Одно лицо
– Мариша, а ты знаешь, что двух одинаковых снежинок не бывает? – спросила Варя, заботливо обкатывая последний снежок и прилаживая его снеговику вместо валенка.
– Прям! – хмыкнула Мариша.
– Честно-честно! Все снежинки разные. Хоть на чуточку, но отличаются.
– А то вот ты все их проверила!
– И проверять не надо. Нам Ольга Сергеевна так сказала. У каждой снежинки свой узор! Хоть сто мильонов сравни, ни одна не будет похожа.
– А вот звери бывают похожие. Таськина Пушинка похожа на кота Матроскина.
– И люди бывают! Мне Ольга Сергеевна сказала, что я похожа на одну певицу, только я фамилию забыла.
– А снеговик похож на папу!
Варя подняла глаза. Снеговик, которого они лепили с самого обеда, действительно выглядел очень знакомо. У него была такая же лысая круглая голова, такое же выдающееся пузико… Добавляла сходства и напяленная ему на макушку вместо ведра найденная в сарае папина старая шапка.
– А папа не обидится? – осторожно спросила Мариша. – Вдруг он подумает, что мы нарочно?
– Н-не знаю, – растерялась Варя. – Давай на всякий случай его немножко переделаем! Только как?
– Я придумала, – обрадовалась Мариша. – Давай ему очки наденем, в очках сразу новое лицо!
Она нашла в палисаднике какую-то проволочку, ловко скрутила в два колечка с перекладинкой и водрузила снеговику очки на морковный нос.
– Совсем другое дело!
Но не успели сестры порадоваться своей смекалке, как во двор вошёл вернувшийся с катка Володя.
– Варька! Это ещё что такое!..
– Где, Володя? – непонимающе спросила Варя. – Это мы снеговика лепим с Маришей, а что?
– Вот я маме скажу, что вы дразнитесь! – крикнул брат и замахнулся на снеговика кулаком. – А ну снимайте с него очки сейчас же! Я им планшет даю поиграть, а они на меня карикатуры лепят!
– Да мы не на тебя, Володечка, – испугалась Мариша. – Мы не на тебя! Это просто он без очков на папу похож, вот мы и придумали… А не так чтоб!
– Ну ладно, – нахмурился Володя. – Но всё равно, надо как-то его изменить! Антон с Димасом придут, они знают, что мне очки выписали, а тут и снеговик в очках. Ну их совсем!
– Давай я что-нибудь еще добавлю, – примирительно сказала Варя, которую возможный гнев папы беспокоил больше, чем Володина репутация. – Чтоб сразу было понятно: это не ты.
– Хорошо, – согласился брат. – Давай так!
Он огляделся вокруг себя, подпрыгнул и, ухватив ветку клёна, общипал с неё целую пригоршню уцелевших сухих «самолётиков».
– Может, эти штуки годятся?
– Годятся! – закричала Мариша. – Давай их скорее вот сюда натыкаем и будет борода! С бородой никто не подумает, что это ты!
Едва троица успела воплотить свой план, как калитка опять заскрипела.
– Здоров, молодёжь! С наступающим! О, да я смотрю, у вас тут творческий процесс полным ходом!
– Здравствуйте, тётя Аня! С наступающим!
– А это кто же тут у вас такой?.. Никак дядя Миша?!
Тётка опустила сумки на снег и захохотала.
– Ой не могу! Ой ну вы даёте! Это кто ж вас надоумил, ты, что ль, Вовка, сестёр плохому учишь?
– Да нет… я что, я ничего, – растерялся Володя. – Это просто снеговик, сам по себе.
– Ну да! А то я не вижу! Вот так вот ещё шарфик подвязать… – тётя Аня, недолго думая, сняла с себя полосатый шарф и набросила его на снеговика, кокетливо перекинув конец за плечо. – Ну! Полюбуйтесь-ка, вылитый Михаил Леонидович, собственной персоной! Ещё б ему пульт от телика в руки, и с двух шагов не отличить!
Он опять прыснула, подхватила сумки и пошла в дом. Над крыльцом вспыхнула лампа – наверное, мама увидела из кухни, что на дворе темнеет. Луч фонаря красиво подсвечивал элегантный шарф и растрёпанную кленовую бороду снеговика.
– А дядя Миша меня обещал на квадроцикле покатать… – вздохнула Мариша.
– Если он это увидит, плакал твой квадроцикл, – убеждённо сказал Володя. – Давайте дальше думать.
– Может быть, – предложила Варя, – сделаем ему сигарету из палочки? Дядя Миша не курит!
– Дядя Миша не курит, а дедушка Дима ещё как! И борода у него тоже есть.
– Может, тогда лопату ему в руки дадим?
– Ага! Будет похож на Игоря Алексеевича из пятого дома, они с папой вчера ругались, что он снег не чистит!
– Ну я не знаю, что ещё придумать! – Варя схватилась руками за голову. – И так плохо, и так плохо, да что же за снеговик такой заколдованный!
– Стой, стой! – крикнула Мариша. – Я придумала! Разойдитесь-ка!..
Она деловито подкатила к снеговику валявшийся возле поленницы чурбачок и вскарабкалась на него. Потом сняла со снеговика тёти Анин шарф, расправила и обмотала на манер платка вокруг снеговичьей головы. Прямо поверх шапки.
– Всё! Это будет девочка! А не папа, не дядя Миша, не дедушка и не ты, Володя!
– С бородой?! – ахнула Варя.
– Бороду не видно, я её замотала!
– Он в платке как дура!
– Зато не мальчик!
Сёстры заспорили, но тут из окна донёсся мамин голос.
– Ребята! А ну, давайте сюда! Сейчас уже гости придут!
– Гости! – закричали все трое хором и побежали к дому.
Володя, пропустив Варю и Маришу вперёд, на секунду замешкался на крыльце. Снеговик, укутанный в шарф так, что наружу торчала только морковка, стоял один посреди двора и казался очень растерянным.
– А по-моему, – прищурился Володя, – по-моему, он всё-таки немножечко напоминает бабушку Раю.