Вес глубины

Будущие офицеры инженерных войск на занятиях обучаются ремонту конструкций на глубине и изучают последовательность действий в нештатных ситуациях, где ошибка может стоить слишком дорого. Специальный корреспондент «Уральских военных вестей» увидела, как проходит водолазная подготовка, и попробовала сама оценить тяжесть снаряжения.

Учебный манекен весит 70 – 80 килограммов. Чтобы понять, что это значит, достаточно попробовать приподнять его с пирса. Получается с трудом, а ведь водолазу предстоит не просто держать такой груз, а поднимать со дна товарища и при этом контролировать дыхание и каждое движение.

На водолазном полигоне Тюменского высшего военно-инженерного командного училища имени маршала инженерных войск А. И. Прошлякова всё это отрабатывают на практике. Под крышей пирса стоят контейнеры с оборудованием и барокамера, где дежурный медицинский специалист при необходимости проводит лечение декомпрессионной болезни. Рядом находится искусственный водоём глубиной 20 метров. Водолазный сезон здесь начинается в апреле, а подходит к концу к первым ноябрьским заморозкам.

От помпы к лёгочному автомату

На занятии четыре третьекурсника. Каждый по очереди готовится к спуску, остальные помогают надеть снаряжение и следят за погружением. За плечами у ребят уже семь спусков, но начинается всё одинаково – с проверки оборудования. Проверяет его не только преподаватель. Курсант обязан убедиться сам, что соединения исправны, а подача воздуха работает штатно.

Пока идёт подготовка, у меня есть время рассмотреть то, что лежит на столах: старые водолазные ножи, гидрокомбинезоны, сигнальные провода. Преподаватель подполковник Анатолий Новиков объясняет, для чего нужен каждый предмет. Любопытство здесь быстро упирается в простое правило: за каждой деталью стоит задача, а ошибка под водой стоит дороже, чем на суше.

Самый тяжёлый экспонат – медный шлем, он весит 18 килограммов. В таких системах воздух нагнетали вручную: люди на поверхности качали помпу, а водолаз зависел от них полностью. Основы такого снаряжения заложили в 1830-х годах: английский механик Август Зибе герметично соединил металлический шлем с костюмом, а в 1840 году добавил выпускной клапан. Так появился костюм, который в разных вариантах используют до сих пор, а на его основе создали и российскую «трёхболтовку».

Современное снаряжение устроено иначе. В комплект СВУ-5-1 входят: шлем, жилет с аварийно-дыхательным аппаратом, гидрокомбинезон и пара утяжелённых ботинок весом в 10 килограммов. На учебных спусках в ТВВИКУ воздух подают с поверхности по шлангу – это удобно при массовых занятиях, не нужно после каждого погружения заново заправлять баллоны.

Ключевая деталь системы – лёгочный автомат.

– Как только человек начинает вдох, срабатывает лёгочный автомат. В момент прекращения вдоха подача воздуха прекращается, – поясняет Анатолий Новиков.

Если основная подача с поверхности прервётся, водолаз переходит на аварийно-дыхательный аппарат. Но техника не заменяет подготовки – нужно следить за расходом воздуха, не делать резких движений и не поддаваться суете.

– Главное – просто ровно дышать, спокойно. Сбитое дыхание под водой опасно не само по себе, а цепной реакцией. В нормальных условиях человек дышит рефлекторно, но на глубине из-за давления и плотности газа водолазу приходится контролировать каждый вдох сознательно. Если ритм теряется, дыхание становится частым и поверхностным, в крови накапливается углекислый газ, и организм требует дышать ещё чаще. В худшем случае такая цепочка заканчивается паникой и потерей сознания. Поэтому курсантов учат в первую очередь не торопиться, – говорит подполковник Анатолий Новиков.

На поверхности мы не думаем о каждом вдохе. Под водой дыхание становится частью работы.

Труд на глубине

Вес снаряжения, которое надевает водолаз, может достигать 50 килограммов. В нём курсанту предстоит не просто находиться под водой, а решать задачу. Сегодня это установка недостающей детали конструкции: нужно найти её, закрутить и проверить надёжность крепления. В другие дни курсанты работают под водой ножовкой по металлу, спиливают деревянные сваи и ищут затонувшие предметы.

Водолазная подготовка в ТВВИКУ строится небольшими, но насыщенными занятиями: на одно погружение вместе с проверкой снаряжения и работой под водой уходит примерно час. За это время курсант успевает подготовиться, выполнить упражнение и вернуться на пирс, а остальные участники группы всё это время остаются на связи и под контролем преподавателя.

– Первые погружения запоминаются особенно. Под водой всё воспринимается иначе: нужно привыкнуть к снаряжению, научиться спокойно дышать и выполнять задачу не торопясь. Со временем становишься увереннее, но расслабляться нельзя. От твоих действий зависит не только результат работы, но и безопасность товарищей, – рассказывает курсант Алексей Гусенцов.

Водолазы нужны инженерным войскам не для показательных погружений. Под водой им приходится ремонтировать оборудование и конструкции на глубине, обследовать дно, выполнять подводные работы разной сложности. Отдельное направление – наведение переправ: от того, насколько надёжно закреплена и проверена каждая деталь, зависит безопасность техники и людей, которые по ним пойдут.

И, пожалуй, самая ответственная задача – спасение. Водолаз должен уметь прийти на помощь военнослужащему, который не может самостоятельно выбраться на поверхность, найти его, поднять и вернуть к своим. Именно поэтому на занятиях отрабатывают не только рабочие операции, но и действия в нештатной ситуации, в том числе с тяжёлым учебным манекеном.

Товарища без связи не оставим

Сверху всё выглядит буднично: упражнение, оборудование, ровная гладь воды. Но под водой привычные движения становятся другими. Там, где на поверхности можно поправить инструмент или на секунду отвлечься, каждое действие приходится продумывать заранее.

Те, кто остаётся на пирсе, не просто ждут своей очереди. Они помогают при подготовке, следят за погружением и обеспечивают работу товарища за счёт связи с ним. Безопасность одного зависит от внимательности остальных.

Связь с водолазом держат по сигнальному проводу. Преподаватель показывает, как разные движения шнура превращаются в команды: со стороны это едва заметное натяжение, под водой – вполне конкретный приказ. Перед каждым спуском договариваются о запасном сигнале, чтобы понять друг друга, если нужно быстро сообщить о состоянии или ходе работы. Когда водолаз исчезает под водой, взаимодействие не заканчивается. Наоборот, роль товарищей обретает новый смысл – в контроле действий курсанта на глубине.

Уверенность при выполнении задач, как объясняют офицеры, не приходит сама – её дают повторяющиеся упражнения, внимание к деталям и самообладание.

Покидая полигон, я ещё раз вспоминаю тяжесть манекена в руках и медный шлем, который хотелось рассмотреть со всех сторон. Раньше мне казалось, что водолазное дело – это умение погрузиться и находиться под водой. Теперь я знаю, что это ещё и умение ровно дышать, когда рядом нет никого, кроме товарища, держащего твой сигнальный провод.

Дарья Алтуфьева

Фото автора