По страницам газеты. Вспомним наших ветеранов

Сергей Александрович Серт, работал инженером кафедры радиофизики, ветеран АГУ:

– Детские и школьные годы мои прошли в Москве. В 1941 году я окончил среднюю школу, а в июне началась война. В первые дни мы с нетерпением ждали, что наша Красная Армия, выдержав натиск немцев, перейдет в наступление. Прошло около месяца, а сводки с фронта были неутешительными. В Москве начали формировать ополчение. Всех учеников, окончивших школу, по повесткам военкомата собрали в здании школы и предложили добровольно вступить в ополчение. С этого времени и началась моя служба в действующей армии, которая закончилась только в мае 1946-го в звании капитана и должности командира пулеметной роты.

За время войны пришлось принимать участие в боях под Москвой, Сталинградом, в Белоруссии, Прибалтике, Восточной Пруссии, на Курском направлении. Закончил войну на берегу Балтийского моря в польском городе Гданьске. В общем, как видите, отсиживаться в обороне на второстепенных участках не приходилось. Защищать Сталинград мне не довелось, а вот форсировать Дон, прорывать оборону севернее Сталинграда и завершать окружение и соединение с Южным фронтом пришлось.

На Курском направлении в боях под Прохоровкой мне участвовать не пришлось, так как наша часть вела тяжелые бои правее в 15 километрах… Четыре года войны, из них три в окопах, в непосредственном соприкосновении с противником, научили не только профессионально воевать, но и просто существовать на войне, жить на передовой. Во время войны мы с друзьями мечтали пожить в мирное время, хотя бы один год. Я живу уже 50 лет. Наверное, есть все-таки ангелы-хранители. Мой ангел хранил меня не только на фронте, но не один раз выручал и после войны. Я очень благодарен своему ангелу.

№ 12 «ЗН», 1995 год

***

Анатолий Васильевич Шестаков, преподавал на кафедре всеобщей истории, ветеран АГУ:

Для меня, ветерана войны и старейшего преподавателя АГУ, стали равно значимы два события: шестидесятилетие неувядаемой Победы советского народа в Великой Отечественной войне и очевидная близость 35-летия со дня основания университета, которому прочили роль флагмана алтайского образования. Датой его рождения стал год 1973. Мне помнится, что в пору формирования его профессорско-преподавательского коллектива – 70-е и 80-е годы – ведущую роль сыграли фронтовики вкупе с очень молодыми учеными Томска, Омска, Новосибирска.

Фронтовиков к середине 80-х годов насчитывалось более тридцати. Многие из них уже были или стали моими друзьями. Могу и сегодня назвать их поименно: Александр Павлович Бородавкин, Тимофей Алексеевич Плахин, Николай Степанович Гаврилов, Владимир Григорьевич Колов, Николай Михайлович Клуниченко, Геннадий Михайлович Макаров... Продолжу перечисление, называя для краткости только фамилии: Береговой, Коваленко, Мережко, Дическул, Лебедев, Брылев, Кузьмин, Мещеряков и другие, другие. От рядового до полковника. Пехотинцы, разведчики, летчики, артиллеристы, связисты, прославившие себя упорством, отвагой, подвигами. Комсомольцы и коммунисты...

№ 20 «ЗН», 2005 год

***

Владимир Александрович Червяков, доктор географических наук, ветеран АГУ:

– Даже в трудные военные годы благодаря спецшколе я получил хорошую образовательную подготовку; именно в армии мне удалось развить такие важные для жизни качества, как дисциплинированность, ответственность, упорство и инициативность в решении поставленных задач; кочевой образ жизни офицера позволил мне познакомиться с природой, экономикой, культурой различных стран.

А это помогло развить географический образ мышления, необходимый для моей настоящей научной и педагогической работы; любовь к артиллерийским расчетам позволила мне найти свою научную нишу в географии на стыке картографического и математико-статистического методов. Служба в армии была тем жизненным испытанием и школой, которая способствовала результативности моей последующей трудовой деятельности на ниве науки и просвещения.

№ 14 «ЗН», 1995 год

***

Дмитрий Яковлевич Брылев, председатель ветеранской организации университета, ветеран АГУ:

– Войну я встретил в час ее начала, на рассвете 22 июня 1941 г. Самое ужасное воспоминание о начале войны – перебазирование нашего флота из Таллина в Кронштадт. Немцы заминировали Финский залив, чтобы ни один корабль не смог пройти. На пути отхода были выставлены сотни донных, глубинных и других мин. Фашисты рассчитывали таким образом уничтожить весь плавсостав. Необходимо было срочно эвакуировать штаб Балтфлота и все суда. Всюду нас поджидала смерть: морские мины, беспрестанно атакующая авиация противника. Один за другим шли на дно корабли.

По прибытии в Кронштадт нами был получен боевой приказ: группе торпедных катеров атаковать и уничтожить немецкий транспорт, идущий в Финляндию с грузом вооружения, предназначенного для осады Ленинграда. Мы успешно выполнили задание, торпедировали транспорт, но на обратном пути наш катер был разбит бомбовым ударом. Меня и радиста взрывной волной сбросило в воду. Дело было в сентябре и долго бы мы не продержались. Но, на наше счастье, случайно проходившая мимо моторная лодка подобрала нас и доставила на берег. Мое вынужденное купание закончилось больничной кроватью. В госпитале я, правда, долго не задержался. Обстановка с обороной Ленинграда была сложной. Из личного состава корабельных экипажей формировались отряды морской пехоты для борьбы с врагом на суше. Я тоже был зачислен во 2-ю морскую бригаду заместителем командира роты по политчасти. Перед нами стояла задача уничтожать артиллерийские батареи немцев, обстреливавшие Ленинград. В одном из боев я был тяжело ранен и контужен. После медсанбата я был доставлен в госпиталь блокадного Ленинграда, где хирурги сумели спасти мне жизнь. Я до сих пор поражаюсь героизму и мужеству ленинградских врачей, которые, находясь в изможденном состоянии, в антисанитарных условиях, в палатах, отапливаемых буржуйками, не имея необходимых инструментов и перевязочных материалов, спасали жизни бойцов. Мне пришлось на себе испытать жизнь блокадного города. Приходилось есть по 125 граммов хлеба в сутки, а вместо супа хлебать болтушку из неизвестного сырья. На моих глазах от ран и истощения один за другим умирали люди. Когда меня самого вывезли из Ленинграда, я весил 36 кг. Эвакуировали нас по «Дороге жизни», проходившей по льду Ладожского озера потому, что все остальные пути были блокированы. Немцы бомбили и этот путь. Наша машина едва не ушла в полынью, образовавшуюся после бомбежки.

Меня привезли в госпиталь г. Красноуральска, где после лечения определили группу инвалидности и выписали. Но ехать было некуда: на родине, в Смоленской области, все было разрушено. Отец, как и я, находился в действующей армии, мать – в партизанском отряде, брата немцы угнали в Польшу. А я вместе с товарищем по палате приехал на Алтай.

№ 8 «ЗН», 2000 год

***

Николай Макарович Клуниченко, преподавал на кафедре научного коммунизма, ветеран АГУ:

– Я родился в 1925 году в Челябинской области, но еще маленьким вместе с родителями переехал в Алтайский край. Когда началась война, учился в 9-м классе.

В 1942-м весь выпускной класс ушел на фронт. Все думали, что война быстро закончится, потому и рвались поскорее попасть на передовую. Воевал я на Курской дуге, был дважды ранен, находился на излечении в госпитале и вновь вставал в строй. Дошел до пригорода Будапешта, где подорвался на мине, потерял ступню. Родина отметила ратный труд бойца высокими наградами: три ордена Красной Звезды, два ордена Отечественной войны I и II степени, медаль «За победу над Германией», благодарности от маршала Сталина, трудовые и юбилейные награды.

После демобилизации Николай Макарович учился на историческом факультете, затем в Бийском политехническом, был главным редактором районной газеты, заведовал отделом промышленности в «Алтайской правде». Параллельно работал над диссертацией «Роль руководителя в налаживании социального климата в коллективе». Когда защитился в Ленинграде, ему было уже 49 лет. На протяжении 16 лет Н.М. Клуниченко работал в АГУ. Главное, что Николай Макарович хочет пожелать нынешнему поколению, – это осторожно относиться к тем людям, которые на всех углах кричат о патриотизме.

№ 12 «ЗН», 2000 год