Комиксные вестерны, или история о ковбоях, бандитах и Фронтире.

В процессе работы над материалом (весьма затянувшейся) я понял вот что: необходимая в таких случаях историческая и околокультурная справка легко способна заслонить собой, собственно, комиксы. Вестерн не просто жанр, но огромный культурный пласт и кусок истории целой нации, а Дикий Запад довольно уникальная и необычная штука. Помимо реальной истории на комиксные вестерны повлияло и кино (куда же без него) и даже… супергероика (чего я вообще блин не ожидал) – причём это влияние порой было настолько сильным, что книжки с картинками про ковбоев казались даже вторичными. Благо, это всё же не так.

Цель сегодняшнего рассказа проста – поведать уважаемым читателям о ганфайтерах и грабителях банков на страницах комиксов, снабдить повествование умеренным количеством исторических справок и постараться не заслонять собственно комиксы другими медиа. Мы справимся? Мы справимся.

Начнём с простого вопроса – почему нам вообще могут быть интересные комиксные вестерны?

Культурный пласт

Помимо банальной любознательности (а вы у меня любознательные мальчики и девочки) и, собственно, любви к жанру, здесь есть ещё один тонкий момент – вестерны и шире феномен Дикого Запада и Фронтира оказал колоссальное влияние на молодую американскую нацию и на её культуру. Оттуда растут ноги десятков легендарных персонажей их фольклора, растёт, собственно, здоровенный кусок самого фольклора и сформировался некий образ, что потом проник в прочие слои жизни – и, главное, в наши с вами любимые комиксы. Сама концепция виджиланте, человека, что берёт закон в свои руки и разбирается с преступниками «по-своему» на фоне неспособности сделать это официальных властей плоть от плоти продукт мифа о Диком Западе, с его разгулом бандитизма, продажными шерифами и суровыми лихими стрелками.

Супергерой есть во многом логичное продолжение тех самых полумифических героев, что в полдень выходили на дуэли с отъявленными мерзавцами, выслеживали в прериях грабителей поездов и спасали красоток из лап коварных индейцев. Опять же, куча мастодонтов комиксов успела поработать в жанре вестерна – тут тебе и Кармайн Инфантино, и Роберт Канигер, Алекс Тот, Гарднер Фокс и многие другие. Крайне любопытно, чего они там успели напридумывать и поискать параллели с их более знаменитыми работами.

Вдобавок мы в среднем плюс-минус неплохо знакомы с киновестернами, а вот комиксные по большей части обошли среднего читателя стороной – так что это вполне себе непаханное поле.

И после этого небольшого вступления можно, по старой доброй традиции, перейти к… нет, не к привычной исторической справке, поскольку в первом варианте статьи это превратилось в плохонькую лекцию по истории. Зайдём с другого боку.

Как Запад одичал?

Вообще, вопрос интересный – как вообще сложилась такая ситуация и что стало почвой для появления всех этих ковбоев, грабителей и шерифов?

Образование Соединённых Штатов Америки.

Да, это очень очевидный пункт, но давайте же его раскроем. В 1776 году Тринадцать колоний объявили о своей независимости от британской короны, приняв Декларацию независимости США. Впереди было семь лет изматывающей и тяжелейшей войны, завершившейся в 1783 году официальным признанием суверенитета молодой нации, после чего США стало самым большим и толстым игроком североамериканского континента…

…там, правда, в 1812 году канадцы сожгли Белый Дом в ходе Англо-Американской войны 1812-1815 годов, но это мелочи – тот конфликт янки тоже вывезли и Британия оставила попытки говорить с Америкой языком силы и начала налаживать дружественные отношения. Но самое главное: Англия резко снизила поддержку индейских племён (как ранее Франция практически перестала вникать в дела североамериканских коренных жителей, потому что им было мягко говоря не до этого). Сие решение предопределило дальнейшую незавидную судьбу индейцев, с которыми всю дорогу у европейцев и впоследствии американцев были сложные отношения – ну, точнее, они выражались в том, что белые сгоняли коренные народы с привычных земель, уничтожали их кормовую базу, ограничивали в правах и в целом вели себя как порядочные колонизаторы, зачастую считая их обычными дикарями.

Справедливости ради, под английской или французской пятой индейцам вряд ли бы жилось лучше.

Перед молодой нацией лежали бескрайние западные земли, которые так и просились в их руки (по мнению самих американцев). Европейцы заняты своими делами в Старом Свете и азиатских колониях, ещё одной молодой державе – Мексике, - получившей независимость в 1823 году, американцы радостно надавали по шапке, забрав Техас и почти половину мексиканских земель, включая Калифорнию, Неваду и ряд других штатов.

Во время этой войны родилась идея так называемой Доктрины явного предначертания или Предначертания судьбы – так американские политики оправдывали и американо-мексиканский конфликт и в целом свои притязания на североамериканский континент. Доктрина эта стала важным в первую очередь психологическим оправданием стремительного расширения США на запад и, фактически, предопределила Фронтир.

Короче, большое и стремительно набирающее силу государство неизбежно начало подминать под себя земли к западу от своих первоначальных границ. И это не было колонизацией, которой европейцы занимались в Африке и Азии – тысячи людей потянулись на запад жить и возделывать землю, а не использовать местное население как дешёвую рабочую силу и рынок сбыта. США расширяло границы, чего мир не видел уже очень и очень давно – как в своё время делал Рим.

Неудивительно, что между ними проводили и проводят столько параллелей.

Ещё одним важным обстоятельство стал…

Прогресс

Одно дело куча земли возле твоих границ (занятых «непонятно кем»), и совсем другое условия, при которых проводилось их освоение. Тут воедино сошлась куча вещей, но конкретно нас интересуют три: поезд, телеграф и винчестер.

Поезда означали быструю доставку грузов на огромные расстояния. Строительство Трансконтинентальной железной дороги началось в 1860-х, что имело колоссальное значение для Дикого Запада. По железным дорогам доставлялись товары, пассажиры и почта, они позволили столь стремительный рост городов и поселений и железная дорога стала одним из символов Фронтира – не счесть сюжетов, которые крутились вокруг строительства железнодорожной станции, символизировавшей собой «цивилизацию» (например в отличном фильме «Джонни Гитара»).

Телеграф означал невиданную доселе скорость передачи информации – от личных посланий до коммерческих и – что важно нам – юридических сообщений. Прогресс постепенно накрывал общество колпаком, и лихим людям становилось всё сложнее и сложнее безобразничать незамеченными – вести об их художествах разносились по телеграфным линиям на радость законникам и охотникам за головами. Так бандиты становились легендами Дикого Запада, поскольку к народной молве примешивались и официальные сводки.

Винчестер же уравнял всех (да, обычно так говорят в отношении револьвера Кольта, но винчестер для Фронтира более знаковый). Тут смотрите какая
штука – тысячи лет владение оружием являлось жирнейшей чертой, разделявшей сословия в обществе, будь то в Европе, Азии, Океании и Америках. Крестьяне пашут, монахи молятся, воины воюют – так человечество жило с незапамятных времён. Помимо субъективных причин (нельзя позволять широким массам огрызаться на хозяев земли) были и вполне объективные: махать шашкой и стрелять из лука было целой наукой, которой учились сызмальства, да и стоило оружие немыслимых денег для 95% населения.

А вот к моменту появления США и уж тем более к периоду освоения Запада армии поголовно перешли на ручное огнестрельное оружие, становившееся всё более грозным и смертоносным, но главное более дешёвым и простым в освоении. Любой балбес мог прикупить себе плохонький револьвер или ружьишко и за месяцок сносно натаскаться из него стрелять – а конкретно для Америки свою роль сыграла…

Вторая поправка

Да, та самая Вторая поправка к Конституции США, которая 15 декабря 1791 года закрепила за всеми гражданами США право на ношение оружия для самообороны. Текст её гласил следующее: «Поскольку хорошо организованное ополчение необходимо для безопасности свободного государства, право народа хранить и носить оружие не должно нарушаться». Причины подобного уж очень глубокие и комплексные, но если кратко: молодое государство решило максимально дистанцировать себя от Старого Света во всём, в чём только можно – в случае с армией США считали каждого взрослого мужчину потенциальным военнослужащим, готовым встать на защиту отчизны.

Чисто как в Древней Греции. Зуб даю, что-то такое да всплывало в обсуждениях.

Небольшая регулярная армия в случае нужды пополнялась добровольческими формированиями и милицией, сиречь ополчением. Вторая поправка сыграла на руку в деле освоения Фронтира, поскольку переселенцев встречали дикие звери, лихие люди и коренные жители – и для всех находились свинцовые аргументы. Ну и для друг друга они тоже находились, само собой.

Пожалуй, вот главные предпосылки появления такого феномена как Дикий Запад, и вот откуда растут ноги. Хотя нет, я забыл самое главное – культуру и искусство. Давайте же к ним и перейдём.

Первые вестерны

Мы почти добрались до комиксов – прежде, чем говорить о книжках с картинками, нужно пару слов сказать о становлении жанра в целом, ибо он старше их примерно на полвека.

Более или менее датой рождения вестерна можно считать начало 19-го столетия, а его бурное развитие — середину-конец 19-го столетия, аккурат во время и после Гражданской войны в США и последующего освоения Фронтира.

Естественно, началось всё с литературы, где пионерами выступили великий Фенимор Купер с его серией романов «Эпопея о Кожаном Чулке» и Вашингтон Ирвинг со своей «Асторией», мега-бестселлером, переведённым на кучу языков. Это были большие, сурьёзные произведения, снискавшие любовь публики и пробудившие интерес к Фронтиру, за которыми последовали менее монументальные работы. Вот вам ещё влияние прогресса: бурный рост книгопечатания здорово удешевил данный процесс, и во Франции зародился знакомый нам всем «бульварный роман» или «бульварное чтиво» — та самая массовая литература, нацеленная на широкого читателя, и потакающая его желаниям; а значит много действия, мелодрамы, закрученных событий и выдумки. Если та же «Астория» опиралась на реальные события и факты об экспедиции по реке Колумбия и тщетной попытке создать дам долговременную колонию, да и Купер не совсем с потолка брал свои сюжеты, бульварные романы же делали ставку на яркие образы и натурально байки.

Параллельно с ними очень популярными были ковбойские шоу и театральные постановки, которые только усилили процесс мифологизации Дикого Запада. Одними из самых знаменитых были постановки Буффало Билла, участие в которых принимал легендарный Дикий Билл Хикок — стрелок и разведчик, заядлый картёжник и, судя по всему, до безумия бесстрашный человек.

Именно с ним связан покерный термин «рука мертвеца» — две восьмёрки и два туза. Именно такая комбинация была у него на руке, когда его в спину застрелил пьяный недоброжелатель. Характерная, кстати, история — кучу легенд Фронтира грохнули либо в спину, либо из-за угла.

Ладно, и ещё одно примечание - знаменитые и любимые нами дуэли в полдень в реальности были штукой крайне редкой, просто потому, что это чудовищно опасно. И вот как раз Дикий Билл участвовал в первой подобной дуэли - и то изначально это должен был быть разговор на повышенных тонах. В целом же подобные схватки «кто быстрее выхватит ствол» вряд ли имели хоть сколько-нибудь широкое распространение - никакого дуэльного кодекса, как в Европе, у американцев не было; простые фермеры и разбирались друг с другом по-простому.

Я не проводил прям подробного анализа подобных произведений (боже упаси), но многими исследователями считается, что именно чтиво второй половины 19-го века и создало «тот самый» Дикий Запад – не реальный, а вымышленный. Ковбои из простых погонщиков скота стали ассоциироваться с лихими стрелками и бесстрашными красавцами, многочисленные банды, которые в основном угоняли быков и ныкались по прериям от вооружённых до зубов законников превратились в дерзких и даже харизматичных авантюристов и налётчиков и так далее (естественно, в реальности были и бесстрашные налётчики, а не шелупонь всякая). Все основные клише, присущие жанру, судя по всему, зародились именно там и перекочевали в другие медиа уже оттуда, параллельно сделав Фронтир невероятно популярным.

Опять же, бульварная литература создала образ «края беззакония», отчего многие воспринимают Дикий Запад как натурально одно большое стрельбище, где все палили без передыху, грабили всё что можно и вообще по-всякому беспределили; при этом сказать, что там был порядок и благорастворение тоже нельзя. Истина, как водится, где-то посередине – разгул преступности имел локальные характеры (время от времени появлялась совсем оборзевшая банда или же в каком-то городке была ну очень слабая власть), однако шансы поймать случайную пулю или получить стулом по башке были вполне себе ощутимые.

Затем появились палповые журналы – наше всё, на самом деле, подарившие нам кучу жанров, не только вестернов; в них зародилась и научная фантастика, и «крутые детективы», они же помогли появиться и комиксам. Журнальные авторы уж точно не хотели связывать себя какими-то рамками реализма, а лишь продолжили создавать мифологию Дикого Запада, укреплять клише и вводить фольклор в свои сюжеты. Проще говоря, что в бульварных романах, что в журналах перед читателем представал не «реальный» Дикий Запад, а тот, о котором люди говорили у костров, который обсуждали во время месячных переходов на фургонах и о котором мечтали, сидя в своей глухомани на обжитом Восточном побережье. Для молодой нации это был самый что ни на есть «героический» период со своими легендами и преданиями.

Потом по мозгам всем ударил кинематограф – сначала это, конечно, была скорее разминка (хотя, ничего себе разминка, «Большое ограбление поезда» один из первых фильмов в истории человечества); и пока движущиеся картинки не приобрели такой оглушительной популярности, на сцену вышли картинки статичные – и началось всё, естественно, с комикс-стрипов.

Чаще всего отмечаютYoung Buffalo Bill 1927 года, за которым уже в 30-х последовали Red Ryder, Little Joe и King of the Royal Mounted. Следующим этапом стали уже полноценные комиксные журналы, и тут снова на сцену выходит знаменитый New Fun Comics, пионер ежемесячного формата, что вдобавок подарил нам несколько супергероев вроде Зелёной Стрелы и Аквамена. За ним последовало ещё несколько журналов-сборников, в которых тоже выходили истории про лихих стрелков и грабителей. Первой чисто «ковбойской» серией комиксов стала Star Ranger and Western Picture Stories, публиковавшаяся с 1936 по 1939 годы. Трудно сказать, насколько популярными они были, но точно можно утверждать одно – едва появившись в комиксах, вестерны (как и прочие жанры) были отодвинуты на второй план супергероикой. И лишь после окончания Второй мировой, когда интерес публики к ребятам в лосинах заметно охладел (об этом мы уже неоднократно говорили), ковбои вновь вскочили в седло.

Простите за эту дурацкую шутку, ради бога.

Давайте же глянем на комиксные вестерны 40-х.

Золотой век

В принципе, если вы хотите почитать прям эталонный пример вестерна 40-50-х, вам стоит обратить внимание на серию Kid Colt Outlaw. Там есть вообще всё: обаятельный храбрый главный герой, который никого не убивает (максимум плечо прострелит), и в основном работает кулаками и смекалочкой; в своих приключениях он сталкивается с малость карикатурными злодеями, которых он ловко обставляет и в целом это просто клёвый парень. Таким он и оставался вплоть до закрытия своей серии, а серия у него была длинная – первый выпуск вышел в 1948 году и продолжалась она аж до 70-х годов.

В заслугу этому парню стоит сказать, что у него была своя сольная серия, а не кусочек ежемесячного журнала. Так что не думайте, что я как-то принижаю этого персонажа или типа того – он весьма успешный представитель своего жанра и своей эпохи.

Давайте же накатим примеров и тыкнем в несколько случайных выпусков приключений Кида Кольта. Открываем 3-й номер: в городке Тумстоун Гэп (Тумстоун вообще для Дикого Запада место культовое) завёлся некий сердобольный бандит Вип Сэведж, который убивает шерифа и занимает его место. В помощники он набирает отъявленных мерзавцев, которые начинают проворачивать тёмные делишки.

Однако в городок заезжает наш герой (который до этого спасся от виселицы) и решает покончить с безобразиями. Даже несмотря на пулю в плече он одолевает шайку Сэведжа и укладывает его точным выстрелом.

Или вот 17 выпуск: где-то на бескрайних просторах Оклахомы банда мексиканцев натыкается на небольшой пост (маленькое огороженное поселение), под которым проходит золотая жила. Негодяи быстренько разбираются с ополчением и объявляют жителям, что теперь они работают на них…

…покуда в поселение не приезжает Кид Кольт и в ходе короткой перестрелки не разбирается с бандитами.

А в 26 выпуске Кид Кольт помогает школьной учительнице – дескать, в городке объявился некий бандит, который убедил детей в том, что школа для слабаков и тащит их на кривую дорожку.

Но на страже начального образования американских ребятишек стоит наш герой без страха и упрёка, который на пальцах раскидывает негодяю и малышне о пользе учёбы… поскольку Кольт хорошо читает инструкции к оружию, шарит за калибры и граммовку пороха и потому является лучшим стрелком. Это не шутка.

В основном все сюжеты строились по похожим лекалам – где-то появляются бандиты, местные власти либо не способны сами с ними справиться, либо коррумпированы, и на передний план выходит главный герой. Несколько удивительно, что историй про индейцев прям вот на порядок меньше, нежели чем про обычных налётчиков – уж не знаю, с чем это связано. Не поймите неправильно, коренные американцы в старых комиксах есть – вон в том же Kid Colt в 13-м выпуске был сюжет The Magic of Manitou:

Естественно, у Кольта есть приятель в племени и естественно племя вышло на тропу войны под влиянием кровожадных ренегатов, с которыми Кид и разбирается. Вообще, комиксы 40-50-х к индейцам относятся как будто бы даже… нормально? Я очень боюсь делать поспешные выводы, ибо наверняка где-то есть комиксы, в которых эти ребята представляются кровожадными дикарями, но что в Kid Colt, что в All-Star Western индейцы не изображаются злыми злыднями (чаще всего). Я по крайней мере не натыкался на оголтелый расизм в духе ранних комиксов про Вьетнамскую войну.

Тем более удивительно натыкаться на вот такие штуки:

При этом я отдаю себе отчёт в том, что ни хера не понимаю в культуре североамериканских коренных народов и культурных стереотипах, с ними связанных – расизм там по любому есть. Как минимум в старых комиксах постоянно используется словечко injun, ныне считающееся оскорбительным; но опять же, чего-то прям оголтелого как минимум в крупных сериях я не видел. Плюсик в карму комиксистам!

Более того, я во время поисков наткнулся на персонажа по имени Крепкий Лук, коренного американца, что носился по прериям и наводил справедливость в самых разных племенах на фоне живописных пейзажей. Тут правда нюанс в том, что его похождения пришлись на до-колумбову эпоху, когда даже испанцами в тех краях не пахло, не то что американцами – поэтому под вестерн его не подверстать. Тем не менее, показательно, что в те годы публиковались сюжеты с индейцем в качестве главного героя.

Правда, тут тоже есть определённое второе дно – очень часто индейцы, которые таки нападали на белых и занимались безобразиями, записывались либо в ренегаты, либо в изгнанники (например, в All-American Western #107 есть такой сюжет). И у читателя может возникнуть ощущение, что они поступают плохо и большинство коренных жителей как раз против подобного и всей душой за мирное сосуществование…

Естественно, в комиксах для детей никто толком не рассказывал ни про войны с индейцами, ни про резервации, ни про дискриминационные законы и банальное физическое уничтожение; однако индейцы были и остаются неотъемлемой частью Фронтира. Когда началось освоение Запада, индейцы востока уже были согнаны в резервациях, и только на Великих Равнинах осталось множество независимых племён, которым совсем не улыбалось сниматься с привычных мест, потому что кто-то там придумал какую-то доктрину предназначения чего-то там, что вылилось в сотни вооружённых конфликтов и индейская угроза для переселенцев не была пустым звуком. Поэтому авторам комиксов пришлось как-то усаживаться на два стула сразу - показывать коренных жителей и схватки с ними, не скатываясь в форменный расизм и пикантные подробности их «умиротворения».

Но так или иначе основными героями, естественно, были законники, фермеры и вот такие вот «негодяи», как Кид Кольт, который негодяем то был чисто номинальным – там история в духе «оболганный герой». Протагонисты представали строго положительными ребятами, злодеи – отрицательными. Это разделение ещё больше усилилось с принятием приснопамятного Кода Комиксов, после чего резко снизилось количество трупов – по страницам выше заметно, что в 40-е ГГ вполне себе отстреливали негодяев, – и повысился градус морализаторства. Злодей всегда должен понести наказание и обязательно его история должна быть поучительной – знакомая нам тема по супергеройским комиксам.

Но есть ещё кое-что: комиксные вестерны 40-50-х годов находились не только под сильнейшим влиянием кино и литературы (что неудивительно), но и супергероики!

На такую удивительную штуку я наткнулся в серии All-Star Western. Встречайте, братья-близнецы Триггеры, лихой шериф и скромный владелец лавки… вот только на самом деле бесстрашным стрелком был продаван, который постоянно выручал своего братца, имел секретное подземное убежище и был крайне озабочен сохранением своей тайны. Это буквально супергеройский сюжет – но про ковбоев и грабителей. Точно таким же персонажем был и Джонни Тейн, школьный учитель, который создал себе личность Джонни Тандера и боролся с негодяями при помощи кулака и револьвера, и Чёрный Всадник, и ряд других героев, которых нынче никто и не вспомнит.

Несколько удивившись данному факту, я стал раскручивать мысль дальше – и есть у меня ощущение, что комиксные вестерны почерпнули из супергероики не только тему с двойной личностью. Они унаследовали определённую вычурность – ну знаете, когда недостаточно показать обычное преступление или налёт, нужна какая-то загадка, тайные письма, противника надо обязательно перехитрить и обдурить, а не просто разрядить в него барабан револьвера – вспоминаем тот сюжет с бандитом, отговаривавшим детей учиться. Сами негодяи частенько отдалённо напоминали злодеев из супергеройских комиксов – абсурдные клички, яркие шмотки, время от времени даже свой гиммик, отличавший злодея от прочих бандитов. В конце концов, прости господи, похожий вайб – комиксные вестерны реально напоминали приключения Бэтмена, Зелёной Стрелы и прочих виджиланте.

В принципе, неудивительно – у супергероев было чему поучиться, плюс зачастую и то, и другое писали одни и те же люди.

Если подводить черту под первым этапом комиксных вестернов, можно сказать, что он был вполне обычным для книжек с картинками – это рассчитанные на детей и подростков приключения в популярном антураже, без каких-либо попыток что-то осмыслять или критиковать. Мы же не ругаем старые супергеройские комиксы за то, что они не рассматривают причины преступности или феномен суперзлодея и прочие популярные нынче штуки – так и тут придираться нет смысла. Вестерны не породили ни одной суперзвезды, это факт – никого даже близко сопоставимого с Суперменом там не было; обаятельных героев хватало, но культурными иконами они не стали. Пожалуй, самым популярным был Кид Кольт, комиксы о котором выходили почти тридцать лет (нешуточный срок!), однако его известность была локальной и не выплеснулась за пределы США. Ну, ещё Рохайд Кид, появившийся в 50-х и активно издававшийся в 60-х в стенах новоиспечённого Marvel. Прочие же ребята тихо канули в лету, потому что и не планировалось делать их бессмертными столпами комиксов.

Ещё что я подметил – все эти протагонисты, мать их, одинаковые. Все сплошь высокие красавцы, чаще всего блондины, все ловко стреляют с двух рук, все добрые и благородные. Иногда встречались и женщины – например Антуанетта «Тони» Барретт, – но какой-то изюминки ни у одного из десятков героев тех комиксов мне найти не удалось (не считая некоторых персонажей с двойной личностью, но и там отличия минимальные). Это не способствовало их запоминанию и когда пошёл тренд на возрождение старых героев комиксов, явно создавало определённые проблемы авторам – персонажей в полном смысле слова там почти не было. Но это так, ещё один штрих.

Да, супергерои тоже все были на одно лицо - но в гражданском своём обличии, альтер-эго же отличались друг от друга очень сильно. Вестерны же не могли позволить себе такой роскоши.

Сейчас будет уместно обратиться к кино Золотой эры, без которого невозможно в полной мере осознать развитие жанра - ибо дальше комиксы вступят с ним в определённое противоречие

Чёрные и белые шляпы

Телевидение я героически пропущу – лезть в древние сериалы и как-то их анализировать нет ни малейшего желания (и банально времени), поэтому сосредоточимся на кино, ведь именно полнометражные ленты внесли самый главный вклад в формирование вестерна. В Золотую эру вестерна, под которой обычно понимаю промежуток 40-60-х годов, вышла прорва самых разных фильмов: были хорошие, были плохие, были великие, были свои звёзды и свои гении.

Первое, что бросается в глаза при просмотре вестернов тех лет – они прям очень красивые. Пустыни, каньоны и горы, дикая, едва тронутая цивилизацией природа, мощнейший цветокор, работа с интерьерами и костюмами – загляденье просто. Опять же, они ламповые, плёночные и зернистые – не подумайте, что я какой-то неолуддит и как старый дед воняю на цифровые камеры, но факт остаётся фактом: у плёнки совсем другое ощущение. Однако это так, техническая фигня, гораздо важнее другое – адская актёрская игра.

Если брать хорошие ленты (а плохие мы брать не будем) то она по-хорошему старомодная, немножко театральная, немножко с перебором, но очень крепкая и даже впечатляющая. Персонажи говорят в интересной манере, на полную катушку используется язык тела, перемигивания, движения бровями и прочие мелочи, которые помогают создать крайне живые образы. Учитывая, что по современным меркам экшена там практически нет, а тот, который есть, ну очень простенький (опять же, в силу возраста самих фильмов), в основном всё тащат на себе актёры, как они говорят и что они говорят – ну и сюжетные перепетии, конечно.

Если я что и могу сказать про старые вестерны так это то, что они про жизнь – во главе угла стоят человеческие судьбы, переживания, пороки и достоинства. Большинство историй камерные, касающиеся отдельных людей – несмотря на то, что события происходят на огромных пространствах, мы наблюдаем за небольшими уголками Фронтира и за отдельными его представителями. И даже в самых средненьких и откровенно плохих фильмах (а их прорва, как вы можете догадаться), авторы старались показать своих героев личностями и накинуть им шекспировских страстей. Да и в целом вестерн не считался каким-то низким жанром – его снимали маститые режиссёры, там играли маститые актёры и многие вестерны Золотой эры в Америке американскими же киноведами считаются важными и культурно значимыми.

При этом те фильмы откровенно старались в реализм – во-первых, люди тогда ещё что-то помнили о прошлом и фильмы выглядели правдоподобно во всём, от костюмов до жилищ. Когда ваш покорный слуга в «Искателях» увидел чехлы на ружьях, я натурально пустил скупую мужскую слезу. «Искатели», кстати, я настоятельно порекомендую – это мощное, пускай и сейчас слегка наивное, кино о мести, жестокости и прощении, и, пожалуй, самый тру-американский вестерн какой только есть.

Ещё одной важной особенностью (важной в контексте нашего разговора) вестернов тех лет является почти полное отсутствие каких-либо сверхъестественных элементов. Было бы странно ожидать чего-то иного от богобоязненной Америки 40-60-х, но факт остаётся фактом: все эти шаманские темы, духи, проклятия и прочее проникло в вестерны гораздо, гораздо позже – и на сегодняшний день стало почти что нормой жанра.

В комиксах, кстати, с этим тоже долгое время было очень скромно.

Ну и самое главное – американские вестерны Золотой эры пропитаны сентиментализмом, ощущением лёгкой горечи, пафоса, тоски и гордости. Для молодой нации Фронтир по значимости стоит в одном ряду с Войной за независимость и Гражданской войной —именно поэтому мы видим такой упор на судьбы людей, на драму, на характеры и слышим столько житейских мудростей из уст героев; и поэтому же тогда было рановато для какого-то критического осмысления самого феномена Дикого Запада. Разгонов про социальное, национальное, экономическое или даже расовое очень мало – лишь бескрайние, незаселённые просторы, есть маленький человек и проблема, с которой он сталкивается. Крайне редко герои обращаются к современному зрителю – ибо все эти социально-политические комментарии есть, по сути, обращение к зрителю/читателю; просто время ещё не пришло для такого анализа.

Но когда такие вещи проскакивают, хочется снять пыльную шляпу – в отличном фильме «Джонни Гитара» мало того, что главные герои две женщины, которые увлекают за собой персонажей-мужчин, так там ещё есть и весьма мощные разгоны про несправедливое и предвзятое отношение к женщинам, если те делают то, что постоянно позволяют себе мужчины. Это в 1954 то году! И да, отличная заглавная песня, которую я заслушал в юности до дыр, рыская по просторам Мохавской пустоши…

И вроде бы всё развивается своим чередом – комиксы продолжают выходить, фильмы снимаются, телевидение забито сериалами про ковбоев и индейцев. Вот только всему хорошему неизбежно приходит конец – публика начала уставать от ковбоев и грабителей, сериалы стали стремительно закрываться, фильмы собирать всё меньше, а комиксы сворачиваться. Конечно, великие фильмы выходили – те же «Дикая банда» и «Бутч Кэссиди и Санденс Кид» это уже 60-е годы; однако классический американский вестерн в целом угасал и уходил в прошлое.

Прежде чем мы ворвёмся в 60-е годы стоит сказать пару слов о людях, которые стояли за вестернами комиксными – ведь там мы встретим очень много знакомых фамилий.

Укротители пера и кисти

Тут достаточно просто сказать, что вестерны рисовал Джек Кирби. На пару со своим старым приятелем Джо Саймоном он сделал комикс Boys' Ranch, который в 1991 году Marvel переиздало как The Kid Cowboys of Boys Ranch. Он попал в популярную тогда категорию «подростковых банд» (видать, в США считали, что подростки вообще способны на что угодно), и выделялся во многом своим визуалом (ещё бы!) и вполне себе глубокими темами. Джо и Джек, по их собственным воспоминаниям, кучу лет собирали фактуру, катаясь по Техасу, Вайомингу и Арканзасу, и, естественно, черпали вдохновения в кино тех лет. При этом они старались подойти к истории чуть серьёзнее, закинув своих дерзких юнцов во вполне себе «взрослые» неприятности, которые, по словам Ричарда Моррисси, были присущие комиксам 50-х и 60-х.

Вестерны рисовал Кармайн Инфантино, отец Барри Аллена; Алекс Тот, один из столпов супергероики ещё начиная с 40-х; Гил Кейн, соавтор Хэла Джордана, Гая Гарднера и Синестро. Писали их Роберт Канигер, собственно второй создатель Барри Аллена, отметившийся ещё и тем, что 22 года писал комиксы о Чудо-женщине. Стэн Ли писал вестерны, перехватив в какой-то момент серию Kid Colt, Outlaw, над которой также трудились Тони Изабелла, а вездесущий Кирби нарисовал кучу обложек. И это лишь беглый взгляд!

Почти все, кого мы нынче считаем столпами и мастодонтами американского комикса, нет-нет да и залетали в популярные вестерны, пока супергероика временно отошла в тень. Разумеется, то же самое было и с любовными комиксами, и с военными, и с детективными; я тут скорее хочу ещё раз отдать дань уважения этим великим ребятам, которые одинаково хорошо сочиняли и рисовали самые разные истории про самых разных персонажей.

Собственно, неудивительно, почему те вестерны хорошо продавались и серии были такими длинными – на общей популярности сеттинга далеко не уедешь, нужны толковые авторы, которые каждый месяц будут выдавать крутые комиксы; и у комиксных вестернов они были. А у самих авторов была работа, возможность оставаться в седле (снова простите), прокачивать свои креативные навыки, чтобы в 60-е перевернуть наш мир…

А, собственно, давайте в 60-е и перекатимся. Они для нас интересны двумя вещами: в комиксах уже начался внезапный ренессанс супергероики, за которым последовала культурная бомба в виде появления издательства Marvel, а в кино дверь мощным пинком открывают итальянцы со своими спагетти…

Так, подождите, при чём тут Куросава?

Аль-денте вестерны, ковбои и немного о Японии

Да, я сам удивлён, что эта глава вообще есть в тексте – но тут ничего не попишешь, обнаружилась и такая крайне интересная параллель. Казалось бы, при чём тут вообще японцы, да ещё и самураи? Оказалось, ещё как при чём.

23 марта 1910 года в Токио родился Акира Куросава, восьмой ребёнок в большой семье. Его отец, Исаму, был самураем – точнее, потомком самурайской фамилии, корни которой уходят в глубину веков. Исаму был вполне типичным представителем своего социального класса – как известно, после реставрации Мэйдзи в конце 19-го столетия самураи потеряли своё привилегированное положение; Япония встала на путь индустриализации и капитализма, уходят от феодальной системы. Однако сами самураи никуда не делись, и в большинстве своём они уходили либо в армию, либо становились учителями – так вот, Исаму выбрал последнее.

Более того, Исаму симпатизировал западной культуре – опять же, тренд вполне привычный для тогдашней Японии, вылезшей из столетий изоляционизма – и побуждал в своих детях интерес к ней. По словам Акиры, он начал смотреть кино уже в возрасте шести лет, и, поскольку тогда кинопромышленность его родины была в совсем зачаточном состоянии, смотрел он преимущественно кино американское и европейское.

Хотя, уверен, Эйзенштейна он тоже потом смотрел; куда ж без него!

Это детское увлечение предопределило всю его дальнейшую судьбу – сначала он работал помощником режиссёра, а уже в 1943 году, в самый разгар Второй мировой войны, снял свой первый фильм «Гений дзюдо». За ним последовали вполне себе пропагандистский «Самая красивая», посвящённый женщине, работающей на военном заводе, и «Гений дзюдо 2», который уж совсем агитка-агитка, вышедший в мае 1945 года, за несколько месяцев до крушения Японской империи.

Занимательный факт – естественно, куча судеб связана со Второй мировой; вот вам ещё одна. Выше я упоминал фильм «Искатели» режиссёра Джона Форда; в 1942 году Форд был режиссёром-документалистом, и снял небольшой фильм, посвящённый битве у атолла Мидуэй. Форд был ранен и, как говорят, крыл благим матом японские самолёты, которые входили в кадр не так, как ему хотелось. Также он участвовал в высадке в Нормандии и вообще закончил войну контр-адмиралом. The more you know!

После окончания войны Куросава продолжил снимать – на самые разные темы, которые нас в данном контексте не очень интересуют. Перескочим сразу в 1950 год, в котором на большие японские экраны выходит «Расёмон», фильм, который «открыл» для Запада не только самого режиссёра, но и японский кинематограф в целом. Лента о том, как по-разному люди помнят и интерпретируют одни и те же события была вполне успешной в Японии, однако настоящий бум случился, когда фильм попал на Венецианский кинофестиваль (без ведома самого Куросавы) и произвёл там настоящий фурор, получив Золотого льва и самые тёплые отзывы. После этого гайдзины стали присматриваться к японскому кино, что впоследствии привело к самым неожиданным последствиям.

В 1954 году на экраны выходит культовый «Семь самураев» - история о группе ронинов, которых нанимают крестьяне для защиты от банды разбойников. Вообще, нет смысла говорить о его художественных достоинствах – кино абсолютно великое от сценария до операторки, сами блин посмотрите, это прям надо; нам важно другое – в Америке кино тоже увидели и мало того, что сравнивали его с вестернами (ох мы ещё раскроем этот тезис), так и сняли полноценный ремейк. Речь, конечно же, о «Великолепной семёрке» 1960 года, за которым последовал ряд других лент, вдохновлённых бессмертным творением Куросавы.

Ну а потом Куросава-сан решил добить всех окончательно, сняв в 1961 году «Ёдзимбо». По сюжету одинокий ронин бродит по Японии и набредает на городок, за влияние над которым бодаются две банды разбойников. Ронин решает сыграть на их противоречиях и присоединяется то к одним, то к другим… стоп-стоп, вам это ничего не напоминает?

Или так?

Или даже так?

Ладно, последнее не по теме, но тоже хорошее кино.

История простая – Серджио Карбуччи и Серджио Леоне оба посмотрели «Ёдзимбо», охренели от увиденного и сняли два фильма: «За пригоршню долларов» 1964 года и «Джанго» 1966 года, которые оказались всего лишь одними из важнейших вестернов в истории, натурально давшие жанру второе дыхание.

Не обошлось и без конфузов – Куросава судился с авторами «Долларов», поскольку те буквально передрали его фильм, но нигде не указали его как ремейк. По итогам тяжб Куросава получил права на прокат фильма в Азии и 15% со сборов и потом говорил, что получил денег больше, чем за любой собственный фильм.

Но как так вообще получилось? Почему истории о совершенно другой культуре на другой стороне глобуса так хорошо ложились на Дикий Запад? Что такого находили западные режиссёры в самураях, что с удовольствием тянули в свои фильмы о стрелках и грабителях банков? Вот тут самое время чуть подробнее разобрать образ ковбоев. Ну, тех самых ковбоев, которые ловко крутят револьверы на пальцах, все такие бесстрашные и благородные.

Само собой, стереотипный образ весьма далёк от образа реального. Ковбои это в первую очередь перегонщики скота (поэтому они, собственно, и ковбои, то есть буквально «парни на коровах») и работники ранчо, которые ухаживали за животными. Более того, изначально это вообще не американское словечко – впервые его упомянул писатель Джонатан Свифт в 1725 году буквально в отношении мальчика, присматривающего за коровой. В 1820-50-х слово ковбой часто звучало в Ирландии и на Британских островах в целом, означая ровно то же самое. И лишь в 1860-70-х годах оно появляется в американском обиходе и американской же печати… причём в негативной коннотации!

В отличной статье On the Early Imagery and Definition of the "Cowboy" это разобрано очень подробно, я лишь передам краткую выжимку. Ещё во времена Войны за независимость британцы называли ковбоями ополченцев, которые угоняли у красных мундиров скот. В 1881 году президент США Честер Артур назвал ковбоями одну банду негодяев. И лишь к концу 1880-х годов в печати и в обществе стал потихоньку закрепляться более положительный образ ковбоя, честного трудяги, благородного и храброго человека, которому приписывали рыцарские качества.

Была и вполне материальная причина – активная экспансия на Запад потребовала перегон туда скота, и потребность в пастухах-ковбоях стремительно начала расти. Появилась целая индустрия по перемещению парнокопытных из точки А в точку Б, в которой активно использовались и железные дороги. Ковбой это в первую очередь опытный пастух и выносливый путешественник, ибо там столько нюансов, что словами не передать. Не хватает только одного – безумных навыков стрельбы, к которым мы привыкли в кино и комиксах… а их и не было.

Ещё раз: ковбой — это пастух. Разумеется, пастух вооружённый, но в основном для защиты стада от хищников; крайне редко ковбои вступали в ожесточённые перестрелки. При этом пастух небогатый, поэтому никаких вам серебряных шпор и навороченных винтовок: плохонькие револьверы, дробовики да старенькие ружья. Если они чем и отличались от соотечественников, так навыками обращения с животными, умением объезжать лошадей и устраивать шумные попойки после получения зарплаты. Собственно, «ковбой» в переносном смысле это человек бесшабашный, буйный и непредсказуемый, и знаменитое cowboy shit это именно что безрассудное поведение.

Современный образ ковбоя сформировали как раз литература, театральные шоу и фильмы, превратившие пастухов в чуть ли не рыцарей Фронтира и его главного героя, сердцееда и патриота, великолепно владеющего револьвером, не боящегося ни бога, ни чёрта.

Итак, мы отметили эту очень важную штуку, возвращаемся к самураям и кино. Если говорить о европейских режиссёрах (в данном случае об итальянских), они тянули у Куросавы в первую очередь форму – атмосферу, манеру съёмки, темп истории, вайб, если угодно. Причина, по который мы с вами любим спагетти-вестерны, а в Америке их долгие годы вообще не переваривали состоит в том, что мы, жители постсоветского пространства, как и итальянцы, знаем про Дикий запад примерно ни хрена – только общие мифы и образы, которые я тут которую страницу уже разбираю. «Тут бандиты – там бандиты, здесь одинокие стрелки – там самураи-одиночки, всё сходится» подумали два Серджио и их последователи и одним махом сменили кимоно на пончо – и получилось здорово, бодро и весело. Действительно, у обоих жанров есть много общих внешних признаков – что и предопределило их неизбежное сравнение.

Да даже фишка с молниеносными схватками, когда исход боя решается парой точных выстрелов или взмахов клинка!

При этом у спагетти-вестернов нет вот этого самого сентиментализма и чувства лёгкой ностальгии и тоски – для европейцев Фронтир это действительно земля отморозков и разгул беззакония, потому и главный герой у тебя не рейнджер на белом коне и не выжженный изнутри солдат или стрелок с разбитым сердцем, а подлинный антигерой, циник с фактурной харей, бросающийся хлёсткими фразами и пачками укладывающий ещё больших козлов мордой в песок. С антигероями, кстати, в американских вестернах было туговато, и появляться они начали как раз к середине-концу 60-х годов, когда в американской культуре в целом начался тренд на антигероев (привет, «Грязный Гарри», привет, Каратель!).

Короче, спагетти-вестерны это круто.

Если же говорить об американских режиссёрах, которые вдохновлялись Куросавой, то здесь, помимо очевидных художественных фишек (блин, посмотрите «Ёдзимбо», тут любой угорит) есть ещё один весьма тонкий момент. Сразу предупрежу – щас будет такое вот мощное натягивание совы на глобус. Короче – может ли статься, что американцам их Фронтир напоминал японскую… феодальную раздробленность? Сейчас попробую пояснить.

У Дикого Запада и феодальной раздробленности в её классическом понимании действительно есть много внешних сходств: слабость центральной власти, высокий уровень самоорганизации и автономности отдельных феодов/поселений, даже ронины да раубриттеры (рыцари-разбойники) свои есть! Опять же, ковбои, которые вроде как рыцари Дикого запада… Естественно, это лишь формальные сходства; но искусству большего и не надо. Я как-то не могу по-другому объяснить тот факт, что киношные самураи и ковбои так здорово друг на друга ложатся. Может, Куросава сам тянул элементы вестернов в свои фильмы, перерабатывал, и потом их тянули обратно? Культурная глобализация сложная штука, короче.

Напомню - это лишь мои домыслы, которые не стоит принимать на веру.

При этом стоит понимать ещё один важный момент – в Америке спагетти-вестерны, мягко говоря, не любили, если не сказать ненавидели. Для американского зрителя всё происходящее было кровожадным фарсом, разительно отличавшимся от того, к чему они привыкли. Здесь так и напрашивается аналогия с «клюквой» - но тут это были «спагетти». И пока по всему миру спагетти-вестерны гремели и набирали популярность, в США долгие годы от них открещивались и называли полной ерундой…

…неосознанно впитывая их элементы. Не секрет, что Леоне как кинематографист внёс ощутимый вклад в киноискусство (взять хотя бы его знаменитые «обрезанные» крупные планы лиц); сам образ антигероя в мировой культуре не в последнюю очередь формировался спагетти-вестернами. Если классические ленты тянулись к реализму, итальянские были больше притчами (что ещё больше роднило их с самурайским кино) – и это тоже проникло и в будущие американские вестерны. Хотя, с чего бы американцам вообще возникать, ведь на родине тема Дикого Запада стремительно теряла популярность, и период 70-80-х годов для жанра считается не самым благоприятным.

Конечно, нельзя сказать, что в Америке вестерн умер; просто уступил позиции другим жанрам, вроде научной фантастики.

Итог всё равно один – появление спагетти-вестернов с одной стороны, угасание популярности вестерна в Америке с другой, второе рождение супергеройских комиксов с третьей и формирование феномена антигероя с четвёртой мощно встряхнули комикс-вестерны (да, возвращаемся к ним). К чему это привело? Во-первых, к снижению количества журналов о стрелках и бандитах – львиная доля позакрывалась в 70-е, - ну а во-вторых…

Джона Хекс или «взросление» вестернов

В комикс-вестернах по пальцам одной руки можно пересчитать прям вот знаменитых персонажей – не тех, кто известен среди ценителей жанра/банально знающих тонну героев второго и третьего эшелона, а прям вот в массовом сознании. Джона Хекс, пожалуй, самый яркий такой пример – про него многие как минимум слышали (что уже достижение). В принципе, это может означать что он, как говорится «лучший среди худших» - ну да, чудом дожил до 90-х, засветился в современном DC, примелькался в нескольких кроссоверах, вот его и помнят. Как же я счастлив сказать, что Джона заслуживает того, чтобы о нём помнили.

Итак, наш стрелок дебютировал в 11-м выпуске второго тома All-Star Western в 1970 году. Этот самый второй том продержался недолго, ибо после 12-го он сменил название на Weird Western Tales с сохранением нумерации. При этом WWT это тоже второй том… серии WWT. В 70-е супергерои сметали всё на своём пути и прочие жанры вымирали, как динозавры, отсюда и такая мешанина. К тому моменту Золотая эра американских вестернов уже завершилась, Куросава дал всем по мозгам, а «Долларовая трилогия» популяризовала спагетти-вестерны, сделав их культурным феноменом – и на примере Джоны Хекса видно, как всё описанное выше повлияло на комиксы… и особенно отрадно, что наши с вами любимые книжки с картинками наконец-то шагнули дальше остальных медиа!

Буквально с первых страниц становится понятно, что Джона несколько нетипичный персонаж комиксов, не только вестернов – это хладнокровный охотник за головами, бросающийся короткими, хлёсткими фразами, без промедления хватающийся за револьвер. Он обладает прескверным характером и лишь сквозь зубы признаёт, что у него есть какая-то своя мораль – в целом, типичный антигерой. И самым главным – в чём комиксы обскакали вообще всех – была его внешность.

Тут стоит пояснить – естественно, супергерои и супергероини тех лет чаще всего были красавцы и красавицы как на подбор; в американских вестернах актёры первого плана тоже чаще всего были привлекательными; даже в спагетти-вестернах большинство протагонистов красивые мужчины (гляньте на Франко Неро!) С такой харей, которую выдали Хексу, прозябать бы ему на втором плане в банде очередного налётчика-конокрада – главарь которой, кстати, тоже скорее всего был бы мужчиной внешне приятным.

Само собой, старое кино всё же не было балом красоты, да и понятия о мужской красоте тогда были несколько другими; но ладно бы Джона был просто, ну, конвенционально некрасивым – нет, Джона был изуродован, что натурально шокировало людей вокруг, равно как и читателей.

Его внешность, изначально созданная явно для вау-эффекта, впоследствии обросла художественным смыслом – установилось, что Джону в детстве продали племени Апачей, он рос среди них, став почти что своим, но по возвращении после Гражданской войны по приказу вождя был отмечен «знаком демона» (контекст нам не особо важен). Учитывая, что Джона ещё и воевал за конфедератов и в будущих выпусках вполне чётко будет проговариваться этот момент и причины, по которым он пошёл в армию – как и многие солдаты Юга он искренне считал северян оккупантами, - портрет получается ну уж очень неоднозначный. Преданный и заклеймённый, злобный убийца, ненавидящий всех вокруг себя, сохранивший лишь крупицы какой-то морали – вот это я понимаю персонаж!

Ну и комиксные вестерны наконец стали подкидывать комментарии и рассуждения – Джона у нас воевал за Юг, однако не был апологетом рабства (как и многие южане, особенно из низов), и тема Гражданской войны время от времени всплывает в его приключениях, тогда как в старых вестернах она зачастую была просто фоном. Причём даже в кино крайне редко её проговаривали!

И людям он приглянулся – было и есть в нём что-то такое, что нравилось аудитории. Чувство справедливости Хекса было исковеркано и покорёжено, что вполне соответствовало духу своего времени (напомню – в ту пору в реальном мире завершалась война во Вьетнаме), и в целом он напоминает нам другого великого антигероя, Карателя.

Забавно, что ещё лет 20 назад, в 50-х, такой персонаж получил бы «по заслугам» в конце своей короткой истории – да, он не был однозначным злодеем, ибо, как и положено антигерою, убивал ещё больших мразей; но какое-то нравоучение авторы бы точно заложили. 20 лет назад главным героем был скромный владелец лавки, храбрый рейнджер или юнец с горящими глазами – Джона Хекс же это персонаж Джона Уэйна из «Искателей», выкрученный на максимум.

После завершения второго тома All-Star Western приключения забияки Хекса продолжились в серии Weird Western Tales (так же во втором томе). Конкретно её я даже могу порекомендовать – во многом из-за Джоны, да и в целом комиксы приятные. В ходе чтения я наткнулся на интересный момент, который вы наверняка часто видели в вестернах – и да, сделаем ещё одно отступление.

Надо бы внести ясность и объяснить многоуважаемым читателям разницу между шерифом, маршалом и рейнджером в качестве общеобразовательного момента.

Шериф должность строго выборная. Жители определённой территории раз в сколько-то лет выбирают шерифа, наделяя его полномочиями ловить негодяев на определённой же территории – обычно городка и окрестностей. Ещё один признак автономности и самоорганизации Фронтира. Поэтому случаи, когда в искусстве (да и в жизни) шерифом становился какой-нибудь негодяй не то что бы сильно удивительны – кто только не побеждает на выборах.

Маршал уже должность более серьёзная, ибо она федерального значения. Тут не лишним будет напомнить, что в США федерализация куда более глубокая, нежели чем, например, в России – каждый штат буквально мини-государство, в котором могут быть свои специфические законы и установки. Отсюда и всякие приколы с юрисдикциями; так вот, маршалы — это федеральные законники, оперирующие на территории всех штатов и занимающиеся охраной федеральных судей, федерального имущества и поимкой балбесов, угодивших в федеральный, т.е. общегосударственный розыск. В рассматриваемый нами период маршал обладал таким правом как созыв Posse comitatus, или окружного отряда, или поссе – если вы видели в кино, как законник приводит кучку фермеров к временной присяге, так вот это оно.

Рейнджер вообще строго отдельная история. Появились они в Техасе (где же ещё!) в 1823 году, когда Техаса как такового ещё толком не было, а был он мексиканской областью/территорией. Мексика в свою очередь сама только-только вырвала независимость у испанской короны в продолжительной войне, завершившейся в 1821 году. «Отцом» рейнджеров был Стивен Остин – иногда его ещё называют аж «отцом Техаса» - он организовал десять человек для защиты нескольких сотен переселенцев в мексиканский Техас. В ходе Техасской революции и образования Техасской республики в 1836 году рейнджеры уже были официальной структурой, насчитывающей более 300 человек. После Гражданской войны рейнджеры были расформированы, однако очень быстро организованы заново и существуют по сей день. Свои рейнджеры были и в Калифорнии (организованные по образу и подобию техасских), и в Аризоне – однако нынче остались только в Техасе.

Судя по всему, чаще всего рейнджеры бодались с индейцами и валили всяких одиозных бандитов вроде Сэма Басса и Джона Хардина. Техас вообще был местечком не шибко спокойным – рядом граница, причём весьма дырявая; через неё потоком шла контрабанда, угнанный скот и в Мексику от правосудия регулярно сбегала всякая сволочь. Потому-то рейнджеры были, что называется, при деле – и именно потому и обросли таким количеством мифов и баек.

Если продолжать нашу аналогию «Дикий Запад = феодальная раздробленность», то рейнджер это нечто вроде богатыря. А чо, всё сходится! Ну а если серьёзно – рейнджеры явно повлияли на супергероев, потому что, по сути, ими и являлись, в массовом сознании середины-конца 19-го столетия, ибо про них насочиняли столько всего…

Однако Джона Хекс Джоной Хексом, но комиксные вестерны скукоживались – серии постоянно сворачивались, а на смену им новых не приходило. Чисто как военные комиксы, которые к 80-м почти все закрылись. Пожалуй, что последним могучим вестерном был Weird Western Tales, который завершился в начале 80-х годов. На недолгий момент супергерои безраздельно доминировали на страницах.

Тем не менее, Джона свой вклад в жанр внёс – серия с его приключениями прожила ещё десять лет, он однозначно проложил дорогу ещё нескольким подобным персонажам вроде Охотника за скальпами (чьи приключения тоже были весьма жестокими). И, без сомнения, внёс свою лепту в феномен антигероя, который захватил комиксы спустя каких-то 10–15 лет. Пожалуй, поэтому он и остался в памяти, и поэтому же я могу с твёрдой уверенностью сказать, что комиксные вестерны не были совсем уж вторичными и таки сделали свой вклад в развитие книжек с картинками в целом. Пусть и не такой большой.

Точнее, не такой явный; естественно, все эти парни, которые между Золотым и Серебряным веком супергероики рисовали и писали вестерны, прокачивались сами и прокачивали комиксы, вводя новые сценарные и визуальные приёмы. Поэтому ещё раз – вестерны для развития комиксов очень важны.

Но что было потом? И что с вестернами сейчас?

Современность

Начиная с конца – сейчас вестерны что в комиксах, что в кино, что в играх чувствуют себя вполне неплохо. В этой заключительной части мы в основном пройдёмся именно по комиксам – прочие медиа опишем буквально двумя словами, - ибо по ощущениям именно к рубежу веков вестерн окончательно сбросил с себя все ограничения, влияние супергероики и нашёл свой язык.

80-90-е годы стали для вестерна Ренессансом, который по общественному консенсусу начался с «Непрощённого» Клинта Иствуда. Ветеран кино вдохнул новую жизнь в жанр, и за ним последовала череда крепких и отличных картин: «Эрп», «Тумстоун», «Быстрый и мёртвый», «Танцующий с волками» и так далее и так далее. Они уже были совсем другими, нежели чем в 50-е – более суровые, более жестокие, более приземлённые и морально серые. Опять же, спасибо и спагетти-вестернам за это.

Игрострой тоже не отставал – проекты, посвящённые Дикому Западу, стали выходить на самой заре его становления: древние Badlands и Sunset Riders, в нулевых мы рубились в Desperado и Call of Juarez, а десятые подарили нам могучую Red Dead Redemption и её феноменальный сиквел, который ваш покорный считает одним из трёх величайших вестернов в принципе.

Ну а что комиксы? Давайте больше о комиксах! Ради бога: несмотря на то, что в 80-90-х были попытки возродить жанр (обычно их хватало ненадолго), вестерн и вестерновые тропы из комиксов никуда не делись; более того, за весь двадцатый век все эти ковбойские темы намертво вплелись в саму американскую культуру. Примеров этому масса, но один из моих любимых, конечно же, «Проповедник». Вспомните, уважаемые читатели, кем был внутренний голос Джесси Кастера, с кем он советовался, к кому обращался за советом и помощью?

Конечно же к нему.

Для ирландца Энниса и англичанина Диллона вестерн и Фронтир были неотъемлемой частью американской истории и культуры – поэтому включить собирательный образ всех героев Джона Уэйна было вполне логичной идеей.

Одним из лучших комиксов 90-х на эту тему (на мой скромный взгляд) стал The Kents Джона Острандера и Тимоти Трумана. В нём вестерн замешали с главным супергероем планеты, рассказав о прошлом «земной» семьи Кларка. Само собой, комикс не только о Диком Западе – действие начинается аж в преддверии Гражданской войны, - и тем лучше, ведь история даёт очень мощный контекст событиям и темам, которым я посвятил уже два десятка страниц. Тут тебе и разделённые семьи, и послевоенное устройство, и войны с индейцами (именно из этого комикса я узнал, что индейцы сражались в основном именно с регулярными войсками, а не с рядовыми гражданами) и всплеск бандитизма. Короче, страшно рекомендую.

Выходили комиксы и о Джоне Хексе – в основном в формате мини-серий и всратых кроссоверов – но «чистый» вестерн пока ждал своего часа. В 90-е и нулевые продолжались вариации на тему – Дикий запад замешивали с супергероикой, приплетя его, например, к Призрачному Гонщику. Были даже нео-вестерны – тот же Scalped вполне себе подходит под этот новый жанр. Однако нулевые для Фронтира прошли довольно скромно – фиг знает, с чем это связано, но там реально лишь горстка комиксов, и ещё меньше достойно упоминания. Тем не менее в 2010-е всё изменилось – когда длинные независимые серии ещё не умерли, Кален Банн на пару с Брайаном Хёртом решили выкатить не просто вестерн, а мощно замешать его с магией и прочим сверхъестественным.

Серия в итоге разрослась аж на 50 выпусков и как будто бы показала авторам и издателям, что у публики интерес к лихим стрелкам и негодяям вовсе не иссяк – и что на базе привычного Фронтира можно рассказывать самые разные истории. После этого комиксы посыпались как из рога изобилия.

«Смертельно прекрасна» 2013 года тоже объединила реализм с мистикой; East of West замешал вестерн и научную фантастику, Civil War Adventure пошёл по пути Kents и снова дал контекст штампам и тропам Фронтира, Shot All to Hell пересказал знаменитую перестрелку с участием легендарного Джесси Джеймса.

Above snakes – снова вестерн и мистика. Pulp копнул в упомянутые в самом начале палповые журналы и то, как они мифологизировали Дикий запад. That Texas Blood – нео-вестерн в стиле отличного фильма Hell and High Water («Любой ценой») и его приквел The Enfield Gang Massacre, уже прям чистейший спагетти-вестерн. Сверхъестественные Two Moons и High Moon – оборотни, как выяснилось, вполне комфортно чувствуют себя в ковбойском антураже… Вестернов сейчас реально много, и это не может не радовать – но самое главное, что эти истории разные.

Современный комикс-вестерн охватывает кучу тем и направлений: тут тебе и социально-экономические вопросы, и расовые, и сверхъестественного могут навалить, и просто зубодробительных перестрелок покажут. Найти что-то себе по вкусу не составит вообще никакого труда – и, надеюсь, я привёл достаточное количество примеров. Вестерны экспериментируют с темами, сюжетами, рисунком и слово бы освободились от довлеющего влияния кино и на поле независимых комиксов ведут свою игру. Понадобилось то всего-то 60–70 лет.

Что сказать напоследок? На мой взгляд, большую часть своей истории комиксные вестерны занимали строго второстепенное положение относительно «старших братьев». Да, в золотую эпоху их выходила целая куча, да их читали десятки и сотни тысяч ребятишек и с них начинали десятки в будущем популярных авторов – но по сути своей они оставались вполне обычным «бульварным чтивом», лёгким и доступным. Само собой, говнить их за это форменный идиотизм – чем я и не думал заниматься; просто этот факт нужно отметить. В рамках вестерна комиксы вряд ли внесли что-то существенное. В рамках комиксов же их вклад с одной стороны достаточно скромный – Джона Хекс как важный представитель первых антигероев, – с другой вполне весомый, просто не такой очевидный – они помогли десяткам авторов зарабатывать на хлеб и прокачивать свои комиксные скиллы.

В конце концов, у нас сильно искажённое восприятие – если супергерои стали достоянием мировой культуры и поистине интернациональным феноменом, то комиксы о Диком Западе долгие десятилетия были продуктом строго локальным. В силу этого я (да и наверняка вы) не испытываем какого-то пиетета или ностальгии, глядя на древние книжки с картинками о лихих стрелках и бандитах – для нас это просто, ну, старые комиксы, чаще всего скучноватые и однотипные. Потому лично меня радует, что жанр до сих пор вполне себе жив, что независимые комиксы продолжают к нему обращаться, и что за последние лет 20 вышло порядочное количество отличных историй. Можно ли назвать это «Ренессансом комиксного вестерна»? Вряд ли, да и зачем – лучше просто почитать что-нибудь хорошее.

На этом мы завершаем разговор о комиксных вестернах. Я лишь слегка прикоснулся к этой богатой теме, сделав общий обзор вестерна во всех его проявлениях и пробежавшись по наиболее ярким представителям книжек с картинками. Надеюсь, вы узнали что-то новое и что-то из моих рекомендаций вас заинтересует – это для меня будет лучшей похвалой.

Спасибо, что прочли эти буквы.

А также спасибо этим ребятам-донатерам, что делают вклад в фонд поддержки штанов Дитриха и получают эксклюзивные посты, ранние тезисы и крики в бесконечность в духе «ну и как это дописать?». Подпишись и ты!

Ziggy Soulo

Александр Кашапов

Александр Новиков

Антон Барышников

Антон Торбин

Артём Лахин

Артём Тищенко

Гектор Томмука

Дмитрий Началов

Егор Величко

Екатерина Новикова

Никита Карпов

Никита Надточей