляет желать лучшего: из кладки выкрашиваются кирпичи, полы прогнили так, что по ним страшно ходить, винтовая лестница, ведущая в ротонду, вся в трещинах, а сама ротонда заметно наклонилась.
Прошло три года, прежде чем на плачевное состояние памятника архитектуры обратили внимание городские власти. Тогда из Свердловска прибыла авторитетная комиссия, в состав которой входили историки, архитекторы, строители и специалисты треста «Союзреставрация». После осмотра башни члены комиссии вынесли вердикт: башню необходимо срочно реставрировать. Но очередь в тресте «Союзреставрация» в те годы была огромна, реставрацию башни пришлось отложить до лучших времён.
Годы шли, ставшая бесхозной башня разрушалась всё сильнее и сильнее. Возможно, она и не дожила бы до наших дней, если бы в августе 1965-го на Лисьей горе не начались областные соревнования по мотокроссу и на башню не обратили внимание корреспонденты столичных газет.
Городские власти, получив нагоняй «сверху», бросились спасать историко-архитектурный памятник. По словам специалистов, если бы башню не начали реставрировать, через год-полтора она бы просто рассыпалась. Весной 1967-го Лисьегорская башня оделась в строительные леса и начались спешные реставрационно-восстановительные работы.
Перед горисполкомом встала другая задача, решить которую в то время так и не смогли. Лучший способ сохранить историко-архитектурный памятник — разместить в нём какое-либо учреждение. Но что можно было разместить на 10 квадратных метрах, в здании, где нет ни отопления, ни электричества, ни канализации? Первоначально отремонтированную башню было решено оставить открытой для свободного посещения. С 1968 года в течение десяти лет Лисьегорская башня оставалась открытой для всех. А так как Лисья гора традиционно являлась местом проведения досуга горожан, нетрудно догадаться, во что они превратили памятник истории и архитектуры областного значения. Наконец, горисполком постановил вход в башню закрыть.
Кроме того, как выяснилось, реставрационные работы, проведённые в 1967 году, не были закончены. Тогда, в конце 1960-х, специалисты так и не смогли выровнять ротонду строения, и «кособокая» ротонда простояла на башне ещё полвека. Не успели (или не захотели) реставраторы и привести в порядок винтовую лестницу, имевшую несколько трещин; некачественно была выполнена кладка отдельных элементов.
В конце 1990-х и начале нулевых вопрос об открытии башни для всех желающих не раз поднимался в администрации города, но всякий раз его откладывали: главный символ Нижнего Тагила находился в состоянии, бесконечно далёком от удовлетворительного. В 2010 году тагильские краеведы забили тревогу: по их мнению, ситуация 1960-х годов могла вскоре повториться. Но чудо случилось во второй раз: на разрушающийся памятник истории снова обратили внимание «отцы города», а весной 2015-го Лисьегорская башня вновь оделась в строительные леса.
Открытие спасённой башни состоялось в День города — 2015. Башня стала одним из самых маленьких музеев России и Европы. Внутри крошечного музея размещены панорамные фотографии, сделанные с вершины Лисьей горы в конце 19-го века. Помимо фото и архивных документов там можно увидеть макет башни на Лисьей горе, выполненный по чертежам 1828 года, скульптуры, картины и книги из демидовской коллекции.
© «mstrok.ru», Дмитрий Кужильный