JW GROM. Подготовка.
Для новобранцев JW GROM подготовка на полигоне в Венджине является частью курса специальных операций (Kurs Działań Specjalnych (KDS)).
Эта восьмимесячная программа готовит солдат к поддержке и обеспечению безопасности операций боевых групп.
Осень 2019 года.
Объясняет «Марчин», командир программы KDS и опытный боец боевой группы JW GROM:
Возможно, проще всего объяснить это на примере. В фильме «Падение „Чёрного ястреба“» основную задачу выполняло подразделение «Дельта». Его бойцы должны были задержать «плохих парней», которые должны были встретиться в определённом здании. Их действия, а именно сектор, где проводилась операция, прикрывали рейнджеры. Командир приказал им охранять здание, чтобы никто не выходил и не входил без их ведома. Именно этим и занимаются группы поддержки. Они следят за тем, чтобы сектора, где они выполняют свои задачи, были «чисты» и не представляли угрозы. Мы готовимся к таким операциям во время KDS.
JW GROM — единственное подразделение в ССО Польши, проводящее такую программу подготовки своих военнослужащих. Она осуществляется для лиц, прошедших отбор или квалификацию и в будущем направленных в боевые группы или группы боевого обеспечения.
Это ключевой этап после отбора, включающий базовую тактику в различных средах (зелёный, чёрный и синий), маскировку, навигацию и ориентирование, специальную разведку и интенсивную огневую подготовку, а также лыжную и плавательную подготовку, направленную на выравнивание уровня подготовки кандидатов. Зеленый здесь обозначает операции на пересеченной горно-лесистой местности, черный - городские операции и синий - операции на воде и прилегающих территориях. После завершения KDS солдаты переходят к дальнейшей специализации в выбранной области, например, медицине или снайпингу. Это занимает еще три месяца.
Марчин:
В течение этих долгих месяцев мы передаем солдатам всесторонние знания. Они проходят подготовку по программе SERE уровней A, B и C, а также стрелковую подготовку в «зеленых» и «синих» средах, тактику действий в городских условиях, высотную подготовку и взрывные работы. Однако курс — это нечто большее. Впервые солдаты сталкиваются с задачами, которые им в конечном итоге предстоит выполнять в подразделении.
Это ещё один барьер после отбора, который проходят не все. Например, пока шёл курс, треть солдат уже отчислилась. А им ещё предстоял очень сложный курс SERE C. Солдаты отчисляются по разным причинам, но, если коротко, это те, кто показывает худшие результаты в группе или не справляется с заданиями. Очень часто причиной отчисления с курса становится что-то, происходящее вне его.
Марчин:
Учения KDS изматывают не только участников, но и их семьи, которые на протяжении нескольких месяцев практически лишены поддержки мужа, партнёра или отца. Нагрузка, возложенная на семью, сказывается и на военнослужащих, участвующих в KDS. Поэтому перед началом курса важно подготовить близких к предстоящему. Не приукрашивайте ситуацию и будьте честны. Нужно заботиться не только о своём благополучии, но и о благополучии других.
SERE это акроним для Survive, Evade, Resist, Extract — «выжить, уклониться, сопротивляться, выбраться». Каждый этап SERE подразумевает отработку различных навыков, необходимых в тылу врага. «Выживание» подразумевает, помимо прочего, самостоятельное добывание пищи и воды. На этапе «Уклонение» мы учимся маскировке и тактике передвижения. Этап «Сопротивление» предполагает выживание на допросах и жестоких пытках. «Побег» — это умение избежать плена. SERE в Польше, как и везде, организованы на трех уровнях. Уровень A – вводный и обязательный для всех военнослужащих. Уровень B предназначен для подразделений передовой линии и гражданских лиц, служащих за пределами США. Уровень C предназначен только для операторов спецподразделений, военных атташе, пилотов и членов лётного состава.
На заключительном этапе обучения участники должны выдерживать максимально реалистичные допросы, во время которых они страдают от лишения сна, унижений и шума.
Говорит инструктор курса SERE, поляк, служивший в «зеленых беретах» армии США:
Представьте, что вас заперли в деревянном ящике. Его размеры не позволяют вам двигаться. Вы сидите там минуты, а то и часы, целую вечность. Вы слышите крики других заключенных и охранников вокруг. Вы стараетесь сохранять спокойствие и думать о чем-то теплом, о жене, о детях. О чем-то, что поможет вам выстоять.
Без этой части обучения невозможно полностью имитировать обстоятельства, к которым готовят солдат. Согласно особому кодексу поведения военнопленного, солдат будет сопротивляться, сотрудничать с другими заключёнными и использовать любую возможность для побега. И наконец, самое главное, на допросе он должен назвать только своё имя, звание, личный номер и дату рождения.
SiK - согласно неофициальным данным, на SERE C в отношении новобранцев JW GROM используются газовые балончики, электрошокеры и пытки водой.
KDS начинается с огневой подготовки.
Марчин:
Мы уделяем этому большое внимание. Солдаты целыми днями тренируются. Они достигают стандартов, необходимых для GROM. Это, безусловно, приоритет для подразделения.
Затем солдаты проходят обучение связи, учатся общаться по радио, вызывать поддержку и взаимодействовать с экипажем вертолета. Помимо прочего, они все должны уметь вызывать поддержку с воздуха в качестве «примитивного» JTAC. После следующих этапов — SERE A и B — они возвращаются к боевой подготовке. Их учат использовать тяжелое вооружение, РПГ, «Carl Gustav» и автоматический гранатомет GMG. Курсанты отрабатывают стрельбу из различных положений и мест — из дверей, стен, колонн и автомобилей. Это нужно, чтобы к тому времени, когда речь зайдет о тактике ведения боевых действий в городе, они уже достаточно хорошо разбирались в стрельбе, чтобы вести тактические операции.
Самый продолжительный и непрерывный этап обучения – это тактика для «зелёной» среды.
Марчин:
Мы начинаем видеть, как они справляются с усталостью. Их всё чаще оставляют одних, без инструктора. Им приходится нести ответственность за свои действия и принимаемые решения. Во время «зеленой» тактики они учатся, среди прочего, скрытным подходам, засадам и ориентированию на местности. Всё это время, около месяца, они проводят на полигоне, не покидая его. Благодаря этому мы постоянно за ними присматриваем; мы видим, как они ведут себя в состоянии усталости, и можем наблюдать за ними практически непрерывно.
Однако для солдат важнейшим элементом подготовки является тактика действий в городских условиях, то есть проведение операций в условиях, типичных для операций GROM.
В городской тактике, однако, мы не отрабатываем задачи, выполняемые штурмовым группами. Мы не штурмуем здания и не спасаем заложников, выполняем только вспомогательные задачи. Это называется «вырезанием сектора», так как мы обеспечиваем безопасность места, где действует боевая группа. Это сложный и изнурительный элемент KDS. В городской тактике у нас много разнообразных, сложных элементов, требующих значительной подготовки. Эти операции, по аналогии, чем-то напоминают ситуацию в банке. Представьте, что наступает момент, когда наличные доставляются в банк. Чтобы гарантировать безопасность, всё здание охраняется охраной. При этом никто не может войти или выйти из здания. А вокруг банка — улица, шумный город и воздушное пространство, так что может произойти всё что угодно. Группа нападения выполняет свою работу, группа обеспечения следит за тем, чтобы никто извне не мешал, чтобы никто не подъехал, чтобы никто не бросил гранату и т. д.
Прежде чем солдаты смогут захватить секторы, им нужно каким-то образом туда добраться. На полигоне в Венджине предполагается, что солдаты должны достичь определённой точки в центре города, чтобы захватить нужный сектор для действующей там боевой группы.
Была глубокая ночь, город «спал», и солдаты использовали приборы ночного видения для передвижения. Внезапно на них нападают. Они отступают с улицы и укрываются в здании. На улице ведется интенсивная стрельба, поэтому вернуться солдаты не могут. Чтобы продолжить путь к зоне операции, им приходится пробираться через ещё несколько зданий.
Путь к назначенному сектору становится стал сложнее, чем планировалось изначально. На этом их беды не закончились.
Одно из зданий, через которое проходит группа превращается в своеобразную «тюрьму», не давая им двигаться дальше. Единственной задачей солдат становится выживание. Поэтому им нужно построить здесь свою «крепость».
Нужно быстро организовать обстановку - назначить охрану, подумать о питании, туалетах, пунктах эвакуации и местах для ранены. Здесь в осаде они проводят весь день.
За 24 часа нужно продемонстрировать использование полученных знаний. От них требуются действия, даже когда они очень устали. За сутки некоторые не спят вовсе, счастливчики - от силы полчаса.
Когда у них заканчиваются еда и боеприпасы, то им их сбрасывают с вертолета.
Марчин:
Было видно, как недостаток сна сказывался на их работе. С момента, как вертолёт сбросил боеприпасы, до их окончательного распределения в группе прошли десятки минут. Слишком долго. Мы перечисляем им их ошибки: охрана была плохо распределена, слишком долго ждала установления связи, слишком близко подходила к окнам, становясь лёгкой мишенью. Это результат крайней усталости. Будучи отдохнувшими, солдаты безупречно выполняли бы те же задания. Во время выполнения задания инструкторы не давали инструкций конкретным солдатам. Они сообщали командирам о любых ошибках и наблюдали за их реакцией. В конце концов, замечания инструкторов принесли свои плоды, и всё вернулось на круги своя.
Операция завершилась, когда на место прибыли силы быстрого реагирования (QRF) и спасли солдат. Но эти сутки в Венджине предоставили инструкторам богатейший материал о солдатах.
То, что допускались ошибки, неудивительно; это нормально. Когда мы их ловили, мы разговаривали с теми, кто их совершал. Есть люди, которые ведут себя как водители. Они никогда не проезжают на красный свет, но постоянно проезжают на жёлтый. То же самое и здесь. Вроде бы всё в порядке, серьёзных ошибок не совершал, но что-то всё равно не так. Поблагодарить их и отчислить с курса бывает очень сложно. Иногда они возвращаются в KDS через год, более подготовленные, осознающие свои ошибки, готовые показать себя с лучшей стороны. Но иногда кто-то выкладывается на полную, и всё равно... ничего не получается. Тогда им просто нужно сменить профессию.
После восьми месяцев обучения настало время итогового экзамена по KDS. Он состоял из нескольких этапов. Во время тестов инструкторы оценивали их знания тяжёлого оружия, такого как РПГ, гранатомёты «Carl Gustav» и автоматические гранатомёты GMG.
Затем инструкторы проверили их навыки стрельбы на полосе препятствий, как они стреляют из-за укрытия, то есть из-за машины, бордюра или стены.
У каждого солдата было три минуты на то, чтобы сделать точные выстрелы выстрелов по нескольким стальным мишеням. Стрельба ведется из положения стоя, с колена и лёжа.
За каждым движением наблюдают два инструктора-экзаменатора. Здесь важна скорость, точность, а также правильная стойка для стрельбы. Небольшие, но серьёзные ошибки могут привести к провалу экзамена. Тем не менее, на этом этапе инструкторы были уверены в своих студентах.
Марчин:
Они потратили так много времени на обучение стрельбе, что я бы удивился, если бы что-то пошло не так. Навыки стрельбы для нас были главным приоритетом на протяжении всего обучения.
Курсанты также прошли тестирование по принципам установления спутниковой связи, запроса авиационной поддержки и оказания медицинской помощи, включая лечение огнестрельных ранений. В конце они сдали теоретический экзамен, где каждому курсанту задали по два вопроса, связанных с каждым этапом тактической подготовки.
Все курсанты сдали итоговый экзамен, тем самым завершив KDS.
Марчин:
Это не всегда так радужно. История KDS показывает, что можно провалить обучение из-за ошибки, допущенной в последний день. Обычно это нарушение техники безопасности, но бывает и так, что кто-то настолько близок к завершению курса, что сдаётся. Однако в этом году курсанты отсеялись прямо во время курса - примерно треть первоначальной группы не завершила курс. Солдаты бросали его на разных этапах, и невозможно выделить какой-то один критический момент.
По мнению солдат, прошедших программу KDS, самым сложным этапом стала «зеленая» тактическая подготовка. Больше месяца им приходилось выполнять задания в лесу, полностью отрезанными от внешнего мира. «Сначала я считал дни до конца, потом часы, а потом даже минуты» — рассказывает один из курсантов. Другой добавляет, что больше месяца они питались исключительно военным пайком. «Мне до сих пор тяжело на них смотреть» — смеётся он. Курсанты также вспоминают, что подготовка в SERE была непростой . «Однако, в отличие от тактики, она была гораздо короче» — отмечают они.
Подводя итог, за участниками KDS постоянно наблюдают инструкторы, которые определяют, кто подходит боевой команде, а кто нет. Они обращают внимание на скорость обучения и на то, как кандидаты себя проявляют в группе. Те, кто не соответствует требованиям к операторам, после окончания курса поступают в группы поддержки подразделения. И это отличное решение». Эти люди знают основы специальных операций, поэтому, когда приходится выполнять общее задание, всё упрощается, ведь не нужно ничего друг другу объяснять.
Тех же, у кого в KDS выявляется «ген оператора», направляют на базовый курс.
Базовый курс длится шесть месяцев и делится на этапы: огневая и тактическая подготовка продвинутого уровня (включая ближний бой, CQB) и подготовка боям в городских условиях и на море в составе штурмовой секции. Это продолжение обучения основам боевых действий, изучение того, что является самым важным в подразделении и что должны уметь все члены боевой группы.
Примечательная деталь - на этом этапе в ходе подготовки используются только настоящие боеприпасы, никаких учебных или холостых.
Весь курс наполнен не только учёбой, но и тестами. Кандидатов оценивают и проверяют, насколько хорошо они усваивают знания, которые дают инструкторы. И, к сожалению, даже на этом этапе может случиться, что мечты о вступлении в боевую группу приходится отложить, поставив «на потом» или «никогда». «У нас было много случаев, когда люди бросали курс. Иногда травма или непредвиденное событие исключали их из программы, а иногда они просто не могли угнаться за остальными. Нам такой человек в команде не нужен, потому что нужно уметь усваивать ещё больше знаний» — объясняет оператор JW GROM «К».
Сотрудники отмечают, что базовый курс – это та часть пути в боевую группу, которая спустя годы вспоминается как самая важная.
«Сталкиваешься с подобными ситуациями... Иногда кажется, что уперся в стену. Эта стена – усталость, огромное давление, но прежде всего – осознание того, что может произойти, если мысли отвлекутся от задачи, даже на мгновение, если ты замешкаешься. Ты можешь пораниться, ты можешь поранить коллегу» – говорит другой оператор JW GROM «П».
«С другой стороны, каждый день ты замечаешь, что способен на большее. Что всё, что ты делаешь, имеет смысл и служит определённой цели» – добавляет «К». Оператор признаётся, что, хотя прохождение каждого этапа пути в боевую группу было для него победой, финал базового курса был исключительным.
«Я на всю жизнь запомню момент, когда Александр Тарнавский, «Тихий невидимый» (умер в 101 год, в 2022), вручил мне нарукавную нашивку «cichociemnego» – символ принадлежности к боевому подразделению» – вспоминает «К». Пока были живы ветераны войны, «Тихие невидимые», покровители подразделения, в GROM существовала традиция, что именно они вручали нашивки новым бойцам. Они передавали свои обязанности новому поколению.
Но даже этот момент, каким бы приятным он ни был, лишь открывал путь к новым свершениям.
«Чтобы стать полноценным оператором, нужно около трёх лет службы в подразделении. Сначала нужно показать, какой вклад ты можешь внести и где можешь быть полезен» — говорит «П». Молодые операторы начинают проходить специализированные курсы, на которые их направляет командир подразделения. «Также было бы крайне желательно, чтобы такой человек съездил на задание и проверил свои навыки в проведении операций. Когда мы участвовали в миссии в Афганистане, это иногда случалось вскоре после вступления в отряд» — подчёркивает «П».
У командира подразделения в руках инструмент, позволяющий ему проверять своих бойцов аналогично заданию. Это парашютная подготовка. «Я участвовал в настоящем бою, в перестрелках, и прекрасно помню, что чувствовал, будучи солдатом. И я знаю, что чувствую, прыгая с парашютом в GROM. У нас много общего: стресс, адреналин, необходимость быстро принимать решения. Нас учат перехитрить противника в бою и в конечном итоге победить его. То же самое и с парашютным спортом. Мы знаем, как безопасно прыгать. Мы знаем порядок действий, знаем порядок действий, и то же самое с перестрелками – мы знаем, что нужно делать, чтобы победить. Мы не можем быть уверены в одном – в том, что уготовила нам судьба. В этом отношении перестрелки и парашютный спорт очень похожи» – говорит «К».
Время в команде летит незаметно, и для многих операторов эта среда становится... зоной комфорта.
«В боевой группе нужно поддерживать дисциплину, чтобы избежать выгорания. Невозможно удерживать кого-то в команде долгие годы на том уровне самоотдачи, к которому стремится GROM. Нам нужно как-то их стимулировать» — говорит «П». Именно поэтому солдат переводят в другие команды или подразделения GROM.
«Ротация по специальностям также направлена на расширение квалификации оператора. Через некоторое время они возвращаются к нам с новыми навыками и, в то же время, с желанием служить оператором» — объясняет «П».
«До недавнего времени наша деятельность была сосредоточена преимущественно на борьбе с международным терроризмом. 2022 год сильно изменился. Мы переключили внимание на другой тип угрозы и подготовились к ней. Соседство с Украиной и наличие общего врага мотивируют нас учиться. Какие навыки наиболее ценны для нас сейчас? Безусловно, те, которые связаны с беспилотными системами, новыми технологиями и областями, не связанными напрямую с действиями человека» — говорит «П». «Мы проводим анализ того, как использовать силы специального назначения для решения новых задач на поле боя следующего поколения. Мы, безусловно, не можем допустить, чтобы эти узкоспециализированные подразделения были неправильно использованы и затем потеряны. Это будет невосполнимая потеря» — добавляет он.
«К счастью, GROM не оставляет места для случая. Мы делаем свою работу» — заключает «К».