Мифы правых о генерале Власове
О генерале А.А. Власове в правой среде существует множество мифов, часть идёт из советского агитпропа, а часть порождена самой же правой средой. По итогу у многих людей закрепился образ генерала-коммуниста, который якобы всю жизнь идейно служил большевикам, а при попадании в плен – сразу перешел на сторону Германии и только тогда стал антибольшевиком, причем причины такого «перехода» также являются частью распространенных заблуждений и мифологии. Частично все вышеописанное сочетается с общим незнанием каких-либо объективных исторических исследований о биографии Андрея Андреевича и истории РОА в принципе. И посему, в настоящей статье мы разберем одни из самых распространенных мифов и заблуждений людей правых взглядов о генерале Власове:
- Миф о том, что Власов в 1919 году добровольно вступил в РККА .
- Миф о том, что Власов был членом военного трибунала и участвовал в сталинских репрессиях.
- Мифы о причинах перехода Власова на сторону Германии («струсил», «хотел власти» и т.п.)
- Миф о том, что Власов по своим политическим взглядам был коммунистом .
- Мифы об отношениях Власова с белоэмигрантами.
«Власов вступил добровольно в РККА в 1919 году»
В пользу мифа о том, что Власов был идейным сторонником советской власти, действует недостоверная информация, согласно которой будущий вождь РОА поступил добровольно в Красную армию уже в 1919 году. Впрочем, даже на википедии написано, что в РККА он служил с 1919 года – там даётся ссылка на исследование Е. Андреевой «Генерал Власов и Русское освободительное движение».
Проблема состоит в том, что Андреева писала свое исследование еще до распада СССР, у неё не было доступа к архивным советским документам (при этом стоит отметить, что сама по себе её монография написана предельно объективно и заслуживает своего внимания), где были бы указаны точные данные о службе Власова в РККА, судя по всему она указала 1919 год на основании некоторых мемуарных воспоминаний или интервью белоэмигрантов, которые имели какое-либо отношение к РОА/КОНР. Здесь нет ничего удивительного, мемуарные свидетельства могут содержать такие мелкие ошибки или неточности. Однако, что по данному вопросу нам говорит гораздо более достоверный источник -- документы? Если обратиться к архивным данным, которые стали доступны только в 90-ые годы, то из них станет ясно, что в РККА Власов служил не с 1919, а с 1920 года, и – что ещё важнее – попал в нее не добровольцем, а по мобилизации [1]. Другими словами, это не было его идейным выбором. В то же самое время 18-летнему студенту Власову не было особого смысла перебегать к белым – Гражданская война в 1920 году уже шла к завершению, поражение Белой армии было лишь вопросом времени, в самой войне участвовало лишь 4% от всего населения России, советская власть еще не успела провести наиболее свои наиболее чудовищные политические и социально-экономические меры и не дискредитировала себя в глазах большинства граждан.
«Власов был членом военного трибунала и участвовал в сталинских репрессиях»
Но тут, собственно, опровергать особо и нечего, бремя доказательства лежит на утверждающем – сторонники этого мифа должны доказать, что Власов действительно был членом трибунала и выносил расстрельные приговоры, однако не существует ни одного документа, который бы это подтверждал. В том числе, в регистрационном бланке партбилета Власова его членство в окружном трибунале также не отмечено (см.: РГАСПИ. Р/бл. п/б нового образца № 2123998). К слову, весьма забавный момент во истории рождения этой мифологемы состоит в том, что одним из главных ее проводников является конспиролог Виктор Филатов, который считает, что раввины скрывают правду о своих контактах с инопланетянами, генерал Власов был советским агентом в немецком плену, а в 37-38 году по приказу Сталина проводил чистки в РККА от засилья «бронштейнов», тем самым осуществив «русскую национальную победу» над евреями…
И в целом этот миф подробно разобрал ведущий специалист по истории Власовского движения К. М. Алекснадров [2]. Анализ источников, «трудов» невежественных авторов и опровержение их глупых фантазий занимает почти 20 страниц, каждый, при желании, может со всем этим ознакомиться (см. 2 сноску), мы же процитируем один из выводов учёного о биографии Власова:
«Однако выявленных подлинных документов о службе майора [на тот момент Власов ещё был майором – прим. БС] Власова в военном трибунале нет. Рассмотренные дела и вынесенные судебные приговоры с его подписью неизвестны. Соответствующих записей в послужной карте, личном деле, регистрационном бланке члена ВКП(б) нет. Приказами наркома обороны и командования округа от занимаемых строевых должностей в 1937-1938 годах Власов не освобождался и на службу в трибунал не назначался. Специального юридического образования он не имел. Должностей по совместительству никогда не занимал. Вышестоящими начальниками Управлением кадров ЦК ВКП(б) его служба в трибунале не подтверждалась. Фамилия Власова среди членов коллегии военного трибунала по доступным нам документам не фигурирует. Наконец, майор Власов получал зарплату как командир полка и помощник командира дивизии. А не как член коллегии военного трибунала. Поэтому популярные утверждения о его активном участии в политических репрессиях 1937-1938 годах в качестве члена окружного трибунала не более чем миф. И к его командирской карьере фиктивное избрание по линии общественной работы не имеет.»
Мифы о причинах перехода Власова на сторону Германии
О причинах сотрудничества генерала Власова с Германией также существует множество заблуждений, которые не находят своего отражения даже среди просоветских историков. Очень часто приходится слышать безосновательные обвинения А.А. Власова в «трусости». Обычно такие утверждения делаются следующим образом:
1) Власов – трус, потому что «сдался» в плен немцам
2) Власов – трус, потому что пошел на сотрудничество с немцами из-за «страха умереть»
На проверку эти заявления говорят о том, что человек вообще не имеет ни малейшего представления о биографии генерала Власова и его поведении в плену. Позиция таких людей сформирована не научной литературой, а художественными вымыслами и аналогичными мифами, кочующими от одних дилетантов к другим. Теперь же остановимся на том, почему вышеуказанные утверждения не соответствуют исторической действительности от слова совсем.
1) Прежде всего, генерал Власов не может быть трусом по причине «сдачи в плен» как минимум потому, что доподлинно известно, что в плен он не сдавался. Причем этот исторический факт уже давным-давно был зафиксирован, обоснован и признан ведущими отечественными специалистами по биографии Власова [3].
Андрей Андреевич не сдавался в плен – его выдали немцам русские крестьяне (кстати, повод в очередной раз задуматься о «прекрасном» советском государстве, в котором население выдаёт врагу своих генералов). Факт выдачи генерала-окруженца местными жителями широко освещался в немецких источниках [4]. Староста получил от военных властей тылового участка корову, 10 пачек табаку, тминную водку, почетную грамоту и благодарность в приказе. За пленение Власова командование 18-й армии отметило и подчиненных, наградив фон Швердтнера Крестом за военные заслуги I кл., и предоставив зондерфюреру Пельхау и шоферу Липски внеочередные двухнедельные отпуска [5].
2) Утверждения о том, что Влаcов согласился сотрудничать с немцами, потому что «струсил» также ни в малейшей степени не соответствует действительности, по той простой причине, что в плену ему ничего не угрожало. И здесь все то же самое, что и в предыдущем пункте – делающие подобные заявления люди попросту не знают ни условий немецкого плена для советских военачальников, ни обстоятельствах, в которых находился Власов – вообще ничего. Обычно они ко всему прочему довершают свои тейки аналогичной распространенной легендой в духе «а вот ГЕНЕРАЛ КАРБЫШЕВ отказался сотрудничать с немцами, и поэтому они его казнили», хотя Карбышева казнили не за отказ сотрудничать, а за регулярные антинемецкие протесты и провокации военнопленных бунтовать, не говоря уже о том, что если Карбышева и хотели бы казнить за отказ сотрудничать, то сделали бы это в 1941, а не в 1945. Отказ от сотрудничества с немцами, как свидетельствуют судьбы М. Ф. Лукина, П. Г. Понеделина, М. И. Потапова, М. Г. Снегова и многих других советских генералов, не исключал возможности пережить плен. Большинство из них счастливо избежали смерти и вернулись на родину. По данным Ф. Д. Свердлова, в 1941–1944 годах были пленены 82 генерала и представителя высшего комначсостава Красной армии в приравненных званиях[6]. Из них погибли и умерли за проволокой 25 человек (30 %), а если исключить трех лиц, погибших на поле боя, то 22 человека (27 %). Из 167 генералов Вермахта и офицеров в приравненных званиях, попавших в советский плен в период с 22 июня 1941 года по 8 мая 1945 года, погибли 60 человек (36 %). 62 советских генерала и высших командира в плену отказались от сотрудничества с врагом в любом виде. Из них 10 человек (16 %) умерли от ран, болезней и лишений, 12 (19 %) были убиты при разных обстоятельствах, а большинство из них (40 человек или 65 %) благополучно вернулись в СССР. Из репатриированных генералов, сохранивших в плену лояльность советскому государству, погибли в результате репрессий 9 человек — те, на кого руководители ГУКР «СМЕРШ» располагали очевидным компроматом. Остальные дождались реабилитации и пенсионного обеспечения[7].
И все-таки, как же Власов вел себя в плену?
15 июля 1942 г. под конвоем лейтенанта фельджандармерии Э. Штеена Власова отправили из Сиверской в Восточную Пруссию, в лагерь I (Кёнигсбергского) военного округа в Лётцене, откуда через несколько дней перевели в Винницу, в особый лагерь ОКХ (офлаг № 83) для лиц старшего и высшего комначсостава РККА, представлявших повышенный интерес. Комендант лагеря капитан Э. Петерсон заявлял, что старший и высший комсостав РККА содержался в Виннице в более сносных условиях, по сравнению с другими лагерями[8]. Здесь находились более восьмидесяти командиров и политработников, в том числе полковник В. И. Боярский, политработник 244-й стрелковой дивизии батальонный комиссар И. Я. Кернес и другие. Время проводили за дискуссиями и игрой в преферанс. Летом 1942 года в плену за Власовым — старшим в звании — наблюдали люди с разными судьбами. Поэтому уместно сравнить их послевоенные свидетельства. В 1946 году в СССР Кернес был осужден на 20 лет заключения. Амнистирован в 1955-м, вернулся в Москву, посмертно реабилитирован в 1989 году. На следствии в МГБ батальонный комиссар так описывал поведение Власова: «Держался в лагере с достоинством, к немцам обращался без подобострастия, знал себе цену»[9]. В конце 1960-х годов в ФРГ один из главных покровителей Власова, офицер вермахта В.К. ШтрикШтрикфельдт схожим образом вспоминал о том, как вел себя в Виннице пленный командарм, и отметил те же качества, что и Кернес — достоинство и сдержанность[10]. Зондерфюрер К. Пельхау рассказывал в 1946 году в советском плену, что Власов на допросах «вел себя вызывающе»[11]. В 1949 году бывший сотрудник отдела Ic штаба 18-й армии поручик Д. П. Кандауров сообщил, как благоприятно отзывались о манерах Власова немецкие офицеры, видевшие его после пленения [12]. Таким образом, поведение пленного генерала нет оснований назвать угодливым[13]. Или что он вообще чего-то опасался. Позднее в Германии Власов, ценивший свой генеральский статус, возмущался обращением в Винницком лагере, например, он высказывал раздражение из-за необходимости самостоятельно стирать собственное белье и пользоваться вместо полотенца половой тряпкой[14]. Вышеописанное подтверждается дальнейшем поведением Власова как вождя РОА, который не шел на компромиссы с немцами и не пытался им угодить, то есть характер его поведения был противоположностью трусости вообще – это в свою очередь подтверждено и описано в других научных исследованиях по истории Власовского движения, например, в работе Е.Андреевой «Генерал Власов и Русское освободительное движение»[15]. Причем интересно получается, если, вопреки всем фактам, просто принять два приведенных выше тезиса о трусости Власова на веру. Тогда выходит, что Андрей Андреевич был крайне непоследователен в своей «трусости», «сдавшись немцам в плен» в 1942 году, и «согласившись с ними сотрудничать в страхе за свою жизнь», но при это не испытывая страха за свою жизнь, когда в 1945 году в самом конце войны отклонял предложения воспользоваться помощью испанских дипломатов и покинуть Германию с предоставлением политического убежища[16], 9 мая – от уговоров офицеров своей охраны бежать из Чехии в Баварию, а ночью 12 мая – от предложения американского коменданта Ричарда Донахью скрыться с группой единомышленников в американской оккупационной зоне, получив пропуска и продовольствие [17].
Таким образом становится очевидным, что никаким трусом А.А. Власов не был. Чем же еще можно попытаться обосновать причины сотрудничества Власова с немцами, если не идейным антибольшевизмом? Например, можно предположить, что генерал имел политические амбиции и попросту хотел власти в России после победы над Сталиным. Однако и такая теория кажется сомнительной, учитывая, следующие моменты: сохранились малоизвестные свидетельства о том, как в частных разговорах Власов намекал на свою второстепенную роль в истории Русского антибольшевистского движения времен Второй мировой. «Генерал Головин ошибается, — сказал Власов в беседе с одним из его учеников в 1943 году. — Он считает меня тем, кому суждено будет творить новый этап в истории нашего народа. Нет, я только предтеча этих лиц, и моя задача — также как готовил вас Головин — подготовить этим лицам дорогу, кадры и возможности. Обстоятельствами мы вырваны из родной почвы, а творить историю может только тот, кто прочно на ней стоит”»[18]. В марте 1945 года в разговоре с двумя офицерами почти то же самое заявил генерал РОА М.А. Меандров: «Все мужчины, которые играют какую-то роль в Русском Освободительном движении — лишь предшественники. Время принесет с собой других», которые придут «при пере ломе военной обстановки»[19]. С приведенными сообщениями отчасти согласуется свидетельство подполковника Н. В. Тензорова. Он рассказал исполнителям «Гарвардского проекта», что Власов не претендовал на политическое лидерство в России, считая свою роль завершенной с приходом в Москву[20]. В 1994–1995 годах подобные намерения Власова, высказанные им тет-а-тет, подтвердил Н. А. Троицкий[21]
Миф о том, что Власов был коммунистом
Вариация этого мифа разнится: кто-то утверждает, что Власов был коммунистом до попадания в плен, кто-то утверждает, что после попадания в плен Власов «остался коммунистом в глубине души», некоторые фантастически безграмотные граждане вообще записывают Власова в «марксиста-ленинца», который якобы сражался на стороне Германии за идеалы Октябрьской революции вопреки сталинизму. Рассмотрим эти мифы по степени их абсурдности, итак:
«Власов был марксистом-ленинцем»
Собственно, подобная чушь основана буквально ни на чем. Серьезно, не существует ни одного историка (ни про-власовского, ни антивласовского), который бы утверждал, что Власов и РОА были коммунистами-ленинцами. Не говоря уже, конечно, о том, что в манифесте КОНР, в пункте о «народной революции 1917 года» речь идет о Февральской революции, а не об Октябрьской, и в официальной власовской печати это было четко зафиксировано[22].
Во-первых, взгляд самого Власова в годы ВМВ на революцию 1917 года известен – опять же, он был сторонником Февраля, но противником Октября. Так, он утверждал: «Мы боремся за народные права, завоеванные ФЕВРАЛЬСКОЙ революцией и ОТНЯТЫЕ КОММУНИСТАМИ В ОКТЯБРЕ [23]. Для меня, конечно, безразлично… кто со мной сотрудничает — монархист или республиканец — лишь бы он был прежде всего русским.[24]». Чтобы убедиться в февралистских антиленинских настроениях генерала Власова, обратимся также к научным исследованиям – в работе «Белоэмигранты и Вторая мировая война» в главе, посвященной организационному вопросу Власовского движения кандидат исторических наук Ю.С. Цурганов пишет [25]: «Церемония обнародования Манифеста КОНР в Берлине состоялась 18 ноября. Выступая на этом собрании, генерал Власов дал следующую оценку событий февраля и октября 1917 года: «В февральской революции 1917 года народы России пытались сбросить цепи национального, социального и экономического угнетения… На самом своем критическом этапе революция 1917 года была узурпирована кликой демагогов и обманщиков… Этой кучкой демагогов и обманщиков была партия большевиков…»[26] Данный фрагмент выступления имел принципиально важное значение, поскольку основной политический водораздел в эмиграции был между теми, кто отвергал в революции только «Октябрь», и теми, кто видел катастрофу уже в «Феврале». Описанное Ю.С. Цургановым подтверждается и в других научных работах, например, кандидатом исторических наук и ведущим специалистом по истории Власовского движения – К.М. Александровым [27]. Выступление генерала Власова, его феврализм и враждебность ленинцам затронута также в мемуарах участника Белого движения и члена КОНР Б.В.Прянишникова: «18 ноября 1944 года в большом зале «Европа-Хауз» состоялось многолюдное собрание представителей народов России. На сцене были установлены одиннадцать национальных флагов - по числу наиболее крупных народов страны, здесь же лицом к собравшимся сидели члены КОНР. А.А. Власов выступил с большой речью. В этой речи он подчеркнул большое значение февральской революции 1917 года и указал на тот обман, на который пошли большевики в своем стремлении к захвату власти. Кучку ленинцев он назвал партией обманщиков и демагогов, терроризовавших страну и превративших ее в огромную тюрьму» [28]. В том числе ко всему прочему вдогонку можно было бы добавить один незначительный, но интересный момент — в одном из своих выступлений в 1943 году перед населением Власов упомянул, что собирается вернуть Ленинграду его историческое название – Петроград [29]. Во-вторых, помимо вождя РОА и официальной программы его Движения, во власовской печати и пропаганде Ленин, марксизм Октябрьская революция всегда упоминаются исключительно в негативном контексте [30].
Таким образом, в своей борьбе со Сталиным Власов руководствовался возвращением России к идеалам февральской революции.
Но что было до попадания Власова в плен? Был ли он действительно идейным коммунистом?
Обычно в пользу того, что Андрей Андреевич в довоенный период своей жизни был коммунистом, приводятся утверждения в духе: «Власов воевал в Гражданской войне на стороне красных», «Власов сделал себе хорошую карьеру в Красной армии и даже прославился, как «защитник Москвы», «любимчик Сталина»», «Власов состоял в ВКП(б)» и т.д.
Однако при более подробном изучении биографии Власова становится понятным, что такие утверждения не позволяют нам заключить, что вождь РОА до попадания в плен был коммунистом.
Во-первых, как мы уже выяснили, в Гражданской войне на стороне красных Власов воевал не добровольно, а по мобилизации, и характерно что попал он в армии в самом конце войны. Во-вторых, в ВКП(б) Власов состоял с 1930-го года (то есть спустя 10(!) лет после попадания в РККА, очевидно, если бы он был идейным сторонником компартии, то вступил бы в неё значительно раньше), но исходя из карьерных соображений -- членство в партии для любого советского военачальника, рассчитывающего на высокий карьерный статус, являлось существенным «бонусом». В-третьих, служба в армии большевиков ещё не означает, что человек является идейным сторонником идеологии того государства, которое она защищает – успешная служба в Царской армии будущих красных военачальников вроде Брусилова, Тухачевского, Жукова, Рокоссовского, Бонч-Бруевича и многих других не говорит о том, что они были монархистами только потому, что служили в армии монархического государства – равно как и успешная служба Власова в армии коммунистического государства не является достаточным основанием, чтобы записывать Власова в коммунисты.
Мемуарные свидетельства соратников Власова и самого Андрея Андреевича свидетельствуют о том, что генерал по началу действительно положительно воспринял революционные события в России и советскую власть, но не как идейный коммунист, а как обычный пассивный российский гражданин. Множеству людей, которые приняли советскую власть, в том числе среди русской интеллигенции, импонировал народнический характер тех лозунгов, которые провозглашали большевики, но это не делает всех этих людей какими-то идейными марксистами-коммунистами.
По собственному признанию Власова, на его окончательное разочарование в большевиках повлияла коллективизация (это роднит Власова со множеством красноармейцев и советских граждан, а также красных военачальников, которые впоследствии служили в РОА) и сталинские репрессии.
Существует также версия, согласно которой генерал Власов в 1930-ых годах состоял в подпольной антисталинской организации в РККА «Союз русских офицеров». Несмотря на
то, что ведущие специалисты Власовского движения имеют разные точки зрения на её правдивость -- она не является доказанной в достаточной степени – было бы справедливым её огласить для общей картины. Как утверждает исследователь русского коллаборационизма А.В. Мартынов: «Курировавший Власова по линии СА балтийский немец Сергей Фрёлих оставил воспоминания "Генерал Власов: Русские и немцы между Гитлером и Сталиным". Он говорит, что Власов ему рассказывал про некий подпольный союз офицеров, с которым он [Власов] был связан. В данном случае ничего не говорится о времени (но понятно, что это было до войны) существования этого союза, когда он возник, когда к нему примкнул Власов. Дело в том, что в последующем Кирилл Александров, блестящий специалист по Власовскому движению и коллаборации, нашел в архивах независимые от свидетельств Власова данные о том, что такой союз действительно существовал — то есть это не было каким-то блефом со стороны Андрея Андреевича, чтобы показать дополнительную лояльность немцам и изначальную оппозиционность Сталину. Так что на каком-то этапе до войны у него разочарования [в советской власти], судя по всему, возникли. (...) Постепенно накапливалось недовольство властью. Он был свидетелем раскулачивания, его отца раскулачили, он видел, что творилось в деревне Ломакино, откуда он родом, как там бедствуют крестьяне. По воспоминаниям жителей это деревни, всякий раз, когда он приезжал, пытался привести какие-то вещи или подарки всем жителям, потому что знал, как они бедствуют.»[31]
Можем также обратиться к вышеупомянутым мемуарам С.А. Флериха: «В отношении Сталина у Власова совесть не была чиста. Он мною месяцев знал о существовании нелегальной офицерской организации, так называемого «Союза Русских Офицеров», которые собирался по окончании войны ликвидировать диктатуру Сталина. Эта организация не имела особого значка для своих членов, и Власов никогда не называл тех, кто входил в состав этого антисоветского союза. Но можно предполагать, что среди них были достойные упоминания военные, на помощь которых он тайно рассчитывал. На такую возможность Власов указывал неоднократно в частных разговорах со мной. Во всяком случае он хранил несколько документов этого союза. Весть о действиях НКВД, которые стали ему известны из телеграммы жены, заставляла его подозревать, что эти документы оказались в руках энкаведистов. Возможно, что принадлежность к этой организации сыграла известную роль при размышлениях Власова о предложении, сделанном ему немецким офицером. Старший брат Власова был уже в 1919 году схвачен ЧК, предшественницей ГПУ, и казнен за участие в заговоре. Родители его жены и его отец как зажиточные крестьяне были лишены их имущества и согнаны со двора. Несмотря на то, что он генерал, Власов связан со своим классом и мучительно переживает все унижения, несправедливости и жестокости, которым подвергается крестьянство. Ведь оно являлось единственным еще оставшимся носителем старого русского духа во время отчаянной и безнадежной борьбы с большевиками, Власов ничего не Может сделать и должен даже участвовать в неистовых манифестациях, прославлявших тотальную коллективизацию в годы 1928–1932, то есть превращение в рабов всего крестьянства. Он ничем не проявляет своего протеста. Наоборот, он одобряет и разделяет с другими официальный восторг. Но в душе он чувствует совсем другое. Спустя много лет он пытался освободить крестьян от гнета коллективизации.»
Был ли Власов действительно членом подпольной антисоветской организации в РККА или нет на самом деле не имеет большого значения, потому как в пользу того, что генерал никогда не был именно идейным марксистом-коммунистом действует тот факт, что он всю жизнь был православным христианином (что с марксизмом, очевидно, не сочетается).
Еще с детства генерал Власов был искренне религиозен, о чем сохранил воспоминания, несмотря на дальнейший мрачный жизненный опыт 1920–1930-х годов. В 1943 году на допросе в органах контрразведки «СМЕРШ» майор Н. П. Кузин — адъютант генерала в 20-й армии зимой 1941/42 годов — показал, как его командарм «часто, сидя один, напевал церковные богослужения»[32]. За четверть века Андрей Андреевич не забыл, как подойти под пастырское благословение и помнил наизусть «Символ веры»[33].
Власов публично высоко отзывался о церкви[34], с удовольствием слушал и подпевал всенощную, молился на богослужениях, по свидетельству И. Л. Новосильцова «замечательно читал “Верую”», а на вопрос священника Александра Киселёва о личной вере в Спасителя — ответил твердо и положительно[35]. В равной степени Власов ценил митрополитов Сергия (Воскресенского) и Анастасия (Грибановского), получив поддержку обоих иерархов, и благословение на свою деятельность настоятеля Псково-Печерского монастыря игумена Павла (Горшкова)[36]. Также в списках личных вещей, изъятых сотрудниками контрразведки «СМЕРШ» при личных обысках, фигурирует нательный крест Власова[37].
Сопровождавший генерала весной-летом 1943 г. в его поездках по оккупированной территории Ленинградской обл. ротмистр Э. К. Деллингсхаузен вспоминал: «А. А. Власов был очень религиозен. Он часто говорил, что с большим удовольствием ходил бы в церковь, да что скажет народ на той стороне, как он на это посмотрит. А. А. все сделал, чтобы увеличить влияние Церкви в Русском освободительном движении. Благодаря его личной инициативе и по его приказам, православное духовенство имело широкий доступ ко всем русским частям. Как бывший семинарист, А. А. знал великолепно всю церковную службу. Во время объезда Северного фронта, на одном обеде, устроенном в его честь, на котором присутствовали представители русского гражданского управления, немецкий комендант обратился ко мне с предложением, чтобы прочли молитву, как это делается у русских. На это местный священник, присутствовавший на обеде, предложил спеть “Христос Воскресе”… А. А., обладая сильным басом, громче всех пел, что немало поразило присутствовавших немцев и русских. Однажды А. А. был на крестинах крестным отцом. Держа младенца на руках, он пел всю службу, чем поразил священника и маленькое общество присутствовавших».[38] Во время своего выступления во Пскове перед горожанами Власов утверждал: «Нет ничего прекраснее обрядов Православной Церкви. За две тысячи лет Христианство сделало так много хорошего для нашего многострадального отечества».[39]
Мифы об отношениях Власова с белоэмигрантами
Периодически можно слышать заявления о том, что белоэмигранты негативно относились к Власову и наоборот, что Власов негативно относился к участникам Белого движения. Причем у некоторых данное мнение сложилось совершенно стихийным образом в духе «ну это очевидно, ведь он красный генерал, а они – белые». Однако в реальности ситуация была прямо противоположной и состояла в том, что:
1) Белые офицеры и вожди Белого движения в эмиграции (в особенности лидеры РОВСа) положительно относились к генералу Власову и его борьбе против Сталина
2) Белые военные ждали появления такого советского военачальника, как Власов, еще с 1930-ых годов
3) Главные белогвардейские журналы после Второй мировой войны положительно описывали деятельность Власова и РОА, считая их продолжением Белого движения
Остановимся на этих пунктах более конкретно, итак:
1) Мнение белогвардейцев и белоэмигарнтов о Власове и РОА
— Белый офицер и командир 1-ой Русской национальной армии Б.А.Смысловский: «Власов был продолжателем белой идеи в борьбе за национальную Россию. Для большевиков это было страшное явление, таившее в себе смертельную угрозу. Если бы немцы поняли Власова и если бы политические обстоятельства сложились иначе, РОА одним своим появлением, единственно посредством пропаганды, без всякой борьбы, потрясла бы до самых основ всю сложную систему советского государственного аппарата.»[40]
— Один из начальников Дроздовской дивизии, видный руководитель РОВС генерал-лейтенант В.К. Витковский заявил от имени Российского Зарубежного Воинства: «Образование Русской Освободительной Армии (РОА), из русских воинов, вырвавшихся из СССР — есть проявление все той же непримиримости русского человека с дьявольским коммунизмом, также проявлением жертвенной любви к томящемуся “там” Русскому Народу и являлось продолжением Белой Борьбы»[41].
— Лидер РОВС, белый генерал А.А. фон Лампе весьма доброжелательно отозвался о личном знакомстве с Власовым в письме к другому начальнику РОВС Генерального штаба генерал-лейтенанту А.П. Архангельскому: «Его слова — это наши слова и мысли в течение многих лет. Его планы — хороши, если они исполнимы и для тех, кто их принимает, — приемлемы. Его прогнозы и рассказы просто интересны»[42]. О знакомстве А.А. фон Лампе с А. А. Власовым были широко проинформированы многие белые воины в Европе с самыми благоприятными характеристиками. Генерал Архангельский в своих многочисленных письмах чинам Союза неоднократно высказывался с симпатией и в поддержку Власовского движения, считая, что белогвардейцы не могут остаться равнодушными к антибольшевистской борьбе власовцев[43].
— Командир Марковского пехотного полка в эмиграции, генерал-майор Г.В. Жданов, погибший позднее в рядах Русского Корпуса, писал Власову: «Марковцы почтут за счастье стать в ряды командуемой Вами Новой Русской Добровольческой Армии. Прошу сообщить, могут ли они быть приняты».[44]
— Глава РОВС В.В. Гранитов – офицер Русского Корпуса, сформированного из белоэмигрантов, отвечал в известном интервью[45]: Вопрос: Какое отношение в Корпусе было к генералу Власову? Гранитов: Очень хорошее. Наше командование с 1941 года говорило немцам, что их единственное спасение в создании РОА, русского правительства. И когда в Корпус в начале 1943 года проникли первые слухи о Власове, это у всех офицеров вызвало самые разные надежды… С началом формирования его армии в конце 1944 года [правильно: в январе 1945] генерал Штейфон поехал в Берлин и явился к генералу Власову. Как сказал последний: “Это был единственный русский генерал, который подчинился мне без всяких условий”. (…) Нам вполне хватало его заявлений и листовок. У нас не существовала цель завоевать Россию. Наша цель ставилась — сломать сталинский режим вместе с русским народом. А вместе с русским народом, значит, вместе и с его армией, с бывшими советскими офицерами».
В целом антибольшевистскую борьбу Власова и РОА активно поддерживало множество белых генералов и видных деятелей русской эмиграции: генерал-майор Донской армии И.А. Поляков «высоко ценил его [Власова], как человека необычайной силы воли, большого русского патриота, человека прямолинейного, решительного, всегда знавшего — чего он хочет.»[46]; командир Донского корпуса, один из руководителей Белого движения генерал-лейтенант Ф.Ф.Абрамов в своих письмах приветствовал генерала Власова и его «героическое начинание для окончательного уничтожения большевизма и низвержения всей Сталинской клики»[47] – впоследствии все они вошли в КОНР, равно как и, например, один из вождей эмигрантского казачества в Европе белый генерал Е.И. Балабин, генерал А.В. Туркул, А.Г. Шкуро и т.д. Одним из создателей и покровителей Власовского движения был капитан Белой армии В.К. Штрик-Штрикфельдт, который был «уверен, что настанет день, когда русский народ признает генерала Власова и его соратников, как честных и отважных борцов за свободу народа и за право и достоинство человека»[48], начальником личной канцелярии Власова был георгиевский кавалер-участник Белого движения К.Г. Кромиади, и белоэмигранты вообще активно участвовали в деятельности КОНР[49].
2) Белые военные ждали появления такого советского военачальника, как Власов, еще с 1930-ых годов
Белые эмигранты еще до начала войны Германии и СССР были не только не против сотрудничества с бывшими красными военачальниками, но, наоборот, такие настроения были одной из центральных идей военной эмиграции в предстоящем продолжении антибольшевистской борьбы: со времен ухода белых из Крыма постепенно приобрела популярность концепция «комкора Сидорчука» — образа красного командира, выходца из крестьянской среды, который, увидев политику репрессий и коллективизации, поднимет восстание против советской власти, а белые в свою очередь в этом его охотно поддержат. В этом отношении ведущий журнал русской военной белоэмиграции «Часовой» писал: «Судьбы России может решить только меч. Этот меч, мы верим, поднимет Красная армия: из ее рядов выйдут люди, своим подвигом смоющие позор служения III Интернационалу» (Редакционная статья // Часовой (Париж). 1930. 31 окт. № 42. С. 3.)
3) Белогвардейская пресса
Если обратиться к главному журналу русской военной белоэмиграции «Часовой», то, проанализировав выдержки из него за 1947-50 года можно увидеть, что:
а) Ветераны Белой армии видели историю РОА как продолжение Белого движения и традиций старой Русской армии
б) Ветераны Белой армии преклонялись перед жертвой бойцов РОА и считали их русскими патриотами
в) Ветераны Белой армии крайне негативно относились ко всем тем, кто пытался очернить историю РОА и приравнять её воинов к гитлеровцам
г) Ветераны Белой армии ценили генерала Власова так же, как ценили вождей Белого движения
Более подробно с выдержками из «Часового» можно ознакомиться здесь: https://vk.com/@whiterussianresistance-roa-v-belogvardeiskoi-presse-posle-vtoroi-mirovoi-voiny
Мы же приведем несколько скринов:
БОРЬБА ДО ПОБЕДЫ
Об отношении к Власову также свидетельствует листовкараспространявшаяся среди русских эмигрантов в Мюнхене и беженских лагерях Баварии. Июль 1948 года:
ИЗВЕЩЕНИЕ
В воскресенье 1-го августа с.г. в синодальной церкви св. Владимира будет по окончании литургии отслужена высокопреосвященнейшим Митрополитом Анастасием панихида по мученически погибшем генерал-лейтенанте Андрее Андреевиче Власове и его доблестных соратниках, разделивших с ним трагическую его судьбу и всех участниках Белой и Освободительной борьбы,от руки красного врага смерть за Россию принявших
Примечания:
[1] Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Р/бл. п/б нового образца No 2123998; ЦАМО РФ. XI отдел. КУОС. П/кВласоваА. А., 1901 г. р.; HIA. Volkogonov Dmitry Papers. Container 6. Reel 4. Автобиография на комбрига Власова Андрея Андреевича, 18 апр. 1940. Л. 2.
[2] Cм.: Александров К. М. Мифы о генерале Власове. М., 2010. С. 66–83. Об избрании А. А. Власова членом окружного трибунала: там же. С. 72–82
[3] Александров К.М. Мифы о генерале Власове. М., 2010. С. 100.
[4] HIA. Volkogonov Dmitry Papers. Container 8. Reel 5. Докладная записка No 236822 зам. начальника I отдела 3-го Управления ГРУ КА майора Поляшенко —начальнику VII отдела ПУР КА полк. Бурцеву [не позднее 28 мая 1943]. Л. 1; Личный архив Александрова К. М. (ЛАА). Секретно. 16VII–42 г. Вестник иностранной служебной информации ТАСС, Лист 13-о. ДНБ о «Подробностях захвата в плен генерала Власова». ЕЧ. 100345. Берлин. 16 июля (ТАСС).
[5] «Премирован коровой, водкой и табаком». Показания зондерфюрера Клауса Пельхау об обстоятельствах пленения командующего 2-й ударной армии 12 июля 1942 года / Вступ. ст., комм. К. М. Александрова. Публ. К. М. Александрова, В. С. Ещенко // Военно-исторический архив. 2012. No 9 (153). С. 178; Стеенберг [Штеенберг] С. [Доклад зондерфюрера К. Пельхау]. Так был взят в плен ген. Власов // С народом —за народ. 1963. Май. Тетрадь 2. С. 17.
[6] По подсчетам Ф. Д. Свердлова —83 (см.: Сверлов Ф. Д. Советские генералы в плену. М., 1999. С. 9). Цифра включает двух генералов и корпусного комиссара, погибших на поле боя и, строго говоря, в плену не находившихся. Кроме того, ген.-л. И. А. Ласкин включен в перечень пленных генералов безосновательно: в 1941 он находился в плену менее суток будучи полковником. При этом в списке пленных отсутствует ген.-м. М. М. Шаповалов.
[7] Подсчитано по: Свердлов Ф. Д. Советские генералы в плену; Безбородова И. В. Военнопленные Второй мировой войны. М., 1998. С. 53–194. По оценкам И. В. Безбородовой, в плен к противнику во время войны попали 80 советских генералов и комбригов, из которых погибли 23 (29 %) (см.: Безбородова И. В. Военнопленные Второй мировой войны. С. 10). Возможно, что в дальнейшем настоящие цифры будут пересмотрены. По подсчетам О. И. Нуждина в 1941–1945 в плен попали 127 человек, принадлежавших к высшему комначсоставу РККА (см.: Нуждин О. И. Советские генералы в плену: моральный аспект проблемы // Труды II Международных исторических чтений, посвященных памяти профессора,Генерального штаба генерал-лейтенанта Николая Николаевича Головина (1875–1944) [далее Труды II Головинских чтений] / Сост. К. М. Александров, А. В. Шмелёв, О. А. Шевцов. СПб., 2012. С. 313).
[8]Steenberg S. General Wlassow.Berlin, 1986. S. 37.
[9]Цит. по: Пальчиков П. А. История генерала Власова // Новая и новейшая история. 1993. No 2. С. 129.
[10]Strik-StrikfeldtW. Gegen Stalin und Hitler. General Wlassow und die russische Freiheitsbewegung. Mainz, 1970 S. 73–74.
[11]«Премирован коровой, водкой и табаком». Показания зондерфюрера Клауса Пельхау об обстоятельствах пленения командующего 2-й ударной армии 12 июля 1942 года / Вступ. ст., комм. К. М. Александрова. Публ. К. М. Александрова, В. С. Ещенко // Военно-исторический архив (Москва). 2012. No 9 (153).. С. 177.
[12]Д. К.[Кандауров Д. П.] Я не видел А. А. Власова // Снайпер (Шлейсгейм). 1949. 2 авг. No 13. С. 4.
[13]Об этом в целом свидетельствуют не только мемуарные данные, но и заключения историков
[14]ВА-МА. RH. 2/1517 [Цит. по: Фрёлих С. Б., гауптштурмфюрер СА. Материал для доклада, 8 июня 1944].
[15]См.напр: Андреева Е.Н. Генерал Власов и Русское освободительное движение. Лондон., 1990. С. 76
[16]Выписка из протокола допроса от 23 мая 1945 Н. П. Николаева, 1911 г. р. // ЦА ФСБ РФ. Колл. МГБСССРН-18766. Т. 4. Л. 167–168; Fröhlich S. General Wlassow. S. 263–264; Steenberg S. General Wlassow. Berlin, 1986. S. 221.
[17]АлександровК.М. Цинизмиравнодушие. О фильме Алексея Пивоварова «Вторая Ударная. Преданная армия Власова». См. также: [Антонов Р. Л.] Прага —Пильзен —Шлюссельбург. С. 23.; Интервью Г. Бушманна (1979) —С. А. Ауски // Auský S. A. Vojska generála Vlasova... S. 97, 241.
[18]Старицкий Н. Первая встреча с Власовым // Борьба (Мюнхен). 1953. No 2(44). С. 28.
[19] Агент «Сара» о настроениях полк. М. А. Меандрова: HIA. Auský S. А. Collection. Box 4. The folder without the name. Oberst Meandrow. Abschrift 19. 3. 1945. Bl. 3.
[20] ЛАА. ПетровИ. Р.Интервьюп/полк. Н. В. Ветлугина(Тензорова), 17, 19 янв. 1951 [Harvard Project on the Soviet Social System. Schedule B, Vol. 11, Case 382]. Мюнхен, 2012. Р. 17.
[21] Там же. Интервью с Н. А. Троицким (26 марта 1995, Санкт-Петербург, Флорида, США). Фонограмма. I часть. Таймер 241–261; Интервью Н. А. Троицкого // Власов. Дважды проклятый генерал. Док. фильм. СПб. —Берлин, 1995.
[22]См.: Славянский М. За лучшую долю // Там же. С. 4; Рудин Дм. Личность и государство // Там же. 1944. 18 нояб. No 2. С. 4–5.; Освободительное движение —воля народов России. Речь Председателя Комитета Освобождения Народов России А. А. Власова на торжественном собрании представителей Народов России 18 ноября 1944 г. // Там же. 1944. 22 нояб. No 3/4. С. 3; Февральская революция есть выражение народного тяготения к свободе и социальной справедливости. Славинский С. Февральская революция // Там же. 1945. 15 марта. No 18(31). С. 1.
[23]Кромиади К.Г. За землю, за волю! Часть II. В штабе генерал-лейтенанта А.А. Власова
[24] Поздняков В.В. Андрей Андреевич Власов. С. 202—203
[25] Цурганов Ю.С. Белоэмигранты и Вторая мировая война. Попытка реванша. 1939-1945. М., 2010. С. 198.
[26] Материалы по истории Русского Освободительного Движения. вып. 1. С. 127.
[27] Александров К.М. «На условиях, не затрагивающих чести и независимости нашей родины».http://www.ruslo.cz/index.php/arkhiv-zhurnala/2017/11-2017/item/1387-na-usloviyakh-ne-zatragivayushchikh-chesti-i-nezavisimosti-nashej-rodiny
[28] Прянишников Б.В. Новопоколенцы. Силвер Спринг, Мэриленд, США 1986. С. 201.
[29] Об этом упоминается в мемуарах участника Власовского движения А.С. Казанцева «Третья сила. Россия между нацизмом и коммунизмом».
[30] См. подробный пост с выдержками из власовской печати и пропаганды:https://vk.com/wall-186076914_14328
[31] https://www.youtube.com/watch?v=8H_0fS4MsX4
[32] Собственноручные показания майора Н. П. Кузина // РешинЛ. Е., Степанов В. С. Судьбы генеральские... //Военно-исторический журнал. 1993. No 3. С. 11
[33] Киселёв Александр, прот. Облик генерала А. А. Власова) / 2 изд. Нью-Йорк, б. г. С. 70–72, 75, 79–80, 82–83, 89; Шкаровский М. В., священник Илья Соловьёв. Церковь против большевизма (Митрополит Сергий (Воскресенский) и Экзархат Московской Патриархии в Прибалтике, 1941–1944 гг.). М., 2013. С. 117–118.
[34] Ковалёв Б. Н. Нацистская оккупация и коллаборационизм в России 1941–1944. М., 2004. С. 470.
[35] ВА-МА. MSg. 149/4. Стрельников В. И. Первая молитва в Дабендорфе (1943 год).Германия, 1946. Bl. 103–104; ЛАА. Интервью с И. Л. Новосильцовым (28–29 марта 1995, Санкт-Петербург, Флорида, США). Фонограмма. 29 марта. Таймер 104–113; Киселёв Александр, прот. Облик генерала А. А. Власова. С. 70–71, 88.
[36] Слово митрополита Анастасия // Воля народа. 1944. 22 нояб. No 3/4. С. 5; Кромиади К. Г. За землю, за волю... Сан-Франциско, 1980. С. 133–134; Шкаровский М. В., священник Илья Соловьёв. Церковь против большевизма. М., 2013. С. 116–117.
[37] Список вещей, изъятых при обыске ген.-л. Власова // ЦА ФСБ РФ. Коллекция архивно-следственных материалов МГБ СССР Н-18766. Т. 1. Л. 6–7.
[38] Поздняков В. В. Андрей Андреевич Власов. Сиракузы (Нью-Йорк), 1973. С. 178.
[39] Ковалев Б. Н. Нацистский оккупационный режим и коллаборационизм в России (1941–1944 гг.). Новгород, 2001. С. 468.
[40] Хольмстон-Смысловский Б.А. Личные воспоминания о генерале Власове. В: Избранные статьи и речи, Буэнос -Айрес, 1953, стр. 38. См. также: Boris Souvarine. Stalin. Anmerkungen zur Geschichte des Bolschewismus, Munchen, 1980. S.621.
[41] BAR. Lampe von, A. A. Collection. Box 13. Folder «Correspondence. Vitkovskii, Vladimir K.» Слово произнесенное Генерал-Лейтенантом В. К. Витковским, от лица Российского Зарубежного Воинства, на торжественном Собрании 7 сего Ноября в НьюЙорке, посвященном Дню Непримиримости [1953]. Л. 2.
[42] Первая встреча с ген.-л. А. А. Власовым. Письмо от 23 мая 1943 ген.-м. А. А. фон Лампе —ген.-л. А. П. Архангельскому // Александров К. М. Русские солдаты Вермахта. С. 557.
[43] HIA. Arkhangel'skii A. P. Collection. Box 2. The folder without the name. Копия письма от 5 июля 1943 ГШ ген.-л. А. П. Архангельского —ГШ ген.-м. А. А. фон Лампе. С. 1.
[44] BAR. ROVS Collection. Box 31. Folder «Correspondence 1944 (II). I otdel». Письма за 1943. Копия письма ген.-м. Г. В. Жданова, б. д., сент. 1943.
[45] Гранитов В. В. Интервью. Сан-Франциско, 17 марта 1995 [Публ. К. М. Александрова] // Новый Часовой. 1996. No 4. С. 244.
[46] Поляков И.А. Краснов-Власов. Воспоминания. Нью Йорк., 1959. С. 5.
[47] BAR. Arkhangel'skii A. P. Collection. Box 1. Folder «Arranged Correspondence: Excerpts from letters, newspapers + information bulletins». Выдержки из Информации III отдела РОВС от 10 июня 1943.С. 1(об.)-2.
[48] Доклад В.К. Штрик Штрикфельдта о Власовском движении:
https://vk.com/wall-186076914_13870
[49] См. подробнее:
https://vk.com/wall-186076914_15242
