Интервью с Зеппом Майером и Мануэлем Нойером.
Зепп, когда вы видите поля и сегодняшние тренировочные базы здесь, на Зебенер Штрассе, вызывает ли у вас зависть?
Зепп Майер: «Раньше мне приходилось самому расчищать зону ворот лопатой для снега, это было вполне нормально. Зимой мерзлая земля местами была твердой, как камень. Поскольку в то время в «Баварии» еще была хоккейная команда, я купил себе у них вратарскую экипировку, которую носил на тренировках».
Мануэль Нойер: «Но вы ведь не носили шлем, не так ли?»
Майер: «Нет, и у меня тоже не было палки в руке (смеется). Речь шла скорее о наколенниках и налокотниках. И приятным побочным эффектом было то, что вещество было очень тяжелым. Когда я бросался на тренировках в течение недели, а затем, конечно, не носил это во время игры, я чувствовал себя легким, как перышко».
Ману, насколько вы знакомы с вратарской игрой Зеппа Майера?
Нойер: «Я слишком молод, чтобы видеть все его игры. Но, конечно, я знаю много его классических моментов из клипов. И его методы тренера вратарей в любом случае стали для меня второй натурой: в детстве у меня была книга Зеппа, в которой он представлял различные формы тренировок. Мы брали эту книгу с собой в каждый поход, и мой отец всегда был там, выполняя упражнения вместе со мной. Она была написана специально для детей, и он объяснил в ней первые шаги вратаря, как правильно нырять и так далее. Мне было очень весело от этого».
Майер: «Для меня, как для тренера вратарей, всегда было важно, чтобы тренировки были как можно более разнообразными, потому что у меня самого их не было во время игровой карьеры. Тогда главный тренер сказал мне быть там за полчаса до очередной тренировки, иначе мы добавим еще полчаса к концу командной тренировки. Затем я выполнял обычную программу, спринты на 100 метров, фитнес-тренировки и тому подобное - и после этого они полностью разрушали меня».
Нойер: «Это звучит как угодно, но только не современно...»
Майер: «Вы не ошибаетесь. Четверть часа он просто нырял вправо, потом просто влево, бах, бам, вверх и вниз, 20 раз один за другим. Это не принесло никакой пользы. Когда я работал тренером вратарей с Жаном-Мари Пфаффом в «Баварии» в 1984 году и в национальной сборной с 1988 года, для меня было важно, чтобы это было не скучно и скучно, а весело. Гораздо лучше выполнять упражнение пять или шесть раз целенаправленно, чем 30 раз подряд - вы также не нанесете один и тот же удар по воротам 30 раз за игру. К концу моей тренерской карьеры в моей программе было 146 различных упражнений, и Оливер Кан даже не догадывался, как долго мы тренировались. Через 90 минут он с удивлением спрашивал, почему мы остановились. Я также никогда не был поклонником тренажерного зала. Это хорошо в предсезонке или во время травмы. Но в течение сезона вам нужна гибкость и сила прыжка, и лучший способ получить это - на поле».
Ману, насколько высоко мы должны оценить новаторскую работу Зеппа?
Нойер: «Это достижение всей жизни, без сомнений. Когда я разговариваю с людьми из других поколений, будь то Оливер Кан или мои тренеры вратарей, Зепп является образцом для подражания для всех. Он сделал так, чтобы подготовка вратарей была структурированной и конкретной, чего раньше просто не существовало».
Зепп, напротив, Мануэль, как говорят, произвел революцию в современной вратарской игре. Что вы думаете по этому поводу?
Майер: «Мануэль был первым вратарем, для которого было совершенно нормально выходить на поле и принимать участие. Он всегда в гуще событий, у него это получается идеально. И я уверен, что если бы «Бавария» использовала его в качестве центрального нападающего с его техническими навыками, он тоже мог бы это сделать. Вы можете пройти на его левую или правую ногу, это без разницы - у меня была только левая нога для того, чтобы носить пиво, как говорится. Вратари сегодня должны быть такими же двуногими, как и полевые игроки, иначе у них нет шансов на самом высоком уровне. Раньше нам это было не нужно, потому что нам всегда разрешали подбирать мяч, даже после паса назад. Лично я считаю фантастикой, что это правило было отменено, оно в корне изменило вратарскую игру, и от вратарей внезапно потребовали играть совершенно по-другому. Теперь они гораздо более интегрированы с полевыми игроками, чем в мое время».
Насколько важны уверенность и смелость во вратарской игре?
Нойер: «Харизма может иметь решающее значение для вратаря. Я последний, полис страхования жизни моей команды, поэтому я должен показать сопернику: остановитесь, вы не сможете пройти мимо меня! Как вратарь, ты должен иметь это самовосприятие, иначе тебе нечего будет играть на этой позиции».
Майер: «Вы должны завоевать уважение своего соперника. Если они знают, что нет смысла даже пытаться с 20 метров против вас, они начнут слишком много думать о каждой атаке. Харизма – это основа и конечная цель, и в вратаре нет места страху. Когда меня спрашивали, какого нападающего я боюсь, я отвечал: никакого, потому что единственный, кого я бы боялся, играет в моей команде: Герд Мюллер».
Однако, будучи вратарем, вы можете быстро стать козлом отпущения, когда мяч заходит в ворота.
Нойер: «Я всегда вижу вещи немного по-другому, потому что не Майер или Нойер играют против другой команды, а против всей нашей команды. Все должны ввязаться и дать бой».
Майер: «Я говорил, что каждый пропущенный гол был неудержим. Это было похоже на рефлекс, защитный настрой. Кто-то наверняка пропустил пас или потерял мяч. Никому не разрешалось разговаривать со мной в течение двух или трех дней после этого - я мог быть действительно в ярости».
Нойер: «Человеку свойственно развивать чувство защищенности, я сам иногда чувствую это. Но я для себя поняла, что могу быстрее очистить голову, если буду говорить об этом открыто и признавать свою ошибку перед самим собой. Тогда я могу двигаться дальше. Однако во время матча у меня вошло в привычку полностью блокировать ошибку, которая привела к пропущенному голу, и говорить себе, что счет все равно 0:0. Я блокирую его до финального свистка и не позволяю никакой неуверенности в себе закрасться».
Майер: «Это хорошее отношение. У вратаря нет места для сомнений в себе. Потому что, когда что-то поставлено на карту в действительно важных матчах, форма вратаря в этот день все равно определяет от 60 до 80 процентов исхода. Если у вас будет хороший день в качестве вратаря в финале, это половина успеха для вашей команды. Так было со мной в финале чемпионата мира 1974 года, но еще больше в полуфинале против Польши. Или для Мануэля — финал Лиги чемпионов 2020 года против ПСЖ. Если вы хотите выиграть Лигу чемпионов, вам нужен сильный вратарь, который уверен в себе. Точка».
Зепп, вы провели невероятные 442 матча подряд в Бундеслиге. Не становится ли скучно в какой-то момент, когда ты выходишь на поле на одном и том же стадионе в сотый раз?
Майер: «Я никогда не осознавал этого забега – только когда репортер однажды сказал мне, что хотел бы дать интервью и сфотографироваться на Олимпийском стадионе во время моего 400-го матча подряд, я понял это. Но я также помню, что позже, после серьезной автомобильной аварии в 1979 году, я сразу же сказал фельдшеру в машине, что мне обязательно нужно снова быть в форме на выходных, чтобы я мог продлить свой бег».
Это эквивалентно 13 годам подряд. Ману, как это звучит?
Нойер: «В наши дни невообразимо, как Зеппу это удалось. Я приехал в Мюнхен в 2011 году, так что примерно столько же времени. Вы никогда не тянули мышцы и не простужались, или вам просто не нужна была передышка?»
Майер: «Никогда. Я получил травму только однажды, когда Уве Зеелер ударил меня коленом коленом во время навеса в Гамбурге в 1965 году. И поскольку у нас тогда не было замен, Герд Мюллер вышел на поле вместо меня. Я лежал позади него, когда его лечили, и я указывал ему: «Иди туда, иди туда!» «Гамбург» почувствовал свой шанс, Шарли Дёрфель забивал один навес за другим. Но Герд, будучи центральным нападающим, знал, куда должны идти навесы, и перехватывал их кулаками. Затем наш врач быстро сделал мне пару уколов, я стиснул зубы - и снова пришел в себя».
Прозвище Зеппа было «кот из Анцинга». Ману, почему у тебя на самом деле нет такого ника - и что было бы уместно? Может быть, «Татце» (лапа) из Тегернзее?
Нойер: «Звучит неплохо, я бы пошел на это».
Майер: «Или «акула из Тегернзее», то, как он огрызается [при отборе мяча]. Но это было другое время для нас. «Кайзер», «Бомбист нации», «Адлер (Орел) из Гизинга», «Булл» (Бык) — у всех нас было какое-то имя».
Что бы вы хотели, чтобы люди сказали о вас?
Майер: «Они всегда будут вспоминать нас с любовью. Я во всяком случае (смеется). И Ману тоже, он здесь уже так долго, он почти настоящий баварец».
Нойер: «Я думаю, что мы оба являемся хорошим примером того, что у «Баварии» никогда не было проблем с вратарями, и что хорошие вратари играли здесь во все эпохи. В «Баварии» много легенд, и, надеюсь, в будущем всегда будут новые легенды, потому что это означает, что клуб все еще успешен».
И настоящим вы официально предоставляете баварское гражданство Ману, Зепп?
Майер: «Похоже на то. Он давно это заслужил. Он настоящая лапа из Тегернзее.