Рассказ «Не приговор»

Ирина сидела в кабинете директора и сжимала вспотевшими ладонями ремешок сумки. Костяшки пальцев побелели.

Элла Марковна, директор школы, ухоженная женщина лет пятидесяти, смотрела на Ирину сочувствующе:

— Ирина Алексеевна, я все понимаю, Эдик очень способный мальчик, можно сказать вундеркинд. Но есть распоряжение министерства…. Эмоциональный интеллект Эдика значительно ниже нормы, я вынуждена перевести его в класс коррекции.

Элла Марковна сняла стильные очки в тонкой оправе, положила на стол и потерла переносицу.

— Нет, пожалуйста! — Ирина подалась вперед и практически легла грудью на стол, который разделял ее с директором школы, — Эдик в апреле едет на конференцию "Юные учёные России". У него очень перспективный проект, это заявка на грант.

— Поймите и вы меня, я человек подневольный.. — взгляд Эллы Марковны стал жёстче, — эмоционально особенные дети могут представлять опасность для других членов коллектива и должны учиться отдельно.

— Нет, Эдик не эмоционально особенный, он просто немного отстаёт! Он подтянется! Мы найдём эмоционального тренера! Пожалуйста, дайте нам время.

Элла Марковна протяжно вздохнула:

— Хорошо… даю вам месяц. Двадцатого марта Эдуарду нужно будет снова пройти тестирование. Сдаст — дадим характеристику для конференции, нет — придётся перейти в класс коррекции. И учтите, я очень рискую. Если эти вольности дойдут до министерства… в общем, сами понимаете, не маленькая.

— Да, да, конечно, — Ирина активно закивала.

Она вскочила с места и начала пятиться к двери как краб, повторяя "спасибо, спасибо вам". Пальцы её онемели от напряжения, на глазах выступ
или слезы.

— Идите уже — Элла Марковна махнула рукой, водрузила очки на нос и уткнулась в бумаги на столе.

Ирина вышла из кабинета директора и осмотрелась. В коридорах школы было пустынно, шёл урок. Ирина присела на скамейку, разблокировала смартфон и написала в поисковой строке "лучший эмоциональный тренер Москвы".

Поисковая выдача пестрила объявлениями: сайты, аккаунты в соцсетях, агентства и частные тренера. Каждый обещал поднять уровень эмоционального интеллекта быстро и без особых усилий. Ирина сгорбилась над экраном телефоном и погрузилась в чтение.

Ирина вздрогнула, когда прозвенел звонок. Голова у неё гудела от прочитанной информации, но на губах была улыбка: лучший эмоциональный тренер Москвы готов принять её прямо сегодня. Вот что бывает, когда предлагаешь тройную цену за консультацию. Но это того стоит.

Ирина вскочила и побежала искать Эдика. Когда она подошла к кабинету, дети как раз выходили из класса. Две девочки, уткнувшись в телефон, смотрели видео какой-то юной блогерши. Мальчик, что шёл за ними синхронно дёрнул девчонок за косички и смешно передразнил: "ухаживать за кожей нужно начинать уже в восемь лет, в девять может быть поздно", рассмеялся и убежал.

Эдик шёл один, как всегда, погруженный в свои мысли. Ирина подняла руку, чтобы помахать и окликнуть сына, как вдруг, к Эдику подбежал мальчик и толкнул. Эдик упал, а мальчик зло прокричал: "Так тебе и надо эмоциональный тупица! Вали в класс коррекции!"

Ирина подбежала к сыну, помогла подняться, внутри нее все клокотало от злости.

— Эдик, мы уходим! — резко бросила она и потянула сына за руку.

— Мама? Что случилось? Ведь ещё три урока? Ты плачешь? У тебя что-то болит? — мальчик спал вопросами, казалось происшествие с одноклассником совсем его не тронуло.

— Этот мальчик, он толкнул тебя, почему?

— Не знаю, они всегда так делают. Это из-за того, что я эмоционально отсталый.

— Боже! Какие злые дети! — воскликнула Ирина.

— Разве? Я не заметил — Эдик пожал плечами.

Ирина взяла сына за руку и они направились к выходу.

— Куда мы пойдём? — спросил Эдик на улице, — в музей электроники?

— Нет, малыш, мы пойдём к одной тёте, эмоциональном тренеру. Она поможет тебе стать чувствительней.

— А зачем? У меня ничего не болит.

— Так нужно, чтобы ты мог поехать на конференцию юных учёных. Ты должен научиться говорить, что чувствуешь и понимать чувства других.

— Мама, но я же говорю. Когда у меня болит живот или зуб… - сын непонимающе смотрел на Ирину.

— Я знаю, малыш, но этого недостаточно. Ты должен говорить, когда тебе грустно или радостно, когда тебе тревожно.

— А зачем?

— Так надо.

— Ну, надо так надо, — Эдик отвернулся к окну и снова погрузился в свои мысли.

Без десяти три Ирина припарковалась у модного бизнес-центра. Они с Эдиком поднялись на двадцатый этаж, Ирина постучала в дверь с табличкой Соловьёва Виктория Дмитриевна.

— Можно? — Ирина заглянула внутрь.

— Да-да, входите, — ответила крупная женщина, по виду ровесница Ирины, и приветливо улыбнулась, - меня зовут Виктория, можно просто Вика, а вас?

— Я Ирина, а это Эдик, — Ирина нервно подтолкнула сына к столу тренера.

Сначала женщины долго разговаривали, затем Эдик решал какие-то тесты, Вика показывала мальчику картинки с эмоциями и просила называть. Эдик рисовал эмоции, показывал…

Когда задания закончились, Вика посмотрела на Эдика и сказала:

— Ну, вот и все, ты хорошо потрудился. Скажи, а что ты любишь рисовать больше всего?

— Математические последовательности, — глаза мальчика засветились.

— Очень здорово! Нарисуешь для меня одну? В коридоре. А мы с твоей мамой пока поговорим.

— Хорошо, — пожал плечами Эдик, встал и вышел из кабинета.

Ирина сидела с прямой спиной, натянутая как струна.

— Ну, что с ним? — голос ее сорвался.

— Ирина, мне очень жаль, но я не смогу быть эмоциональным тренером Эдика, это не имеет смысла.

Ирина вскочила.

— Это из-за денег? Я же сказала, мы заплатим втрое! — голос ее дрожал, щеки раскраснелись.

— Ирина, присядьте — спокойно произнесла Вика, — нет, дело не в деньгах. Дело в том, что у Эдика алекситимия. Это неспособность выражать свои переживания и распознавать чужие. Иногда ее называют эмоциональной глухотой или бесчувственностью. Этот недуг встречается примерно у десяти процентов населения Земли. Мне жаль.

Ирина обмякла, словно шарик, из которого вышел воздух, плечи её сгорбились. Обе женщины молчали. Через минуту Ирина подняла глаза на Вику:

— И… это не лечится, да?

— Лечится, есть операция на мозге, но это очень дорого и опасно…

— Мы заплатим! — практически прокричала Ирина.

— Ну, это не ко мне, операции делают в клинике, но я все же настоятельно рекомендую вам подумать и взвесить все риски. В любом случае, время у вас есть, я слышала там запись на полгода вперёд. Посоветуйтесь с мужем. Люди вполне счастливо живут и с алекситимией.

— Нет-нет! Нам нельзя! У нас наука, конференции, гранты… — Ирина бормотала словно безумная.

Вика встала и прошлась по кабинету.

— Хотите воды?

— Да, спасибо, — кивнула Ирина.

Вика налила воды в стакан и подала Ирине. Ирина жадно глотала, зубы её стучали о стекло. Она отставила стакан и поднялась со стула.

— Спасибо вам, Вика, мы пойдём, деньги за консультацию я вам переведу.

— Пожалуйста. Всего вам доброго. Мне жаль, что так вышло.

Ирина взялась за ручку двери и вдруг обернулась.

— Скажите, а вы не можете…

— Ошибаться? Конечно, вы можете привлечь ещё одного специалиста, или двух, или трех… но, боюсь, что результат будет тот же. У меня пятнадцать лет опыта и репутация… ну, вы в курсе. Но для вашего спокойствия, почему бы и нет? Все иногда ошибаются, — Вика развела руками.

— Да, спасибо, — Ирина вышла за дверь.

Эдик увлечённо рисовал последовательности из цифр, склонившись над низеньким столиком.

— Что ты рисуешь, малыш? — Ирина погладила Эдика по голове.

— Последовательность Фибоначчи. Значение любого числа в ряду является суммой двух предыдущих чисел. Гениально!

— Здорово, пойдём, — Ирина махнула рукой в сторону лифта.

— Счас, — Эдик вскочил и забежал в кабинет Вики, — вот, я нарисовал для вас, как вы просили. Это последовательность Фибоначчи. Значение любого числа в ряду является суммой двух предыдущих чисел.

— Спасибо, — Вика взяла рисунок и улыбнулась, — это очень интересно.

Домой Ирина приехала абсолютно разбитая. Она быстро приготовила ужин, села на кухне с кружкой чая и стала ждать мужа. Эдик, как всегда, решал задачи в своей комнате.

Входная дверь хлопнула, и через минуту в кухню вошёл Александр. Румяный с мороза, раскрасневшийся, от него так и веяло холодом. Он всегда ходил на работу пешком и без куртки, даже в мороз. Благодаря здоровым привычками, в сорок лет он выглядел как студент. Александр обнял Ирину и чмокнул в макушку.

— Привет, любимая! Как прошёл день?

Ирина подняла на мужа полные печали глаза.

— Ты знаешь, не очень-то хорошо, — голос ее сорвался, и на глаза навернулись слезы.

— Что случилось? — Александр присел на корточки перед Ириной и заглянул ей в лицо.

— Я сегодня была у директора…

Ирина рассказала все, что с ней произошло за день.

— Эдику срочно нужна операция! Я понимаю, мы откладывали на дом, но это же важнее…

— Нет! — Александр поднялся и сел за стол напротив Ирины — я читал про операции на мозге, они очень опасные: огромная смертность, осложнения, многие остаются инвалидами на всю жизнь… Люди теряют слух, зрение, забывают, как говорить… Это же мозг! Подумаешь, мальчик не может описывать эмоции! Он здоров, весел, умён, в конце концов! — Александр стукнул ладонью по столу.

Ирина смотрела на мужа, открыв рот.

— Да как ты не понимаешь?! Его переведут в класс коррекции! Никакой научной карьеры ему не светит! Ты же знаешь, какое значение сейчас имеет уровень эмоционального интеллекта. Он только рабочим сможет быть! Да его в классе дразнят эмоциональным тупицей! — Ирина вскочила и нервно расхаживала по кухне.

— И что, — Александр вздернул брови, — не всем нужно делать блестящую карьеру. Многих мальчишек дразнят в школе, кого за очки, кого за рост, кого за веснушки. Неужели я должен решать судьбу сына на основании мнения кучки сопливых подростков? Всё! Разговор окончен! Что у нас на ужин?

— Ты! Ты! Ты! — слова у Ирины застряли в горле, голос осип, — ты бесчувственный чурбан! — выкрикнула она и выскочила из кухни.

Ирина вбежала в спальню, хлопнула дверью, бросилась на кровать и разрыдалась.

— Нет, я это так не оставлю! Возьму кредит и оплачу операцию сама! Вот только, Вика говорила, что в клинике запись на полгода… Но, может, найдется место…

Ирина схватила телефон, открыла браузер и сразу наткнулась на баннер: “Алекситимия - не приговор”. Ирина тапнула по объявлению и перешла на сайт. Мгновенно на нее посыпались десятки, а может и сотни, отзывов успешных пациентов. Тексты, видео, скрины переписок… Счастливые мамы и папы делятся историями детей, которые живут полной жизнью после операции, завоевывают награды, строят семьи, карьеру.

— Ничего себе, как много людей! — удивилась Ирина, — а Вика говорила, что только 10% населения страдают от алекситимии… Но ведь и на Земле нас несколько миллиардов…

Ирина заметила, что почти в каждом отзыве упоминается некая контора — агентство “помощь”. Она перешла по ссылке и оказалась в чате с сотрудником.

— Добрый вечер! Меня зовут Виталий, чем могу вам помочь?

— Здравствуйте! Меня зовут Ирина, у моего сына алекситимия. Срочно нужна операция.

— Сожалею, что с вами такое случилось. Как срочно?

— В течение месяца.

— Думаю, это нам по силам, но за срочность придется доплатить.

— Сколько?

— Сама операция стоит 15 миллионов, и еще 2 миллиона за срочность. Все деньги идут на оплату хирургов, медперсонала и содержания в больнице. Агентство “Помощь” не берет комиссию, мы работаем на благотворительной основе. Когда мы сможем встретиться и заключить договор?

— Чем быстрее, тем лучше.

— Давайте завтра. Наш офис находится по адресу ул. Доватора 13, м. Спортивная. В 13:00 вам удобно?

— Да.

— Хорошо. Рабочее время у меня уже забито, встретимся в обеденный перерыв, я буду ждать вас в кафе Доминос возле офиса. Пришлите, пожалуйста, ваше фото, чтобы я вас узнал.

Ирина отправила фотографию.

— Отлично! И еще нужны ваши паспортные данные, чтобы я подготовил и распечатал договор.

Ирина отправила и данные тоже.

— Получил. До встречи, Ирина.

— До свидания, Виталий.

Ирина заблокировала телефон и практически сразу заснула, окрыленная надеждой. Она даже не слышала, когда пришел Александр и лег рядом.

Утром Ирина проснулась, когда мужа уже не было, он уходил очень рано. Ирина разбудила сына, быстро собрала и отвезла в школу.

Ровно в час дня она стояла у входа в кафе на улице Доватора, на соседнем здании Ирина приметила вывеску известной благотворительной организации. Она удивилась, что сотрудник фонда обедает в такой скромной забегаловке, с другой стороны агентство благотворительное, вряд ли много зарабатывает.

Ирина зашла в кафе и остановилась, оглядываясь. Буквально через несколько секунд ей помахал молодой человек в сером костюме. Ирина подошла и присела за столик. Они поздоровались, Виталий рассказал о работе агентства.

— У нас личные связи со многими хирургами Москвы, за дополнительную плату они соглашаются сделать операцию вне очереди.

— Да, я так и поняла.

Виталий достал папку с документами, показал лицензии фонда, копии учредительных документов агентства и договор с Ириной. Она бегло прочитала документы, не нашла ничего подозрительного и подписала.

— Только денег у меня пока нет. Я сегодня иду оформлять кредит, — Ирина теребила в руках салфетку.

— Ничего страшного, — улыбнулся Виталий, — мы можем встретиться вечером и вы передадите мне деньги. Можем и завтра, но лучше не затягивать. Сами понимаете, счет идет на минуты, время может занять другой пациент, — он развел руками и слегка пожал плечами.

— Да-да, лучше сегодня.

— Хорошо, вот моя визитка. Позвоните мне, как деньги будут у вас, и мы договоримся о встрече.

Они еще две минуты поговорили ни о чем, и Ирина стала собираться. Виталий остался доедать обед, а Ирина поехала в банк.

Как только Ирина оказалась на стуле перед операционистом, ладони мгновенно вспотели.

— Я бы хотела взять кредит, — постаралась она говорить уверенно и с достоинством, — семнадцать миллионов.

Немаленькая сумма, — девушка-операционист смерила Ирину оценивающим взглядом.

Впрочем, одета Ирина была на уровне, Александр работал в IT и хорошо зарабатывал. Вот, только, оказался бесчувственным чурбаном! Ирина сжала кулаки от злости и задрала подбородок.

— Да, немаленькая, но и не такая большая. К тому же я предлагаю залог — квартиру в центре Москвы. Она стоит миллионов тридцать.

Ирина достала из сумки документы на квартиру, которые предусмотрительно взяла с собой. Как хорошо, что они когда-то оформили жилплощадь только на неё!

— Хорошо, давайте заполним анкету…. контактный телефон супруга?

Ирина замешкалась, ведь если Александру позвонят, он все загубит.

— Вы знаете, муж недавно сменил номер и я никак не могу его запомнить, а телефон оставила в машине, — она нервно хихикнула, — сейчас схожу и вернусь.

Ирина вышла на улицу и отдышалась.

— Что же делать?! Что же делать?! Она сунула руки в карманы и нащупала там картонку… Виталий!

Ирина набрала номер.

— Алло, — раздался в трубке голос сотрудника агентства.

— Виталий? Это Ирина. Мы с вами встречались сегодня…

— Да, да, я помню. Вы получили деньги?

— Не совсем… Понимаете, тут такая проблема…

Ирина рассказала Виталию всё, и он согласился взять на себя роль мужа. Она вернулась в банк и продиктовала операционисту номер Виталия вместо Александра.

— Спасибо. Я отправила вашу анкету на проверку, по результату вам позвонят.

— А, когда это будет?

— Не знаю. Бывает, что заявки одобряют в течение дня, бывает, два-три, по-разному.

— Девушка! Но мне очень нужно сегодня! — взвизгнула Ирина, забыв о роли степенной дамы, — можно как-то ускорить?!

— Ну… операционист пощелкала мышкой, в-принципе можно страховку жизни оформить, и квартиры… Сумма, конечно больше будет, зато такие заявки быстрее одобряют.

— Да, давайте страховку!

Ирина оформила все документы, вышла из банка и зашла в кофейню рядом. Не успела она выпить капучино, как телефон зазвонил, и все та же операционистка сообщила, что кредит одобрен.

Ирина вернулась в банк и получила деньги. С Виталием они договорились встретиться через час. Он как раз собирался ехать на встречу, и Ирина вызвалась его подвезти. При встрече Виталий поделился радостной новостью: он уже созвонился с одним из хирургов, и тот согласился сделать операцию через три дня.

Ирина была на седьмом небе от счастья. Для Александра она придумала легенду, что едет с Эдиком на математическую олимпиаду в Нижний Новгород. Это была обычная история, Эдик постоянно где-то участвовал и что-то выигрывал. Сыну она тоже решила пока ничего не говорить, чтобы не проболтался отцу.

— Тебя пригласили на математическую олимпиаду, — сказала она Эдику, когда забирала из школы, — поедем через три дня.

— Хорошо, а что за олимпиада?

— Какая-то новая, я не запомнила названия, да это и не важно, ведь?

— Не особо.

Три дня показались Ирине пыткой, она не могла ни есть, ни спать от волнения. С Александром она старалась не общаться. Это было не сложно: уходил он рано, приходил поздно, к тому же они все еще были в ссоре. Супруги обменивались дежурными фразами за ужином, лежали в кровати, уткнувшись в телефоны и засыпали.

В назначенный день Ирина встала пораньше, проводила мужа на работу и, даже, чмокнула в щеку.

— Мы уезжаем сегодня в Нижний, ты помнишь?

— Да, позвони, как устроитесь.

Ирина с Эдиком сели в машину.

— Мам, а где олимпиада-то будет проходить?

— Малыш, послушай, — Ирина повернулась к сыну и взяла его за руку, — никакой олимпиады нет, я ее придумала.

— Зачем? – брови мальчика взлетели вверх.

— Помнишь, я была у Эллы Марковны, а потом мы ходили к тренеру Вике?

Сын кивнул.

— Дак вот… Элла Марковна и Вика сказали, что тебе нужна небольшая операция, это не страшно, ты просто уснешь, а проснешься здоровым.

— Но… у меня ничего не болит, — Эдик отпрянул от мамы.

— Малыш, ты ведь хочешь продолжать заниматься наукой и получить тот грант на “Юных ученых России”?

— Да, — неуверенно ответил Эдик.

— Тогда тебе нужно быть смелым мальчиком и согласиться на операцию. Я тебе сейчас не могу объяснить, просто поверь, что так нужно. Ты мне веришь? — она сильнее сжала ладошки сына.

— Да, мамочка, верю.

— Тогда поехали!

Они довольно быстро добрались до клиники. На ресепшен Ирина обратилась к администратору:

— Здравствуйте! Моя фамилия Самойлова, у меня назначена встреча с доктором Светлояровым.

— Одну минутку, — администратор защелкала по клавиатуре, — прошу прощения, но я не вижу вашей записи.

— Ой, наверное, ее может не быть в системе. Дело в том, что мы назначили встречу по личным каналам, — Ирина слегка покраснела.

Администратор еще раз взглянула на монитор:

— А вы уверены, что назначили встречу именно в клинике? Насколько я вижу доктор Светлояров в отпуске до понедельника.

— Да? Минуточку, я уточню.

Ирина отошла в зону ожидания, где в нерешительности топтался Эдик, и набрала номер Виталия:

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, - сообщил механический голос в трубке.

— Может быть, забыл зарядить или отключил на встрече — подумала Ирина, — попробую позвонить в агентство.

Ирина открыла ссылку на сайт, которую сохранила в закладках. Лицо ее резко побледнело, на экране светилось “ошибка 404, такой страницы не существует”.

Ирина плюхнулась на диван и уставилась в одну точку перед собой. Эдик легонько дернул ее за рукав:

— Мам, а скоро операция-то?

И тут она разрыдалась. Слезы катились градом, она хлюпала носом и выла.

— Надо же быть такой дурой! — думала она, — такой непроходимой дурой! Ведь я несколько месяцев назад читала статью о новом виде мошенничества. Злоумышленники через динамик телефона улавливают упоминание редкой болезни, с помощью нейросетей быстро клепают сайт и рекламу под эту болезнь и таргетируются на одного единственного пользователя! Дура, дура! — она кричала уже вслух, вцепившись в волосы.

Проходящие мимо люди оглядывались, останавливались, может нужно помочь. А впрочем, что такого? Сидит женщина и рыдает в больничном лобби, наверное, потеряла кого-то из близких… И они шли дальше.

Эдик прыгал вокруг мамы, дергал то за рукав, то за руку, тряс за плечо:

— Мам, мам, что? Ты что? Болит что-то? Давай врача позову? Скорую вызову? Сильно болит?

Ирина обняла сына, притянула к себе:

— Нет-нет, малыш, ничего страшного, живот прихватило просто, сил нет терпеть. Сейчас пройдет.