Я – экспрессивный человек, часто живу эмоциями. В тот период уже сама от себя устала, от своей вспыльчивости. Шел шестой год в декрете. Младшей дочке было два года, когда мы узнали, что у Вики болезнь.

Екатерина Богатая

Вика, 7 лет, дома на сухой химии

На курс меня пригласила онкопсихолог фонда «Время детства» Евгения Шандрук. Мы с Викой тогда лежали в больнице, где Евгения работала с семьями. Однажды я поделилась с ней, что зашкаливают нервы.

Я – экспрессивный человек, часто живу эмоциями. В тот период уже сама от себя устала, от своей вспыльчивости. Шел шестой год в декрете. Младшей дочке было два года, когда мы узнали, что у Вики болезнь. И с тех пор организм работал на износ. Помощь была мне необходима. И Евгения рассказала мне о курсе ДПТ.

Курс многое дал мне понять. Сначала мы проходили какие-то азы: тут как у логопеда, ты можешь научиться говорить букву, но самое главное – потом в жизни на автомате эту букву произносить, не потерять ее. Так и на курсе было построено, что учились внедрять новые привычки на регулярной основе, с каждой встречей все глубже погружались. Курс идет полгода, раз в неделю мы встречались с онкопсихологом Евгенией и другими мамами, делились ситуациями, выполняли упражнения, приносили домашние задания.

Очень понравилось на курсе, что группа небольшая. И что все в группе с похожим опытом. Я заметила, что не всегда уже с подругами есть, о чем поговорить. Ведь то, что мы пережили – это совсем другой опыт, его почти ни с чем не сравнить. И это меняет восприятие жизни, проблем каких-то, на 360 градусов. Подруги просто не способны такое осознать. А здесь на курсе нас всех эта боль объединяет. И ощущение, что ты один с таким горем, уходит. И Евгения на все-все вопросы с вниманием отвечает, все раскладывает по полочкам.

Самое важное на курсе – я поняла, что у человека не бывает плохих эмоций, ненужных. Они все для чего-то полезны. Оказывается даже такие эмоции, как гнев и ярость, заложены в человеке, чтобы, например, от ярости набраться сил и защитить ребенка от беды. И страх тоже нужен – он защищает. Другой вопрос, как этим всем управлять.

Я научилась безоценочно воспринимать свои эмоции. Если сказать «Я плохая мама», то это точка, все. А если научиться распознавать, что сейчас стоит за тем, что я накричала на ребенка? Разве дело, правда, в разбросанных игрушках? Нет, это усталость. И с усталостью уже можно работать.

На курсе нам рассказали про навыки саморегуляции, которые мы научились применять. Например, сейчас, уже в жизни, я сначала сама поем спокойно, потом буду детей кормить. Я так им и говорю: «Вот сейчас маме нужно 10 минут на себя». Когда у меня есть личные границы, то и у детей они появляются, а это очень хорошо для личности – понимать свои границы. И с игрушками так же. Ну не убрали дети игрушки перед сном, я просто перестраиваю график так, чтобы у нас хватило времени на уборку.