Интеллект сражающейся нации

Несмотря на серьёзные трудности, система советского высшего образования показала свою устойчивость. В тяжелейших условиях войны была проведена эвакуация большей части университетов и институтов, что позволило им продолжать научные исследования в тылу, а также не прекращать работу по подготовке специалистов. В кратчайшие сроки была проведена переориентация научных и учебных планов под нужды фронта и оборонной промышленности. Известный американский историк, профессор Принстонского университета К. Кнорр отмечал, что в противоположность всем другим воюющим странам Советский Союз не только сохранил студенческие контингенты на довоенном уровне, но и увеличил приём в институты. Это позволило ему выпустить после войны больше специалистов с высшим образованием, чем в США.

Фугасная бомба на здание МГУ

Первые бомбы на Москву самолёты люфтваффе сбросили 22 июля 1941 года, ровно через месяц после начала войны. В тот день погибло более 100 москвичей. Налёты на столицу усиливались. 29 октября 1941 года в ходе бомбёжки сильно пострадало здание Московского государственного университета на улице Моховой. Между ним и Манежем упала мощная фугасная бомба. Взрывной волной были выбиты окна, во всех корпусах вырвало двери. Часть здания обрушилась. Оказался повреждён и памятник М. В. Ломоносову. Оставшееся имущество сотрудники укрыли на нижних этажах. Учебный год здесь начался только в декабре 1941 года.

В эвакуации к МГУ был присоединен Московский институт философии, литературы и истории имени Н. Г. Чернышевского. Таким образом, значительно усиливалась гуманитарная составляющая ведущего вуза страны. МГУ не сразу оказался в Свердловске. Сначала вуз эвакуировали в Ашхабад. 24 ноября 1941 года исполняющим обязанности ректора был назначен М. Филатов. В январе 1942 года университет возглавил историк И. Галкин. К началу работы в Туркмении университет насчитывал 1 121 студента и 379 преподавателей. Многие из них ютились в комнатах по 6 – 7 человек. Первоначально лекции проходили в общежитиях, а затем для этого были выделены помещения Туркменского государственного педагогического университета, хотя многие из них были всё ещё не достроены. Часть аудиторий находилась за пределами города, в районе Кеши.

В таких непростых условиях наладить систематический учебный процесс было чрезвычайно трудно. Ю. Поляков, оказавшийся после объединения МИФЛИ с МГУ студентом исторического факультета Московского университета, вспоминал об учебе в эвакуации: «Занятия формально шли по программе. Однако, конечно, регулярность и последовательность не могли соблюдаться. На одни лекции не хватало преподавателей, на другие – студентов. Часто мы – два-три студента – сидели с профессором на солнышке и дружески беседовали – об истории, о политике, о войне, конечно. Главное время мы проводили в библиотеке. Сказать честно, с точки зрения программных занятий учебный год прошёл почти впустую».

О библиотеке Ю. А. Поляков вспомнил не случайно. Несмотря на военное время, из Москвы в Ашхабад было привезено 80 тысяч томов университетской библиотеки. Новые издания МГУ передала Туркменская публичная библиотека.

Московский университет в Свердловске

В июле 1942 года было решено перевести МГУ в Свердловск. Это обосновывалось тем, что в крупном уральском городе будет проще наладить учебный процесс. Общее руководство переездом, занявшим чуть более полутора месяцев, осуществляла заместитель председателя СНК СССР Р. Землячка, известный революционный деятель времён Гражданской войны. На новом месте был проведён новый набор студентов. Всего на первый курс приняли 1 200 человек.

Налаживанию планомерного обучения мешали и непредвиденные обстоятельства. Пожар в ночь с 6 на 7 ноября 1942 года вывел из строя занимаемые МГУ помещения. Пришлось отменить зимние каникулы и корректировать сроки окончания учебного года, передвинув их до середины июля 1943 года.

45 новых кафедр

Несмотря на серьёзные трудности, образовательный и научно-исследовательский процесс не стоял на месте. В течение 1942/1943 учебного года было открыто 45 новых кафедр: физики низких температур, физики моря, сейсмологии, географии северных стран, геофизических методов разведки газовых месторождений, славянской филологии, арабской и иранской филологии и другие. Открытие новых кафедр диктовалось не только военными нуждами, но и перспективами послевоенного развития мира.

В мае 1943 года началась реэвакуация университета, которая заняла две недели и считалась законченной 10 июня. По возвращении в Москву ректором университета был утверждён И. Галкин. За время войны университет значительно вырос. Количество факультетов увеличилось с 7 до 12, кафедр – с 81 до 151, лабораторий – с 64 до 101, преподавателей – с 600 до 2 тысяч человек. Среди профессорско-преподавательского состава числились 35 академиков и 52 члена-корреспондента АН СССР, 286 профессоров.

Три вуза в одном

В военные годы в стенах Уральского лесотехнического института разместились ещё три эвакуированных вуза. Уже в июле 1941 года часть здания главного корпуса УЛТИ была передана эвакуированному из Киева военно-медицинскому училищу. В августе пришлось потесниться ещё сильнее: на площадях уральского вуза разместили эвакуированный из Гомеля Белорусский лесотехнический институт. А в декабре 1941 года сюда стали прибывать преподаватели и студенты Ленинградской лесотехнической академии.

В тесноте, да не в обиде

В УЛТИ в это время произошли некоторые структурные изменения. В вузе стало четыре факультета. Открылись факультет механической обработки древесины и лесохозяйственный факультет. Лекции и практические занятия стали проводиться в две смены. Для занятий использовали не только все лаборатории и кабинеты, но даже комнаты в общежитиях и коридоры.

Помимо занятий, студенты и преподаватели принимали активное участие в общественных работах. Они помогали разгружать на железнодорожной станции вагоны, прокладывали подъездные дороги, копали котлованы. Доводилось будущим инженерам очищать от снега трамвайные пути, ухаживать за ранеными в госпиталях, трудиться в подсобном хозяйстве, заготавливать в лесу дрова. Несмотря на такую нагрузку, юноши и девушки учились с большим желанием.

Общий срок учёбы сократился до трёх лет. Уже в первый военный учебный год институт выпустил для народного хозяйства 77 специалистов. Наркомат леса СССР требовал увеличить набор студентов. В 1943 году институт выпустил уже 146 инженеров.

Несмотря на трудности военного времени, набор студентов удавалось наращивать. Всё больше молодых людей поступали на заочное отделение (в 1944 году очников было 711 человек, заочников – уже 145). Самым популярным был химико-технологический факультет. К концу войны на нём обучались более 200 человек. Объединённый институт выпускал инженеров по семи специальностям. За годы войны УЛТИ выпустил 463 инженеров.

Лесные ресурсы для обороны страны

Благодаря объединению усилий трёх крупнейших лесотехнических вузов страны – Ленинградской академии, Белорусского и Уральского институтов – научно-исследовательские работы велись по очень широкому спектру проблем.

Важнейшей комплексной темой стало исследование «Рационализация лесного хозяйства Урала в связи с обороной страны». Она разрабатывалась кафедрами лесоводства, таксации, древесиноведения и экономики лесного хозяйства. Руководил научной группой знаменитый учёный-лесовод профессор М. Ткаченко. Была организована специальная экспедиция, выявившая значительные запасы лесных массивов с выходом спецсортиментов на участках, ранее признанных неперспективными.

Наиболее крупных результатов достигли преподаватели и учёные кафедры лесохимических производств под руководством профессора В. Козлова. Одна из основных их работ называлась «Получение смазочных и горючих материалов из древесной смолы». Её целью было добиться увеличения вязкости масел, повышения температуры вспышки, понижения кислотного числа масла, уменьшения расхода и полной замены дефицитных химикатов недефицитными. Уже в 1944 году этот метод внедрили в производство. Результаты этой работы были отражены в монографии, выпущенной издательством Академии наук СССР. В ней говорилось, что разработка уральских учёных и специалистов имеет не только народнохозяйственное значение, но и оборонное.

Для обогрева боевых самолётов

Также под руководством В. Козлова был изобретён метод выжига твёрдого древесного горючего для обогрева моторов винтовой группы самолётов в условиях зимнего времени. Для этого Козлов со своими помощниками сконструировал прибор для сжигания этого топлива, который использовался для обогрева машин и тракторов при безгаражном хранении.

Ещё одна уникальная разработка сотрудников этой кафедры – метод получения продуктов из скипидара, который в три раза снижал расход дефицитного материала изооктана, импортируемого из-за рубежа. Стоит добавить, что сотрудники кафедры только в 1942 – 1943 годах дали более 300 консультаций по вопросам развития лесохимических производств.

Не менее важную тему исследовали учёные под руководством действительного члена АН СССР, профессора В. Сукачёва. Они провели комплексное изучение сапропеля и его применение как кормового и лечебного средства. Особенно большой вклад в эту работу внесли член-корреспондент АН СССР Н. Никитин, доценты А. Пономарёв и Е. Титов. В марте 1943 года вышло правительственное постановление, в котором давались рекомендации о применении сапропеля в качестве кормовой добавки для домашних животных.

К этой перспективной работе подключились учёные Академии наук СССР и Уральское геологическое управление. После проведённых исследований сапропель с успехом применялся и в медицине для лечения труднозаживающих ран и поражений периферической нервной системы в военных госпиталях.

С жидкого топлива на твёрдое

Весьма ценное и актуальное по тем временам исследование провела кафедра тяговых машин под руководством профессора С. Орлова. Оно касалось разработки упрощённых газогенераторных установок для машин ГАЗ-АЛ и ЗИС-5 с целью перевода их с жидкого на твёрдое топливо. Вскоре газогенераторные установки внедрили в производство, и многие автомобили стали работать на твёрдом топливе. Лесовозы и мотовозы Тавдинского лесокомбината на Урале почти на 100 процентов были оснащены газогенераторными установками.

Сотрудники кафедр транспорта леса, механизации, таксации и экономики лесного хозяйства успешно справились с комплексной темой по составлению пятилетнего плана развития путей транспорта в прилесной даче Уралмашзавода. По разработкам учёных в 1943 году была построена навесная железная дорога с мотовозной тягой.

В начале 1945 года Ленинградская лесотехническая академия и Белорусский лесотехнический институт вернулись домой.

Ирина Майорова