Сказка третья. О кувшине с рыжим бесом
Кружка жалобно скрипнула, сплющившись о голову ближайшего противника. Ну какой порядочный вечер баек может обойтись без хорошей драки? Правильно, никакой. Мимо пролетела табуретка, прямо в воздухе трансформируясь в груду хлама. Где-то у окна грохнул стол: кто-то пытался оторвать его приколоченные ножки от пола, чтобы продолжить спор с куда более весомыми аргументами.
- ГОСПОДА! – ловко вскакиваю на стойку, по пути сшибая сапогом бутылку. Веселье клокочет в груди, толкая на новые сумасбродства. – Заткнулись к черту, пока я добрая. Слушайте последнюю историю! Про девицу-из-пекла и кувшин кр-рови!
Как я и думала, такая присказка привлекла внимание даже последних пропойц. Больше пива и кулаков люди любят только одно – россказни.
Итак, когда я решила уже выйти из своего укрытия и пробраться в деревню под видом больной просительницы, чтобы там как-нибудь сторговать Шанс, на дороге появилась Она. Рыжая, зубастая, как халлийская пария. Сначала мне показалось, что это какая-то фифа из города, разодетая, храбрая, но потом…
Делаю паузу, переводя дух. Люди невольно подаются вперед, ожидая нечто ужасное.
В деревню пришел мужик с нулхо, тощей такой оборванкой, лет десяти, может. И когда она чистила ему сапог, он другую ногу поставил ей на спину. Типичная сцена для Карреда, но та рыжая девица, кажется, ни слова не сказав, схватила первую попавшуюся доску и набросилась на этого мужика. Она била и била его, и никто не смел помешать ей. Я сидела далеко, но даже мне было видно сверху, как по площади расползается кровавое пятно – всё, что осталось от бедолаги. Ну, смертью вас не удивить, конечно, да только вот сразу после этого рыжая уселась на корыто и стала, как ни в чем не бывало, грызть кукурузу. Представьте, с нее течет кровь, лицо, руки, всё забрызгано останками мужика, а она смеется, жует, да еще и мертвенно бледной малой предлагает угоститься. Бешеная атзу.
Потом-то я поняла, что это та самая говорящая с тумакки. Овахи ее звали, как сейчас помню. Местные слова поперек сказать не смели. И как только на площади прибрались, ей вывели мою Шанс. Шанс! Я не выдержала и стремительно побежала вниз, надеясь успеть.
Снова минутка перевести дух и подогреть публику. Рядом свистнули, подгоняя рассказ.
- Но-но! – игриво грожу пальчиком, уже прикидывая, кто из них полезет ко мне первым и снова получит кружкой по морде.
Бегу по кустам, с трудом находя нужную тропинку, и вылетаю на площадь именно тогда, когда рыжая кричала на кого-то, размахивая руками. Шанс сжалась комочком на земле и это, похоже, не то разозлило, не то оскорбило Овахи. Понятия не имею, но злая она была, как Дикий Йони. Увидела меня, оскалилась, показала гадский свой язык, раздвоенный, как у тумакки, и спрашивает, мол, кто вучуго заказывал и почему поскупился на симпатичную. Сжимаю руки в кулаки, но пропускаю мимо ушей. Я тут не ради драки. Говорю:
- Купить хочу атту. Вам этот щенок явно не нравится, а я хорошо заплачу за него.
- Купить, говоришь? – нехорошо рыжая щерится, хищно, опасно. – Ну купи. Вот цена этой бяшки – кувшин твоей крови.
Столбенею, моргаю. Это что-то новенькое, но по Овахи сразу видно – не шутит и отказываться уже опасно для жизни. Лихорадочно соображаю, что делать. Резать себя тут и наполнить кувшин кровью – не вариант. На своих двоих потом не уйду, а за это время мало ли, чего эта сумасбродка еще удумает.
- Ладно, - говорю. – Сделка. Давай сюда кувшин.
Беру кувшинчик, значит, и иду. Овахи следом, и Шанс за загривок тянет. Никто больше не осмелился следовать за нами.
- Что, шальная, кишки выпустить мне хочешь? – смеется Овахи.
- Да что ты, всё честно, - говорю спокойно, а внутри всё сжалось в комок и тянет. Вдруг, не получится?
Дохожу до убежища, вывожу лошадь. Овахи щурится, но ждет, что будет дальше. Достаю нож и аккуратно делаю надрез на шее кобылы. Она начинает бесноваться, стискиваю зубы и держу, пытаясь подставить кувшин.
- Э, нет, - усмехается Овахи. – Мы так не договаривались.
- Как это – нет? – шиплю, с трудом сдерживая ненависть. – Лошадь моя? Моя. Значит и кровь ее – моя. Всё честно.
Да, фокус не ахти какой ловкий, но Овахи, кажется, понравилось. По крайне мере, она расхохоталась и потом приняла свой кувшин обратно, демонстративно глотнув из него и широко улыбнувшись:
- Хороша водичка!
Кинула к моим ногам Шанс и ушла. Кобыла потом так и не оклемалась, к сожалению, так что до ближайшей нормальной деревни мы шли пешком. Горько мне было, обидно, но щенок под боком стоил всех потраченных сил. Вы бы видели, в какую красавицу Шанс выросла! Всем на зависть. Хотите посмотреть?
Вдруг кто-то таки хватает меня за ляжку. Рассказ был окончен, а значит интересы слушателей снова вернулись к весьма примитивному уровню. Хватаю кружку и с размаха бью. Ээээх! Хороши вечера в пустыне, душевно.