Тухачевский: загубленный гений или бездарь-предатель?
Маршал Тухачевский давно стал символом репрессий. С клеймом шпиона и предателя он был расстрелян, а впоследствии полностью реабилитирован. Заговор военных был признан несуществующим и все обвиненные по этому делу стали «жертвами режима». Главной «жертвой» назвали конечно Тухачевского, военного гения, потрясающего стратега, удивительного военного теоретика и прочая… Насколько все это соответствует действительности?
Для начала разберемся с военным гением маршала и его боевым опытом. Кадетский корпус и Александровское военное училище Миша закончил в числе лучших и по праву попал в гвардейский Семеновский полк. С ним он и поехал на войну. Как он там воевал полгода, доподлинно не известно. По некоторым данным, он получил пять орденов, известно награждение Анной, Владимиром и Станиславом. Встречалось выражение, что Тухачевский заслужил все ордена от Анны до Владимира. Это смешно, по статусу, между ними нет никаких наград.
Строго говоря, это низшие офицерские ордена и ими нередко награждали молодых офицеров за простое участие в боях. Далеко не Георгий, одним словом. Откуда взялось утверждение, что Тухачевский проявлял редкий героизм-непонятно. Лишь орден Станислава дан за конкретное дело-обнаружил вражескую батарею, которую накрыла русская артиллерия. Остальные являются «дежурными» для императорской армии тех лет, «за усердие»… Семен Буденный имел к 17 году пять Георгиев (одного был лишен за удар офицера), это для сравнения личного героизма.
А вот с пленением будущего маршала, история совсем нехорошая. Из роты практически никто не уцелел. На теле командира Феодосия Веселаго насчитали более 20 ран, опознали лишь по Георгиевскому кресту. А вот второй офицер роты, поручик Тухачевский (он был подпоручиком, но хоть немного повысим), попал в плен целехоньким. О его «пленной эпопее» до попадания в Ингольштадт, известно лишь со слов самого Михаила. Вроде пытался 4 раза бежать, но безуспешно. По свидетельству других бывших пленных офицеров, немцы вели самую широкую и настойчивую агентурную работу среди пленных, но Тухачевский о таком факте не упоминает. Не объясняет и почему за четыре побега попал не в тюрьму, как все, а в «либеральный» Ингольштадт.
С Ингольштадта начинаются подробные описания характера будущего маршала. Все без исключения говорят о большом тщеславии и откровенном бонапартизме. Наполеон был явным кумиром Тухачевского, его идолом. И отсутствие жалости отмечают. Причём, это свидетельства из-за рубежа. В сентябре 1917 поручик бежал. Ну как «бежал», его отпустили на прогулку за ворота лагеря, под честное слово офицера не убегать, обычное дело по тем временам. Миша на слово русского офицера и дворянина плюнул и убежал. Оставшиеся в плену офицеры написали петицию кайзеру, что не считают Мишу ни офицером, ни человеком чести. Подписались и русские, и англичане, и французы.
Поездка домой тоже вызывает вопросы. Добрался до родины он феерически быстро, за 4 дня без документов из Франции. В октябре он уже в России, в запасном батальоне своего полка, откуда быстро демобилизовался. Говорят, позор побега докатился и офицеры настойчиво попросили Мишу оставить военную службу. Если жить хочет… На этом боевой опыт Первой мировой будущего военного гения закончился. Но впереди была Гражданская.
По сути, выбора у Тухачевского и не было. Что ждало поручика с не самой славной репутацией у белых, это понятно-ничего хорошего. В лучшем случае, чин капитана и рота под командование. Иное дело-красные. Как и Наполеон, можно круто взлететь и пока ещё просто Михаил вступает в Красную Армию и партию. Наверное он рвется на фронт? Да ничуть. На стороне красных если не весь цвет русского офицерства, то наиболее значительная его часть. Что ждёт бывшего поручика в этой среде, с его, повторюсь, не самой героической репутацией? Да та же рота, в лучшем случае. Надо отметить, что это сильно тяготило будущего маршала, очень многие сослуживцы Тухачевского упоминают об этом факте.
И куда же податься Мише? Правильно, в администраторы и комиссары! Тут военный талант не нужен, авторитет боевого офицера тоже. Для начала вступает в партию и сводит знакомство с Троцким. Ему Миша очень понравился. Он попадает сначала в ряды инспекторов военных учреждений, а затем становится военным комиссаром московского оборонительного района. Солидная шишка, а не бывший поручик. Вот теперь можно и на фронт, но конечно командующим! С этого момента, все больше и больше сослуживцев не поют дифирамбы, а отмечают неприглядные стороны будущего маршала. Позерство, надменность, злопамятность и какие-то болезненные тщеславие и честолюбие, ревность к чужим успехам.
Как бы то ни было, Тухачевскому доверили армию. Далее был мятеж и Михаил едва избежал расстрела, но ненадолго даже стал командующим фронтом. Правда в его способностях командование сомневалось и послало командовать Вацетиса. И затем обычно упоминают первую гениальную операцию по взятию Симбирска. Упомянем и мы. Имевший численное превосходство Тухачевский, был жестоко бит Каппелем и армия драпала десятки километров! За десять дней, пока к месту назначения ехал новый комфронта И. И. Вацетис, белые захватили Сызрань, Бугульму, Мелекесс, Сенгилей и Симбирск. Первая армия, во главе которой Михаил Николаевич собирался стяжать лавры на полях сражений, отступала весьма «непланомерно». Лишь благодаря действиям Вацетиса, фронт не рухнул.
«Бросали орудия, броневой поезд, войсковое имущество, – писал позднее Вацетис, – несмотря на то, что никакой особенной опасности не было, за исключением появления конницы противника на наших флангах и в тылу» (Советские полководцы и военачальники. М., 1988. С. 82).
Попытки комфронта разыскать Тухачевского оказались безрезультатными, и он в крайнем раздражении потребовал, чтобы Михаил Николаевич побольше находился на месте в штабе армии, «а не болтался по тылам».
В начале августа под напором Вацетиса Тухачевский попытался отбить у белых Симбирск с помощью новоизобретенного им «концентрического наступления». И поначалу все развивалось как нельзя лучше: к 14 августа ударная группа 1-ой армии на правом фланге перехватила Волгу, а на левом позиции белых начала охватывать Курская бригада.
«И вдруг неожиданно все рухнуло, – пишет биограф Тухачевского В. Иванов. – Противник контратакой офицерского батальона прорвал фронт Курской бригады, разбил ее и стал развивать прорыв…» (В. Иванов. Маршал Тухачевский. С. 69).
Удачное взятие Симбирска (вторая попытка) планировал не Тухачевский, план спустили из штаба фронта. И восторженные панегирики военному таланту будущего маршала тут неуместны. Основные силы белых были стянуты к Казани и перед Тухачевским была очень слабо прикрытая зона. По сути, лишь одна линия окопов. Вряд ли тут можно восхищаться скоростью продвижения. Ворвавшись в Симбирск, Миша сразу отбивает телеграмму Ленину, где обещает взять ещё и Самару:
«Дорогой Владимир Ильич! Взятие Вашего родного города – это ответ на Вашу одну рану, а за вторую – будет Самара!»
Сейчас это называется «понты», которых Тухачевскому хватало всегда с лихвой.
После этого усиленная бригада Симбирской дивизии форсировала Волгу и стала успешно продвигаться на восток. И вдруг опять произошло неожиданное…
Едва из под Казани вернулась бригада Каппеля, армия «военного гения» ожидаемо бежит: 18 сентября трехтысячный отряд полковника В. О. Каппеля нанес удар и, отбросив бригаду назад за Волгу, начал штурмовать Симбирск. Тухачевский запросил у командующего экстренной помощи со стороны Правобережной группировки 5-й армии, действовавшей в это время против Казани. Вовремя подоспевшие части 5-й армии П. А. Славена и спасли Тухачевского от серьезных осложнений. Но видимо, возможности командарма уже были известны, силы серьёзно усилили, белые быстро оказались в подавляющем меньшинстве и отступили.
Первый блин оказался комом. Как и второй. Что было дальше? Тухачевского отправляют на Южный фронт. Верующие в гениальность уверены, что это назначение Ленина, в связи с угрозой на юге. Несколько непонятно, чему мог научить вчерашний поручик многоопытных генералов. Ничего выдающегося он на Восточном фронте не показал, скорее едва не стал причиной краха! Очевидно, что его назначение можно связать лишь с Вацетисом, который сильно конфликтовал с командованием Южного фронта, во главе с Гиттисом. Тухачевского Вацетис знал отлично и тому наверняка льстило доверие главкома. Во всяком случае известно, что Михаил активно продавливал линию Вацетиса. Наступление успешно шло уже два месяца и без «гения». Такой «помощник» был даром не нужен и Тухачевского быстро сплавили командовать армией.
И тут следует остановиться на одном моменте. Штаб Тухачевского укомплектовали лучшими офицерами и так было всегда. Любители «гения» считают это мудрейшей кадровой политикой своего кумира. Хотелось бы узнать, как он это осуществлял на практике? Переманивал обещанием повышения зарплаты и премиальными?! Как оценивал, интуитивно?! Чушь конечно. Офицеров мог направить только фронтовой штаб. И такие действия более чем логичны. Нивелировать действия бездарного на тот момент командарма отличным штабом. А вот когда лично «кадровый гений» комплектовал 1-ю армию, способности ему отказали и армия бегала, как кролик.
Существует мнение, что Тухачевский в тайне от штаба, лично готовил каждый документ и вручал лишь для исполнения. Тяжело поверить в такое. Человек, никогда и близко не знавший штабной работы, вдруг начинает поучать лучших профессионалов фронта. Возможно, он и правда гений, но штаб не столько стрелочки на карте рисует, сколько обеспечивает движение войск по этим стрелочкам! Зачем и откуда знать командарму, сколько понадобится подвод, фуража, патронов, снарядов, где все это взять, куда собирать и тд.?! А рядом сидят люди, которые всю карьеру этим занимаются… И налицо парадокс. Тухачевский отбирает самых талантливых штабистов, но занимается всем сам.
Так или иначе, военный гений или лучший на фронте штаб помогли, но хоть лавров особых Тухачевский и не снискал, провалов, как под Симбирском, не было. Однако, с фронта его выжили.
И отправили командовать 5-й армией, где командиром 25-й дивизии был легендарный Чапаев. Ни шатко, ни валко, армия вела позиционное наступление в составе всего фронта. Причём, всё то «гениальное», что приписывают Тухачевскому, обычно входит в обязанности ротных, комбатов и комполков, а не командарма. Оценить вклад Михаила в общие успехи трудновато.
Некоторые злые языки наговаривали, что именно злопамятный Тухачевский сдал Чапая белякам за оказанное «неуважение». Версия крайне сомнительная, но сам факт того, что в армии шли такие разговоры, говорит о многом.
Некоторые биографы и мемуаристы стали приписывать именно Михаилу Николаевичу всю славу как разработки, так и исполнения этих операций Восточного фронта. Хотя в действительности они, по словам Тодорского:
«не были голым самотворчеством его талантливой головы, а вытекали из установок ЦК партии и приказов высшего командования и решались в тесном взаимодействии с другими армиями в обстановке общей целеустремленной борьбы с интервентами и белогвардейцами. Однако в каждой операции, безусловно, был его личный полководческий почерк» (А. И. Тодорский. Маршал Тухачевский. С. 40).
Чем же характеризовался этот самый «почерк»?
Прежде всего обилием пресловутых «вдруг». Так, во время Бугурусланской операции усиленной 5-й армии было приказано окружить и уничтожить два корпуса белых. Войска Тухачевского пошли в наступление и вдруг… были остановлены контратакой белых на реке Сок. Командованию пришлось усиливать 5-ю армию дополнительными дивизиями с других участков фронта. И хотя белые отступили, окружить и уничтожить их корпуса Тухачевскому не удалось, несмотря на тройное превосходство в силах.
Спустя два месяца, в ходе Златоустовской операции (той самой, в которой, по словам Краснопольского, будто бы «в полном блеске раскрылся талант Тухачевского») командарму-5 было поручено окружить и уничтожить белогвардейскую Западную армию. Но ударная группировка из-за плохо организованной разведки вдруг напоролась на 12-ю пехотную дивизию белых. В результате замысел операции на окружение был сорван, бои свелись к фронтальным ударам и, хотя Златоуст был взят, белые не были разгромлены и организованно отступили к Челябинску.
В Петропавловской операции, по замыслу командования, 5-я армия успешно форсировала Тобол и, продвинувшись на 130–180 км на восток, завязала бои на дальних подступах к Петропавловску. Но вдруг… белые нанесли контрудар по всему фронту, и войска Тухачевского оказались прижатыми к Тоболу.
Спеша спасти Тухачевского, командующий фронтом В. А. Ольдерогге изменил задачу соседней 3-й армии и приказал ей атаковать левый фланг белых. Это позволило отвести остатки 5-армии за реку и получить передышку и подкрепление для нового наступления. И снова операция на окружение и разгром белых не удалась, более или менее организованно они отошли к Омску.
Говоря об этом паническом бегстве за Тобол, даже Тодорский в своей в целом панегирической биографии Тухачевского признавал, что эта неудача была вызвана просчетами самого Михаила Николаевича, который, имея минимальный опыт вождения войск, усвоил манеру действовать наскоком.
Операции, разработанные в штабе армии, нередко заканчивались огромными потерями и фланговыми ударами белых. Если Михаил и отрабатывал некие свои гениальные теории, то выходило плохо. Выручало лишь численное превосходство и помощь фронта. То дивизии пришлют, то прямым приказом заставят действовать правильно.
И вот пришло время первого ордена для «гения».
Ситуация анекдотичная! Белые составили план ловушки: заманить большие силы красных, окружить и уничтожить. «Гений» рванул на всех порах! На этом бы и кончилась история Тухачевского, но командование фронтом (Фрунзе и его штаб) не подкачало, оперативно перебросило резервы и нанесло ряд отвлекающих и фланговых ударов, белые откатились.
Вот так, «величайший военный талант» получил орден за то, что угодил в ловушку для дураков под Челябинском…
Дальше опять двадцать пять. Армия Тухачевского начинает наступление на Колчака, разбивается в лобовых атаках и снова бежит. Но об этом апологеты умалчивают, лишь воспевают последующее наступление, которое не назовешь иначе, чем преследование беглецов. Ни патронов, ни снаряжения у белых уже не было. Вот тут Миша оттянулся на всю катушку! Нагнать обоз, порубить всех, это же гениально… За это и получил именное оружие наш герой, за разгром Колчака.
Хотя, если посмотреть объективно, все самостоятельные операции армии Тухачевского были если не провальным (с угрозой всему фронту), то скажем так, сильно не успешными. Чего не скажешь о контр-операциях белых, которые против Тухачевского удавались всегда с огромным успехом! Мало того, Тухачевский не всегда справлялся с поставленными задачами выделенными ему силами и склонен был требовать себе подкреплений за счет соседних армий. Выявилось и неумение командарма организовать разведку, надежную связь и управление войсками. Чрезмерно уповая на моральное превосходство своих войск, Тухачевский нередко пренебрегал пополнением материальных запасов и подтягиванием тылов, бросал в бой сразу всю массу своих войск, не оставляя резервов. Поэтому испытываемые им время от времени поражения отличались стремительностью и полной дезорганизацией войск, требовавших от фронтового командования больших усилий для восстановления положения.
Справедливости ради отметим: во многих случаях в действиях на Восточном фронте «наскоки» Тухачевского достигали успеха. 5-й армии здесь часто не приходилось даже штурмовать занятых белыми городов; их освобождали и удерживали до подхода красных партизаны или восставшие рабочие. И похоже, что «размягчение» вражеского тыла перед подходом его войск казалось Михаилу Николаевичу естественным, само собой разумеющимся.
Как бы там ни наговаривали, но Тухачевскому решили доверить фронт. Можно подчеркнуть для чего: окончательного разгрома Деникина.
Войска белых на юге уже утратили боевой потенциал, но ещё держались. Начал Миша, уж так повелось в его военной карьере, с тяжкого поражения. Белые не просто отбили попытку наступления красных, но и перешли в своё. Где уж тут был военный гений Тухачевского, который наплевал на советы штаба, история умалчивает.
Поправили дела обычным образом - массовым пополнением.
Сам же Деникин утверждал, что ни на какие действия армия белых не способна. Но действия красных были настолько авантюрны, что грех было не воспользоваться…
Злые языки утверждают, что если бы не Первая конная армия, белые разнесли бы к едреней фене весь фронт Тухачевского! Но конармия Буденного Семена Михайловича была и южный оплот белых перестал существовать.
Каменев дал лестную характеристику Тухачевскому за этот разгром. Правда он не упоминает о военных талантах, а всё больше упирает на решительность и преданность делу революции. По тем временам-более чем весомо!
Мишу впервые отправляют на действительно важный участок - Западный фронт. Его задача, организовать атаки на Польшу. Началось, уже привычно - с поражения. Опять, глупое и неподготовленное наступление превратилось в контрудар противника и бегство Красной армии. О котором никто не упоминает, кроме специалистов. Снова пополнение, усиление и следующая попытка. Это же военный гений, чего же еще требовать?!
Польские войска 30 мая контратаковали и с помощью подошедших резервов восстановили положение. Только 15-я армия А. И. Корка смогла удержать небольшой плацдарм в районе Полоцка. Резервов у Тухачевского не оказалось. Он вложил все силы в первый удар, рассчитывая резервы создать позднее, из новых дивизий, перебрасываемых с Кавказского и Восточного фронтов, от Петрограда и внутренних округов. Но эти дивизии опоздали к началу польского контрнаступления.
2 июня 1920 года советское правительство издало декрет «Об освобождении от ответственности всех белогвардейских офицеров, которые помогут в войне с Польшей». В итоге тысячи русских людей добровольцами вступили в Красную армию и пошли воевать на польский фронт.
Пользуясь тем, что много польских сил оттянулось на Украину, 4 июля перешел в наступление главный советский, Западный фронт Тухачевского. Пять его армий сломили оборону противника и стали быстро продвигаться вглубь Белоруссии и Литвы. Польский фронт здесь продержался дольше, чем на Украине, но и крушение его стало намного катастрофичнее. Войска охватила паника. Отступление превратилось в повальное бегство. И едва поляки побежали, население стало отыгрываться – портили паровозы, стреляли из леса по обозам и колоннам. 11 июля поляки бросили Минск, 14 июля – Вильно. С их отступающими войсками двинулись множество беженцев. По дорогам катились лавины частей и обозов. Солдаты занимались грабежами.
Успех Тухачевского выглядел уже неоспоримым. Движение двух армий на Брест для удара с юга по отступающей группировке поляков казалось лишним. Наступление катилось, как в хмельном угаре. Далеко отстали вторые эшелоны, тылы, резервы, застрявшие из-за взорванных мостов и дорожных пробок. К началу штурма у Тухачевского оставалось всего 50 тыс. человек. Однако этим пренебрегли. Около 30 тыс. выделялось для обхода Варшавы с севера, 11 тыс. наступали на нее в лоб, около 8 тыс. – обходили с юга.
Но «начальник Польши» Юзеф Пилсудский не зря командовал войсками в Первой мировой. Пользуясь тем, что разведки у красных почти не было, он незаметно накопил мощный кулак: 50 тысяч человек с 30 танками, 250 артиллерийскими стволами, десятью бронепоездами.
16 августа могучий польский кулак совершенно внезапно нанес контрудар по флангам Тухачевского. 70 самолетов, поднимаясь с аэродромов под Люблином и Варшавой, беспрерывно бомбили и поливали пулеметным огнем красноармейские колонны и конницу. Плотная масса красноармейцев рассеивалась артиллерийским огнем. Люди разбивались на мелкие отряды, прижимались к земле, разбегались по лесам. Но польские солдаты не давали убежать далеко. Пленных оказалось до 100 тысяч человек.
И тут Миша попал впросак.
Красная армия серьёзно превосходила польскую и начала уверенное наступление на Варшаву. А потом оказалась разбита.
Михаил Николаевич всю вину свалил на Юго-Западный фронт (Сталина и Буденного в том числе) и самое удивительное - на поляков!!! Последние поступили безусловно подло, отведя войска с направления главного удара «гения», не известили его о таком предательском маневре и разбили его незащищённый фланг, о котором «военный гений» и не подумал позаботиться. Подонки… А проклятый Сталин не прислал подкрепления!
Хотя, знающие люди говорят, что действия Тухачевского противоречили всем канонам военной науки и Первая конная, если бы даже прибыла вовремя, скорее разделила бы участь остальных войск, нежели произвела какой-то перелом в ситуации.
Ну, бездарь Миша был, а не талант, что же тут поделаешь?!
Действия Тухачевского называют блестящими, но откуда тогда такой разгром?! Ах, если бы поляки действовали так, как предполагал Михаил Николаевич… С точки зрения тактики и стратегии, если бы поляки действовали по предположениям будущего маршала, они были бы идиотами и профанами в военном деле!!!
Кем был командующий Западным фронтом, решайте сами.
Поляки очень наглядно объяснили Тухачевскому, что резервы для решающего момента сражения все-таки желательно иметь, и даже самый революционный энтузиазм их не заменит.
Затем, нашего «героя» отправили подавлять бунт тамбовских крестьян. Как «решительного и преданного», который разок уже Кронштадтский бунт подавил.
Стоит сказать пару слов в защиту Тухачевского, которого обвиняют в газовых атаках. Обвинения эти строятся целиком на приказах, а не на реальных фактах.
Обращений пораженных не зафиксировано, да и специальных химчастей, конечно, не было. Следует учесть, что и красными, и белыми использовались химснаряды довольно активно. В то время, грехом это не считалось. Можно сколько угодно оспаривать, но противогазы бойцов в фото и кинохроник Гражданской слишком красноречивы…
Вот и всё, военный гений больше не воевал, а «строил армию»…
После подавления тамбовского восстания, Миша стал начальником Военной академии РККА. Данный факт пытаются представить, что он усиленно занимался обучением лучших офицеров. Должность начальника академии, как и главврача больницы, например, подразумевает организационную и хозяйственную деятельность, а не обучение или лечение. Должность почетная, но славы не приносит.
Тухачевский прочитал слушателям несколько лекций, но в программу обучения они не вошли и ажиотажа не вызвали. Пересказывание азбучных военных истин, известных ещё с Древнего Рима.
Миша быстро понял, что тут ему не подняться и отпросился на Западный фронт. И тут опять произошла очень не хорошая история, о которой не принято вспоминать.
Тухачевского приняли в штыки!
Редчайшее явление в РККА - на нового-старого комфронта ополчились буквально все! Военспецы (бывшие царские офицеры), молодые красные командиры, весь партийный состав. Это к вопросу о «невероятной любви и уважении к Тухачевскому в армии».
Многие видели воочию его «военный талант», других поразили заносчивость и презрительность, по отношению к подчиненным, откровенное чванство. Пришлось Мише ретироваться с фронта. Но зато он шагнул сразу в заместители начальника штаба РККА. Тут нужно пояснить.
Тухачевский находился в большом фаворе у тогдашних лидеров партии, Троцкого и Каменева. Обоих привлекала (с их же слов) решительность Миши. Как и его беспринципность, и отсутствие жалости, по отношению к своим и противнику. Помогает расстрел заложников? Стреляем. Надо бросить на смерть целый полк? Цель оправдывает средства. А различные морализмы и понятия чести только мешают делу революции. Человечек архиценный…
После смерти Фрунзе, Тухачевский и сам стал начальником штаба, но не справился и поехал замом к Ворошилову. Михаил ведёт активную «научную» работу. Правда, военную науку он ничем не обогатил. Во-первых, его «труды» были слабыми в военном отношении, плохо проработанными. Во-вторых, слишком оторванными от реальности и в экономическом, и в политическом отношении. В-третьих, просто перенасыщены ура-патриотическими лозунгами.
Во времена Хрущева, работы Тухачевского пытались представить просто титаническими трудами прозорливого военного гения. Зачем это делалось, понятно - посмотрите, люди, какого таланта загубил кровавый Сталин! А был бы он жив, мы бы Берлин ещё в 41-м малой кровью взяли…
На самом деле, ни одно предположение Тухачевского не сбылось. Ни по войнам в целом, ни по ВОВ, ни по тактике, ни по стратегии, ни по вооружению. Хотя, его «теорию сокрушения» превозносят до небес. Дескать, вот же он, научный папа блицкригов и обходных маневров.
Это чушь! Вся «теория» Тухачевского сводится к одному: взять 50 тысяч танков и ка-а-ак вдарить при поддержке 40 тысяч самолетов…
Я не шучу, именно такие цифры он и озвучивал.
Тухачевский был также ярым противником резервов, партизанских действий, отвлекающих ударов, перегруппировок в наступлении и многого другого, что до сих пор составляет основу боевых действий. И все это активно приправлялось словами о революции, сокрушающей мощи рабочего класса, торжестве коммунизма и прочем.
Предлагаю вниманию один из "шедевров" Тухачевского - статью "Новые вопросы войны". Цитирую самые яркие места:
- - Осуществление бомбардировочных полетов в стратосфере будет означать громадный технический и военный переворот.
- - Пушечное сражение между самолетами быстро увеличивает дистанции боя в воздухе. В самое ближайшее время этот бой будет завязываться на дистанции нескольких километров.
- - Крайне сложным становится теперь вопрос об уязвимости металлического тяжелого бомбардировщика. Осколки для него не страшны.
- - Ту часть артиллерийских танков, которая должна действовать против противотанковых орудий, желательно иметь в виде телеуправляемых танков.
- - При прочих равных условиях колесно-гусеничный танк имеет преимущества перед гусеничным
- - Габариты танков должны соразмеряться с габаритами фюзеляжей тяжелых бомбардировщиков.
- - Основная масса танков должна строиться на базе стандартизованного автотракторного парка страны. И обратно, новые типы автомобилей и тракторов должны ставиться в производство лишь в том случае, если они могут стать механической основой танка.
Отдельно стоит сказать о заботе Миши за вооружение.
Бог с ними, 50 тысячами танков, давайте взглянем на «гениальные» предложения.
Универсальные пушки, то есть стреляющие и по танкам, и по самолетам. В результате, РККА получила орудия, мало пригодные как к первому, так и к второму.
Динамореактивная артиллерия, заменяющая классическую. Итог: большая часть исследовательских и конструкторских работ по ствольной артиллерии была свернута, денег потрачено огромное количество, а результат равен нулю. Точнее, ствольная артиллерия отброшена на много лет назад.
Особое место занимают в умах поклонников - ракеты. Ещё бы, именно Тухачевский основал! На самом деле, основал, конечно, не он, а наркомат вооружения, Мишу лишь назначили курировать.
Ну и что, скажет читатель, ведь «Катюшу» мы получили?! Да нет, господа, получили мы разбазаривание огромнейших средств и одну лапшу на уши, вместо результата! Знаменитую «Катюшу» создавали под руководством Берии, который разогнал и пересадил любимцев Тухачевского, которые не создали ни единой полезной вещи.
Как знать, не шваркнули ли бы по немцам в 41-м десятки дивизионов реактивных минометов и не ударили ли по Берлину советские ракеты, Королёва например, если бы не «гений».
Танки. Навязчивая мечта Тухачевского. Да, не стремился он никогда к механизации соединений и маневрам.
Давайте сделаем все трактора бронированными, поставим на них пулеметы и отправим громить врага! Думаете, это шутка?! Карман шире держите. Как атаковать на скорости в 3 км\ч и где взять столько брони, «гений» не заморачивался. Армада лёгких танков, несущаяся по шоссе, вот самый сладкий сон Миши и Резуна…
Сегодня является чуть ли не аксиомой, что Тухачевский имел наиболее прогрессивные взгляды на войну, его страшно уважали за это все военные, а Сталин и его присные всячески гнобили и зажимали.
В СССР была целая плеяда военных теоретиков. Главные, это конечно Шапошников и Свечин. Придерживаясь различных взглядов и будучи оппонентами, они относились к «трудам» Тухачевского одинаково: бред! Миша, как настоящий дворянин и офицер, начал жестокую травлю Сечина, высмеивание его идей. За то, что Сечин посмел назвать Польскую кампанию «гения» идиотизмом и провальной авантюрой…
Шапошников, хоть и был противником Свечина, уважал его и хлопотал по мере сил, чтобы такой талант не сидел, стараниями Тухачевского, а работал на благо страны. Сам же Миша, попробовал и на Шапошникова «наехать». Но получил крайне жёсткий отпор! Злые языки говорят, что Борис Михайлович в нескольких словах объяснил «гению», почему он идиот, бездарь и профан в военном деле. Связываться с человеком, которого Сталин зовёт по имени отчеству, бесстрашный Миша побоялся…
Прочие его военные идеи, вроде того, что наступление немцев в Белоруссии является фантастикой, даже обсуждать бессмысленно.
Скажем и за Ворошилова с Буденным.
Старые, упертые конники против прогрессиста. Что они критиковали? Оторванность Тухачевского от реальности.
У СССР просто не было возможности выполнить Мишины «хотелки» по танкам и иной технике, так зачем отказываться от лошадей?
Сегодня многим непонятно, почему механизированная тяга хуже гужевой (лошадок)?
Да потому что времена были иные! Тогдашние трактора едва могли волочь за собой борону, то и дело застревая и ломаясь. Скорость вообще за пределами оценки. А потребляют они огромное количество топлива, запчастей и обученного персонала…
Была у СССР мотопехота в таких количествах, какие требовал Тухачевский? Да нет конечно. Эти функции с успехом выполняла в войну конница.
Поспешили с её расформированием, после расстрела «механизатора», кстати. Пришлось восстанавливать во время ВОВ. Ворошилов подсуетился? Нет, Жуков. На основе кровавых реалий войны. Да и сами немцы, самая механизированная армия, непрерывно наращивали число кавалерийских частей. Мишу не читали…
Так, давайте подведем некоторые итоги.
Имеем мы перед собой военного бездаря и дилетанта. Все военные успехи которого достигнуты не искусным маневром или неожиданным решением, а подавляющим превосходством и посторонней помощью. Все его военные мысли сводятся к достижению только такого превосходства и лишь в нём он видит залог победы. Действия противника не учитывает совершенно, свои потери не считает. Своими прожектами вызывает ненависть здравомыслящих конструкторов и инженеров.
Посмотрим на мнения сослуживцев и современников: очень амбициозен, патологически самолюбив и тщеславен, злопамятен, ревнив, нетерпим к отличному от своего мнению (часто слышим обратное, но примеров, кроме демагогии, не видно, а вот подтверждающих фактов, хоть отбавляй). Настоящий идолопоклонник Наполеону, беспринципный и безжалостный, плюющий на проблемы государства.
Ответим сами себе, мог ли такой человек возжелать повторить судьбу Наполеона, своего безграничного кумира?! Апологеты «гения» утверждают, что никогда, это невозможно в принципе. Откуда взяться военному заговору в стране, "военные - оне не такие"!
Любопытно, что точно такой же заговор в Германии или Испании никто не оспаривает… Да и вообще, главным контраргументом против заговора выдвигают «абсурдность идеи». Непонятно, каким образом может быть абсурдна идея, являющаяся причиной наверное 90% переворотов в истории Земли.
Хотя в чем-то, отрицатели заговора военных правы. По большому счёту, военными там можно назвать немногих. Политруки, комиссары, члены отделов, начальники и т.д. Некоторые из заговорщиков конечно были командирами в Гражданскую, но вынужденно. В основной своей массе, они были не офицерами, а революционерами! Профессиональные революционеры, неспособные составить заговор… И тщеславный Миша Тухачевский, имеющий кумиром Наполеона, страстно жаждущий его славы, но неспособный возглавить военный переворот. Действительно, ну, как же это возможно?!
Другое дело, что реалии тех лет не позволяют объединить заговорщиков в единую и монолитную группу друзей.
Были среди них и троцкисты, и зиновьевцы, может и монархисты были или даже эксгибиционисты! Не было лишь сторонников Сталина и курса на построение социализма в отдельно взятой стране. А это могло объединить и более разнящихся людей. Лишь бы свалить «недоумка», а там посмотрим ещё, чья возьмёт! Девиз, уже однажды сработавший, при непосредственном участии этих же людей.
Так ли уж существенно, что они пошли общей колодой?! На мой взгляд, нет. Если обратиться к показаниям самого Тухачевского, то, ну, ни малейшего намека на нечто экстраординарные мы не увидим.
Был он завербован немецкой разведкой во время войны, ну, и что? Да таких пачками вербовали, тысячами впрок! Сам Ленин на подозрении, что тут до лейтенанта Миши?
Деньги взял, домой вернулся? Так молодец, адекватный человек, а меценаты эти пусть лесом идут, своих задач полно!
С троцкистами знался? Так он и связь с самим Троцким не только не скрывал, но до определённого времени афишировал. Да и пользы от этого поимел немало.
Страну хотел предать и отдать врагу? Так ведь не всю же! Ну, полегло бы тысяч 100-200, кто бы их считал?! Миша вот никогда. Да и кто сказал, что данный вариант основной, а не тридцатый?!
Считал ли он Якира, Гамарника и прочих своими врагами? Считал, конечно, ну, и что?! Разве это повод не идти вместе к цели? У самого команда хорошая была. Главное победить, а «попутчиков» и по пути убрать можно.
Читая «выбитые» признания многих заговорщиков тех лет, удивляешься не детективным сюжетам, якобы нарисованных некими костоломами, а тому, что люди просто пытались действовать по удачному шаблону, пренебрегая тем, что времена изменились.
Как действовали троцкисты? Пропаганда на заводах, организация стачек, подпольные типографии, поиск недовольных в армии… Ничего не напоминает?! Ошиблись в одном, но главном. Людям стало жить намного лучше и жить опять плохо они не хотели. Ни за ради какой цели…
Если бы Сталина убили, то каков был бы итог? Народ встал бы за Берию, Молотова или другого.
Да, людей можно обмануть ненадолго, а потом надо или делать хорошо, или становиться последним ублюдком в их глазах. Способна ли была на это команда словоблудов в 30-х или 90-х? Ответ ясен - никогда! Только вот в 90-х личности не нашлось, а в 30-х их были тысячи. И заговорщики, как их не характеризуй, идиотами точно не были и это понимали отлично. Поэтому мы имеем ту историю, которую имеем.
Великая Отечественная показала, что «врагов народа» в советском государстве были сотни тысяч только на оккупированной территории. И за несвоевременный расстрел таких вот высокопоставленных «шпионов», наша страна заплатила миллионами жизней!
Поневоле закрадывается предательская мысль: шлепнули бы их на пять лет раньше и трое предков бы уцелели. И десять соседей. И миллионы других людей…
«Доктрина Тухачевского»: почему в случае её принятия Красная Армия была разгромлена уже в 1941-м
Давно и часто высказывается мнение о том, что Великая Отечественная война сложилась бы для СССР значительно легче, если бы перед войной не было проведено массовых репрессий против высших командных кадров РККА. Возможно даже, что война бы и не началась: Гитлер не решился бы на нападение. В оценке такого последствия сталинских репрессий были солидарны большинство высокопоставленных советских военных, командовавших в Великую Отечественную войну: маршалы Георгий Жуков, Александр Василевский, Андрей Ерёменко, генерал армии Александр Горбатов и другие. Эту оценку разделяет большинство историков.
Однако мы будем исходить из других соображений и рассмотрим, прежде всего, взгляды самого значительного советского военного теоретика тех лет – Михаила Тухачевского – на характер будущей войны и подготовку к ней. Будем также считать, что эти взгляды стали бы руководящими для высшего командования РККА. Предположим, что военное руководство не вмешивалось в решение политических вопросов и занималось бы подготовкой армии, а внешнеполитические события сложились к 1941 году так, как в реальности.
Первое, что бросается в глаза при сравнении текстов сочинений Тухачевского и тех документов, которыми руководствовалась РККА после его гибели – они практически идентичны по смыслу. И до, и после смерти Тухачевского Красная армия готовилась к наступательной войне против империалистов на их территории. И при Тухачевском, и после него РККА насыщалась механизированными средствами борьбы.
Утверждение, будто Тухачевский и прочие расстрелянные кадры все поголовно были сторонниками механизации (тем более – будто бы их репрессировали за такие взгляды), а их противники (Ворошилов, Будённый и т.д.) стояли за конармии времён гражданской войны и не понимали значения техники в современной войне – ни на чём не основанный миф.
Полевой устав РККА 1936 года, который был разработан и принят при активном участии Тухачевского как первого заместителя наркома обороны (Ворошилова), оставался главным руководящим документом Красной армии до начала Великой Отечественной войны. В 1939 году был подготовлен проект нового Полевого устава, однако его не успели рассмотреть и принять. Впрочем, в нём также не было ничего, противоречащего взглядам Тухачевского.
Центральным местом в воззрениях Тухачевского на характер будущей войны являлась идея стремительного наступления с максимальным использованием технических средств: авиации, танков, артиллерии. Тухачевский подразделял танки на два типа: непосредственной поддержки пехоты и «дальнего действия». Если первые должны были участвовать в прорыве полосы обороны противника, то вторые – захватывать объекты в его тылу, нарушать его коммуникации и линии связи, сеять панику и дезорганизацию у врага.
В 1930 году Тухачевский (тогда командующий Ленинградским военным округом) представил наркому К.Е. Ворошилову свой план развития советских вооружённых сил. Этот план поражает своей утопичностью. В стране, только приступавшей к индустриализации, Тухачевский предлагал в краткие сроки развернуть армию в 250 дивизий, плотно насыщенную боевой техникой. По плану Тухачевского, СССР должен был начать производить 50 тысяч танков в год! Очевидно, что выпуск тракторов, автомобилей и других машин, необходимых для народного хозяйства, не говоря уже о продуктах первой необходимости для населения, проект Тухачевского игнорировал начисто. В плане Тухачевского всё было подчинено идее скорейшей «революционной» войны против загнивающего буржуазного Запада.
«Количественный и качественный рост различных родов войск вызовет новые пропорции, — писал он, — новые структурные изменения... Реконструированная армия вызовет и новые формы оперативного искусства».
В записке отмечалось, что увеличение количества танков и авиации позволяет «завязать генеральное сражение одновременным ударом 150 стрелковых дивизий на фронте в 450 км и в глубину на 100-200 км, что может повлечь полное уничтожение армии противника. Это углубленное сражение может быть достигнуто высадкой массовых десантов в тыловой полосе противника, путем применения танководесантных прорывных отрядов и авиадесантов». И это в стране, только приступавшей к индустриализации.
Ворошилов немедленно переслал записку Сталину, снабдив ее комментарием:
«Тов. Сталину. Направляю для ознакомления копию письма Тухачевского и справку Штаба по этому поводу. Тухачевский хочет быть оригинальным и... "радикальным". Плохо, что в К.А. есть порода людей, которые этот "радикализм" принимают за чистую монету. Очень прошу прочесть оба документа и сказать мне твое мнение. С приветом — Ворошилов».
Сталин стал на сторону Ворошилова. Письмо Сталина по поводу предложений Тухачевского было оглашено на расширенном пленуме РВС СССР 13 апреля 1930 года.
«Совершенно секретно. Тов. Ворошилову.
Получил оба документа, и объяснительную записку Тух-го, и "соображения" Штаба. Ты знаешь, что я очень уважаю т. Тух-го, как необычайно способного товарища. Но я не ожидал, что марксист, который не должен отрываться от почвы, может отстаивать такой, оторванный от почвы, фантастический "план". В его "плане" нет главного, т.е. учета реальных возможностей, хозяйственного, финансового, культурного порядка. Этот "план" нарушает в корне всякую мыслимую и допустимую пропорцию между армией, как частью страны, и страной, как целым, с ее лимитами хозяйственного и культурного порядка...
Как мог возникнуть такой план в голове марксиста, прошедшего школу гражданской войны?
Я думаю, что "план" т. Тух-го является результатом модного увлечения "левой" фразой, результатом увлечения бумажным, канцелярским максимализмом.
"Осуществить" такой "план" — значит, наверняка загубить и хозяйство страны, и армию: это было бы хуже всякой контрреволюции.
Отрадно, что Штаб РККА, при всей опасности искушения, ясно и определенно отмежевался от "плана" т. Тух-го.
23.3.30.
Твой И. Сталин»
Естественно, записка Тухачевского, доложенная Сталину, была забракована как фантасмагорическая, а её автор получил стойкое реноме оторванного от реальности радикального прожектёра. Однако нельзя сказать, что все высказанные в ней идеи были отброшены. Пользуясь своим служебным положением (в 1931 году он стал заместителем наркома по военным и морским делам, а в 1936-м – его первым заместителем), Тухачевский формулировал задания на проектирование наиболее перспективных, на его взгляд, видов вооружения.
своей ответной записке Сталину Тухачевский утверждает, что штаб РККА исказил цифры его докладной записки, а сам он цифры даже преуменьшил:
Итак, мы обладаем всеми условиями, необходимыми для массового производства танков, причем в моей записке о реконструкции РККА я не преувеличил, а приуменьшил возможности производства у нас танков.
а) в 1932 г. — 40 000 тысяч по мобилизации и 100 000 из годового производства и б) в 1933 эти цифры могли бы возрасти раза в полтора.
Для реализации таких планов Тухачевский предлагает строить танки на основе тракторов и автомобилей:
… ни трактор, ни автомобиль не могут быть непосредственно использованы как основа такого танка.
Совершенно иначе обстоит дело, если строить танк на основе трактора и автомобиля, производящихся в массах промышленностью. В этом случае численность танков вырастет колоссально...
..."Красный Путиловец" с марта 1931 года будет выпускать новый тип трактора, в полтора раза более сильный. Нынешняя модель слишком слаба. Новый трактор даст отличный легкий танк. Модель Сталинградского завода и Катерпиллер также приспособляются под танк.
В общем, вопрос применения трактора и автомобиля для танка надо считать решенным и в наших условиях.
В 1932 году Тухачевского повышают и назначат заместителем наркома обороны. После чего Тухачевский предлагает довести численность армия мирного времени до 11 миллионов... Подобные планы вызвали резкую реакцию Ворошилова и Сталина. Не могли не вызвать. Им вполне очевидно, что подобный "план" загубит всю экономику. Тухачевский не успокаивается и настаивает. Теперь он утверждает, что 140 тыс. танков могут быть готовы только лишь за 1932-й. А к 33-му так и вообще, можно довести до 210 тыс.
Сталин видит, что его нужно снимать. Как нужно снимать немедленно и не рассуждая любого военачальника предложившего подобное. Но пока не может. Следует стандартный прием административной игры. Тухачевского как бы повышают, переводят в центральный аппарат, и - главное - отрывают его от непосредственно войск и старых контактов. С этого момента падение Тухачевского - вопрос времени. К сожалению, тогдашняя система не имела нормальных методов ротации элиты и избавления от откровенного хлама.
Тяжелый танк Т-35. Весил 54 т, имел 5 башен, 3 пушки, 4 пулемета, 11 человек экипажа. Был украшением всех парадов. Но не мог взобраться на горку крутизной более 15 градусов, а на испытательном полигоне – вылезти из лужи. Уже тогда никто не мог ответить на вопрос – как этим танком управлять в бою? Ведь его командир обязан был крутить головой во все стороны, указывая цель всем своим 5 башням, корректируя огонь 3-х орудий, при этом стреляя из своего, самого верхнего, пулемета и заряжая 76,2 мм пушку. Тухачевский предназначал Т-35 для прорыва обороны. То есть вражеских рубежей, оснащенных артиллерией. Но дело в том, что самая маленькая пушка, которая могла встретиться на этих рубежах танку Т-35 с Первой Мировой войны, не могла иметь калибр менее 37 мм. А такая пушечка на расстоянии 500 м пробивала минимум 35 мм брони. У танка Т-35 лишь один передний наклонный лист брони корпуса имел толщину 50 мм, вся остальная броня этой махины не превышала 30 мм. На какую оборону его можно было пускать с такой броней?
Был построен 61 такой танк, в западных округах немцев встретили 48 этих машин. Известна судьба всех: 7 нашли почетную смерть в бою; 3 были в ремонте; остальные сломались на марше и были брошены экипажами.
Примерно таким же был и другой танк для прорыва обороны – средний танк Т-28 с тремя башнями. Только у этого самая толстая броня была 30 мм. Их было построено более 500 единиц, но судьба их точно такая, как и всех танков Тухачевского, которым можно дать единое собственное имя «Смерть танкиста».
Но тяжелых и средних танков имени Тухачевского хотя бы было относительно немного. Иначе обстоит дело с легкими танками. В 1931 году был принят на вооружение и поставлен на производство английский танк «Виккерс», забракованный английской армией. Английские военные критиковали устройство ходовой части. Лобовую броню он имел 13 мм, весил первоначально 8 т и с двигателем в 90 л.с. мог развить скорость до 30 км/час. Его модернизировали, в результате чего он стал весить более 10 т, а лобовая броня на башне выросла до 25 мм, на корпусе – до 16 мм. Изготовили этих танков (под названием Т-26) к 1939 г. около 11 тыс. единиц. Зачем Тухачевскому потребовалось такое количество малоподвижных и почти небронированных машин, что они должны были делать в его танковых корпусах – непонятно.
Следствием этих взглядов ещё до 1937 года стало насыщение Красной армии пехотными танками Т-26 и лёгкими быстроходными танками БТ. Так, все 1930-е годы танкостроение в СССР развивалось по линии производства быстроходных лёгких танков типа БТ, созданных на базе американского танка Кристи. Эти танки могли снимать гусеницы и двигаться на колёсном ходу по шоссейным дорогам со скоростью свыше 70 км/ч. По мнению Тухачевского, такие танки должны были быстро захватывать вражеские города, сеять панику у буржуазии и поднимать революционный пролетариат западных стран на восстание. Предполагалось, что предстоящая война будет исключительно наступательной и происходить на территории Западной Европы с её развитой сетью хороших дорог. Подразумевалось также, что эта война будет блицкригом, и солдатские массы буржуазных стран быстро перейдут на сторону страны Советов или откажутся воевать за свои правительства.
Тухачевский не считал танки средством боя прежде всего с вражескими танками, как это делали немецкие теоретики танкового блицкрига Гудериан, Гот, французский генерал де Голль и др. Танк Т-34 не вписывался в его концепцию и можно предполагать, что Тухачевский воспротивился бы его принятию на вооружение. Вопреки стойкому мифу, Тухачевский вовсе не был творцом идеи глубокого стратегического прорыва танковых клиньев. Он рассчитывал на то, что армии капиталистических стран разложатся при первом же столкновении с Красной армией, и последней не придётся преодолевать упорное сопротивление. Танки, прорывающиеся по автострадам, рассматривались, прежде всего, как средство психологического воздействия на противника. Понятия танка как основного боевого средства в современной войне, к которому одновременно пришли немецкие (Гудериан), французские (де Голль) и английские (Фуллер) военные стратеги, у Тухачевского не было.
Идеи Тухачевского о быстром прорыве могли быть осуществимы только при отсутствии сплошного фронта, что противоречило опыту Первой мировой войны. Только в 1936 году в работе, посвящённой Полевому уставу РККА, он признал, что в будущей войне возможны сплошные позиционные фронты и придал большое значение их прорыву с использованием большого количества артиллерии и танков непосредственной поддержки. Но от идеи танков «дальнего действия» он не отказывался.
К началу Великой Отечественной войны на вооружении РККА имелось 8200 танков БТ с противопульной бронёй и слабым вооружением. Поскольку воевать пришлось в родном бездорожье, сразу выявилась полная непригодность этих танков к бою. Другим основным видом танков РККА был тоже лёгкий, но тихоходный Т-26. Их было более 11 тысяч штук, и они предназначались для непосредственной поддержки наступающей пехоты в бою. Все они в первые месяцы войны также стали лёгкой мишенью для немецких танкистов и артиллеристов.
Одновременно Тухачевский был сторонником десантирования танкеток с воздуха в тылу противника с использованием планёров и «воздушных поездов». Как показал опыт Великой Отечественной войны, это была вредная утопия. Тухачевский был противником специализированной артиллерии, считая, что одни и те же орудия должны бить как по наземным целям, так и по самолётам. Также он настаивал на перевооружении всей армии безоткатной (динамо-реактивной) артиллерией. Это тоже, как выяснилось, было утопией.
Тезис о «войне малой кровью на чужой территории» был не его, а Ворошилова. Наоборот, Тухачевский ещё в 1923 году писал, что новая война будет «не малокровной, а жестокой и кровавой», и её будет вести «всё население». По сути, он выступал теоретиком тотальной войны, и здесь, конечно, был прав, но далеко не оригинален.
Вместе с тем, он отвергал значение активной, подвижной обороны. Наоборот, ратовал за максимальное насыщение первой линии обороны и отрицал необходимость тыловых резервов.
По инициативе Тухачевского, значительные средства тратились на разработку безоткатной (динамо-реактивной) артиллерии. Последующая практика показала их бесперспективность. В ограниченной серии такие пушки во время Второй мировой войны пошли только на вооружение воздушно-десантных частей вермахта, по причине их небольшого веса. Обычная артиллерия продолжала царить на полях сражений Второй мировой войны, также, как и Первой.
Будучи заместителем председателя Реввоенсовета СССР и начальником вооружений РККА, Тухачевский сознательно стал проводить губительную для армии политику в отношении вооружений. Именно в это время он откровенно «зарубил» постановку на вооружение ручного пистолета-пулемёта В. А. Дегтярёва, признанного на полигонных испытаниях того времени самым лучшим! Всего 300 шт. заказал, и то для начальствующего состава (а для чего?). Между тем ещё в начале 1930-х гг. в принципе уже было ясно, что наступает эпоха автоматического стрелкового оружия, что и доказала Вторая мировая война.
Нетрудно увидеть, к каким последствиям привела бы доктрина Тухачевского, если бы её стали реализовывать в канун Великой Отечественной войны. Практически вся Красная армия тогда была бы окружена и разгромлена в самых первых приграничных сражениях.
Как маршал Тухачевский убивал классическую советскую артиллерию
В 1933г. Грабин работал в крупном конструкторском бюро, занимавшемся созданием классических артиллерийских систем. Неожиданно для него и его товарищей поступил приказ сверху – бюро подлежит ликвидации. Конструкторам, инженерам, техникам предлагалось самостоятельно найти себе работу в любой отрасли промышленности. Грабин был потрясен, и вместе с другими конструкторами решил просить помощи у Тухачевского:
«…Все вместе мы составили письмо на имя М. Н. Тухачевского, занимавшего в то время пост начальника Вооружения Красной Армии: "Свершается ошибка... Просим помочь исправить ее".
С этим письмом я поехал к начальнику Вооружения, но его не застал. Долго ждал в приемной, так и не дождался, оставил пакет дежурному адъютанту. На другой день приехал снова. Узнал, что письмо Тухачевский читал, но никакой резолюции не наложил.
…Этот эрудированный, высокообразованный в военном отношении человек не возражает против того, что классическую артиллерию пытаются заменить динамореактивной. Что же это такое? — думал я.— Случайность? Или кто-то сбил его с толку?».
Бюро было ликвидировано, а сам Тухачевский никак не помог. Более того он, ярый приверженец использования исключительно динамореактивной артиллерии, делал все для того, чтобы «убить» артиллерию классическую. В 1935г. у Грабина и Тухачевского состоялся на эту тему принципиальный разговор:
«Тухачевский обратился ко мне с вопросом, как я расцениваю динамореактивную артиллерию, иначе говоря, безоткатные орудия.
Я ответил приблизительно так: безоткатные орудия имеют то преимущество, что при одинаковой мощности они легче классических пушек. Но у них есть и ряд недостатков, при этом существенных, которые совершенно исключают возможность создания всей артиллерии на этом принципе. Динамореактивный принцип не годится для танковых пушек, казематных, полуавтоматических и автоматических зенитных, потому что при выстреле орудийный расчет должен уходить в укрытие — специально вырытый ровик. По этой же причине динамореактивный принцип не годится и для дивизионных пушек: они не смогут сопровождать пехоту огнем и колесами. Безоткатные пушки могут и должны найти широкое применение, но только как пушки специального назначения...
— Вы только поймите, какие громадные преимущества дает динамореактивный принцип! — с горячностью заговорил Тухачевский.— Артиллерия приобретет большую маневренность на маршах и на поле боя, и к тому же такие орудия значительно экономичнее в изготовлении. Это надо понять и по достоинству оценить!
…Разговор становился все острее и острее. Не мог я согласиться с доводами Тухачевского, они были слабо аргументированы. Но и мои доводы, по-видимому, не убеждали его. После долгих дебатов Михаил Николаевич сказал:
— Вы молодой конструктор, подающий большие надежды, но вы не замечаете того, что тормозите развитие артиллерии. Я бы посоветовал вам еще раз более тщательно проанализировать вопрос широкого применения динамореактивного принципа, изменить свои взгляды и взяться за создание безоткатных орудий.
Как военный человек, обязанный соблюдать субординацию, я должен был прекратить полемику. Конечно, мои доводы вызвали у Тухачевского неудовольствие».
Практика войны показала, что Тухачевский глубоко заблуждался. Реализация его идей могла иметь фатальные последствия для всей советской артиллерии, и сегодня это ни для кого не секрет. Вопрос только в том, насколько искренен он был в своих заблуждениях.
Сам Грабин своих мыслей не этот счет не высказывает. Но в его воспоминаниях есть еще несколько эпизодов, помогающих лучше оценить личность и характер Тухачевского. Приведу один из них.
В 1935г. новое и молодое конструкторское бюро Василия Грабина с разрешения Наркомата тяжелой промышленности создало три опытных образца пушек. Пришло время испытаний. Когда Грабин приехал на полигон, он с удивлением обнаружил, что выставлены только две пушки. Не было той, на которую возлагали самые большие надежды, которую в его бюро с любовью называли «желтенькой» (из-за цвета окраски). Грабин пишет:
«Отсутствие "желтенькой" пушки меня прямо-таки резануло по сердцу… Я побежал к Дроздову [начальник 2-го отдела Артиллерийского управления].
— Почему вы распорядились не устанавливать на позиции нашу третью пушку?
Он заявил, что не может ее поставить.
— И так стоят две ваши пушки, вполне достаточно. Нет нужды ставить еще третью.
Мои объяснения и просьбы успеха не имели.
…13 июня приехал на полигон Тухачевский. Он тоже отказал. Очень было досадно. Что еще можно сделать? У него власть, у меня только просьба. У него на петлицах по четыре ромба, а у меня только две "шпалы". Кого же еще просить? Ведь это главные устроители смотра. Остается только обратиться к Ворошилову, но его здесь нет. А мне было известно, что смотр намечен на 14 июня.
После отказа Тухачевского я испытывал состояние, близкое к отчаянию. В самом деле, можно ли было спокойно отнестись к тому, что созданное нашим коллективом с таким трудом, с таким напряжением перечеркивалось одним махом даже без объяснения причин. Видя всю безвыходность нашего положения, я заявил Тухачевскому, что при докладе руководителям партии и правительства скажу, что нашу третью пушку закрыли в сарае и все мои просьбы вплоть до обращенных лично к начальнику Вооружения не привели к положительному результату.
— Так и скажете? — спросил Тухачевский.
— Да, так и скажу.
— Хорошо, мы поставим вашу третью пушку, но стрелять из нее не будем…»
Спустя год эта «желтенькая» превратилась в 76-мм дивизионную пушку (Ф-22) и три года была в серийном производстве. На тот момент аналогов ей не было.
Трудно объяснить поведение Тухачевского. В лучшем случае, безосновательный запрет на испытание пушки - это самодурство, в худшем - вредительство. При этом Грабин не раз пишет, что Тухачевский, безусловно, был эрудированным и высокообразованным в военном отношении человеком.
Уместным будет напомнить, что Грабин в итоге стал главным артиллерийским конструктором Великой Отечественной войны. Более 80% всех пушек, использовавшихся в советских войсках, были разработаны либо в его конструкторском бюро, либо по его чертежам. Гений этого человека подтвердило время. Тухачевский же, как видим, в бытность начальником вооружения, препятствовал претворению идей Грабина в жизнь.
Источник: Грабин В.Г. Оружие победы. — М.: Политиздат, 1989.
В то же время стала вырисовываться провокационная сущность другой «затеи» Тухачевского. Именно с начала 1930-х гг. Тухачевский резко активизировал свои авантюры в артиллерии, в чем ему помогал ведавший закупками вооружений для РККА заместитель наркома тяжелой промышленности И. П. Павлуновский (в прошлом очень близкий к Троцкому человек — одно время возглавлял его охрану). Дуэтом они развернули кампанию по созданию универсальных полевых орудий — гибрида 76-мм дивизионной пушки и зенитки. Затем решили перевооружить артиллерию РККА и ВМС с обычных орудий на динамореактивные пушки системы Курчевского и собирались заменить орудия с обычными поясковыми снарядами на орудия, стреляющие полигональными или нарезными снарядами. Ну и кульминацией всего этого стала идея Тухачевского сократить артиллерию РККА в два раза.
В результате дело с вооружением обстояло так:
- а) «универсальную пушку создать не получилось, кстати, таких пушек не было на вооружении ни одной страны мира»;
- б) «опыты по созданию орудий, стрелявших полигональными и нарезными снарядами, выявили точно те же недостатки, которые были получены при испытании таких орудий в 1860–1871 гг. в царской России»;
- в) безумная попытка Тухачевского — Павлуновского вооружить всю РККА безоткатными орудиями привела фактически к трагедии в области артиллерии: «все авиационные, корабельные, танковые, горные, зенитные и др. пушки Курчевского оказались полностью небоеспособными»;
- г) в итоге 5000 орудий Курчевского пошли на металлолом! Сколько дивизий остались без артиллерии — до сих пор неизвестно. А ведь с 1931 по 1935 г., а по сути вплоть до разгрома заговора Тухачевского, то есть до середины лета 1937 г., почти все артиллерийские заводы СССР работали над производством пушек Курчевского! При этом Тухачевский умудрился еще и «поставить вопрос о совмещении зенитной пушки с противотанковой»;
- д) в результате «…к началу Второй мировой войны Красная Армия осталась без зенитных автоматов, без тяжёлых зенитных пушек, без артиллерии особой мощности и т. д.»!
Заранее бесперспективные направления артиллерии Тухачевским поощрялись и внедрялось их производство, а про пушки Грабина и минометы Шавырина даже не докладывалось руководству страны.