Ведь мы покидаем свои дома и находим приют под крышей гостиниц…

Если вы собираетесь переночевать в Клифтоне, лучше всего остановиться в "Ячменном Стоге". Можно смело сказать, что это самая оригинальная, самая старинная гостиница на всей реке. Она стоит справа от моста, в стороне от деревни. Высокая соломенная крыша и решетчатые окна придают ей сказочный вид, а внутри пахнет стариной еще больше.

Для героини современного романа это было бы неподходящее место. Героиня современного романа всегда "царственно высока", и она то и дело "выпрямляется во весь рост". В "Ячменном Стоге" она бы каждый раз стукалась головой о потолок.

Для пьяного эта гостиница тоже не подошла бы. Ему на каждом шагу встречались бы разные неожиданности в виде ступенек, по которым надо то спускаться, то подниматься, чтобы попасть в другую комнату; а уж подняться в спальню или найти свою постель — это было бы для него совершенно немыслимо.

Дж. К. Джером. Трое в одной лодке, не считая собаки

***
Не будучи ни английским пьяницей, ни героиней викторианского романа, я считала опасности исторических заведений несколько преувеличенными, а потому радостно поехала на отдых в одну из кипрских гостиниц, тематически посвященных Древнему Риму. Архитекторы и дизайнеры потрудились на славу. То, что снаружи выглядело суровой крепостью, внутри напоминало лаковую шкатулку с миниатюрами – если, конечно, вы любитель сна в черных, золотых и красных шкатулках. Умаявшегося за день туриста в конце темного коридора, ведущего к номеру, поджидала вспышка света, подсвечивавшая фрески, на которых древние римляне преследовали не менее древнего быка с античной безысходностью в очах. В номере тоже не следовало расслабляться: со стен, высматривая, видимо, парфян, угрожающе смотрели всё те же воины. Для тех, кто не мог перенести их испытующего взора, на тумбочке была заботливо оставлена Библия. Виды, открывавшиеся в ванной комнате, описывать просто не возьмусь.

Впрочем, первый шок, вызванный соприкосновением с античностью, скоро прошел и уступил место умилению, как у старины Гарриса после пинты портера. Римляне получили имена и клички. Уезжая, хотелось прощаться и со всеми воинами, и с их будущей добычей, и с их грозными дамами, и даже с кентавром, похищающим одну из них. Ведь мы покидаем свои дома и находим приют под крышей гостиниц, чтобы расширить свои горизонты и увидеть что-то новое.