«Заимствуем» по-американски

При­ня­то считать, что «заимствованием» технических решений занимаются лишь от­ста­лые и непременно «тоталитарные» страны. А тех­нически про­дви­ну­тым де­мо­кра­ти­ям чужие технологии не требуются просто по определению – им свои девать неку­да. Да и вообще – им нимб воровать мешает.

На земле

В ходе испано-американской войны 1898 года и филиппино-американской 1899-1902 годов воины света дяди Сэма вне­зап­но выяснили, что их только что принятые на вооружение магазинные винтовки и рядом не валялись с оружием даже далеко не самых крутых на свете противников – испанцев и только что «ос­вобождённых» филиппинцев с их «Маузерами» обр. 1893.

Кончилось тем, что в 1900 году американские военные притащили в казённый арсенал в Спрингфилде как трофейные ство­лы, так и новый хит от того же про­изводителя, небезызвестный «Гевер 98» – «Хотим что-то типа этого!»

Сказано – сделано. В сжатые сроки была разработана и принята на вооружение отличная винтовка «Спрингфилд» М1903, верой и правдой прослужившая ВС США до конца Второй Мировой. Спустя три года к ней создали ещё и патрон с ново­мод­ной остроконечной пулей – всем известный и до сих пор популярный .30-06 (7,62×63-мм).

И всё бы хорошо, если бы не фирма «Ваффенфабрик Маузер», где решили, что их американские коллеги слишком уж бук­вально поняли пожелание своих во­енных, а посему неплохо бы заплатить за «заимствования». Те были настолько очевидны – от конструкции затвора до обоймы – что американцы не стали упи­раться и раздувать скандал, а по-тихому отстегнули 200 тыс. баксов. Немалые по тем временам деньги, если что.

Но тут нарисовалась ещё одна немецкая компания – DWM. Их претензии каса­лись уже пули к патрону .30-06 – за это заимствование они выкатили счёт в 250 тысяч. На этот раз американцы попытались замотать дело в судах, а тут ещё и Первая Мировая кстати началась… Но немцы оказались упорными, и прави­те­ль­ству США всё же пришлось заплатить. Пусть только в 1928 году, но зато за­мет­но больше, чем требовалось изначально – 412,5 тыс. долларов.

Под водой

С самого начала боевых действий на Тихом океане в ходе уже Второй мировой опять же внезапно выяснилось, что с аме­ри­канскими торпедами всё обстоит си­льно не очень. Они то шли на три с лишним метра глубже, чем надо, то на них глючили взры­ватели. Причём не только навороченные магнитные, но и даже ста­рые и надёжные контактные.

Усугублялось это тем, что монопольный разработчик и производитель – ка­зён­ная торпедная станция в Ньюпорте – ка­те­го­ри­чески отказывалась признавать свои косяки и упорно валила всё на кривые руки подводников. В результате эпо­пея под наз­ва­нием «Великий торпедный скандал» затянулась до конца 1943.

Неудивительно, что моряки с самого начала начали посматривать «налево». Уже весной 1942 года они притащили в Нью­порт немецкие электрические торпеды G7e – раз уж свои до ума довести не можете, так хоть скопируйте вот это по-бы­строму. На что главные торпедные гуру США гордо ответили, что ничего ко­пи­ро­вать не будут, а сделают гораздо лучше!

Ага, знаем мы уже это ваше «лучше»… Трофеи из Ньюпорта забрали и обра­ти­ли­сь к частнику, компании «Вестингауз». Те не стали выпендриваться – любой каприз за ваши деньги – и действительно по-быстрому слепили на базе «не­мки» свою тор­пе­ду Mark 18. Не самых выдающихся характеристик, зато серь­ё­зно дешевле парогазовых. Так что к концу войны на них при­хо­ди­лось больше половины торпед, выпускаемых американскими подлодками. На этот раз па­тен­тных претензий не последовало.

И в небе…

Схема с вращающимися в противоположные стороны соосными винтами во­з­ник­ла одновременно с идеей собственно вер­то­лёта – она была очевидна со времён Леонардо да Винчи до первых опытов Игоря Сикорского в начале XX века. Однако из-за сложности её реализации более востребованными оказались вертолёты с хвостовым винтом. Единственной страной, где эти сло­ж­ности по­бе­дили на уровне серийных машин, стал СССР с его линейкой вертолётов ОКБ име­ни Н. И. Камова.

Отдельные злые языки утверждают, что «не имеющими аналогов» они стали ли­шь потому, что больше никому эта схема на­фиг была не нужна. Другие, не ме­нее злые, клевещут, что те же американцы пробовали это ещё в 1960-х. На­пример, в виде про­тиволодочных беспилотников «Джиродайн» QH-50 и не­ко­торых других моделей. Но как-то не срослось. Так что может они «просто не уме­ли их готовить»?

Между тем из семи участников конкурсов по американским программам FLRAA и FARA – перспективные дальний удар­ный и разведывательно-ударный вер­то­лё­ты – три внезапно оказались выполнены по той самой «никому не инте­рес­ной» и «бес­пер­с­пективной» соосной схеме: «Сикорски-Боинг» SB-1, «Сикорски Рейдер Х» и AVX/L3 CCH.

При этом представитель AVX не особо комплексуя сообщил, что массу проблем им позволила решить «неожиданная от­кры­тость русских в области тех­но­ло­гий». В частности, такую серьёзную, как уменьшение расстояния между роторами, а так­же обеспечить общее облегчение конструкции. У «Сикорского» скромно про­молчали.

Медленно и печально

Заимствование технических решений – от «честной» покупки лицензий, много­чис­ленные примеры чего я просто не стал здесь приводить, до «нечестного» про­мышленного шпионажа или реверс-инжиниринга – это просто суровая ре­аль­ность. Обы­ч­но это просто способ быстро, «рывком» преодолеть техно­ло­ги­чес­кое от­ста­ва­ние в какой-то области.

И использовать этот спо­соб ни­ко­гда не брезговали даже в самых продвинутых в технологическом плане странах, и здесь я привёл лишь самые из­вест­ные и яр­кие примеры про США. С тем же успехом можно сделать такой же наброс про лю­бую другую страну – про СССР я, кстати, тоже недавно подобное писал в за­мет­ке «При Сталине такого не было», или Автаркия по-советски.

P.S. По опыту первой публикации приведу одну из цитат, на которых ба­зи­ру­ет­ся «притянутый за уши» третий пункт:

According to chief executive Troy Gaffey, AVX used data provided by the Russian he­li­copter maker Kamov to reduce the separation between the rotors and offer a lighter attack aircraft than others with rigid rotors, similarly to what Kamov did with its Ka-50 “Black Shark”, the world’s first operational helicopter with an ejec­tion seat and single seat version of the Ka-52 “Alligator”. Gaffey told to Vertical Magazine’s reporters: “The Russians have been flying coaxials for years. Sur­pri­si­ng­ly, they’ve been very open with their technology. They have presented technical papers at various meetings and one of the subject matters they have investigated is the clearance between the rotors. They have developed a criteria for clearance that works.” theaviationist.com

Подкинуть автору на кофе и сигареты можно здесь.