К 100-летнему юбилею Щегловской линии – первого трамвая Донбасса (часть 3)

Глава 6. «Макеевщина на подъёме»

Одним из источников, в которых на момент начала изысканий мне удалось найти упоминание о Щегловской трамвайной линии, оказалась объёмная (216 стр.) иллюстрированная брошюра под оптимистичным названием «Макеевщина на подъёме», изданная Макеевским РК К. П. (б) У. в 1930 г. году тиражом 3200 экземпляров. Этот обзорно-статистический сборник, имеющий подзаголовок «Цифры и факты», был призван отобразить успехи народного хозяйства Макеевского района Сталинского округа УССР в деле социалистического строительства. В предисловии этого документа, в частности, говорится: «Данная брошюра… является попыткой (которая несовершенна и страдает рядом дефектов, каковые будут учтены при дальнейших разработках отдельных вопросов строительства) представить состояние района и сделать толчок к углубленному его изучению». Последуем же призыву составителей и откроём документ на стр. 164-165, где в разделе «Жилстроительство и коммунальное хозяйство» обнаружим главу «Трамвай» с интересующими нас данными (фото 1).

Отметим, что указанная в тексте протяжённость трамвайного пути (4,5км) в противоречие с репортажем «Забоя» (гл. 2, фото 3) не вступает; количество эксплуатируемых вагонов за прошедшие пять лет осталось неизменным (2 единицы); в наименовании трамвайного маршрута закрепился (по крайней мере, на официальном уровне) топоним «Красногвардейский». А вот далее снова обнаруживаются несоответствия, причины возникновения которых, возможно, проистекали, то ли от некоторой неосведомлённости авторов брошюры, то ли являлись следствием того самого несовершенства её составления, о котором так самокритично было сказано в предисловии к документу. Впрочем, они могли быть обусловлены и совершенно другими, неизвестными нам сегодня факторами, например, особенностями ведения отчётной партийно-хозяйственной документации в то время. Но давайте рассмотрим возникающие неясности по порядку.

Годом пуска линии в «Макеевщине…» отчего-то назван 1925 г. вместо 1924, причём, как в тексте, так и в подписи к прилагаемой к нему фотографии. А ведь это означало не только фактическую ошибку, но и таило в себе её возможную политическую подоплёку – ведь таким образом, дата чрезвычайно важного в социально-промышленном значении события сдвигалась на год позднее уже прозвучавшей в прессе. И не понимать этого, а тем более в то суровое время, партийное руководство района не могло. Тогда, в чём причина такого несоответствия?

Если исключить банальную описку или ошибку авторов, редакторов или работников типографии, можно предположить следующее. Руководство Щегловского рудника, для которого, в первую очередь из производственных соображений, было важно скорейшее обеспечение доставки трудящихся к месту работы (помните текст репортажа «Забоя»?), действительно начало фактическую перевозку пассажиров, скажем так, в тестовом режиме, 23 ноября 1924 года, о чём и сообщила тогдашняя пресса. Возможно даже, что на этом этапе вагоны курсировали не по всей протяжённости линии, а лишь по некоему, уже построенному к тому времени, её участку. Например, это мог быть довольно часто упоминающийся в различных материалах маршрут « шахта Пастуховка» –шахта «Берестовка» (будущая №6/14) – по некоторым свидетельствам, такой вариант действительно существовал и в послевоенный период, когда уничтоженная немецкими оккупантами городская трамвайная сеть восстанавливалась отдельными фрагментами. Официальная же сдача в эксплуатацию Щегловской трамвайной линии, возможно, действительно состоялась уже в следующем, 1925 г., что и было зафиксировано в использованных авторами брошюры в качестве источника отчётных хозяйственных документах. Соответственно, отсюда и мог пойти разнобой как в указании даты пуска трамвая, так и его маршрута (фото 2).

Кстати, возможно по схожей причине, в этой же главе (последняя фраза текста, воспроизведенного на фото 1), датой пуска городского трамвая Дмитриевска (Макеевки) назван май 1928 г., хотя та же «Википедия» указывает на 21 августа 1927 г. Правда, здесь тоже имеется некоторая неясность: из текста непонятно, что именно было пущено в мае 1928 г. – городской трамвай или же второй трамвайный парк Макеевского района?

Что же касается сферы транспортного охвата, обращает на себя внимание незавершённое предложение рассматриваемого фрагмента главы: «… обслуживает исключительно трудящихся Красногвардейских рудников и …» – далее текст обрывается, а ниже на странице расположена фотоиллюстрация. Независимо от того, что явилось причиной такого изъяна – недоработка ли составителей или типографский брак, окончание дефектной фразы навсегда останется для нас загадкой…

Отдельного внимания заслуживает размещённая на странице фотография, запечатлевшая, как сообщает подпись, пуск Красногвардейского трамвая, и вызывающая устойчивое ощущение «дежа вю». И хотя само это изображение мы видим впервые, чуть ли не буквальное описание запечатлённого на нём события уже встречалось в тексте праздничной заметки корреспондента «Забоя» (гл.2, фото 3). Невольно представляется, что именно снимок «Макеевщины…» каким-то необъяснимым образом исчез из вышеназванного журнального репортажа, чтобы спустя пять лет появиться совсем в другом издании: есть тут и праздничный митинг, и транспаранты с гирляндами и оба трамвая. А при наличии некоторого воображения можно даже представить себе крики «Ура!» и звуки музыки. А вот однозначно определиться с местом съёмки будет несколько сложнее, поэтому внимательно рассмотрим представленное на фото 1 изображение.

Глава 7. Где же проходил праздничный митинг?

Безусловно, мероприятие происходило в пункте, из которого празднично украшенные вагоны отправились в свой первый рейс, а не на какой-то из рядовых маршрутных разминовок. В пользу этого заключения говорит и тот факт, что расстояние между параллельными ветками рельсового пути, на которых стоят вагоны, составляет не менее десятка метров, явно превышающее величину безопасного технического зазора на линейных трамвайных разъездах. К тому же, на снимке явно видно, что ближняя к зрителю ветка берёт своё начало от находящегося на заднем плане здания, а точнее, – непосредственно из него. Ведь, в самом деле, прибывшие из Москвы б/у вагоны должны были быть где-то отремонтированы, а затем, в течение 12,5 лет автономной эксплуатации Щегловской линии, обеспечены местом стоянки и технического обслуживания. Представляется крайне маловероятным, что для этого новоявленные горняки-трамвайщики ограничились устройством площадки открытого типа, а не использовали для этого оборудованное соответствующим образом помещение (депо).

Логически размышляя, наиболее вероятным местом изображённого на снимке торжества можно было бы посчитать тот самый «трамвайный парк Красногвардейки», фигурирующий под №1 в тексте брошюры (верхняя часть текста на фото 1). Однако, доказательств существования такого специально построенного для Щегловской линии парка в 2017 г. «навскидку» обнаружить не удалось – ни документального, ни, хотя бы, в виде воспоминаний жителей посёлка. Да и сам факт сооружения подобного объекта для двух небольших вагончиков представляется сомнительным, тем более, что маршрут изначально прокладывался для нужд отдельного рудоуправления, и его продление за границы зоны хозяйственной ответственности и количественное увеличение единиц подвижного состава вряд ли планировались (что и было подтверждено дальнейшим ходом событий).

Первичный ремонт трамваев мог быть произведен, как непосредственно силами и на территории самих шахт «Пастуховка» или «Берестовка», так и в упоминаемой на стр. 71 «Макеевщины…» механической мастерской Щегловского (Красногвардейского) рудоуправления (фото 3).

Местонахождение её в брошюре не называется, однако, следует учесть, что и сегодня, буквально вплотную к промплощадке бывшей шахты «Пастуховка» №1 примыкает территория ещё недавно функционировавшего Красногвардейского ремонтно-механического завода ГП «Макеевуголь». Это предприятие было создано в 1976 г. на базе существовавших на этом же месте с 1943 года Центральных электромеханических мастерских (ЦЭММ) треста «Красногвардейскуголь». Как видим, месторасположение ремонтной базы структурных объединений угольных предприятий Гвардейки традиционно тяготело к этому району. Отсюда можно предположить, что оно и ранее находилась здесь же, т. к. «Пастуховка» в то время была основным угледобывающим предприятием рудоуправления. В любом случае, в этих краях имелись все необходимые организационно-технические возможности как для проведения ремонта и последующего обслуживания, так и выделения для этого (или, в крайнем случае, постройки) специально оборудованного помещения и создания соответствующей инфраструктуры. А использование трамваев с шириной колеи 1524 мм, совпадающей с железнодорожным стандартом, давала возможность их свободного передвижения непосредственно по рельсовым путям – как внутренним на промплощадке предприятия, так и внешним подъездным.

И вот в этом месте давайте снова возвратимся к нашему фото 3 (гл. 2), на котором воспроизведён репортаж «Забоя», а точнее, к одной его фразе, которая, возможно, и проясняет вопрос о месте проведения праздничных мероприятий: «В день пуска первых двух трамваев НА ЗАВОДЕ (выделено мной) состоялся рабочий митинг». О каком таком «заводе» ведут речь авторы, ведь на снимках изображена угольная шахта? Возможно, это простая описка? Или же здесь этот термин применён в качестве общего названия крупных механизированных предприятий? А может, всё-таки речь идёт о той самой механической мастерской Щегловского рудоуправления, впоследствии переименованной в ремонтно-механический завод? Тогда, в случае верности последнего предположения, отдельные фрагменты событий можно попытаться сложить в некий цельный рисунок, например: опубликованная в «Макеевщине…» фотография была сделана неизвестным автором именно на праздничном митинге, состоявшемся в честь выпуска трамваев в первый рейс из импровизированного депо, находившегося на территории (или вблизи) ремонтной мастерской рудоуправления. Редакция же «Забоя», по какой-то причине не располагавшая схожим фотоматериалом, ограничилась текстовой публикацией об этом мероприятии, сопроводив её снимками уже находящегося на линии вагона с пассажирами (см. гл. 1, фото 2-5).

Трампарк, в принципе, мог быть сооружён не только на начальном, но и на любом участке линии по всей её протяжённости. Скорее всего, под место содержания и обслуживания трамваев могли быть выделены подходящие сооружения, уже существовавшие на одном из объектов рудоуправления.

Например – на промплощадке, расположенной вблизи трамвайного маршрута шахты №14 «Берестовка» Берестово-Богодуховского рудника, входившего до революции в Голубовское Берестово-Богодуховское Горнопромышленное Товарищество (фото 4).

Сама шахта, как уже упоминалось, в 1924 г. не работала: то ли вследствие событий, связанных с Гражданской войной и последующей разрухой, то ли (как говорилось в «Макеевщине…»), была выведена из строя вредителями. Возможно, имели место оба события. Во всяком случае, судя по снимку того времени, предприятие понесло значительный урон (фото 5).

Однако, не исключено, что отдельные сооружения производственной и транспортной инфраструктуры промплощадки не понесли критических повреждений и при необходимости могли быть переоборудованы под нужды импровизированного трамвайного парка. Возможно, для этих целей могло быть использовано паровозное депо, существовавшее здесь ещё до революции (на Берестово-Богодуховском руднике в эксплуатации находились два собственных локомотива).

Кстати, обратите внимание на здание с двускатной крышей в левой части снимка (фото 5) с заходящим в него рельсовым путём – не правда ли, весьма похоже на празднично украшенное здание, изображённое на фото 1?

Глава 8. Новый фотоснимок

К счастью, вскоре в распоряжении автора оказался документ, позволяющий не только пролить дополнительный свет на поднятые ранее вопросы, но и, вероятно, ответить на некоторые из них. Это была журнальная фоторепродукция, озаглавленная «ПЕРВЫЙ ТРАМВАЙ В ДОНБАССЕ», представленная на фото 6. Сопроводительный текст под ней сообщал: «В г. Сталине состоялось торжественное открытие линии электрического трамвая между Берестовским и Щегловским рудниками. На линии курсируют два вагона, полученные из Москвы по заказу Щегловского рудоуправления. Линия соединяет два куста с рядом шахт и рабочих посёлков».

Отсканированный вариант этого изображения был обнаружен в частной коллекции, его первоисточник за давностью лет точно установить пока не удалось. Но, как сообщил владелец электронного архива, с весьма большой степенью вероятности им был номер московского журнала «Красная Нива». Косвенным образом данное предположение о «нездешности» оригинала подтверждается как качеством печати фотоснимка, так и неточности подписи к нему – автор текста довольно обще указал координаты происходящего события, отнеся, вдобавок, Щегловское рудоуправление к г. Сталин, т. е., – нынешнему Донецку.

На первый взгляд, новое фото весьма похоже на снимок того же праздничного митинга, опубликованного в брошюре «Макеевщина на подъёме» (фото 1), более того – явно сделанного тем же репортёром, в ту же фотосессию с разницей в небольшой отрезок времени и практически с того же места. Но гораздо более высокое качество печати позволяет рассмотреть детали изображения, а попавшие в кадр характерные объекты заднего плана дают возможность идентифицировать место происходящего события.

Ранее, в главе 7, уже указывалось на явное сходство празднично украшенного здания, из которого выехали трамваи (фото 1), и постройки, находящейся на среднем плане снимка из «Макеевщины…» с изображением разрушенной шахты №14 «Берестовка» (фото 5). Там же и приводились доводы в пользу верности предположения о нахождении упоминаемого в брошюре первого трамвайного парка (депо) на территории этого временно неработающего предприятия. Теперь, сравнив представленные ранее снимки с вновь обнаруженным и сличив их совпадающие детали, можно вполне уверенно сказать: на всех трёх фотографиях изображено одно и то же здание, распологавшееся на промплощадке «Берестовки».

Для наглядности и удобства сравнения, приведём к общему масштабу и цветовой гамме изображения нового снимка 6 и фрагмента фото 5, а попавшие в кадр совпадающие объекты – отметим одинаковыми цифрами (фото 7).

Как мы видим, схожи не только общие пропорции фасада нашего искомого строения (1) с треугольным фронтоном двускатной крыши и характерно ассиметрично расположенными двумя въездными проёмами, но и его ориентация относительно расположенных на заднем плане и сегодня существующей (в несколько укороченном виде) дымовой трубы (2), бокового восточного фасада здания моечно-сортировочного отделения обогатительной фабрики (3) и находящегося на переднем плане столба линии электропередач (7). Здесь же на обоих снимках видны выездные рельсовые пути (4), ведущие от здания к подъездной ветке, проложенной к шахте от станции Щегловка Екатерининской железной дороги. Часть этой ветки, проходящей у подножия породного отвала (6) к погрузочной угольной эстакаде (её закрывает здание депо), и установленные вдоль неё Г-образные столбы с откосинами верхней перекладины (5), просматриваются на левом заднем плане. Вспомнив дореволюционную открытку с видом шахт №12 и №14 Берестово-Богодуховского рудника (фото 4), можно дополнительно уточнить общее направление съёмки и нахождение места проведения праздничного митинга – оно расположено за правым обрезом кадра (фото 8), несколько восточнее дымовой трубы и здания обогатительной фабрики в параллельном рельсовой линии направлении.

Теперь стало ясно, что местом ремонта и дальнейшего базирования вагонов, было выбрано уже существовавшее здание, расположенное на юго-восточной окраине промплощадки «Берестовки» (как позже выяснится, руководящий работами по пуску трамвайной линии инженер И. И. Некрасов ранее был управляющим этого рудника). Кстати, подпись под фото однозначно указывает на то, что трамваи прибыли сюда не из Киева или Харькова, а именно из Москвы – как и предполагалось ранее в главе 3 (часть 1) нашего рассказа.

К сожалению, на фотографиях сложно разглядеть архитектурные детали постройки – снимки из «Макеевщины…» имеют низкое качество, а на журнальном фото её лицевой фасад празднично и обильно задекорирован (по-видимому, еловыми ветками); вид же правого бокового фасада малоинформативен из-за слишком острого угла зрения. Но общее впечатление вполне можно составить: используя для визуального сравнения габариты вагона «Нюренберг» (около 3,3 х 2,0 м - см. гл. 3, фото 6), можно предположить, что здание, скорее всего, ранее принадлежало к объектам энергомеханической службы рудника. Ведь вряд ли конторскому помещению требовались потолки высотой около 5,0 м, а также (минимум) пара въездных ворот соответствующего размера по вертикали и шириной не менее 2,5 м (на месте третьих, левых ворот, смутно угадываются ступени, ведущие к входной двери и относительно небольшое арочное окно над ними). Ну а, скажем, для склада совершенно излишними оказались бы такие большие арочные окна на боковых фасадах, да ещё и в количестве (ориентировочно) от 4 до 8 шт. Так же можно отбросить версию, что описываемое здание могло быть существовавшим на Берестово-Богодуховском руднике паровозным депо – согласно сохранившимся страховым документам за 1907 г., последнее было полностью деревянным, да и размеры, пожалуй, маловаты.

А вот для содержания двух единиц трамвайного подвижного состава и проведения их текущего ремонта место было вполне подходящим – просторным и светлым. Тем более, что рядом проходила проложенная от станции Щегловка подъездная ж.д. ветка, вследствие чего её можно было использовать для выезда трамваев с территории предприятия на пассажирский маршрут. Положение облегчалось тем, что в то время шахта по добыче угля не работала, а стало быть, рельсовые пути транспортными потоками загружены не были.

По большому счету, называть эту импровизированную базу «трамвайным парком» было бы, пожалуй, слишком претенциозно (от силы – пункт технического обслуживания (ПТО), но свою задачу она, по-видимому, вполне выполняла. Во избежание путаницы в специальной терминологии, данный объект электротранспортной структуры Щегловской линии далее в нашем материале будет именоваться давно устоявшимся и более привычным для пассажиров Гвардейки термином «здание трамвайного депо».

Продолжение следует…

Александр Перетятько,

г. Макеевка, Донбасс, 10 ноября 2024г.

ИСТОЧНИКИ:

1. Сетевые ресурсы, печатные издания и частные архивы.

2 . «Макеевщина на подъёме (цифры и факты)», Дмитриевск, 1930г.