НАКАНУНЕ (часть 3)

Хотя большевики и оттеснили от управления своих политических противников, их собственное положение было далеко не прочным. А в январе 1918 года группа солдат ярославского гарнизона силой разоружила городской отряд Красной гвардии – главную вооруженную опору большевиков. Несмотря на то что местный совет с большим трудом уговорил солдат вернуться в казармы, в солдатской среде зрело глухое недовольство. Особенно этим отличался 1-й Советский полк, расквартированный за Которослью в помещениях бывшего кадетского корпуса.

Недовольство зрело и среди рабочих. В январе и апреле 1918 г. бастовали железнодорожники, персонал табачной фабрики Дунаева и некоторых других промышленных предприятий. Главная причина в ухудшавшемся материальном положении горожан. В марте 1918 года лица, занятые физическим трудом, получали по карточкам меньше 200 граммов хлеба в день, неработающие члены их семей – только 100 граммов. Конечно, хлеб можно было купить на черном рынке, но цены здесь росли с каждым днем. А мясо нельзя было достать даже у спекулянтов.

Однако для лиц, причастных к власти, таких ограничений не существовало. Слухи о недостойном поведении большевистских лидеров распространялись по городу, сея еще большее недовольство. Так, широкую огласку получил пьяный дебош, устроенный перед новым 1918 годом высокопоставленными большевиками, в числе которых были председатель исполкома Совета Н.Ф. Доброхотов и комиссар Красной гвардии Ф.М. Горбунов. Их поведение осудили на губернском съезде Советов в феврале 1918 года. Д.С. Закгейм, который и сменил Н.Ф. Доброхотова на посту председателя исполкома Ярославского горсовета, заявил:

Наглость этой пьяной компании достигла предела, и вся грязь вылилась наружу.

Впрочем, о Д.С. Закгейме тоже ходило немало порочащих слухов. Говорили, что он, покупая товары в магазинах или на рынке, расплачивался расписками, предлагая прийти за деньгами в горисполком. Когда же торговцы приходили по указанному адресу, вместо денег им выписывался штраф в связи с завышением цен. Недовольство горожан росло, а советские начальники погрязли в склоках, теряя контроль за происходящим в Ярославле. А Ярославская губчека, призванная заниматься порядком в городе, была создана только в марте 1918 года, за четыре месяца деятельности которой сменилось три ее председателя. Буквально за сутки до начала восстания в Ярославле исполняющий обязанности председателя губчека Крылов обратился в президиум губисполкома с просьбой об освобождении от занимаемой должности, так как считал себя непригодным для этой работы. Между тем в городе действительно назревали очень серьезные события.

Продолжение – Демидовские среды, 27 июня.