Поэты Английского Возрождения. XVI век. Часть I.
В XVI веке королевский трон в Лондоне занимала одна очень интересная династия, на долю которой выпало осуществить немалый вклад в культуру и развитие всех слоев английского общества. Я говорю о Тюдорах. Поэтому, для начала, считаю, что следует напомнить уважаемому читателю последовательность «замещения монаршей должности», которая сложилась в этом столетии.
Итак,
Генри VII. Первый Тюдор на троне.
Генри VIII. Сын вышеупомянутого короля, чьё правление было богатым на события разного рода: от бесчисленного, по тем временам, количества жён, до реформации церкви.
Эдвард VI. Вступив в должность девятилетним мальчиком, прожил на этом свете всего 15 лет. Продолжил дело отца в части Реформации.
Мария I или «Кровавая Мэри». В целом, неплохой персонаж. В юности сильно натерпелась от страсти отца к Анне Болейн. Получила строгое католическое воспитание, поэтому, взойдя на престол, попыталась «закрыть на учёт» англиканскую церковь, но не сложилось: то ли дрова кончились, то ли еретики искусно прятались.
Елизавета I. Эта женщина положила основу той Англии, которая впоследствии назовется Великобританией.
Да, Джейн Грей, как вы понимаете, не считается.
Именно в эпоху серьезных перемен, когда «старое» ещё до конца не сметено, а «новое» ещё не закрепилось, стал возможен бурный расцвет творческой мысли на туманном острове, серьезно повлиявший на национальную литературу.
Сразу хотелось бы пояснить, что я не ставлю себе целью «объять необъятное» и, потому, затрону только некоторых представителей английской поэзии живших в XVI веке, не касаясь, например, тех же Шекспира или Мора (на последнего нужно писать отдельный материал ибо монументальнейшая личность). Также, прошу прощения за то, что мною будут изложены только основные факты из биографий и минимальное количество стихотворений, поскольку о жизни и творчестве каждого из этих людей можно написать добротный лонгрид.
Джон Скелтон (1460 – 1529 гг.)
Невозможно сказать точно «чьих» он был, но явно не из простого народа, поскольку писать-читать-считать в те годы могли далеко не все. Особенно в «низших» сословиях. Тем же «оттуда», кому подобное удавалось, редко выпадал шанс стать придворным поэтом.
Скорее всего, Скелтон имел дворянское происхождение, но к какой именно знатной фамилии он принадлежал, как не странно, так и осталось загадкой на века. Нрава был достаточно любвеобильного и веселого, да так, что последнее часто переходило в откровенный троллинг духовенства. Вдохновлялся женской красотой, и оное совершенно не помешало ему посвятиться в духовное звание.
«…Пивной бочонок, ну где твоя страсть?
Который сон, засоня, глядишь?
Ты перепился, проспался всласть,
Глянь, лежебока, один лежишь!
Теперь поплачешь да покричишь.
Ты с ней опозорился, жалкий пьянчужка
Оставила с носом тебя подружка.»
К слову, успел побывать и наставником принца Генри (будущего Генри «ХОЧУ ЖЕНИТЬСЯ» VIII), и тайно связал себя узами брака со своей служанкой, имя которой, увы, не сохранилось.
«Ты мнишь: как сон, опасности минуют,
Желаний всех исполнится порыв.
Но берегись, судьба игру двойную
Ведет, в рукав крапленый козырь скрыв, —
Вот так под кожей кроется нарыв.
Безоблачна, помни́л ты, жизнь твоя,
Но берегись, в траве шуршит змея.»
Да уж, «в траве шуршит змея»…. Факт связи с горничной стал известен «высокому начальству» и некоторым прихожанам, которые подняли «гром возмущения», дескать, мало того что он поэт, так ещё и блудник... Притом, как в таком случае её имя для потомков осталось неизвестным, мне лично не понятно! Тем не менее, на некоторое время его запретили в служении. Однако, ненадолго: слишком уж много у него было друзей и почитателей.
Поэтому умер он не в нищете всеми покинутый, а вполне себе сытым и довольным жизнью в очень преклонном для тех лет возрасте.
Томас Уайетт (1503-1542)
Честно говоря, из всех английских поэтов данного периода сэр Томас – мой самый любимый, но его творчество, как бы это сказать, «не для всех», потому что многим, кто читал его (хоть в оригинале, хоть в переводах русских поэтов), может показаться некая депрессивность в строчках, но обо всё по порядку!
Как и полагается представителям аристократических фамилий, имел хорошее образование, которое позволило ему состоять на дипломатической службе, где он проявил себя весьма незаурядным сотрудником. Личная жизнь у него не сложилась. Легендарными стали его потуги добиться взаимности от Анны Болейн, но….
«…Кто хочет, пусть охотится за ней,
За этой легконогой ланью белой;
Я уступаю вам – рискуйте смело,
Кому не жаль трудов своих и дней.
Порой, ее завидя меж ветвей,
И я застыну вдруг оторопело,
Рванусь вперед – но нет, пустое дело!
Сетями облака ловить верней.
Попробуйте и убедитесь сами,
Что только время сгубите свое;
На золотом ошейнике ее
Написано алмазными словами:
«Ловец лихой, не тронь меня, не рань:
Я не твоя, я цезарева лань».
Тем не менее, «цезарева лань», она же Энн Болейн, «допрыгалась» до того, что король Генри, в итоге, решил развестись с ней достаточно своеобразным способом, за что многие ему в каком-то смысле остались благодарны. Многие, кроме сэра Томаса Уайетта:
«…Какая потеря, теперь ты мертва,
То плата за страсть и любовь короля.
Лишь ветка гнилая поплачет со мной,
Тебя я запомню навечно живой.
Друзья твои тоже уйдут без возврата,
Но верю, мы встретимся где-то, когда-то…
Мне сердце разбили кровавые дни,
Страсть и юность навечно ушли.
В стремленье тщеславном слепа ты была,
Чем выше летаешь, тем дальше земля,
Тем громче падение.
Теперь ты мертва.»
Он вроде бы даже женился, но его супруга что-то не слишком была счастлива от того что её муж – поэт… Впрочем, при жизни он себя так не называл, считая стихосложение не более чем увлечением (замечу: именно благодаря такому вот хобби был облагорожен слог в английской поэзии). От брака с леди Элизабет Брук родился сын, Томас Уайетт-младший, которого казнят при королеве Марии за участие в мятеже.
Старший же Уайетт, уже в зрелые годы, на некоторое время оказался в опале, но король Генри VIII дал ему слово, что «всё прекратится», как только сэр Томас помирится со своей женой (надо сказать, что домоводство точно не являлось добродетелью для леди Элизабет). Самое интересное, что на тот момент он уже несколько лет сожительствовал с совершенно другой женщиной, которая родила ему троих детей... Притом, звали её тоже Элизабет Не то ему это женское имя нравилось, а не то решил подойти практично, дескать, чтоб не перепутать. Скрипя сердце, поэт согласился, но буквально меньше чем через год после такого шага тяжело заболел, и в возрасте 38 лет умер.
Генри Говард (1517 – 1547)
Человек благороднейшего происхождения, кровный родственник английским королям из династии Плантагенетов. Посему, на Тюдоров и их порядки посматривал с неким недоумением, вроде «а вы тут что делаете?». Однако, на каждом углу об этом, естественно, не кричал, потому, наверное, и смог прожить почти тридцать лет, попутно успев доказать королю Генри VIII свою верность подавляя народное недовольство религиозной политикой государства.
В краю, где солнце опаляет травы
Иль растопить никак не может лед;
Где жар его - умеренного нрава;
Где люд умен, печален или горд;
В обличьи низком иль в высоком сане;
В ночи бескрайней иль коротком дне;
В погоде ясной иль в густом тумане;
В расцвете юном или в седине;
В аду, иль на земле, иль в кущах рая;
В горах, в долине или в пенном море;
На воле, в рабстве, - где б ни обитал я;
Больным, здоровым, в славе иль в позоре:
Я – твой навек, и это лишь одно
Утешит, если счастья не дано.
В плане «счастья» про таких как Говард говорят: «хитер как змей и выпить не дурак». Нрав имел самый что ни на есть боевой, поэтому он не брезговал зайти в какой-нибудь «пролетарский» паб, где он мог, «продегустировав» разные вкусности, ввязаться в драку, при том иной раз не важно за кого и с кем, главное – поучаствовать в честном мордобое «стенка на стенку».
Что нам для счастья нужно, друг?
Иметь спокойный нрав природный,
Наследство из отцовских рук,
Земли участок плодородный,
В здоровом теле здравый дух
И друга, ровню и надёжу,
Не быть драчливым, как петух,
Не быть лакеем у вельможи,
Затейных блюд не признавать,
Быть мудрым, простотой пленяя,
Дела под вечер забывать
И пить, рассудок не теряя,
Супругу, верную навек,
Глубокий сон, отраду ночи, –
И, умирая, человек,
Ты смело смерти взглянешь в очи.
Кстати, сэр Генри был в прямом смысле этого слова учеником Томаса Уайетта. Посему, когда тот умер, то благодарный ученик не оставил своего учителя без посвящения, в котором он, в первую очередь, восхищается человеческими и профессиональными качествами Уайетта, венчая оное словами:
«…Сколь ни скорби теперь - все будет мало;
Земля, какой Алмаз ты потеряла!»
Как это не будет прискорбным, но свою жизнь Генри Говард, граф Суррей (в некоторых переводах – Сарри) закончил на эшафоте. Дело в том что Кэтрин Говард, жена короля Генриха VIII (только не спрашивайте какая по счету!) была обвинена в измене и низложена из монаршего достоинства. И что тут такого, спросите вы, дескать, может, просто однофамильцы? Увы, нет: она приходилась ему двоюродной сестрой, и с её падением все Говарды, что-либо из себя представлявшие, были «зачищены». И Генри тоже.
Продолжение следует….
С уважением ко всем прочитавшим,
Хандога Дмитрий
https://vk.com/catx2 (наш авторский паблик. заходите, рады всем!)
https://vk.com/kaiserundallah (наши партнеры)