Сказка вторая. О людозверях и зверолюде
Хмель приятно греет кровь, и язык, как помело. Люблю душевные вечера в дешевых забегаловках, что тут сказать! Есть в этом что-то очаровательное: абсолютная свобода и прогулка босиком по ножам. Знали бы вы, сколько шрамов у меня осталось из-за этой маленькой дурной привычки… Ну да кому это интересно, ведь пришло время второй сказки, дайте только слизать пенку с кружки.
- Итак! – делаю весомую паузу и наслаждаюсь всеобщим вниманием. Не часто здешний сброд балуют высоким искусством сказа.
- Долго шла я за тем уродом, что увел у меня из-под носа щенка по имени Шанс. Не переспрашивайте! Слушать надо было…
Мне повезло, что погода была безветренной и на песке отчетливо виднелись следы. Ума не приложу, как быстро гнал лошадь наш красавчик, но я так и не смогла поймать его в пустыне. Пришлось тащиться за ним до самой деревеньки у берега мелкоморья. А она, знаете, так хитро спрятана, с переходом через предгорья и по едва видимой тропинке по кустам. Их там как будто специально высадили, чтобы создать впечатление необитаемости. Благо, деваться там было больше некуда, не заблудишься при всем желании.
На свой страх и риск я оставила лошадь под каменным уступом поодаль от поселения и забралась повыше, чтобы рассмотреть все как следует перед тем, как наведаться в гости. Чутье не подвело меня! Эта деревуха оказалась больной на всю голову. Нет, даже на две головы.
Первое, что я застала, так это сцену, как моего щенка растянули на земле, словно свинюшку. Привязали за ноги и голову и растянули между кольями. Ну, думаю, хана Шанс, но нет, эти ненормальные вытащили ей язык и – каак резанули по нему серпом! Щенок визжит, трясется, кровь хлещет, а эти – детишек на плечи сажают, чтобы видно было лучше, значит. Больные на всю голову.
Красавчик и еще какой-то старикан все кружили над Шанс, поливали ее морду чем-то, жижа дымилась, отчего атту бесновалась еще сильнее. Потом на нее нацепили какие-то тряпки, знаете, как платьица на карредских фифах, только для лошади и с жуткими рисунками тумакки или еще каких чертов… И они шевелились на ткани! Клянусь!
Кхм..пожалуй, хватит на сегодня выпивки.
Я убедилась, что соваться просто так к этим ребятам – дело гиблое, но и отступать от своего я не привыкла. Так что пришлось вернуться, отвести лошадь в более укромное место и начать следить за этими чудилами в ожидании…возможности? Не знаю. Мне просто нужно было понять, на каком згакхи к ним подъехать, чтобы с меня не содрали кожу в качестве приветствия.
Я потратила не меньше недели, изучая эту деревню. И знаете что? Они оказались больными на все три головы. Во-первых, эти ребята поклоняются тумакки. Этой гадости там хватало в избытке. Вроде как тумакки дают им бесценные ингредиенты для всякой ворожбы и врачевания, за что деревня приносит им в жертву детей. Да-да! Вот этих карапузов, которые у вас днем клянчат на хлебушек. Но ладно это, психов здесь всегда хватало. Этих детей в деревню привозили их собственные родные. «Жарушик, не переживай, сегодня тебя всего лишь разорвут в темноте кровожадные твари, потому что папочке нужно полечить коленку», и вот это вот всё. Отвратительно! Благо, самого жертвоприношения я не видела, но наслушалась от караванов достаточно.
Всем этим цирком уродцев заправлял один старикан, вроде как папаня говорящей с тумакки девахи или вроде того. Все считали ее божеством, а он этим удачно пользовался. Самое смешное, что у этого сморчка была кучка приближенных, совет старейшин, который регулярно пытался отправить своего вождя на тот свет. А тот постоянно их обводил вокруг носа и делал вид, что ничего не заметил. И в это дерьмо мне предстояло вляпаться, чтобы достать Шанс.
Когда я уже начала сомневаться в разумности этой идеи, мне представился случай столкнуться с щенком лицом к лицу. Понимаете, жрать там было особо нечего. Еды я с собой припасла немного, к культистам за кашей не сходишь, а жить как-то надо. В общем… Если знать как, то тумакки можно приготовить вполне съедобно.
Ну и сижу я, значит, в своем укрытии, аппетитно доедаю окорочок, думаю о своем, как, вдруг, совсем рядом с пещерой раздаются голоса. Оказывается, эти уродцы иногда забираются повыше, чтобы поискать соты пчел. И что делать? Бежать некуда, пещера малюсенькая, я сижу жру их священную тварь, только за ушами трещит. Ну всё, думаю, буду драться насмерть.
Вдруг в проеме появляется Шанс. Тогда она так посмотрела на меня своими внимательными глазками, как будто понимающе кивнула и – сиганула куда-то наружу и – вниз по камням. Культисты за ней с криками, а я так и осталась сидеть незамеченной. В тот момент я поняла: в лепешку разобьюсь, но вытащу этого щенка из деревни.