Декабрь 1941: IV. Посреди океана

Этот тихоокеанский атолл европейцы впервые открыли ещё в середине XVI в. Но поскольку на трёх маленьких, за­рос­ших кустарником необитаемых ост­ров­ках не имелось ничего интересного (даже источников пресной воды), то два с по­ло­ви­ной века он так и оставался «ничейным». США объявили атолл сво­ей тер­риторией ещё в 1899 г., но применение ему нашли лишь в 1935 г.

На Уэйке построили один из промежуточных «гидроаэродромов» и гостиницу для отдыха пас­са­жиров че­ты­рёх­моторных «воздушных клиперов», летающих ло­док авиакомпании «Пан Америкэн», совершавших пассажирские рейсы через Тихий океан по мар­шруту Сан-Франциско – Гонолулу – Мидуэй – Уэйк – Гуам – Манила, общей протяжённостью 12,5 тыс. км.

В начале 1941 г., когда на Тихом океане уже очень отчётливо запахло войной, в Ва­шингтоне было принято решение по­ст­ро­ить на пяти стратегически распо­ло­же­нных атоллах авиабазы ВМС США, а также организовать их оборону. Среди них был и Уэйк, на который в начале лета прибыло более 1200 гражданских стро­ителей. Им предстояло построить казармы, укрепления и бетонную взлёт­но-посадочную полосу длиной 1520 м, способную принимать даже тяжёлые че­тырёхмоторные бом­бар­ди­ров­щи­ки. А в середине августа 1941 г. на атолл нача­ли прибывать вооружение и первые подразделения из состава 1-го батальона бе­реговой обороны Корпуса морской пехоты США, которые должны были соста­вить гарнизон атолла.

К началу декабря 1941 г. контингент морской пехоты на Уэйке под командо­ва­ни­ем капитана 2-го ранга Уинфилда Ка­нин­г­хэма состоял из 388 человек лич­но­го состава, включая 15 офицеров (по штату батальон береговой обороны до­лжен был на­с­чи­ты­вать 939 человек, включая 43 офицера), и имел на воору­же­нии:

• 6 (три батареи) 127-мм/51 береговых орудий – бывшие орудия вспо­мо­га­те­ль­ного калибра с линкора «Техас»
• 12 (три батареи) 76,2-мм/50 зениток – бывшие универсальные корабельные орудия также времён Первой Мировой
• 18 зенитных 12,7-мм пулемётов с водяным охлаждением
• 30 станковых 7,62-мм пулемётов с водяным и воздушным охлаждением

На первый взгляд, достаточно внушительно для крохотного атолла, однако на са­мом деле имел место дикий не­ком­п­лект как технических средств, так и лич­но­го состава. Одна из 76,2-мм зенитных батарей была пол­ностью ли­ше­на рас­чётов, а в двух других личного состава хватало лишь на три орудия из четырёх. В результате, из 12 зениток реально бо­е­способны были лишь шесть.

На три батареи зениток имелся лишь один комплект систем управления огнём, так что вторая ра­бо­чая батарея должна была использовать данные первой, пе­ре­даваемые по телефону. Таким образом, батареи не могли вести огонь по раз­ным по дальности и высоте целям. И даже на зенитные и пехотные пулемёты имелась лишь половина от штатного количества личного состава, поэтому было решено, что расчёты будут попросту перебрасываться с одних позиций на дру­гие, в зависимости от боевой ситуации.

Как нетрудно догадаться из вышесказанного, так называемое «пехотное запол­не­ние» ук­реп­рай­она – обычные стрелки в окопах – в данном случае вообще от­су­т­ствовало как класс. И наконец, запланированый ра­ди­о­ло­ка­тор ПВО так и не был доставлен, более того, у батареи управления зенитным огнём отсутствовал даже штатный акустический ло­ка­тор, так что обнаруживать вражеские самолё­ты зенитчики могли лишь визуально.

4 декабря, за четыре дня до начала Тихоокеанской войны, на борту авианосца «Эн­терпрайз» на Уэйк была, наконец, до­ста­в­лена авиационная составляющая гарнизона. Это бы­ла 211-я истребительная эскадрилья морской пехоты непол­но­го состава, 12 морских истребителей «Грумман» F4F-3 «Уайлд­кэт». Соответ­с­т­венно, личный состав контингента морской пехоты по­пол­нил­ся 12 пилотами и 49 авиатехниками.

После получения сообщения «Авиационная атака Пёрл-Харбора. Это не учения.» на Уэйке не стали жевать сопли, как это про­и­зошло на Филиппинах. Гарнизон атолла был немедленно поднят по боевой тревоге, а с рассветом была орга­ни­зо­вано не­пре­рыв­ное дежурство в воздухе четвёрки истребителей. Однако эти ме­ры не особо им помогли.

Американские истребители на­хо­ди­лись на эшелоне 3500 м, когда около 12:00, умело прячась в облаках 600 метрами ниже, к атоллу вышли 36 япо­н­ских двух­моторных морских бомбардировщиков «Мицубиси» G3M, на рассвете выле­тев­ших с ближайшей японской базы на атолле Кваджалейн в 1300 км южней Уэйка. Они прицельно вывалили свой груз 100-кг авиабомб, до­полнив это штурмовкой из 20-мм пушек, после чего безнаказанно скрылись в тех же облаках.

Из восьми находившихся на земле «Уайлдкэтов» семь были сожжены, а восьмой отделался пробитым резервным бензобаком. Весь аэродром оказался залит го­ря­щим бензином не только из полностью заправленных самолётов, но и из раз­битого бомбой топ­лив­ного танка на 95,6 тыс. литров, а также нескольких 200 л. бочек. Кроме того, была разбита радиостанция уп­рав­ле­ния авиацией. Заодно снесли причал для гидросамолётов и ремонтный ангар «Пан Америкэн».

Потери лич­ного состава оказались не менее серьёзными. В момент авиаудара пилоты пытались поднять свои машины в воздух, в ре­зуль­тате два лётчика по­гибли на месте, ещё один вскоре умер от ран, все остальные также получили ра­нения. С наземным составом эс­кад­рильи было ещё хуже – из 55 авиамеха­ни­ков 23 были убиты или умерли от ран, ещё 11 получили тяжёлые ранения.

Вишенкой на торте стала посадка патрульной четвёрки. Один из пилотов не за­ме­тил воронки от авиабомбы, его ис­т­ре­би­тель скапотировал и серьёзно повре­дил двигатель, не говоря уж о пропеллере. Таким образом, 211-я истребитель­ная эс­кад­ри­лья морской пехоты за 10 минут авианалёта потеряла 75% матчасти и 60% личного состава. В то время как японцы отделались лёгкими поврежде­ни­ями нескольких машин, которые не помешали им вернуться на базу. Первый раунд, как и везде в тот день, остался за авиацией Императорского флота.