Шоковая терапия. Альфа-версия

Чикагская школа экономики начала складываться в 1930-ые годы, но окончательно оформилась в 1960-ые — 70-ые годы. Характерной чертой данного направления экономической теории можно считать концепцию дерегуляции рынка (что сближает их со сторонниками Австрийской школы). Согласной данному подходу, регулирование рынка государством не требуется, поскольку текущие цены будут всегда стремиться к конкурентным в долгосрочной перспективе. Более того, считается что рыночный механизм конкуренции будет в состоянии преодолеть и уничтожить любую монополию на нём возникающую.

И хотя помимо вышеперечисленных особенностей Чикагская школа имеет ряд других идей, следует остановиться на так называемой «Шоковой терапии» за авторством экономиста Милтона Фридмана. По задумке Фридмана, шоковая терапия должна была обеспечить выздоровление и дальнейшее развитие экономики в случае её кризисной ситуации (например, гиперинфляции). Позднее, данную идею развивал Джеффри Сакс. Шоковая терапия предполагает резкую либерализацию цен, приватизацию убыточных гос. предприятий, а также сокращение денежной массы. Шоковая терапия так и оставалась теоретической разработкой сумрачных гениев «Чикагцев», поскольку при доминировании кейнсианских взглядов на управление экономикой в большинстве стран мира, комплекс столь радикальных реформ был не востребован в рыночных экономиках до 1970-ых, когда кейнсианство все же дало сбой, люди узнали такое умное слово как «стагфляция», а мир был ввергнут в экономический кризис. С первой половины 70-ых годов, на представителей Чикагской школы экономики начинают обращать внимание…

Пролог: Правление Сальвадора Альенде.

Пришедший к власти в 1970 году, социалист Сальвадор Альенде продолжил курс предыдущего правительства направленный на «чилизацию» иностранных предприятий (в основном меднорудной промышленности), но в отличии от правительства Фрея, которое выкупало акции предприятий, Альенде начал радикальную национализацию иностранной промышленности в Чили, чем довольно быстро настроил против себя западные компании, а затем и США.

Кроме того, правительство Альенде активно занималось аграрной политикой: было экспроприировано 3,5 тысяч земельных владений общей площадью в 5,4 млн. га, которые была распределены среди безземельных и малоземельных крестьян. Несмотря на социальные реформы, направленные на поддержку большинства населения, они были поспешны, а кое-где даже наивны, что привело к гиперинфляции и, позднее, к товарному дефициту. Последовавшие за этим забастовки грузоперевозчиков, ясно показывали, что страна начинает раскалываться на лоялистов и оппозицию действующей власти. В этих условиях, командующий столичным гарнизоном генерал Аугусто Пиночет при поддержке США решает совершить государственный переворот и захватить власть в свои руки. Если говорить кратко, Пиночет пришел к успеху и установил режим военной хунты в стране(хотя за пару месяцев до этого подавлял мятеж против Альенде), которая благодаря внутренней политике предшественника и внешнему экономическому давлению попала в непростую экономическую ситуацию. Нужно было что-то делать. На дворе тогда был 1973 год, а как мы помним, в это время как раз на арену выходят «Чикагцы»…

Часть I: Скромная Чилийка и Чикагские мальчики.

Папский Католический университет Чили расположенный в Сантьяго был учрежден в 1888 году и стал одним из самых престижных столичных ВУЗов страны. На данный момент в состав университета входят 19 факультетов. Выпускниками данного университета являются известные в Чили личности такие как Альберто Уртадо и два чилийский президента — Фрей Монтальва и Себастьян Пиньера.

В 1956 году ректор университета и декан факультета подписали соглашение о сотрудничестве с экономическим факультетом Чикагского университета, в то время возглавляемым Милтоном Фридманом, ведущим представителем «чикагской школы» в экономической теории. Непосредственным куратором сотрудничества со стороны Чикагского университета стал Арнольд Харбергер, один из основателей Чикагской школы. В результате факультет стал ведущим в Чили центром, разрабатывающим идеи монетаризма и экономического либерализма.

После военного переворота Пиночета их идеи оказались востребованы новым правительством. Выпускники факультета экономики заняли ключевые позиции в экономической сфере страны (руководство центральным банком и т.д.) Всего таких реформаторов было около 25-30 человек, которые были «выращены» на идеях Чикагской школы, за что они получили прозвище «Чикагские мальчики».

Состав группы был приблизительно таков:

Пять ключевых фигур:

• Хорхе Кауяс (министр финансов Чили с 1974 по 1976)
• Серхио де Кастро (министр экономики с 1975 по 1976, министр финансов Чили с 1977 по 1982)
• Пабло Бараона (председатель Центрального банка Чили с 1975 по 1976, министр экономики Чили с 1976 по 1979)
• Хосе Пиньера (министр труда и пенсионного страхования Чили с 1978 по 1980, министр горнорудного производства Чили с 1980 по 1981)
• Эрнан Бучи (министр финансов Чили с 1985 по 1989)

Из этих пяти экономистов, де Кастро и Бараона получили степень доктора в Чикагском университете, Пиньера в Гарвардском, Бучи и Кауяс докторами не были.

Из остальных к чикагским мальчикам относят:

• Альваро Бардон (председатель Центрального банка Чили с 1977 по 1981, министр экономики Чили с 1982 по 1983)
• Хуан-Карлос Мендез (Управление бюджетом Чили с 1975 по 1981)
• Эмилио Санфуэнтес (Экономический советник Центрального банка Чили)
• Серджио де ла Куадра (председатель Центрального банка Чили с 1981 по 1982, министр финансов Чили с 1982 по 1983)
• Мигель Каст (министр планирования Чили с 1978 по 1980, министр труда с 1980 по 1982, председатель Центрального банка Чили в 1982)
• Мартин Костабаль (Управление бюджетом Чили с 1987 по 1989)
• Хуан Аристиа Матте (глава Частной пенсионной системы Чили с 1980 по 1990)
• Мария-Тереза Инфанте (министр труда с 1988 по 1990)

В марте 1975-го года чикагские мальчики провели экономический семинар, который широко освещался всеми общенациональными СМИ. Для решения экономических проблем Чили была предложена радикальная программа экономии — шоковая терапия. На конференцию пригласили нескольких лидирующих мировых экономистов, в частности, чикагских профессоров Милтона Фридмана и Арнольда Харбергера. Неудивительно, что предлагаемая программа получила их высочайшую оценку. План включал в себя резкое сокращение денежной массы и правительственных расходов, массивную дерегуляцию рынка и либерализацию внешней торговли.

Этот план не принадлежал только чикагским мальчикам - его также поддержали Мировой Банк и Международный Валютный фонд. План был объявлен необходимым условием предоставления Чили каких-либо займов.

В этом же году реформаторы приступили к реализации своей программы, начав с сокращения денежной массы и резким урезанием государственных расходов. Несмотря на успех данной меры в борьбе с инфляцией, начался стремительный рост безработицы, а также падение производства. Экономика Чили вошла в самый тяжелый кризис со времен Великой Депрессии. К середине 1976-го года экономика начала выздоравливать, и с 1976-го по 1981-й год было достигнуто то, что чикагские мальчики назвали «экономическим чудом». В это время экономика росла на 6.6 процентов в год (для сравнения, экономика США обычно растет на 2.5 процента в год). Были отменены всякие препятствия для прямых инвестиций из-за рубежа, многие предприятия были приватизированы. Иностранные инвестиции и займы в огромном количестве устремились в Чили.

Любопытна точка зрения исследователя Стива Кангаса, который занимался анализом чилийских реформ:

Защитники чилийского эксперимента приводят «экономическое чудо» как доказательство его успеха. Но здесь важно не забывать простое экономическое правило: чем глубже депрессия, тем больше последующий рост. Зачастую рост всего лишь возвращает экономику туда, где она была раньше. Возможно, самый явный пример этого - Великая Депрессия в США. Обратите внимание на огромные цифры роста и спада:

В 1936-м году экономический рост достиг удивительной величины в 14 процентов - лучшая цифра в мирное время за всю историю США. Но значит ли это, что во время Великой Депрессии люди питались черной икрой и запивали ее шампанским? Конечно нет. Экономика всего лишь отвоевывала обратно потерянную территорию. Точно так же, депрессии в США в 1980-82 годах, худшие со времен Великой Депрессии, сменились необычно сильным экономическим подъемом длиной в семь лет - так называемые «годы Рейгана».

Чтобы понять, что происходит, полезно держать в голове две экономические идеи. Первая - это то, что в среднем за большие промежутки времени экономика всегда растет; во-первых, растет население, во-вторых, каждый работающий благодаря улучшающимся технологиям и растущей эффективности производства вырабатывает в единицу времени больше продукции. Разумеется, этот долговременный рост подвержен краткосрочным колебаниям, рецессиям и последующим подъемам. Но т.к. в целом мы видим рост, то глубокие рецессии должны сменяться еще более резкими подъемами.

Вторая идея - это различение между реальной и потенциальной производительностью. Термин «потенциальная» несколько плох, потому что предполагает что-то воображаемое, в то время как эта производительность действительно существует. Потенциальная производительность - это то, сколько наша страна в принципе способна произвести (т.е. сколько у нас рабочих, заводов и т.д.) Реальная производительность - это то, какая часть этих ресурсов реально используется. Например, завод может быть потенциально в состоянии выпускать 3000 машин в месяц, но в период депрессии реальная производительность может упасть до 1500 машин в месяц. Как только завод вернется к полной загрузке, мы увидим реальный рост. Но потенциальный рост появится только тогда, когда построят второй завод.

Во время рецессии реальное производство падает - миллионы рабочих теряют работу, заводы простаивают. Но потенциальная производительность остается нетронутой. Во время подъема реальное производство снова приближается к потенциальному - миллионы уволенных рабочих возвращаются на пустые заводы. Таким образом возникает видимость роста. Отметим, что такой рост достижим сравнительно быстро и легко. Но после того, как все рабочие возвратились на работу, дальнейший рост должен включать в себя рост потенциальный - то есть строительство новых заводов и рождение новых рабочих. Легко видеть, что такого роста добиться гораздо сложнее.

Исходя из этой точки зрения, рост экономики Чили вовсе не был связан с «успешностью» реформ чикаго-бойз, скорее уж наоборот, «чикагцы» вносили в экономику полную неразбериху.

К середине 1988 года, 13 из 19-ти полностью приватизированных компаний прямо или косвенно контролировались иностранными корпорациями. Начиная с 1992 года, иностранным компаниям разрешено вывозить прибыль из Чили, таким образом практически сводя на нет все плюсы от сокращения внешнего долга страны.Рауль Саес из Командования по защите госпредприятий (см.выше), задается вопросом: "Захотят ли новые владельцы, как местные так и иностранные, отказаться от своих дивидендов в пользу возведения новых металлургических предприятий или новых электростанций?". Задачи, которые исторически являются приоритетом для государства, как правило, не представляют интереса для частного сектора.

Ничего удивительного, что среди большинства населения подобные реформы были крайне непопулярны. В Чили началась эпоха противостояния вооруженной оппозиции и военной хунты Пиночета. Всё это сопровождалось «закручиванием гаек» что в свою очередь, лишь множило количество недовольных среди населения. Правительство Пиночета неофициально продолжало поддерживаться США, в рамках операции «Кондор».

Часть II: Экономическая свобода и политическая диктатура

Следовало бы подробнее разобрать, что из себя представляла Чили в эпоху правления Аугусто Пиночета. Следующую цитату можно понимать буквально:

«Мы пытаемся превратить Чили в страну собственников, а не пролетариев»

О политическом режиме в эпоху правления Пиночета написано достаточно много информации (см. тут, тут и здесь). Несмотря на самый настоящий «рай» для иностранного капитала, политический режим был крайне авторитарен и подавлял любое сопротивление сложившемуся положению вещей. Из 10 миллионов человек (население Чили) эмигрировало около 1 млн., если информация по ссылкам выше верна, то в эпоху правления Пиночета пострадало до 30-40 тысячи чилийцев.

В 1996 году чилийские эксперты по правам человека опубликовали новые, несколько большие цифры жертв хунты — 2095 погибших и 1102 пропавших без вести, что в сумме дает 3197 человек. С тех пор эта цифра стала общепризнанной.

Тем не менее она вызывает определенные сомнения и, скорее всего, является заниженной. В первые месяцы после переворота чилийская хунта (в отличие от российского НКВД и немецкого гестапо) не вела никакой статистики репрессий. Проведенное через 27 лет расследование основывалось на показаниях выживших свидетелей, которых осталось не так много. Кроме того, в официальных данных, например, не учитываются жертвы антипартизанских действий хунты или умершие при попытке эмигрировать из страны.

К тому же многочисленные свидетельства о массовых казнях и пытках в Чили пока никто детально не опровергал. В октябре 1973 года американский журналист Джон Барнс опубликовал в журнале Newsweek статью, в которой указывал, что в один только Центральный морг Сантьяго в первые 14 дней после переворота доставили 2796 неопознанных трупов с признаками насильственной смерти. В здании Технического института информаторы Барнса насчитали 200 трупов. Служители кладбища рассказали журналистам, что трупы расстрелянных загружали в вертолеты и сбрасывали в море. Аналогичные примеры приводились и в других авторитетных СМИ.

А что же с экономикой? Каковы итоговые результаты реформ чикаго-бойз?

Как мы видим, экономика Чили в эпоху правления Пиночета (серый цвет) пережила два подъема (ну или два падения). В первом случае (1975-1980) относительно роста экономики уже было высказано мнение Стива Кангаса:

Даже учитывая все это, следует отметить, что большая часть роста в Чили была искусственной или фиктивной. С 1977-го по 1981-й год 80 процентов экономического роста касалось непроизводительных секторов экономики, вроде маркетинга и финансовых услуг. Среди этого роста очень велика доля доходов международных спекулянтов, привлеченных в Чили невероятно высокими процентными ставками - в 1977-м году они составляли 51 процент и были самыми высокими в мире.

Интересен также следующий момент:

Надо заметить, что приватизации медной промышленности не произошло: государственная медная монополия Codelco, созданная на основе бывшей собственности американских фирм, обеспечивала почти все производство меди.

Следует также добавить, что после коммерциализации социальных услуг, их цена начала стремительно расти вверх, что тоже добавляло ВВП в официальную статистику подсчета.

Спад ВВП в начале 1980-ых обусловлен мировым экономическим кризисом, который разразился в 1982 году и больно ударил в том числе и по чилийской экономике. После предоставленных МВФ кредитов, экономика Чили вновь начала расти с 1984 года, восстанавливая свой экономический потенциал. В целом, к концу эпохи правления Пиночета начался стабильный рост ВВП, что признается сторонниками диктатора как успех реформаторской политики чилийских экономистов. Однако на практике нет неоспоримых фактов того, что экономика начала расти именно в результате реформ чикагских мальчиков, а не считалась через ВВП путем дальнейшей приватизации, коммерциализации «социалки» и как следствие снижения уровня жизни населения. В начале двухтысячных выяснилось, что старый генерал, помимо коммунистической угрозы, избавил свою страну и от нескольких миллиардов долларов; о коррупции в пиночетовской Чили и говорить не приходится.

Итого: Окончание эксперимента и новое умеренное правительство

Популярность Пиночета к концу 80-ых годов продолжала падать. На 5 октября 1988 года был назначен промежуточный плебисцит, предусмотренный конституцией 1980 года. После объявления о предстоящем плебисците глава хунты заверил будущих избирателей, что все политические силы, включая оппозиционные, получат право контролировать ход голосования. Власти отменили чрезвычайное положение, разрешили возвратиться в страну бывшим депутатам и сенаторам, руководителям некоторых левых партий и профсоюзов, объявленным раннее «государственными преступниками». Было разрешёно возвратиться в Чили и Ортенсии Бусси — вдове Сальвадора Альенде. 30 августа члены хунты, после недолгих дебатов, единогласно назвали кандидатом в президенты Аугусто Пиночета, ему оставалось лишь согласиться. Его назначение единственным кандидатом вызвало взрыв возмущения в Чили. В столкновениях с карабинерами погибли 3 человека, 25 получили ранения, 1150 демонстрантов были арестованы. Оппозиционные силы страны к моменту проведения плебисцита консолидировались, действовали более решительно и организованно. На заключительный митинг на Панамериканском шоссе собралось более миллиона человек — это была самая массовая манифестация за всю историю Чили. Когда опросы общественного мнения стали предсказывать победу оппозиции, А. Пиночет стал проявлять явные признаки беспокойства. Чтобы привлечь избирателей, он объявил о повышении пенсий и зарплат служащим, потребовал от предпринимателей снизить цены на социально значимые продукты питания (хлеб, молоко, сахар), назначил 100 % дотацию на холодное водоснабжение и канализацию, пообещал раздать крестьянам те земли, которые пока ещё принадлежат государству.

На плебисците, как показали подсчёты, около 55 % избирателей отдали свои голоса против диктатора. За предоставление А. Пиночету возможности находиться во главе Чили ещё 8 лет высказалось свыше 43 % избирателей. Однако, этот в другой ситуации отрадный факт (поддержка более чем 3 млн чилийцев!) на этот раз не удовлетворил диктатора. Не признать перевеса голосов в пользу оппозиции было уже нельзя. Через две недели после плебисцита был смещён со своего поста близкий друг и соратник Пиночета — Серхио Фернандес, который был объявлен чуть ли не главным виновником потери победы. Вместе с Фернандесом глава хунты сместил ещё восемь министров, проведя тем самым крупную чистку в правительстве. Выступая по радио и телевидению, А. Пиночет оценил итоги голосования как «ошибку чилийцев», однако заявил, что признаёт вердикт избирателей и будет уважать результаты голосования.

Информация довольно противоречива. Некоторые источники заявляют о том, что правительство хунты наставило на силовом сценарии, но Пиночет согласился с результатом плебисцита. Иные же говорят с точности до наоборот:

...во дворце «Ла Монеда» шло заседание Совета национальной безопасности, где обсуждалось это чудовищное предложение Пиночета. И только решительная позиция остальных членов хунты, выступивших против такого «выхода из положения», их предложение смириться и признать результат волеизъявление народа остановило новую волну террора, которая неизбежно обрушилась бы на эту многострадальную страну... Он буквально когтями цеплялся за свой режим, и, не натолкнись на сопротивление своих же коллег по хунте, ни на минуту не остановился бы перед возможностью снова повернуть колесо истории вспять, вновь залить кровью и без того истерзанную страну.

Как бы то ни было, Пиночет ушел с поста президента Чили, а вместо него был избран Патрисио Эйлвин — кандидат от христианско-демократической партии, который начал свою умеренную политику, выправляя перекосы и перегибы чилийской военной хунты.

Тем временем, в США была объявлена победа новой концепции шоковой терапии, которая позднее будет применяться для «оздоровления экономики» в некоторых странах Латинской Америки, Израиле, а также бывших странах социалистического блока. К тому моменту (конец 80-ых) главным идеологом шоковой терапии будет Джеффри Сакс, которого будут приглашать главы государств и принимать и консультироваться с ним при ведении экономической политики. Но первая практика реализации этой концепции впервые была проведена в небольшой стране которая тонкой полосой располагается у юго-западного побережья Латинской Америки, со всеми вытекающими последствиями.