Садясь за стол…

О тех, кто делает самую вкусную солёную рыбу

Главная ценность любого населённого пункта — его люди. Благодаря их труду живут, развиваются и огромный город, и небольшой посёлок. Усть-Камчатск — место с богатой и славной историей, которую писали и пишут его труженики.

Сегодня предлагаем вашему вниманию статью Л. Вальчук «Садясь за стол…» — про работников засольного цеха Усть-Камчатского рыбокомбината. Этот текст был опубликован в номере газеты «Камчатская правда» от 16 июля 1975 года. Приводим его полностью.

* * *

Поставь на стол хлеб да картофель, а к ним — нарезанную ломтями малосольную красную рыбу, и сразу покажется, будто в дом пришёл праздник. Яркие, словно лепестки цветов, отливающие по краю нежным серебром, ломти так и тают во рту.

Хороша рыбка, да нелегко она достаётся. Нужно овладеть большим мастерством, чтобы в процессе массового производства создать этот уникальный по своим вкусовым качествам деликатес. Кроме мастерства и опыта, нужны физическая сила, упорство и чувство коллективизма. Тот, кто хоть раз видел рыбообработчиков в деле, согласится со мной: только комплекс перечисленных выше качеств приводит к трудовым успехам. Иначе не выдержать напряжение и азарт путины, иначе сами товарищи по работе скажут в лицу: «Ищи себе другое место».

Старшему мастеру засольного цеха Усть-Камчатского рыбокомбината О. К. Костюк нездоровилось. В этот день она могла бы и не выходить на работу: с утра рыбы было мало, за какие-то час-полтора её обработали, и большую часть людей она отпустила отдыхать. Осталось несколько человек, которые занялись профилактической уборкой. Но Ольга Константиновна решила ещё раз осмотреть своё хозяйство, потому что привыкла к его образцовому порядку, и каждую, даже второстепенную, операцию держит под пристальным наблюдением. Устало переходила она от одного засольного чана к другому, окидывала взглядом неподвижные ленты транспортёров, давала немногословные указания. На трёх участках и в бондарном цехе люди слушали её внимательно. Директор комбината И. И. Добрынин сказал мне: «Свои распоряжения Костюк не повторяет дважды». И по всему видно было, что так оно и есть. Уважают мастера за глубокое знание производства, за строгость и справедливость, почитают за возраст и за то, что не сломили эту женщину выпавшие на её долю невзгоды. Горя она хлебнула столько, что и на десятерых было бы много, но не сломилась, не согнулась, ни разу не позволила личное принести в рабочий коллектив.

— Люди у нас работают хорошие. Есть молодые и пожилые, есть весёлые и неразговорчивые, есть такие, у кого дома всё хорошо, а у других — одни трещины и разлад, а по работе выделить кого-то не могу и не хочу. Нет в нашем цехе прогулов и нарушений дисциплины, нет ленивых и вздорных. Премию делю на всех поровну, хотя слышала, что это считается неправильным, уравниловкой. Но у нас — поточное производство, и хороший конечный результат зависит буквально от каждого.

Засольный цех ещё в прошлом году выполнил пятилетнее задание, к нынешнему Дню рыбака завершил годовой план, уверенно идёт к финишу пятилетки. Такая трудовая доблесть целого коллектива достойна самой большой похвалы. Но особенно значимым выглядит этот успех, если знать, что такое засольный цех для комбината. На пять с лишним миллионов рублей реализует продукции этот цех, а в завершающем году цифра вырастет до шести миллионов. Если провалит план засольный, рухнет финансовое благополучие всего комбината. Приостановится реконструкция, которая идёт сейчас полным ходом, уменьшатся отчисления из прибыли, используемые для развития промысловой разведки добывающих флотов и научной базы Камчатского отделения ТИНРО. В экономике все звенья тесно переплетены, и ударная работа засольщиков обеспечивает крепость одного из самых главных колец в этой цепочке.

Дела на Усть-Камчатском рыбокомбинате идут сейчас хорошо. Выдерживаются контрольные цифры развития, предусмотренные пятилетним планом, выполняются задания по снижению себестоимости, росту производительности, реализации и общему объёму продукции. Правда, у комбината образовался небольшой долг по выпуску консервов и тука: не хватает обработчиков сырца. Но икорный и засольный цехи, всю пятилетку идущие с большим опережением, перекрывают эти недостатки, а поэтому и весь комбинат лидирует в системе «Дальрыбы».

Ольга Константиновна смотрит на меня огорчённо: «Сколько бы я Вам ни говорила хороших слов о наших людях, не поймёте по-настоящему, пока не увидите их в работе. Приходите ещё раз вечером. Вернутся с промысла кунгасы, посмотрите – и всё станет ясно».

Она была права.

…Тугие струи воды бьют в деревянные прямоугольные лотки. Мощные лампы с трудом рассеивают полумрак большого сумрачного помещения. Неумолимым потоком идут по ленте транспортёра огромные туши чавычи. На пристани её выгрузили вручную, чтобы не повредить нежный покров. Теперь нужно быстро взрезать брюшки по всей длине, в один чан положить молоки и печень, из которых потом приготовят паштет, в другой — икру. На этой операции заняты жабровщицы Е. Ф. Шутова, Е. М. Гарбуз, В. П. Щербакова. Покрыты влагой оранжевые комбинезоны, руки в нитяных перчатках уверенно действуют большими остро отточенными ножами. Три-четыре секунды — и рыбины уже на соседних лотках, в руках у мойщиц В. Ф. Гарбузовой, Р. М. Фёдоровой и А. М. Коляды. Ещё несколько секунд – и укольщик Ф. Юмагулов, красивый и сильный, словно древнегреческий дискобол, делает проколы вдоль хребта туши и играючи выкидывает эту махину на лоток, ведущий к транспортёру.

Женщины работают молча, сосредоточенно, не глядя по сторонам. А обработанные чавычи уже ползут вместе с лентой транспортёра к засольному чану. Вместительность чана — 50 центнеров. На дно насыпан слой соли, потом — слой льда, затем — опять соль. Бригадир В. В. Бородин забрасывает совок соли в тушу, ровняет, проталкивает в голову, натирает солью снаружи, против чешуи, и передаёт стоящему на дне чана Р. Нуриманову. Тот укладывает рыбину на дно. Когда первый ряд закончен, он снова посыпает его солью, В. Иванцев и А. Скляров ссыпают в чан лёд, потом — снова соль, и Нуриманов укладывает очередной ряд рыбин. Чан заполняется, его накрывают «сорочкой» — особой тканью, кладут прижимные решётки, вешают над чаном табличку, кто засолил и когда. Потом старший мастер и лаборанты будут контролировать процесс засолки, измерять температуру и плотность тузлука. А далее уже засоленная рыба пойдёт в бочки, в холодильник комбината, на судно-рефрижератор, в магазин и к нашему столу.

В цехе всюду вода, лёд — в чанах и около стен, сыро так, что всё металлическое быстро выходит из строя. Выдерживают только люди и дерево. Причём в путину здесь работают по одиннадцать часов подряд, до тех пор, пока не пропустят всю поступившую рыбу. По триста и более центнеров в сутки перекидывают эти женские и мужские руки, но огорчает их только одно: мало рыбы.

Эти люди умеют и любят работать. И когда на вашем блюде аппетитно заалеют лепестки самой вкусной солёной рыбы, садясь за стол, вспомните добрым словом тех, кто приготовил её для вас.

Л. ВАЛЬЧУК, наш спец. корр. Усть-Камчатск