Кафе «СКАНЕР»

(фантазия на вольную тему)

1.

Кафе «Сканер», что в самом центре провинциального Энска, где многие, однако, думали, что именно здесь пуп Земли, было весьма популярным у местной молодёжи. Да это и не кафе, скорее, молодёжный клуб на базе торгово– развлекательного центра – здесь встречались, толклись, тусили, как говорит сама молодёжь, здесь бесплатный Wi– Fi круглые сутки и дискотека с вечера и чуть не до утра. Здесь кофе и всё прочее, если кому надо покрепче. И покушать тут можно за вполне умеренные деньги. А главное, здесь в любое время дня и ночи можно купить мефедрон – самый популярный нынче наркотик, самый доступный и почти что самый дешёвый, если брать соотношение цена– качество, где речь о скорости прихода и полноте эйфора. Сравните: грамм кокаина стоит 17 тысяч, грамм мефа , «мяу– мяу», «муки» или «соли», как говорят мефедронщики, можно взять в любом городе в среднем за 1000– 1500 рублей. Это примерно 10 доз на первой стадии в зависимости от способа приёма. А эффект почти тот же! Правда, кайф держится значительно меньше, приходится почти сразу добавлять. Это у сидящих на мефе называется марафон, когда вводится чуть не подряд доза за дозой.

На меф подсаживаются очень быстро, со второго, как правило, приёма. Избавится от наркозависимости самостоятельно никому ещё не удалось. Во всяком случае, врачам– наркологам такие примеры не известны.

Мефедрон – синтетический дизайнерский наркотик, то есть рукотворный. Простота его изготовления пугает, ибо бороться с этим почти невозможно. В любом гараже может быть развёрнута лаборатория по производству мефа, не говоря уже про кухню ил подсобку в любой кафешке. Есть случаи, когда «соль» получали в автобусе, припаркованном возле крупного торгового центра. Производство и сбыт – всё одном месте.

В кафе «Сканер» меф делали прямо на кухне. Ингредиенты все доступные, незапрещённые. Готовую продукцию реально не отличишь от муки. Полицейские собаки натренированы на кокаин, гашиш и прочую классическую наркоту, а синтетический меф они не ловят. Наверное, можно их научить находить и этот наркотик, но специфика его такова, что производители постоянно изменяют состав, оставляя неизменным наркотические свойства. Унюхать уже нельзя, а убить человека –можно. Не сразу, конечно, но деградация мефедронщика вплоть до летального исхода настолько стремительная, что спасать бывает уже некого.

Владелец кафе «Сканер» Валера Самойлов давно перебрался в Таиланд, перепоручив все дела своему брату Виктору. Тот в молодости отсидел за пьяную драку с поножовщиной, в зоне завёл крепкие связи в криминальном мире и по выходу на свободу сразу стал членом банды «Локомотив», что крышевала весь местный торгово– развлекательный бизнес, проституцию и наркоторговлю. В «Сканере» это всё сошлось под одной крышей, а потому здесь охранниками и вахтёрами были боевики с двумя, а то и тремя ходками на зону.

Годовой доход «Сканера» приближался к миллиарду, львиную долю в прибылях составляли мефедрон, кокаин, прочая наркота, легализация отжатой у предпринимателей налички, а ещё девочки по вызову. Местный криминал был в очень хороших отношениях с местной полицейской верхушкой. Из миллиардных прибылей всегда есть чем отблагодарить контролирующие органы за то, что они зорко и, главное, правильно контролируют.

Начальником УВД в этом регионе был генерал Василий Степанов. Старый, опытный кадр, тёртый– перетёртый до идеального блеска. В отчётах у него всегда всё нормально, нерадивых сгибал в дугу, послушных и правильно понимающих задачи решительно продвигал по службе.

Со смотрящим за регионом вором в законе Алексеем Фроловым по кличке Фрол генерал Степанов был лично знаком и поддерживал не только деловые, но даже дружеские отношения. Сам криминал здесь следил за тем, чтобы беспредел в регионе пресекался на корню. Мелкие квартирные кражи, хулиганство, угон авто, уже не говоря о том, чтобы с девочек шапки на улице срывали или сумки срезали – это исключалось. В знак благодарности Степанов сквозь пальцы смотрел на крупный рэкет, крышевание мелкого бизнеса, наркопритоны и проституцию. А почему, мол, нет? Человеку никто иглу в вену силком не вставляет и уж точно, никто не принуждает ложиться с девочкой по вызову в одну постель.

Всё было нормально, всё отработано и тикало исправно, как часики. Только вчера майор Фомин из городского управления вдруг принёс докладную, что в кафе «Сканер» настоящий наркотический вертеп, рассадник проституции, и это только то, что видно невооружённым глазом. А потому надо срочно принимать меры.

Степанов вызвал к себе строптивого майора. Тот зашёл, доложился по форме и даже каблучками стукнул – прибыл мол, по вашему приказанию. Степанов встал из– за стола, подошёл, похлопал по плечу резвого майора:

– Молодец! Докладную твою прочёл, хвалю. Возьмём в работу.

– Так давайте я доведу, товарищ генерал! Я там связи прощупал, у меня свои люди есть среди персонала. Мы их выведем на чистую воду.

– Без тебя выведут, даже не волнуйся. Тебя мы посылаем в Москву в академию МВД на повышение квалификации. Планирую тебе целый район доверить, надо чуть подтянуть уровень. Свободен! Зайди в кадры, все документы там уже готовы. Счастливой дороги!

Майор Фомин уехал в Москву на повышение квалификации, а тех информаторов в кафешке, которых он передал в докладной, уволили на другой день. Девочка– официантка под машину вскоре попала, а мужик, что электриком работал, бесследно исчез.

2.

Оно бы так всё и шло, если бы в регионе вдруг не сменился губернатор. Старый сидел в губернаторском кресле четверть века и так крепко сидел, что в страшном сне не могло привидеться, что он куда– то уйдёт. Всё кругом схвачено, за всё уплачено, схемы отработаны так, что ни сучка, ни задоринки. На границе свой переход, где в оба конца несметные деньги рекой текут. Оттуда наркота, краденое золото, камни драгоценные, палёный спирт, туда – доллары, оружие, антиквариат, донорские органы. Вот потому регион на хорошем счету и в Москве, и на главной сходке главарей воровского мира, где назначают смотрящих и определяют размер региональной дани.

Так было из года в год, и потому иной раз казалось, что время здесь остановилось. Но не это ли счастье? Это идеально, если каждый сверчок знает свой шесток, каждый поёт свою песню, но не выходя при этом за дозволенные рамки. И то хорошо, что ещё вчера было известно, каким будет послезавтра .

Смотрящий Фрол позвонил генералу Степанову по одному из «секретных» телефонов, который было позволено использовать в самых экстренных случаях.

– Вася, это я, Случай экстренный, потому и звоню. Надо встретиться. Приезжай, как можно быстрее, тебя ждут.

В каждом регионе есть свой «Домик охотника», который надёжно скрыт от посторонних глаз. Вся обслуга там из криминала, так надёжнее. Свои не по злобе, так по глупости могут сдать, и расхлёбывай потом. Усадьбу в заповедном лесу контролировал полностью «Локомотив», а поскольку места под государственной охраной, то бандиты под видом ЧОПа охраняли всю территорию, да так, что там и муха чужая не проскочит.

По дороге генерал пересел на просёлке в другую машину, а свой «Лексус» отправил в точку перехвата в условленное место. Бережёного Бог бережёт – техника сейчас достигла таких высот, что с любой высоты номера машин считывает.

Фрол поднялся навстречу гостю:

– Василий Петрович! Рад, что откликнулся, это правильно. В трудные минуты надо плечом к плечу стоять. Что делать будем? Почему старый губер ушёл? Что случилось? Неужто брать его будут?

– Успокойся, не будут его брать. Пока, во всяком случае. По моим сведениям, не хотят ворошить до поры наше болото, других забот полон рот.

– Так что посоветуешь? Концы в воду прятать? Самим на дно ложиться? Ноги делать, пока ещё возможность есть?

– Не спеши. Сам знаешь, суетливых вычислят мгновенно и первых возьмут. Посмотрим на нового. Он сам никакой, за ним тоже криминал числится. Но пока не ясно, какие ему там даны полномочия, – генерал Степанов ткнул пальцем в потолок. – Короче, мой совет: не дёргаться, не делать резких движений. Но меф из «Сканера» убери пока. Новому нужны посадки, он будет рыть землю, это понятно. Не случайно же у него вчера с чекистами была встреча. А те на старого зуб имели, он им сильно мешал, а они теперь рыть начнут сразу. Тем паче, поддержка в Москве им будет. Но вы сидите пока тихо, проявите бдительность. Будут новости, я дам знать. Всё, поехал. Некогда мне.

– Вчера майор Фомин опять был в «Сканере». Может, на рыбалку его отправить, в смысле, пусть рыб покормит. А то очень уж назойливый...

– Не смей! Героем придётся делать. Портрет в вестибюле вешать и в школе парту называть его именем. Куда ж деваться – погиб на посту! Успокойтесь, он завтра в район поедет. Но ты в кафешке подмети, чтобы от «муки» следа не осталось.

На другой день на оперативной планёрке в управлении генерал Степанов лично вручил майору Александру Фомину погоны подполковника и огласил приказ о назначении его начальником отдела полиции самого крупного в области городского округа. В напутственном по этому случаю слове сказал: выражает, мол, уверенность в том, что принципиальность, деловая хватка и профессионализм подполковника Фомина найдут своё применение в самом большом, но не самом криминально благополучном муниципальном образовании региона.

3.

Чудеса начались довольно скоро, да такие, что у видавших виды голова шла кругом. Одного за одним стали арестовывать замов бывшего губернатора и крупных чиновников из его ближайшего окружения. Дошло до того, что взяли зятя губернатора, миллиардера Бурицкого, а потом и самого Фрола.

Он сперва купил в Германии целую деревню в предгорье Альп, устроил там «райский уголок» для воров в законе и блатных, у кого есть деньги. Что его понесло в Москву в тревожное время, история умалчивает, но прямо там его и взяли за жабры в личных апартаментах, что в самом престижном месте Подмосковья. Называется место «Грязи». Только отсюда Фрол полетел не в князи, он там уже был, а прямиком в Лефортово. Генерала Степанова отправили на пенсию по выслуге лет. Его сменщик был из тех краёв, откуда пришёл новый губернатор. По всей видимости, по его протекции и поставили. Полковник полиции, молодой, резвый. Будет землю рыть, чтобы дали генерала.

И в это же время главари криминального мира на своём токовище порешили, что нового губера в этом регионе надо поддержать. Впрочем, так всегда было, это закон – власть и криминал находят, да просто обязаны найти общий язык и точки соприкосновения, иначе начинаются кровавые разборки и беспредел, которые в регионе никому не нужны – ни криминалу, ни власти. На той сходке авторитеты поставили смотрящим за регионом Витю Самойлова по кличке Сэм. Он перед тем заплатил нужным людям очень хорошие деньги и купил себе титул «вора в законе», поскольку с одной ходкой такие звания не дают. Но то когда было! Нынче в криминальном мире есть даже такие, кто и без ходок на зону в авторитетных числится. И не хочешь, так скажешь – «О, времена! О, нравы!».

Пожалуй, главная новость последних дней – Александра Фомина из самого дальнего района перевели в область и поставили замом начальника УВД по оперативно– розыскной работе. Считай, что главный сыщик в регионе теперь он. И это не предвещало криминалу ничего хорошего.

Вчера вечером Фомин пришёл в «Сканер», что называется, без охраны и по гражданке. Сел за свободный столик, попросил официантку принести кофе, американо. Фомин знал, что Сэм, как звали свои фактического владельца заведения Виктора Самойлова, уже в курсе его прихода. Знал подполковник и о том, что Сэма московские авторитеты поставили в область смотрящим. Это большие полномочия, но и большая ответственность. В криминальном мире поблажек проштрафившимся не бывает, скидок не делают ни на возраст, ни на былые заслуги.

Естественно, Сэму тут же доложили, что Фома, как звали местные бандиты неугомонного подполковника Фомина ещё с тех времён, когда он был только старлеем в угро, но уже тогда не давал покоя тем, кто страх совсем потерял.

Сэм понял, что Фома хочет поговорить и что– то важное сказать. Кабы обыск или облава, там всё иначе делается. Но с руки ли будет говорить в общем зале?

– Александр Николаевич! – воскликнул Сэм, подходя к столику, где сидел подполковник Фомин. – Приветствую от всей души! Но никогда не позволю, чтобы такой авторитетный человек сидел в моём кафе где– то в уголке, как обычный посетитель.

– Сядь, Сэм, не поднимай кипиш. Мне пару слов надо сказать тебе.

– Весь во внимании! – сказал Сэм, присев за столик. – Вы уже сделали заказ?

– Да, попросил принести «американо».

– Не рекомендую. Это не кофе. Один момент! – Сэм махнул кому– то рукой, там всё поняли без слов, кивнули и помчались исполнять приказ. – Сейчас нам принесут очень хороший кофе. Уверяю, вам понравится.

– И здесь вы обманываете людей?

– Да нет же, нет! Александр Николаевич, всё дело в сорте, обжарке и способе приготовления. Вы знаете, есть обычная «арабика». Она вполне нормальная, съедобная, приятная на вкус. А главное – доступна по цене для всех. Стандартная чашка кофе сорта «арабика» у нас в кафе стоит 120 рублей. Кстати, отметьте, в городе самое дешёвое. Некоторые барыги, извините, дерут с людей по 150 и 170 рублей. Мыслимо ли! А кофе не докладывают при этом. Вот это обман! У нас о том и речи быть не может! И потому в «Сканере» всегда битком, а у них в день посетителей кот наплакал.

Но есть, Александр Николаевич, и другие сорта кофе. Например, Блэк Айвори или Копи Лювак. Представьте себе, килограмм Блэка Айвори на мировых рынках стоит 3 тысячи долларов. Стандартная чашечка, если по нынешнему курсу, потянет на 10 тысяч рублей. Скажите, могу ли я нашим посетителям, где большинство рабочая и студенческая молодежь, предлагать такой кофе? Меня сочтут идиотом, как минимум!

Принесли ароматный напиток в фарфоровом кофейнике и очень изящные кофейные чашки, тончайшей работы. Официант разлил кофе.

– Прошу отведать, Александр Николаевич! Даже самый въедливый прокурор не найдёт здесь дачи взятки должностному лицу. Это всего лишь гостеприимство! Имею полное право угостить дорого гостя хорошим кофе. А вы даже знать не знаете, что за сорт и сколько стоит.

– Хороший кофе, это правда, – сказал Фомин, пригубив напиток весьма необычный, но очень приятный на вкус.

– Рад! Искренне рад, что вам понравился. И прошу вас, если вдруг захотите ещё раз отведать такой кофе, то просто придите и скажите, чтобы вам принесли «чёрный бивень».

– А вот это уже подкуп должностного лица, да? – улыбнулся Фомин и вновь пригубил невероятно вкусный кофе.

– Да боже упаси, Александр Николаевич! Что вы такое говорите? Нешто мы порядков не знаем? Но в любом питейном заведении есть понятие амюз– буш, презент, комплимент – подарок клиенту на усмотрение шеф– повара. Это своего рода реклама, а уж рекламировать наше кафе нам даже прокурор не запретит.

– Хорошо. Тогда прямой вопрос: вы убрали из кухни мефедрон?

Смышлёный Сэм сразу уловил, что лирика закончилась, начался серьёзный разговор.

– Давно! Обратите внимание, Александр Николаевич, я бы мог воскликнуть – боже мой, что вы такое говорите, за кого нас принимаете, в чём подозреваете и так далее. Но я с вами предельно откровенен, ибо вы со мною так же искренни. Спасибо.

– Проверять не надо?

– Да пожалуйста! Здесь всегда за базар отвечали по полной программе. Но скажу вам, что это было не самое лучшее решение. Вы полагаете, мы таким образом победили наркоманию? Уверяю вас, ещё хуже стало. Производство мефедрона в свои руки – грязные руки, подчеркну отдельно – взяли чурки, узбеки, чучмеки, простите, выходцы из Средней Азии. В гаражах, на заброшенных дачах, в грязной посуде и ни разу не мытыми руками они месят месиво и варят варево. Цены поднялись, качество снизилось, вред увеличился многократно. Что посланцы Чуркестана туда намешивают? Никто не знает! Нет, мы все это прекрасно знаем, тут много ума не надо. Про мальчика слышали, что повесился на кресте? А другой из окна выбросился. И две девочки в районе недавно повесились днём в городском саду на старой иве, слышали? Врачи точнее скажут, почему так, но эта страшная «соль», что сейчас заполонила город, провоцирует детей на суицид.

– Будем выявлять производителей и распространителей, будем беспощадно бороться со злом. И мы всерьёз рассчитываем на вас, Виктор Михайлович.

– А мы на вас можем рассчитывать, Александр Николаевич?

– В каком смысле?

– В прямом. Дайте команду и зажмурьтесь на время – мы очистим город от чуркобесов, которые травят наших детей. Это я вам гарантирую. Да, но тогда меф, кокс, мак и прочую дурь повезут из соседних регионов. Повезут не килограммами, а центнерами. В том не сомневайтесь.

– Что вы предлагаете?

– Предлагаю поручить нам борьбу с наркомафией. И уверяю вас, город и область мы очистим от залётных наркокурьеров в кратчайшие сроки. Всё будет в лучшем виде под нашим и, разумеется, вашим полным контролем. И кстати, помочь материально и адресно ветеранам органов внутренних дел – это святое дело! Тоже берём на себя. Вы только скажете, кому и сколько – мы немедленно исполним.

Фомин допил кофе, встал, протянул Сэму руку:

– Приятно было познакомиться, хотя заочно знакомы давно! Мы вскоре продолжим наш разговор. Ваши предложения весьма интересны и заслуживают должного внимания.

– Говорил же я Фролу, всегда говорил – не шипи ты, не дури, а послушай Фому…извините, меж собой мы так вас всегда звали…

– Я знаю, – кивнул подполковник. – И что Фрол ответил?

– Да что ответил…вы и сами всё знаете. Кстати, если не секрет, что у него? А то пишут в сети балаболы всякую ерунду…

– Нет, всё правда – тяжёлые на нём статьи, расстрельные.

– Ох, говорил я ему, говорил…до свидания, Александр Николаевич. Заглядывайте хоть изредка, здесь всегда вам будут рады, это я гарантирую, что называется, век воли не видать! – сказал Сэм на полном серьёзе и кивнул головой.

– До встречи. Спасибо за кофе.

Сразу, как только вышел из кафе, подполковник Фомин почувствовал прилив сил, исключительную ясность ума и какую– то необъяснимую радость в организме. Кофе всегда на него действовал возбуждающе, да и не только на него. Тут как ни крути, а кофеин, своего рода наркотик. Потому и бодрит! Но чтобы так, чтобы прямо прилив сил – это впервые. Фомин сам себе сказал вслух: «Хороший кофе! Надо будет ещё раз отведать и унести с собой – посмотрим, чего они туда подмешивают».

Едва гость удалился, Сэм пошёл к себе, по дороге махнул рукой своему помощнику, который делал кофе, чтобы следовал за ним. Тот зашёл, прикрыл плотно дверь, встал перед хозяином на вытяжку. Они сидели вместе. Сэм на зоне познакомился с Мумией – такое у него было погоняло. Худой, высокий, бледный, дунь и улетит – точно, как мумия. Его блатные в карты на кон поставили, кранты надвигались безоговорочные. Сэм за него подписался, выкупил у блатных. Деньги брательник его на нужный счёт перевёл сразу, а Мумия с тех пор стал собственностью Сэма.

– Ты сколько муки засыпал в кофейник? – строго спросил Сэм своего раба.

– Дозу, как было велено.

– Я спрашиваю – сколько?

– Как обычно – 200.

– Я тебе яйца оторву и заставлю их съесть! А то я гляжу, что у него глаза заиграли раньше, чем нужно. Я же сказал – сто и не больше! Смотри, сука, если сорвётся дело, закопаю тебя живьём.

– Хозяин! Ты же сказал…

– Пошёл вон! Исчезни и не вздумай мне сегодня попасться на глаза, идиот…

Дело было к вечеру. Кафе постепенно заполнялось людьми. Скоро тут яблоку будет негде упасть. Да и сейчас уж народа много. В вип– зале с минуты на минуту начнётся стриптиз– программа, туда вход платный. Для молодежи на первом этаже свой танц– пол, там можно попрыгать вволю. Рядом в зале биллиардные столы для любителей и куча компьютеров для тех, кто без них дышать не может.

Во всю крутится кухня, там пар столбом бы стоял, не будь самых мощных вытяжек. Пиво в баре чуть не рекой. Вина и водки в кафе нет, запретили торговлю крепкими напитками. Но здесь спиртное не особо и котируется, хотя купить можно всё. Только что за интерес – выпил лишку и вырубился, и весь вечер насмарку. А так – праздник хоть до утра! Тем и жил культурно– развлекательный цент «Сканер», не подозревая о том, какие грядут перемены.

4.

Новый губернатор Энской области Станислав Платков на кокаин подсел давно, ещё будучи на вторых ролях в одном из дальних регионов, где его однажды приметили большие люди из Москвы. Чем приглянулся, никто не знает, сие покрыто мраком, ибо ровным счётом нет ничего такого, что выделяло бы этого чиновника средней руки из числа ему подобных в номенклатурном ряду. А вот на тебе – мэр, замгубера, а теперь и сам губернатор.

Можно спорить на что угодно, тут даже к гадалке не ходи – Платкову что– то посулили, наобещали, сказали, что надо, это не навсегда, скоро заберём в Москву и так далее. Иначе он никогда бы не пошёл губернатором в забытую Богом дыру в глухом тупике возле границы, где сгнило всё, где местные кадры такие, что зажмуривайся, сажай любого на строгую зону лет на десять – и не ошибёшься.

Примечательно, что всю прислугу бывшего губернатора, всех его шестёрок и лакеев брали чекисты. Красиво брали! Кого прямо в кабинете с поличным – мешок на голову и в Москву! Кто– то бежать надумал —догнали, взяли, мешок надели – в Москву. Шутка ли – почти всё ближайшее окружение бывшего властителя вся Энска и его окрестностей взяли, осудили и посадили. И большие сроки дали, чтобы народ не думал, будто по части борьбы с коррупцией у нас, мол, всё понарошку.

Ай, да чекисты! Ай, да молодцы! Впрочем, это ни о чём не говорит. Была дана отмашка из Москвы, зачистку региона поручили именно тем, у кого холодная голова, горячее сердце и, как говорится, чистые руки. Только это к рукам не имеет никакого отношения. Могли поручить зачистку и полиции, но тогда бы менты ходили нынче грудь колесом и сияли, как именинники.

Москва знала, что губернатор Платков сидит на коксе. Эка невидаль! Вся номенклатурная знать нюхала дурь, это норма. А как иначе снимешь стресс? Некоторые предпочитали алкоголь, но это хуже. Перепой видать за версту и никакой антипохмелин не поможет. А тут – полный порядок! Через два часа, как огурчик, бодр и энергичен. И никакого запаха, никаких выхлопов.

Негласное правило гласило: ты можешь нюхать, снимать стресс – это пожалуйста, разрешено, но знай меру и будь всегда в форме. В любой момент любого высшего чиновника могут призвать предстать пред очи Царя– батюшки. А там и вопросы могут задать, и попадать надо с ответами в тему, а не фа– фа ля– ля. Одного губера с Дальнего Востока вообще пробило на «хи– хи». Его, правда, среди ночи подняли по местному времени и вопрос задали, а он рассмеялся вдруг. Все сразу поняли, от чего смех и что теперь с ним будет. Экран тут же погас, связь прекратилась. Царь– батюшка посетовал:

– Жаль, что товарища больше нет с нами. Но я думаю, специалисты сейчас быстро всё найдут. Продолжим работу.

Специалисты в кабинет к тому весельчаку зашли рано утром. В масках, с автоматами, как положено. И всё нашли! Вскрыли сейф, оттуда посыпали баксы, золотые «Ролексы», а следом и пакет с белым порошком вывалился прямо в руки оперативников. Весельчак был реально в шоке:

– Я должен сообщить в Москву о вашем визите. Разрешите мне позвонить.

– Не волнуйтесь, Москва в курсе. Собирайтесь, поедете с нами, – командир группы захвата улыбнулся: – Реально весёльчак! Это надо же!

За губером следили давно, в разработках оперативников он проходил под кличкой «Весёлый». Случаи такие и раньше были на совещаниях разного уровня, но все это относили к тому, что губернатор наделён обострённым чувством юмора. А оно, видишь, как обернулось – на работе из сейфа выпало 200 миллионов в твёрдой валюте и дома нашли в шкафу ещё миллионов пятьсот.

Весельчаку дали 12 лет строго режима с конфискацией. В пересыльной тюрьме он умер от разрыва сердца. И не удивительно: мало, что на «хи– хи» подсел, так ещё и язык за зубами не мог держать. Вдруг потребовал встречи со следователем, чтобы сообщить важные сведения. Следователь пришёл, допросил бывшего губернатора, а ныне осужденного, допустим, Ляпкина.

Тот сказал, что наркотики ему поставляли из Москвы через фельдъегерскую службу. Хорошо, сказал следователь, заполнив по всей форме протокол допроса, мы приняли к сведению вашу информацию, вы свободны.

Весельчак под конвоем ушёл в камеру, а следователь тут же доложил по инстанции сведения, сообщённые осужденным.

На другой день заключённого Ляпкина вызвали в санчасть пересылки, чтобы пройти анализы перед отправкой в зону. СПИД, ковид, гепатит – серьёзное дело! Человек на дюжину лет вливается в дружный коллектив, никак нельзя рисковать здоровьем добропорядочных зэков. Взяли кровь, мазок – всё нормально, своими ногами пошёл в камеру. А там беда случилась! Только прилёг на шконку возле параши, плохо стало. Пальцем никто не тронул, а у него глаза навыкате и пена изо рта. Хрипит, воздух ртом хватает, а бестолку. Типичные признаки инфаркта. На худой конец чего– то ещё, когда раз, и нету. Так и написали в медицинском заключении – острая сердечная недостаточность. А коли острая, тут уж никто не поможет. И точно, его до санчасти довезти не успели.

5.

В своём кругу наркоманы называют кокаин по– разному – коксом, кексом, кокой, снегом, инеем, мелом, пылью, дурью и так далее. Это самый дорогой наркотик. Его преимущество: он быстро действующий, но и быстро проходящий. Через 15 минут политик, получив дозу бодрости, может выходить к трибуне и морочить людям голову с куда как большим энтузиазмом вдохновением. Вот почему в высших номенклатурных кругах наркоманов очень много. Кстати, обратите внимание: если политик часто трёт переносицу в разговоре или во время интервью, либо просто касается время от времени пальцами кончика носа – знайте, он сидит на коксе, это верный признак.

Регионального министра культуры Петра Пурганского на коку подсадил коллега, руководитель администрации губернатора Сергей Савельев. Сидели как– то вечерком в кабинете после долгого и изнурительного совещания, Пурганский предложил выпить коньячку «с устатку». Савельев махнул рукой:

– Да брось, Петя! Ты новенький, ещё не в курсе местных правил. Здесь бухать не принято. У нас теперь иначе расслабляются.

Терехов достал пакетик с белым порошком, просыпал на столе белую, и впрямь, будто меловую, дорожку, взял трубочку, похожую на ту, через какую употребляют коктейли, только она побольше диаметром, приставил один конец к ноздре, а другой погрузил в порошок и вдохнул наркотик носом через эту трубочку.

Пётр Пурганский никогда раньше наркоту не «нюхал». Слышал от других, что в администрации это практикуется, но столкнуться пришлось впервые.

– Держи сопло – так у нас называется эта трубочка – приставь к порошку и просто вдохни в себя воздух. Ничего более! И очень скоро ты почувствуешь, что коньяк и рядом не стоит с пылью радости, как мы её называем.

Пурганский попробовал. Сноровка в этом деле приходит не сразу, но всё же значительную дозу порошка вдохнуть удалось.

– И что дальше? – спросил он у коллеги, отложив трубочку в сторону.

– Сейчас узнаешь. Время пошло!

Пурганский минут через пять ощутил необъяснимую радость, прилив энергии. Явно почувствовал внутри себя полную гармонию. Какие– то переживания, сомнения, печали и тревогу – всё прошло! Окружающий мир стал ему нравиться, чего не было уже давно. Потрясающее чувство! Радость на уровне эйфории и едва ли не счастье от того, как всё прекрасно вокруг устроено.

Опьянение прошло минут через пятнадцать почти так же быстрою, как и наступило. И всё! Ни следов, ни перегара! Под глазами не синевы и лицо чистое, свежее, а не опухшее. И уж точно впечатления не сравнить!

– Ну и как тебе? – спросил Савельев.

– Круто, не ожидал! Не буду врать – впечатлило.

– А я тебе что говорил! Пометь для памяти – если что, порошок у меня есть, но, сам понимаешь, денег стоит.

Через пару дней, получив от губернатора приличную взбучку за срыв ответственного задания, Пурганский зашёл к Савельеву в кабинет. Тот улыбнулся коллеге и взмахнул рукой:

– Привет, дружище! Ох, досталось тебе нынче, слыхал. Но с разносом решительно не согласен. Твоей вины ни капли нет. Ты не можешь влиять на работу подрядчиков.

– Да вот же! А как ты ему докажешь?

– Ничего ты не докажешь! Он всё прекрасно знает, но не на себя же ответственность вешать за срыв объекта? Обычное дело – нашёл крайнего, отвёл удар от себя. Нюхни белой радости, успокойся.

– Сколько стоит?

– Тебе, как другу и коллеге, уступлю – по пятнадцать отдам. – Савельев показал пальцем на окно. – Там сегодня уже по двадцатке. Всё дорожает.

– А можно переводом заплатить?

– Да не вопрос! – воскликнул Терехов. – Карта к телефону привязана, кидай.

Стандартная «дорожка» кокса или «спичка», как ещё называют, содержит от 15 до 50 миллиграммов наркотика. Это нормальная доза взрослого наркомана на начальной стадии. Таким образом, в одном грамме кокаина содержится плюс– минус 30 доз .

На первых порах Пурганскому хватало дозы на неделю. Нюхнёт в пятницу, под конец рабочего дня, расслабится, испытает эйфорию и работает потом всю неделю с удвоенной энергией. Но уже вскоре он почувствовал, что к среде ему не хватает порции радости, полученной в пятницу. Добавил приём в среду и чуть увеличил длину «спички». Замечательно! Но грамма на месяц не стало хватать.

Спросил вчера у Самойлова, нет ли у него «снега», а то на дворе зима, а снега не видать. Тот нахмурился и покачал головой:

– Всё,Петя, двери закрываются! Не приходи ко мне больше за этим. Ничего у меня нет и не будет. И запомни хорошенько – никогда не было никакого «снега», ты меня с кем– то спутал. Обстановка сильно осложнилась. Уходи, до свидания!

6.

В тот день в областной администрации взяли наркокурьера, который оказался фельдъегерем. Его арестовали в комнате спецсвязи, где он передавал уполномоченному лицу специальный сверхсекретный чемоданчик. Белый, металлический, пуленепробиваемый. Прикован цепью к запястью гонца. Тот с ним едет в спецмашине, с ним спит, хотя спать строго запрещено, с ним в туалет ходит, когда нужда прижмёт. Никто не вправе близко подойти к гонцу в форме фельдъегеря. А если кто– то попытается посягнуть на государственные секреты, гонец имеет разрешение на применение табельного оружия.

Гениально придумано! Для охлоса наркодилеры делают закладки через сеть курьеров– закладчиков, или кладменов, как их ещё зовут. Закладки делают везде, у кого на что фантазии хватит – в мусорках, цветочных горшках на этажах в многоэтажках, в почтовых ящиках в подъездах, если точно известно, что жильцы выехали куда– то. Да где угодно – в кафе, в траве, около заборов, под камнем, в клумбах и детских песочницах. В любых укромных уголках ничьё внимание не привлечёт спичечный коробок, перемотанный изолентой. А там наркотика на 100 тысяч. И он, кстати, потребителем уж оплачен! Риска никакого, наркомафия работает, как незабвенный монтёр Мечников: утром деньги – стулья вечером. А можно наоборот? Можно, но деньги вперёд!

После перевода денег потребителю отсылают СМС– сообщение с координатами закладки. А с кладменами рассчитываются после выполнения задания и поступления денег. Частенько своих курьеров сами наркодилеры сдают полиции, чтобы не платить дуракам зарплату. Тоже никаких проблем! На их место завтра придут десятки, сотни и тысячи любителей лёгких денег.

Курьер – фельдъегерь – это реально круто. Но это, конечно, не для охлоса услуга, а на уровне высших должностных лиц региона. Потому и случая пока не было, чтобы где– то взяли курьера из спецсвязи. Да и как ты его возьмёшь? Кто знает, когда и что он везёт? Кто имеет право задержать и вскрыть секретный чемоданчик?

Смотрящий за Энской губернией вор в законе Сэм сам позвонил подполковнику Фомину. Определитель номеров высветил, что звонит Сергей Савельев, руководитель аппарата областной администрации. Фомин взял трубку:

– Слушаю вас, Сергей Аркадьевич!

– Александр Николаевич, прошу прощения, это Виктор Самойлов, кафе «Сканер» на связи. Я сейчас в областной администрации. Мы готовим областной фестиваль восточных единоборств, принёс уважаемому Сергею Аркадьевичу на утверждение наш план. А у меня телефон вдруг сел, поэтому звоню с его телефона. Он любезно мне помог связаться с вами. Надо бы встретиться. Вы сами просили меня информировать о важном, вот и хотел бы это сделать лично. Жду вас у себя. С меня замечательный кофе. Есть новые поступления, вы будете приятно удивлены.

Подполковник Фомин сперва удивился тому, как Сэм взял телефон у рукапа, а заодно и зама губернатора. Но куда больше удивительно, что рукап Савельев сам соединил незнакомого человека с ним по номеру, который знали только самые доверенные люди. Их круг крайне узок, но придётся и с этим кругом разбираться, а уж доверять им точно надо с большой оглядкой.

– Хорошо. Сегодня в 21– 30 буду у вас. Передайте привет Савельеву, – бросил коротко в трубку главный сыщик Энской области и нажал кнопку «отбой».

И подумал: вряд ли Сэм стал бы тревожить его по пустякам. А что особенного могла произойти? Или же речь о том, что еще не произошло, но вскоре произойдёт? Фомин помнил, что дал Сэму обещание вернутся к разговору по поводу борьбы с распространителями наркотиков из Средней Азии. Но точно не эта тема побудила Сэма выйти на прямую связь, да ещё таким образом, при посторонних. А что если рукап Савельев не посторонний? Надо будет посмотреть на него повнимательнее.

Оперативные источники Фомина подтвердили, что в кафе «Сканер» перестали «месить» мефедрон. Выходит так, что Сэм точно за базар отвечает. Он потерял огромные деньги, но слово держит. И опять не понятно – что побудило его выйти на связь?

Фомин нажал «отбой», Сэм протянул телефон Савельеву:

– С боевым крещением тебя, Сява! Фома тебе передал привет.

– Не надо было светить мой номер, я тебе говорил…

– Закрой пасть! Забыл у тебя спросить, что надо, что не надо. Слушай сюда: залёг на дно, даже не вздумай толкать дурь кому– то. Ты мне тут пока нужен, а не на кладбище.

– Понял, как скажешь.

– Так и скажу: узнаю – убью сразу. Обниматься не будем, целоваться тоже. Если что, запомни – тебя на зоне зацелуют до смерти.

7.

Внук генерал– лейтенанта Степанова, который не так давно возглавлял областное УВД и крышевал весть криминал в Энской губернии, был завсегдатаем в «Сканере». С ним, пока дед был при должности и силе, носились как с писаной торбой. Лучшие места в зале, лучшие девочки из стриптиза, выпивка, закусь – всё за счёт заведения, как для дорогих гостей.

Преданный раб Сэма Стас Шамин по кличке Мумия лично по заданию хозяина опекал внучка генеральского Мишу Степанова, студента юрфака, и следил, чтобы ему морду не набили и не обокрали, когда вырубался и валился на пол от перебора.

– Хозяин, не пора ли пацанёнку муки в пиво подсыпать? – спросил однажды Мумия владельца не только кафе, но и его жизни. – Честно сказать, вырубаться стал быстро, падает, где зря. Вчера из сортира выгребали.

Сэм ещё уже и сам думал об этом. Порочные деточки высокопоставленных чиновников, когда они под контролем, хороший козырь в игре. Но и риск не малый.

Был случай недавно. Один генерал в соседнем регионе пошёл в открытую войной против местного криминала, чтобы вырвать из цепких лап наркомафии своего непутёвого сына. Как с цепи сорвался –рейды, обыски, налёты, ура– ура! Пришлось сына– наркомана сбросить с девятого этажа, а папу ликвидировали в автокатастрофе.

У сына в крови нашли передоз кокса, а папа, как установило вскрытие, был пьян. С сыном понятно – дозу он сам принял, три дозы ему иглой воткнули в вену. А как удалось папу напоить, осталось для следствия загадкой. По свидетельству близко знавших генерала людей, он почти не пил – только по праздникам и совсем чуть– чуть.

Генерал Степанов весь по уши в надёжном компромате на него, никакой войной никуда он не пойдёт. Хотя за внука, когда узнает, может зубами вцепиться, а потому дразнить особо деда не надо бы. Тем паче, смысла том нет – генерал Степанов целиком схваченный, шантажировать его никакой нужды. Но то было тогда, в недавнем прошлом, а теперь и подавно – отставник, списан за борт, ноль без палки. В местном музее УВД встречается с со студентами юридического института, рассказывает им про полицейскую службу, которая опасна и трудна, и на первый взгляд не видна, хотя и на второй тоже.

– Всё, закончили с этим мажориком, – сказал Сэм своему рабу по кличке Мумия. – Никакой ему муки и ничего больше бесплатного. Он нам теперь не нужен. Пусть платит за всё и пропадёт пропадом.

В первый же вечер внук Степанова понял, что значит быть всем, а потом стать никем. Они пришёл в «Сканер» , направился к своему постоянному месту, но там сидели ребята, пили пиво и не обращали на пришедшего никакого внимания.

– Послушайте, уходите отсюда! – чуть не крикнул внук генерала. – Это мой столик. Сейчас же уходите!

Один паренёк, крепенький такой, встал, подошёл к внуку Степанова, взял его за грудки и слегка встряхнул:

– Ты чего орёшь? А ну– ка, ушёл отсюда, быстро!

– Да вы знаете, кто я! – взвился внучок, который ещё не понял, как глубока та пропасть, куда он летит вниз головой. – Я –Степанов!

На сидящих за столом это не произвело никакого впечатления.

– И что? – спросил один из парней. – А я Петров, он – Сидоров, а вот наш друг – Гриша Нечипоренко. Прикинь! А ты всего лишь Степанов! Так что иди отсюда, не порть себе вечер, а то, как я посмотрю, ты очень близок к тому.

«Ах, так!» – выкрикнул внук генерала и побежал искать администратора кафе, который всегда вокруг него вился и исполнял любые прихоти.

Спросил на баре:

– А где этот…как его…Стас, кажется, зовут…администратор.

– Он сегодня выходной.

– Я его только что видел!

– И что? Человек в свой законный выходной пришёл в кафе выпить кофе. Разве это запрещено?

– Позовите администратора!

– Извините, у нас в меню нет такого коктейля. Закажите «Северное синие», вот увидите, вам понравится.

– Да позовите же администратора! Сколько мне вас просить?

Из– за спины послышался ровный, густой, будто бы бархатный голос:

– Слушаю, уважаемый посетитель, у вас какой вопрос?

– Вы администратор? Почему же я вас никогда здесь не видел?

– Второй день работаю. Наверное, просто не успели заметить. Что у вас случилось?

– Мой столик заняли! Прогоните этих людей, они не имеют права!

– Ваш столик? Минуточку! Вы его бронировали? Покажите чек на оплату брони.

– Какая бронь? Какой чек!? Я – Степанов!

– Фамилия распространённая, нельзя сказать, что вы меня этим удивили. Вот если бы вы были, например, Миклухо– Маклай, я бы, возможно, и сказал «ух ты». Но и тогда бы потребовал от вас оплаты аренды столика в кафе. Таков порядок! И если вопросов ко мне больше нет, то желаю вам приятного вечера.

Администратор ушёл по своим делам, внучок генеральский совсем загрустил. Ещё совсем недавно он тут делал, что душа хотела, а сегодня его никто не узнаёт . Как это понять? Что случилось? Что вообще происходит в этом мире?

Бармен окликнул едва ли не впавшего в транс посетителя:

– Вы будете что– то заказывать? Или отойдите в сторонку, не мешайте другим людям.

– Давай «Кровавую Мэри»! Чёрт бы вас тут всех побрал!

Бармен сделал коктейль, поставил на стойку:

– С вас четыреста рублей. Вы платить будете наличными или картой?

– Каких рублей? – сильно удивился внук генерала, который за счёт заведения пил тут любые коктейли вёдрами.

– Обычных, наших, деревянных рубликов. Или вы предпочитаете платить монгольскими тугриками? – усмехнулся бармен. – Извините, тугрики не принимаем. Попробуйте в банке на рубли поменять, он тут рядом, через дорогу.

Миша достал банковскую карту. Он не знал, сколько на ней денег. Ему дед пополнял карту, всякий раз кидал десяток– другой тысяч, которые, бывало, уходили за вечер. Неужто и сейчас там ничего?

На карте были деньги. Не понятно, сколько, но хватило, чтобы Миша Степанов в тот вечер надрался основательно. Он кричал, приставал к чужим девушкам, затеял драку. Администратор вызвал наряд ППС . Мишу стали забирать, он сопротивлялся. Ударил полицейского, сорвал с него погон, нецензурно выражался, короче, вёл себя самым непотребным образом. Его скрутили, повязали и чуть ли не вынесли из кафе вперёд ногами.

На другой день, как чуть оклемался, бузотёра повезли в городской суд, который ему влепил за хулиганство 15 суток. А по поводу нападения на представителя власти и нанесения ущерба мундиру офицера полиции при исполнении, возбудили уголовное дело. Минимум там– два года общей колонии. А если ещё и ущерб здоровью пришьют – синяк точно запротоколировали и лёгкое сотрясение – тут уже пять годков светит, как с куста.

Генерал Степанов тем же днём узнал, что его внук сидит на сутках. Рассказали деду и про то, что грозит внуку по статье 318 УК РФ за синяк под глазом лейтенанта и сорванный погон с двумя маленькими звёздочками. Он сам лейтенантом начинал службу в органах после милицейской школы. Боже, как давно это было! Нынче внук его уже в тех годах. И он, что удивительно, начинает взрослую жизнь в полиции, правда, по ту сторону решётки в камере.

Дочь Нина прибежала к отцу вся в слезах, с порога начал кричать:

– Папа! Папа, Мишу посадили! Папа, сделай что– нибудь! Что ты сидишь и молчишь!

Генерал сурово посмотрел на дочь, кашлянул и сказал:

– Ты воспитала урода и негодяя! Вот, что я тебе скажу. И поделом ему.

– Это ты его разбаловал! Ты из него сделал эгоиста и пофигиста. «Запомни – ты Степанов! Ты не просто так, как другие, ты – Степанов!», – передразнила дочка отца, который и впрямь частенько вдалбливал внуку, что он особенный, не простой, а внук выдающегося деда.

Дочь разрыдалась, впала в истерику, пришлось чуть не силком поить успокоительными и укладывать в кровать.

Степанов поручил дочку горничной, которая помогала ему держать огромный дом в порядке, а сам задумался о том, что можно сделать, дабы вытащить непутёвого внука из крайне дерьмовой ситуации, куда он попал по пьяни. Кому звонить? Кто поможет? В областной администрации нынче нет никого. В родном УВД новый начальник его даже не навестил дома ни разу. Знаться сам не желает и в управление, которому генерал посвятил всю жизнь, не приглашает. Ушёл – и ладно, как и не было, будто умер.

Генерал Степанов решил обратиться за помощью к подполковнику Фомину. Он сейчас в фаворе, первый зам. Влиятельный, на хорошем счету и в министерстве, и в области. Неужто не вспомнит Фомин, кому он всем обязан? Так бы и сидел в районном ОВД до скончания дней капитаном. Гусей пропавших искал бы и пацанов ловил, которые киоск ограбили и чупа– чупсы все унесли .

– Александр Николаевич, приветствую! Генерал Степанов говорит, если не забыли такого.

Фомин уже знал, что внука Степанова патруль ППС взял в «Сканере» в хлам пьяного. Он там дебоширил, хулиганил, оказал сопротивление при задержании и теперь на сутках сидит. Да там ещё и статья светит за сопротивление властям и нанесение лёгких телесных повреждений полицейскому. При желании – пятерик запросто можно раскрутить. Генерал Степанов об этом знает, как никто другой. Потому и звонит.

– Василий Семёнович! Что вы говорите – как такое забудешь! Я к вам пришёл сержантом, а теперь подполковник.

– Верно – молодой был, горячий, но очень способный. Знаешь, почему позвонил?

– Знаю.

– Я же говорю, что способный. С ответом не тороплю, но постарайся …не в службу, а в дружбу…помоги бывшему сослуживцу.

– Я не готов сразу ответ дать – посмотрю, что можно сделать, перезвоню. Всего доброго!

Фомин первый повесил трубку.

8.

На первом же допросе выяснилось, что курьер– фельдъегерь понятия не имел, что в секретном чемоданчике, который у них зовётся контейнер №1. Он получает контейнер упакованным, закрытым на все замки с шифрами. Курьер только перевозчик, сопровождающее лицо. Он привозит чемодан, сдаёт под роспись уполномоченному лицу, на этом его функции заканчиваются . Что там и для чего оно там – курьера не касается ни коим боком.

Офицер управления ФСБ майор Леонид Ламин присутствовал при первом допросе. Было понятно, что это не просто наркомафия, а дело государственное, тут надо выходить на самые верха. Курьера допросили, все формальности соблюли, протоколы оформили, потом задержанного переправили в управление ФСБ.

Майор Ламин, когда остались одни, спросил подполковника Фомина:

– Саша, не в службу, а в дружбу – кто тебе слил курьера?

– Лёня, скажи, ты бы сдал своих информаторов?

– Нет, конечно!

– А зачем же спрашиваешь? Но тебе, как другу, скажу, ибо дело, как мне

видится, принимает крутой оборот. Сэм из «Сканера» слил мне курьера. Знаешь такого?

– Да как не знать! А если бы он тебя подставил?

– Исключал такой вариант.

– И правильно делал. Сэм инфу от нас получил. Он мужик вполне договорособный. Так надо было, чтобы именно вы курьера взяли, и чтобы слил инфу сам Сэм. Теперь он на крючке и под полным контролем.

– Каковы теперь мои задачи?

– Работайте, товарищ подполковник, охраняйте мирный труд и отдых наших граждан. А мы займёмся безопасностью государства. Если что будет интересное, дашь знать?

– А то как же! Хотя зачем вам лишнее, когда вы и так всё знаете?

– Ну, мало ли…Да и в любой супчик иногда приятно подсыпать перчика. Для вкуса! Пока, мой друг. Спасибо, коллега, за хорошую работу.

Майор Ламин поднялся, пожал руку напоследок и вышел из кабинета, а подполковник Фомин нутром почуял, что сейчас– то и начнётся самое интересное.

На самом деле оно началось ещё пару часов назад в кабинете губернатора. Платков был не дурак, он сразу понял, что дела совсем плохи. Канал поставки кокса был очень секретный и максимально надёжный, только на самом верху могли слить всю схему и отдать приказ об аресте курьера. Но почему брали неприступного фельдъегеря полицейские? Значит, им кто– то слил инфу. И это означает, что операция задумана не здесь, а на самом верху, и там всё рассчитано до мельчайших подробностей.

В кабинет губернатора вошла секретарша Зинаида. Бесшумно, будто бы двери не отворяла, а просочилась внутрь сквозь них. Платков Зинаиду таскал за собой по всей стране, где ему доводилось работать. Лучше секретарши, говорил своим в узком кругу, быть не может. Умна, разворотлива. Одевается красиво. А главное – быстро. И ртом умеет не только говорить и есть.

– Станислав Михайлович, в приёмной начальник УВД Петелин. Говорит, вы его вызывали. Но как вы могли его вызывать, если я впервые слышу? Врёт, поди. По лицу видно, что-то ему опять надо от вас.

–Да всем что-то надо от меня. Разве тебе ничего нее нужно?

– Нужно, – улыбнулась Зинаида. – Хоть прямо сейчас.

– Сейчас некогда. Но потом обязательно, вечером. Я скажу. Зови попрошайку, пусть заходит.

Петелин зашёл, у дверей приложил руку к пустой голове, отдавая честь начальству. Он был почему-то в парадном мундире. Свои люди в МВД сказали , что представление на генерала готово на подпись, осталось только получить ходатайство губернатора. Полицейское ведомство вроде само по себе, независимое, но с главами регионов всё согласовывают – назначение начальников, повышение по службе, награждения и отставки. Наверное, это правильно. Полиция – силовая часть исполнительной власти, она должна взаимодействовать с администрациями на местах.

– Ты, смотрю, при полном параде, - ухмыльнулся Платков. – Никак, генерала ждёшь? Ишь какой, клоун ряженый! Уже, наверное, мундир и штаны с лампасами уже заказал.

– Станислав Михайлович, простите…я вас не понимаю…

– А что тут понимать? - крикнул Платков, взял со стола бумагу и показал полковнику Петелин. –Вот моя рекомендация, и вот, посмотри, что я с не сейчас сделаю…

Платков демонстративно бумагу в клочья порывал и кинул куски в лицо Петелину:

– Вот моя тебе характеристика и вот тебе моя оценка твоих шансов стать генералом, - Платков свернул кукиш и показал его слегка опешившему полковнику.

Они долго были знакомы, ещё с той поры, когда капитан Петелин командовал горотделом полиции в маленьком городке, где Платков мэром числился. Петелин взятки брал безбожно - с местных и приезжих, с торговцев и покупателей. Уж не говоря о том, что в горотделе все знали, сколько стоит очередная звезда и как устроиться ответственным на хлебное место, а не на гиблое, типа частного сектора на самом краю.

Начальника горотдела сдали свои. Купюры пометили, занесли. Тут же подоспели маски-шоу из службы собственной безопасности. Только они почему-то поспешили, ворвались в кабинет раньше положенного. Петелин даже не успел развернуть пакет и прикоснуться к деньгам. А как только ворвалась группа захвата, заорал благим матом на тех, кто принёс взятку:

– Негодяи! Подлецы! Как вы посмели подумать! - и обратившись к людям в масках приказал: - Немедленно арестуйте их. Они хотели дать мне взятку. Статья 291, часть 1, лишение свободы до двух лет со штрафом в размере десятикратной суммы взятки. Примерно пять миллионов получается.

Смешно, правда получилось. Тем, кто помечал купюры и расписывал весь сценарий захвата, пришлось выводить из кабинета под дулами автоматов тех, кому было поручено это всё проделать. Петелин знал, какую сумму должны были принести. Потому сразу вычислил десятикратный штраф.

В краевом управлении полиции знали, что в маленьком городке в их подразделении большие проблемы, но где не так? Понятно, что Петелина надо было ротировать, как в таких случаях говорят, то есть переставить с места на место, чтобы замести следы и погасить разговоры. И тут как нельзя кстати в кабинет начальника краевого УВД зашёл теперь уже бывший мэр того городка Платков. Он получил назначение в крупный южный регион замом губернатора и даже на лице было видно, как вырос он сам в своих глазах.

– Товарищ генерал, разрешите обратиться? – улыбнулся Платков, протягивая руку вышедшему к нему из-за стола навстречу генералу, начальнику краевой полиции.

– Да ладно вам, Станислав Михайлович, равны теперь в звании, можно без формальностей.

– Тогда без предисловий скажу о цели визита: отдайте мне капитана Петелина, хочу укрепить тамошние правоохранительные органы надёжными людьми, проверенными в деле.

– То да и надёжный, и проверенный, - улыбнулся генерал. - Лишнего не возьмёт и не скажет.

– Что вы сказали, простите, не расслышал?

– Хорошее, говорю, вы приняли решение, мы все, что называется, с дорогой душой его поддержим. И кстати, Петелин уже не капитан - подписал представление на майора. Пора ему расти, пора.

Вот так полковник Петелин оказался под крылом губернатора Платкова. Он чем-то напоминал раба Мумию, которого хозяин «Сканера» Сэм выкупил у пахана зоны. Так или иначе, но его бы тогда всё равно прихватили и посадили ибо на него зуб заимели свои. Они их выставил в неприглядном свете, многим тогда досталось на орехи. Такое не прощается.

Петелин давно крутится в силовой структуре, ещё в милиции начинал службу. Жадноват и до баб охоч, это есть, но дело знает и спуску своим не даёт. А тут промашку дал, да такую, что большими бедами это может обернуться.

– Скажи мне, полицейский начальник, – зашипел Платков подавшись чуть не к уху перепуганного полковника. – Как мог твой подчинённый без твоего ведома войти в областную администрацию и арестовать представителя фельдъегерской службы?

– Это был наркокурьер. Протокол обыска и изъятия наркотиков у меня, там всё по форме. Особо крупный размер.

– Ты меня не услышал? Как он мог без твоего разрешения пойти на такое? Или ты уже о действиях своих подчинённых узнаёшь из сообщений анонимов в соцсетях?

– Он может доложить и согласовать, если позволяет оперативная обстановка, но не обязан. Вся ответственность на нём. И он это знает прекрасно.

– Где курьер?

– Его забрали чекисты. Это их тема.

– А почему фээсбэшники не присутствовали при аресте и досмотре курьера?

– Станислав Михайлович, честно скажу – сам в шоке. Чекисты что-то затеяли, это понятно, но пока не знаю, что именно и куда ведут их щупальца. Это большая игра. Здесь ставки большие, но и куш кто-то сорвёт громадный.

– Всё! Уйди с глаз, видеть не могу, - махнул рукой Платков на полковника Петелина.

– Что делать с Фоминым? Выговор ему? Или сразу уволить?

– Идиот! Думай, что говоришь. У него за спиной ФСБ, это их операция. Надо прикрываться. Фомину - благодарность и представление к очередному званию. Завтра же на сайте администрации должно быть официальное сообщение. Ты понял?

– Так точно! - вытянулся в струнку полковник Петелин. – Будет сделано! Разрешите идти?

– Пошёл вон! - грязно выругался Платков и отвернулся спиной к тому, кто ему обязан всем, но кто более всех и напакостил.

9.

Ещё в своей приёмной, проходя мимо секретарши Петелин буркнул:

– Фомина ко мне! Срочно!

– Товарищ полковник, он час тому доложил, что выехал за пределы. Его нет на месте.

– Найти и привести! - чуть не крикнул Петелин и зашёл в кабинет, хлопнув дверью.

Внутренний распорядок требовал того, чтобы у ответственных лиц полицейского ведомства мобильный телефон с секретным номером всегда был включен.

Фомин отозвался не сразу. Номер оперативной связи был на другом телефоне, а тот не под рукой - пока достал, пока кнопки нажал.

– Александр Николаевич, здравствуйте! Полковник велел найти и доставить срочно. Передала вам слово в слово.

– Понятно, - сказал Фомин негромко в трубку. – Доложите, буду через час.

– Хорошо. Он очень злой.

– Спасибо. Я знаю.

Фомин нажал «отбой», потом нажал в туалете кнопку спуска воды и потом вышел.

Вот уже час он сидел в «Домике охотника» и вёл с Сэмом беседу о том, как жить дальше в этих условиях, где каждый каждого скушать хочет. У Фомина во внутреннем кармане начал вибрировать секретный телефон, он встал и пошёл в туалет, забыв при этом сделать на лице выражение, что ему туда и впрямь приспичило.

Сэм слышал весь разговор. У него во всех сортирах была прослушка. Хотя вроде на горшке ни о чём другом и не думают обычно люди, но некоторые по старинке для секретных разговоров используют именно отхожее место, где более всего наставлено всяких «жучков». Из двух реплик Фомина Сэм понял, что начальство сильно обрадовалось тому, как блестяще Фомин вычислил и взял прямо в областной администрации наркокурьера, о котором ему сам Сэм давеча сказал.

Ему курьера слил большой человек в криминальной группировке, что ходила под началом Николай Саженова, известного в преступном мире, как Мальбон. Мальбоновские контролировали юго-запад России, куда входила Энская губерния. В криминальном мире всё устроено так, как было у детей лейтенанта Шмидта. Разделил Россию-матушку на сферы влияния – тому южный куст, а этим северные края. Все ходили по своим грядкам и собирали урожай с удобренных угодий. Заходить на чужую территорию было строжайше запрещено. Вот почему Мальбоновские сильно огорчились, когда на их территории стала работать курьерская линия, которую, по всем признакам, ики крупных бывши х чиновников контролировала набирающая в России силу китайская мафия «Триада». Они взяли под контроль доставку наркоты высшим должностным лицам в регионы через фельдъегерскую службу. Это очень дорого, но при этом безопасно, как полагали организаторы сети, пока не случился в Энске совершенно дикий, непредсказуемый и нелепый во всех отношениях прокол. Кто слил курьера? Понятно, что свои, но кому и как?

Начальника отдела, кто комплектовал содержимое и последний прикасался к секретному чемоданчику, китайцы завербовали давно. Они платили немыслимые деньги только за то, что условный день и час он укладывал в чемоданчик небольшую коробочку с древними китайскими лекарствами. И всё! Благородное дело - людям плохо им везут снадобья, людям будет хорошо. И делов-то – положил коробочку, закрыл замки, набрал шифр. Знать о том никто не знает и не узнает никогда!

Китайцы немного ошиблись – мальбоновские перевербовали секретного начальника и знали всё. Они платили не большие, но приличные деньги только за информацию – когда и куда поехала очередная посылка. В регионах у мальбоновских во всех администрациях были свои люди. В Энске рукап Савельев был схвачен криминалом ещё при Фроле, его сменщику Сэму, назначенного мальбоновскими смотрящим в Энской губернии, он достался по наследству. Рукапа, который раскидывал наркоту по своим каналам , обложили крупной данью, и по факту он работал сразу на «Триаду» , и на мальбоновских.

Арест курьера путал все карты и вносил некоторую озабоченность. Зачем надо было сливать инфу главному энскому сыщику, что посылка едет, Сэм так и не понял, но большой человек в столице приказал позвонить Фоме и сказать слово в слово – «Посылку везёт фельдъегерь, завтра в 11 будет у вас».

– Почему вы решили, что Фома мне поверит?

– По кочану! Делай, что велено!

Сэм позвонил Фомину, всё сказал, как велели. И почти тут же ему из Москвы позвонил коллега, с которым они познакомились на курсах повышения.

– Привет, Саша! – весело сказал коллега из Москвы. – Тебе был звонок про посылку?

– Да, только что.

– Это правда. Действуй.

– Начальнику надо доложить?

– Ни в коем случае!

– Понял. Принято. За работу, товарищи!

Сэм ему сегодня утром позвонил из кабинета рукапа Савельева и по его телефону. Он подъехал на своей машине в условленное место , там пересел в машину Сэма и они поехали «на базу», как Сэм называл этот уютный домик, где замышлялись заказные убийства, крупные операции по отъёму денег у несговорчивых бизнесменов и прочие рабочие моменты.

– Александр Николаевич, - начал Сэм. Когда выпили по чашке интересного кофе. – Как вам этот напиток богов?

– Интересный вкус. Тоньше, чем «чёрный бивень», но я бы сказал здесь больше послевкусия.

– Боже! Как приятно иметь дело с человеком, который понимает нюансы и чувствует тонкости. Это знаменитый Копи Лювак! Подарок малайской пальмовой куницы или мусанги, как её зовут местные люди. Верно, вкус гораздо тоньше и послевкусие от этого кофе особенное.

– Как и от задержания курьера в областной администрации, верно?

– Не устаю восхищаться вашей способностью переходить от слов к делу без лишней болтовни. Верно! Вот потому предлагаю вернуться к нашему разговору о том, что область пичкают наркотиками все, кому ни вздумалось, и это перестаёт быть терпимым. Мы организовываем соревнования по спорту среди детей и молодёжи, мы помогли всем ветеранам управления внутренних дел, строго по тому списку, что вы нам передали. Мы, вы знаете, навели жёсткий порядок в кафе «Сканер», и даже приняли меры, чтобы там не дебоширили родственники некоторых бывших крупных полицейских чиновников. Мы готовы сделать всё, что будет на пользу нашему родному Энску. А в это время со всех сторон в нашу область плохие люди тащат наркоту и губят наших детей и нашу молодёжь. Разве это справедливо?

– Имейте в виду, закладчиков будем выявлять и ловит беспощадно. Притоны в многоэтажках исключаются.

– Да ради бога! Но зачем выявлять – мы их вам сами сдадим в некотором количестве. Этой мрази кругом как грязи.

– Встречные есть пожелания?

– Уберите Самойлова. Он под китайцами ходит, и не только. Слуга не двух, а трёх господ. Негодяй редкостный.

– Подумаем.

– Да что думать! Завтра в 15-30 у него в кабинете в верхнем ящике стола будет лежать пакет с надписью «вафли шоколадные». Там будет кокса лет на 10 в строгой зоне с конфискацией.

– Что ещё?

– Звонил генерал Степанов. Просил похлопотать за внука.

– Хлопочи!

– Уже!

– Тогда закрыли тему.

Фомин встал, дав понять, что встреча завершилась.

– Александр Николаевич! Не сочтите за грубую лесть, но мне очень приятно общаться с вами и делать общие дела.

– Минуточку! У нас не может быть ничего общего, мы же по разные стороны баррикад.

– Простите, это штамп. Да и кто сегодня знает, с какой стороны баррикад настоящие враги окопались? Я хотел сказать, что мы вместе переживаем за то чтобы в нашей любимой области было всё хорошо.

– Тогда ладно, принято. – улыбнулся Фомин, пожал руку вору в законе Сэму, который было от криминала смотрящим за Энской областью.

10.

Фомин приехал в управление и прямиком пошёл в приёмную. Секретарша, едва он вошёл, указала на дверь:

– Ждёт. Спрашивал уже пару раз.

Фомин много чего знал про своего начальника, полковника Петелина, которого притащил губернатор Платков. Был уверен, что он часть общей схемы по доставке наркоты в область. Губернатор сидел на коксе крепко, это уже было видно невооружённым глазом. Понятно, что злой был Петелин от того, что ему губернатор, видимо, вставил крепкого фитиля за задержание наркокурьера прямо в администрации. Случай беспрецедентный. Но сегодня в стране много происходит того, чему в прошлом прецедентов и аналогов не сыщешь. Стало быть, мы в тренде, думал подполковник Фомин, глядя на лицо начальника, где было всё, что угодно, кроме уважения к нему и признательности.

– Поздравляю, подполковник Фомин, вы больше не подполковник.

«Понизить в звании не могли так быстро, даже по большой просьбе губернатора, - промелькнуло в голове Фомина. – Тогда о чём он?»

– Руководство по достоинству оценило вашу блестящую операцию по захвату наркокурьера. Принято решение досрочно присвоить вам очередное звание. Приказ министром уже подписан. Поздравляю, полковник Фомин!

– Спасибо, коллега! Руководство УВД выражает вам благодарность за работу и награждает внеочередным отпуском и санаторием на ваш выбор.

– Опять спасибо, товарищ полковник. Но отпуск перенесу, сейчас просто никак не смогу – оперативных дел за гланды. Вы же сами нам сверх всякого плана навесили работы выше крыши.

– Кто тянет на том и едут. Хорошо. Путёвка ваша, сами решайте – когда и куда поедете отдохнуть.

– Спасибо. Разрешите идти?

– Разумеется, Александр Николаевич! Как я вам могу не разрешить, если вы и сами всё делаете, без всякого разрешения.

– Служба такая! Честь имею!

Полковник Фомин по форме поворотился на пятке и носке, и с правой двинулся на выход.

На другой день ровно в 15-30 опергруппа зашла в кабинет рукапа областной администрации Самойлова. Ему предъявили ордер на обыск. В верхнем ящике письменного стола сразу обнаружили пакет. Пригласили понятых, которые ждали за дверью. При них изъяли пакет и вскрыли - белый порошок, что был внутри, реально напоминал снег. Приглашённый специалист тут же провёл экспресс-анализ и выдал заключение – это наркотик, с большой вероятностью, кокаин, точнее можно будет сказать после лабораторных исследований. кокаин.

– Давайте, не будем дурака валят гражданин Самойлов. Откуда у вас этот пакет?

– Подкинули! Злые люди.

– А как злые люди смогли подкинуть в закрытый ящик стола?

– Не знаю.

– Вы сейф сами откроете или потеряли ключ!

Самойлов открыл сейф. Там нашли пачки долларов, пятитысячных купюр и пакеты с белым порошком.

– А это что? Тоже подкинули?

– Я отказываюсь отвечать на провокационные вопросы.

– Ваше право. Собирайтесь. Поедете с нами.

– Я должен сказать губернатору, что покидаю рабочее место на время.

– Скорее всего, навсегда. Не волнуйтесь, губернатору всё что положено, скажут. Пройдёмте.

Рукапа Самойлова выводили уже под конец рабочего дня, когда скрытно выйти из администрации невозможно. Но всё обставили скромно, без эпатажа – он шёл вполне бодро, без наручников , за ним шли люди в штатском. Такое впечатление, что прибыла делегация из соседней области и они куда-то вместе с рукапом отправляются на их же машине.

На другой день стало известно, что начальник отдела фельдъегерской службы, который снаряжал секретные чемоданчики, умер от сердечного приступа. Кандидат в мастера спорта по боксу, здоровый был, как боров, но инфаркту знаете ли, всё равно, он валит без разбора.

Начальника УВД Энской области перевели в другой регион. В порядке ротации. Начальником полиции в Энске поставили полковника Фомина. Большие люди с большими звёздами на погонах в Москве сказали ему: Платкова пока не трогай, не время.

Да, сказал при этом Фомин не вслух, а сам себе, мы никогда не заранее знаем, кто по какую сторону баррикад.

Владимир Бабин

3-6 марта 2025 г.

г.Белгород