Совсем не для ребят: литературовед Корней Чуковский
31 марта наступает 144 года со дня рождения Корнея Чуковского. Публицист и критик многое сделал для русской литературы. Он защищал русский язык, занимался переводами и литературной критикой, в своих работах соединял публицистику и науку. Сложные филологические труды поэт сделал понятными для многих. Он писал очерки и исследования на протяжении 70 лет.
Корней Чуковский был важным человеком в мире искусства. Кто только не знал о нем. Его трудолюбие позволило собрать вокруг себя многих знаменитых людей. А самое главное – не каждый публицист может объединить многих деятелей искусства в одной книге, да еще и сделать их соавторами. А Корней Чуковский занимался этим в течение 50 лет.
Подробнее – в материале UJ.
Каким нам запомнился Корней Чуковский? Добрым дедушкой из мультика «Тараканище» или «Телефон». Человеком, который приложил руку к созданию детской литературы в СССР. И таким мы его знаем благодаря поэту Самуилу Маршаку, который убедил Корнея публиковать сказки.
Корней Чуковский больше всего не хотел запомниться читателям только как сказочник. Истории о Крокодиле, добром докторе Айболите, Мухе-Цокотухе он сочинил, чтобы подбадривать во время болезней своих детей – Лиду, Марусю, Бобу и Колю. Писатель никогда не относился к своим фантазиям серьезно. И даже так Корней Чуковский столкнулся с трудностями после публикации: критики и педагоги называли эти произведения «невероятной галиматьей», «буржуазной мутью», «вредной чуковщиной».
Цепочку осуждения начала статья Надежды Крупской «О „Крокодиле“ Чуковского», которая вышла 1 февраля 1928 года. По мнению вдовы Владимира Ленина, эта сказка наносила идеологический ущерб подрастающему поколению. Затем 1 марта 1944-ого на свет появилась рецензия «Пошлая и вредная стряпня Чуковского» в газете «Правда», критикующая сказку Чуковского «Одолеем Бармалея!». Автор обвинил писателя в переносе социальных и политических идей на животных, назвав произведение «политически вредной чепухой». Под давлением писатель напрочь отказался от своих сказок.
Корней Чуковский писал много. Однако не все труды были опубликованы при жизни поэта, например, дневник. Мемуары критика открыли другую сторону его характера. Корней Чуковский предстает перед читателем как человек, которому не чужды страхи, злость и отчаяние. Он хлестко отзывается о людях, которые его окружают, но вместе с этим критикует и себя. С 18 лет Корней записывал все важные события в своей жизни. Там же он назовет ошибкой отказ от своих сказок.
В дневнике Чуковского часто встречается странное слово «Чукоккала» – альманах, над которым литературовед работал в течение 50 лет. «Родился» сборник 20 июля 1914 года в финском поселке Куоккала. Тогда художник Илья Репин сделал шуточный портрет Чуковского в тоненькой тетради и подписал его: «И. Репин. Чукоккала». Живописец соединил первые три буквы фамилии приятеля – «Чук» – и название поселка – «Куоккала».
Тетрадь Корней Чуковский начал носить с собой – она была альбомом для автографов известных деятелей культуры. Когда же альманаха при писателе не было, а личность перед ним казалась ему интересной, – он предлагал случайный листок бумаги, после чего заботливо вклеивал его в тетрадь. Кто только не оставил след в «Чукоккале» – Оскард Уайльд, Герберт Уэллс, Артур Конан-Дойл и другие. Для писателей и художников считалось ужасно почетным написать что-нибудь в сборнике.
На страницах «Чукоккалы» были не только автографы. Их украшали зарисовки, стихи, небольшие рассказы. Альманах раскрывал по-новому многих людей: Блок пишет комедию, Куприн сочиняет стихи, а Шаляпин рисует. Да и наброски были сделаны самыми разными способами: Репин мог рисовать окурком, когда ему запретили брать в руки кисти из-за болезни, Маяковский на одном из портретов передал фактуру небритого подбородка, поцарапав лист ножом.
Отличительная черта альманаха – юмор. Что бы ни происходило в мире, на страницах тетрадки деятели искусства шутили, рисовали шаржи, сочиняли стихи и небольшие рассказы. Однако было в этой книге место и для серьезных вещей. Корней Чуковский попросил некоторых сотрудников альманаха написать этюды о Николае Некрасове, которые остались на страницах сборника. Чуковский был большим поклонником творчества коллеги: восстанавливал его произведения после царской цензуры, вернув их в печать. Неудивительно, что любовь к Некрасову оставила след на страницах альманаха. К написанию этюдов по анкете, составленной литературоведом, все отнеслись серьезно, кроме Маяковского, который написал отзыв с насмешкой.
В 1941 году, когда фашисты наступали на Москву, многих известных людей эвакуировали в Ташкент. Корней Чуковский и его семья не стали исключением. Готовясь к отъезду, публицист был так занят делами, что совсем забыл про «Чукоккалу». Журналист обернул ее в клеенку и закопал под знакомой березой в лесу рядом со своей дачей в Переделкино. Однако за всем этим наблюдал сторож, который сразу же раскопал тайник. Он рассчитывал на деньги и драгоценности, поэтому распотрошил альманах на листы. Так бы и был утерян альманах, если бы не воля случая – эвакуация отложилась на день. Корней Чуковский, вернувшись в Переделкино, захотел попрощаться со сторожем и его сыном Колей. Там же он нашел свою истерзанную тетрадь, рассыпавшуюся на отдельные листы.
После того случая Корней Чуковский взглянул на «Чукоккалу» по-новому – начал небрежно относиться к записям, позволяя сотрудникам альманаха писать там, где им захочется. Стихи и рисунки были разложены не в хронологическом порядке: за 1914 годом мог следовать 1941-й, а за ним – 1925-й. Это сильно усложнило подготовку «Чукоккалы» к печати.
Поэт дополнял стихи, автографы и рисунки своими эссе, фотографиями и комментариями. Были включены и записи, которые существовали раньше самого альманаха. Все это публицист делал, чтобы создать полную картину, превращая простую книгу в целый музей искусства. В 1965 году критик подарил свой труд внучке Елене, которая сделала многое для подготовки его к печати.
Российский и советский поэт скончался 28 октября 1969 года в Москве, когда «Чукоккала» еще не была издана. Елене Чуковской долгие годы пришлось обивать пороги типографии и обрывать телефоны, чтобы раз за разом получать: «”Чукоккала” у меня, но читать ее некогда». Пока альманах лежал в издательстве, сменились три директора: Евгений Севастьянов, Константин Долгов, Борис Вишняков. На подготовку к печати ушли баснословные деньги – 17 тысяч рублей. И только 1 апреля 1979 года «Чукоккала» была издана, но не в первоначальном виде, а урезанной цензорами. С 748 страниц исчезли работы Александра Солженицына, Владимира Набокова, Евгения Замятина, Александра Блока. Кому-то повезло больше – убрали только некоторые записи, например, рисунок Владимира Маяковского и автограф Анны Ахматовой.
Однако в 1999-ом «Чукоккала» была переиздана. В альманах вернулись все сотрудники. В 2008 году книгу еще раз перевыпустили, но уже так, как задумывал Корней Чуковский – снова появились архивные материалы и некоторые записи самого публициста.
Корней Чуковский большую часть жизни создавал свой альманах, и неудивительно, что «Чукоккала» во многом похожа на публициста. Книгу, как и самого автора, затронула жесткая рука цензуры, но никого из них она не заставила отказаться от убеждений. Чуковский «прятал» на своей даче Солженицына, а альманах пронес его след сквозь года. И это не единственный пример. Журналист кропотливо собирал всех важных деятелей культуры, давал им место, где можно в веселых стихах и шаржах забыть об ужасных событиях. 50 лет ушло у Корнея Чуковского на создание уникального музея, который на своих страницах хранит следы музыкантов, писателей и художников.