Зимний курс выживания НАТО в Норвегии
Nato Winter Survival Course:
- Базовый курс выживания для персонала, работающего в арктических регионах.
- Участники научатся передвигаться в зимних условиях, строить различные укрытия от непогоды и максимально эффективно использовать необходимые инструменты. Схема выживания включает в себя защиту, местоположение, воду и пищу.
- Курс состоит из четырёх дней теории и трёх дней практических занятий. Стоимость курса составляет 2400 евро за место, а общая сумма расходов на организацию, без учёта взносов самих студентов, составляет 1,8 миллиона крон.
На краю леса в невероятно красивой долине на плато Хардангервидда курсант Фредерик Нарстад пытается разбить лагерь на ночь. На улице минус десять, снега по колено. Норвежские горы в середине января могут быть достаточно суровыми, даже если вы уже провели там зимнюю ночь. День скоро погаснет. Нарстаду нужно разжечь огонь.
Вместе с 23 другими участниками курса выживания Фредерик провёл большую часть дня, перейдя через гору к месту проведения курса чуть ниже границы леса. Шесть километров по прямой на снегоступах, сделанных из берёзовых веток, палок и парашютной стропы.
– Снегоступы оказались на удивление хороши. Правда, несколько раз сползало крепление на пятке, но потом просто перевязываешь его – рассказал Нарстад корреспонденту журнала Вооружённых сил Норвегии.
План Нарстада на жизнь — выучиться на пилота спасательного вертолета.
– Я с нетерпением жду этой работы, и будет полезно узнать немного о выживании.
Но сначала ему нужно собрать дрова для костра, собрать еловые ветки и установить тент в качестве укрытия. После всего этого он сможет насладиться своим полевым пайком, если в огне ещё будут теплиться огоньки.
Участники курса расположились на территории площадью около одного квадратного километра, защищённые от посторонних глаз, с помощью тента или парашютов.
Возле каждого лагеря есть палка с номером участника, чтобы инструкторы могли найти его во время обхода. Они дают советы и рекомендации по самым разным вопросам: от свойств различных пород древесины до потребления жидкости и направления ветра.
Старший сержант и главный инструктор Торкель Братланд рекомендует положить в низ костра пару сухих берёзовых поленьев и подбрасывать в него сухие сосновые и еловые ветки. Под ковриком удобно разместить «решетку». Лучше всего использовать ель, поскольку её иголки самые плотные.
— Холодная погода забирает много тепла — рассказывает он Нарстаду, который теперь усиленно работает над поиском дров.
Братланд утверждает, что наибольшее тепло для тела даёт костёр «ньинг» (нодья). Он имеет продолговатую форму и может гореть всю ночь, если его правильно развести.
– И это требует больше всего ресурсов. На дно нужно три полена. Так тепло будет распространяться по всему телу.
– Что вы думаете о выбранном им месте?
– Неплохо. На курсе мы научим их выживать, а также подавать сигналы внешнему миру. Удачно, что они находятся на открытой местности, ведь они смогут подать сигнал либо с помощью «дымогенератора», либо с помощью оранжевой части парашюта – Братланд.
Он добавляет, что также может быть хорошей идеей разбить лагерь возле ручья, даже если он покрыт двухметровым слоем снега, поскольку растапливание снега требует больших энергозатрат.
Если погода совсем плохая, Братланд советует отойти немного дальше в лес и разбить лагерь под несколькими елями, растущими близко друг к другу. Крона елей обеспечит хорошую защиту.
– Необходимо максимально использовать то, что уже создала природа – Братланд.
В то же время не стоит разводить костёр прямо под деревом, ветки которого засыпаны снегом. Снег очень скоро перейдёт в «дождь».
На ровной поляне в высокогорном лесу, между двумя гусеничными машинами и огромной кучей деревянных ящиков, инструкторы поставили для себя теплую многослойную палатку.
Пока участники курса с замерзшими пальцами и урчащими животами пытаются найти оптимальное место для своего одинокого лагеря, защищенного от ледяного горного ветра, инструкторы из Норвегии, США и Канады стоят у костра и поглощают гамбургеры, сосиски и филе-миньон с чесночным маслом.
Под ясным звёздным небом, в окружении заснеженных деревьев, эти люди рассказывают различные истории о своей военной жизни, глядя в костер.
Один из иностранных инструкторов рассказал, как однажды, будучи новобранцем, он опоздал на инструктаж. Тогда ему предложили выбор: получить сильный удар в грудь перед всем батальоном или заняться бумажной работой. Он выбрал первое.
Однако на этом курсе нет ни одного врага. Речь идёт о выживании в одиночку в снегу и холоде. И тогда вы сами себе станете лучшим другом или злейшим врагом, в зависимости от того, насколько хорошо вы умеете сохранять тепло и бодрость духа.
История курсов началась в 1964 году, когда бельгийский лётчик-истребитель катапультировался над Финсе. Он выжил, но замерз насмерть до того, как его нашли спасатели. После трагической гибели бельгийца НАТО обратилось в Норвегию с просьбой провести зимний курс для лётчиков-истребителей. Со временем он расширился и включил в себя другие категории, включая пилотов разных типов самолётов и их членов экипажей. С 2014 года Братланд десять раз выступал инструктором на таких курсах.
– Мы переместились в густые лесные районы, где есть хороший доступ к ресурсам. Мы хотим, чтобы трасса располагалась высоко в горах и в это время года из-за температуры и безопасного состояния снега – объясняет Братланд.
Кроме того, Рьюкан и Веморк используются в качестве исторического фона, например, для спуска по канату с моста Веморк и восхождения по «виа феррате» (скальный участок, специально оборудованный металлическими конструкциями, помогающими преодолевать его с большей скоростью и меньшими затратами энергии, чем при скалолазании) на Гаустатоппен. В конце концов, вы находитесь в районе действий легендарных диверсантов времени 2 МВ, уничтоживших завод «тяжёлой воды» (ядерная бомба Гитлера).
Чуть больше половины семидневного курса занимают теория и групповая работа в отеле Rauland: как одеваться, разводить костер и сооружать укрытие, предотвращать обморожения, избегать лавин, подавать дымовые сигналы и вылезать из полыньи.
Все сводится к тому, чтобы пилоты довольствовались тем немногим, что есть в их креслах на случай реальной аварии.
Участники проводят в полевых условиях всего две ночи, но этого оказывается вполне достаточно для всех.
Корреспондент идет вместе с инструкторами, проверяя импровизированные стоянки каждого участника. Многие не осознают, что эффективный сбор дров — это обламывание сухих брёвен, а не распиливание свежих деревьев.
Темнота окончательно сгустилась. Похолодало. Теперь крайне важно развести хороший костёр и укрыться от ветра, чтобы спать на улице. Фредерик Нарстад развёл костёр и натянул тент, но внезапно пролился кипяток, и огонь погас.
К счастью, его костёр вскоре снова загорелся. Как и другим участникам, ему пришлось снять ботинки, чтобы инструктор проверил его ноги на предмет обморожения – так называемая проверка SIBIR (процедура в ВС Норвегии, во время которой проверяется состояние стоп и выявляются повреждения).
У всех участников маршрута поверх ботинок были надеты защитные бахилы. Он получил одобрение и был вынужден собрать побольше сухих дров.
В ста метрах от него другой норвежец сделал гапахук (трехстенное укрытие с открытым фасадом) из своего парашюта, который частично развевается на ветру. Инструктор говорит, что внутрь гапасука нужно положить кучу мелких сухих веточек, чтобы можно было вытащить их, если снежная буря внезапно потушит огонь.
– Разжигание огня занимает время.
В тот же вечер, в 22:00, корреспондент посещает «стенд» Андерса Й., пилота вертолета Sea Hawk из Дании. Он говорит, что марш на снегоступах был, безусловно, самым сложным этапом курса.
– Снегоступы неудобные, но я удивлён, насколько хорошо они работают.
– Какие самые важные навыки вы получили?
– Понять, что всё происходит по законам природы. Разжигание огня занимает время – говорит датчанин, добавляя, что он очень впечатлён работой инструкторов.
Пилотам из Нидерландов и Испании, похоже, приходится на трассе особенно тяжело. Но есть и скандинавы, у которых тоже есть проблемы.
Выживание часто выглядит по телевизору проще, чем есть на самом деле. Когда Ларс Монсен, норвежский путешественник и блогер, наслаждается отдыхом у костра, пока форель шипит на сковороде, а на заднем плане отчётливо видна палатка, съемочная группа NRK с радостью вырезает из репортажа час, потраченный им на сбор дров.
Братланд объясняет, почему некоторые участники курса допускают элементарные ошибки, например, распиливают свежие деревья вместо использования сухих стволов.
— Когда они приезжают сюда, у них мало опыта работы в зимних условиях. Их основная работа — пилотирование. Они не очень-то привыкли к снегу — говорит Братланд, который, тем не менее, ожидает, что все сдадут экзамен.
Речь идёт о том, чтобы они смогли выжить и поступить правильно в этих условиях. И чтобы они смогли выдержать марши и построить снежные пещеры, в которых будут жить.
– Какие ошибки чаще всего допускают военнослужащие, когда речь идет об обморожениях и опасных ситуациях зимой?
– Низкий уровень контроля, при котором вы не решаете проблемы достаточно быстро в суровых погодных условиях.
Он также задает риторический вопрос об уровне образования.
– Насколько мы подготовлены к зимнему дежурству в Норвегии, учитывая, что уже 20 лет ведем бои в более теплых регионах? Этот вопрос недавно обсуждался несколькими ведомствами. Сейчас мы завершили миссию в Афганистане и сосредоточились на Норвегии и зиме.
Тем не менее, Братланд считает, что Вооруженные силы Норвегии обладают навыками выживания в зимних условиях мирового класса.
– Мы всю жизнь знаем, каково это – противостоять снегу и низким температурам. Мы привыкли играть в снегу и мерзнуть.
– Ощутили ли вы какое-либо большее внимание к своей экспертизе после введения режима повышенной готовности (статья от 2023 года)?
– Мы проводим обычные курсы. Единственное отличие заключается в том, что я участвовал в дополнительном курсе, где мы готовили иностранных инструкторов к выживанию в холодных условиях. Каждый год у нас очень длинные списки кандидатов на наши курсы. Они открыты для стран-членов НАТО – говорит Братланд.
Предпоследний день курса начинается в восемь утра. Участники, разбившись на группы по три-четыре человека, строят своё собственное «убежище Квинзи». К одиннадцати часам вечера группа из четырёх лётчиков-истребителей заканчивает строительство снежной пещеры и отдыхает у костра в нескольких метрах от неё. Юлиус, голландский пилот F-16, говорит, что очень доволен курсом и методикой обучения.
– На создание снежной хижины у нас ушло полтора часа. После того, как мы дали снежной куче отстояться три часа, мы потратили два часа на выкапывание места внутри — говорит он.
По его словам, самое важное, чему он научился — это контролировать температуру своего тела.
– Старайтесь не потеть понапрасну и надевайте несколько слоёв одежды. Кроме того, постоянно думайте о достаточном количестве воды и дров для костра – предупреждает голландец.
У доктора Йоргена Мелау есть докторская диссертация, посвященная влиянию плавания в холодной воде на организм, поэтому корреспондент решил поговорить с ним на тему переохлаждения.
– Мы, те, кто занимается исследованиями холода, все больше обеспокоены околонулевыми температурами. — рассказывает Мелау.
Он говорит, что при температуре минус 20 градусов человек лучше готовится к тому, как одеваться. Но когда температура около нуля градусов, он уже не так хорошо одет для такой температуры. Мелау часто участвует в учениях в условиях холода со спецназом, но не любит говорить об этом публично.
Он подчеркивает, что лучше всего иметь в рюкзаке комплект сухого шерстяного белья в водонепроницаемом мешочке.
– А как насчет того, чтобы сделать одежду сухой?
– Для сушки одежды требуется много тепла. Но как альтернативное решение это может сработать.
–Узнали ли вы что-нибудь новое в этой области?
– Да, мы считаем, что промокание, будь то от снега, воды или пота, гораздо опаснее, чем мы думали раньше. Мы тестируем множество способов, чтобы как можно быстрее высушить промокших «пациентов».
– Обморожение обычно происходит при температуре до 0 градусов. Однако длительное воздействие влаги в сочетании с температурой окружающей среды до 20 градусов также может привести к «патофизиологии обморожения», особенно к нейропатии. Стопы – наиболее часто поражаемая обморожением часть тела. Ученые определяют обморожение как длительное воздействие высокой влажности на кожу, прилегающую к конечностям, в сочетании с охлаждением, обычно до точки замерзания, но не ниже.