Делезианское прочтение Фридриха Ницше
Делёз трактовал Ницше как мыслителя утверждения, противника гегелевской системы отрицания и оппозиции. Ницше — мыслитель радикальной критики, образец современного философа, его мишенью был Гегель, а не Кант.
Целями Ницше были: низвержение платонизма и разработка философии становления, основанной на физике силы; замена гегелевского «отрицания отрицания» философией утверждения; завершение кантовского проекта критической философии, его обращение против традиционных принципов западной рациональности.
Эти аспекты Делёз разовьёт в собственных работах. Философия становления позволяет преодолеть гегельянство и, шире, рациональную традицию. Ключевые понятия Ницше — «воля к власти» и «вечное возвращение» — Делёз понимает как точные и конкретные концепты.
Ницше первым ввёл в философскую критику смысла и ценности, которые уже включают их ниспровержение. Кант потерпел неудачу, допустив ценность Истины, Добра и Красоты и вынеся их за скобки критического анализа, Ницше преуспел, поскольку сделал вопрос о ценностях и их происхождении центральным в новой, генеалогической философии.
Ницше поставил вопрос о происхождении ценностей и пришёл к выводу о различии или дистанции как их источнике. Оценка и интерпретация ценностей не могут быть нейтральными и выражают образ жизни и способ существования. Они глубоко позитивны, поскольку утверждают новые ценности и разрушают старые, негативные.
Ницшеанское завершение нигилизма ведёт к саморазрушению, однако на его пределе (фокальная точка полуночи) происходит изменение, переход от знания к творчеству, обращение «первобытного» отрицания в абсолютное утверждение.
Критика Ницше перевернула не только кантианские ложные утверждения о знании и морали, но и утверждения об истинных знании и морали и собственно об истине: генеалогия конституировала генетический метод Ницше, а воля к власти была его принципом различия.
Делёз отличает силу от власти. Радикально плюралистичный концепт силы утверждает изначальное различие. Силы суть способы создания утверждающих или негативных различий. Мир состоит из сил и формируется силами. Модель сил есть альтернатива атомистической картине мира, поскольку утверждает множественность сил, а не материи.
Нечеловеческие и различающие силы продуктивны, недиалектичны и утвердительны. В силах нет качества или количества, ибо и то, и то зависит от отношений между силами. Каждая сила находится в сущностном отношении с другой, представляет собой интенсивность и отличается количественно, по силе и слабости. Силы могут быть властвующими (активными) и подчинёнными (реактивными). Реактивные силы суть низшие силы, поскольку их надо соотносить с активными силами; активные силы ускользают от определения, так как само сознание реактивно. Активные силы утверждают и различают вначале себя, а затем различают тех, от кого они отличны. Хотя активные силы могут быть разрушительными (поскольку возникают препятствия), они не стремятся к разрушению: они не сравнивают, а создают. Реактивные силы можно определить как чистое отрицание активных сил. Пример реактивной силы — болезнь.
Индивиды суть следствия и соединения сталкивающихся сил, а не субъекты действия; идентичность субъектов производится, она вторична.
Воля к власти Ницше не является ни волей в обычном смысле, ни сознательным действием (лингвистическое разделение между подлежащим и сказуемым влечёт ошибку в различении субъекта и действия), ни жаждой власти, которая относится к рабскому, негативному и реактивному (как в гегелевской диалектике раба и господина). Воля к власти есть качественное различие между силами, однако не сводится к качеству и количеству сил, хотя и находится внутри них; она является позитивным творческим источником ценностей и смыслов.
Сила может, а воля желает: воля есть внутренний принцип синтеза сил. Благодаря воле можно определить силы, которые иначе бы остались неопределёнными, а значит, неразличимыми. Власть становления играет силами, различает и связывает их в пространстве и времени, воля к власти показывает динамическое взаимодействие сил в их становлении.
Человек в сущности реактивен, и известная история человечества есть универсальное становление реактивной силой. Единственный способ преодолеть себя, достигнуть подлинного утверждения — стать Сверхчеловеком с помощью вечного возвращения, не цикличного или простого, а постоянного повторения различия.
Вечное возвращение, с одной стороны, есть чистое становление и его утверждение; с другой, это признание бытия мира как становления, становления как становления, случая как случая; это случайный бросок игры в кости и повторение броска. Бытие всегда есть становление, многообразие, игра, различие. Будущее — это вечное возвращение, «чистая множественность». Настоящий момент есть также момент «прошлого-становящимся-настоящим» и «настоящего-становящимся-будущим». Ни в прошлом не было «самого первого раза», ни в будущем никогда не будет «самого последнего». Воля к власти есть селективный принцип вечного возвращения, не только физическая концепция, но и этическая, противостоящая кантовскому категорическому императиву. В процессе селекции нет субъекта, оценок или критериев отбора: воля к власти сама себя выражает и определяет. Селективный принцип позволяет изменять человеческую природу реактивного животного, хотя негативные аспекты воли к власти нельзя полностью устранить.
Ницшеанский проект завершает кантовский и создаёт новый образ мысли: сократически-платоновский вопрос «что есть?» (что есть красота, справедливость и т. д.) заменяется на вопрос «кто?» («кто ищет истину?»): только так можно вопрошать о сущности, смысле и ценности, определяемые силами.
Делёз настаивал, что вопрос «кто?» следует понимать в безличном смысле («которое из?»), он относится к силам, а не к индивиду, социальному классу или группе. Делёз признавал, что Ницше не имел склонностей к науке и не разбирался в ней; однако он зафиксировал стремление науки к тождеству, к избавлению от различия, к некоему конечному состоянию, которое влечёт преобладание негативных и реактивных понятий: наука отвергает вечное возвращение. Ницше же пытался, опираясь на генеалогический метод, показать активные, утверждающие силы в науке.