Как ярко светит в пандемию Солнце: Заметки астронома: Часть 1
1) По первому высшему образованию я учитель физики, математики и астрономии. Астрономию преподавал все годы, пока работал учителем в ПТУ. Потом начались реформы, и перестроечное руководство ужаснулось: «Зачем малярам и автослесарям нужна астрономия?» – и я попал под сокращение. Но знания – остались. И так совпало, что в тот день, как я выписался из больницы («ковид», пневмония: всё по полной программе), по ТВ показали сюжет о начале нового солнечного цикла. И мои прежние знания по астрономии тут же сложились с ситуацией: «пандемия» и «новый солнечный цикл»: «Нужно срочно поднять информацию о Чижевском!» (см. п. 6).
2) О начале 25-го солнечного цикла СМИ рассказали в первых числах декабря 2020 года. 25-й означает, что история наблюдений за Солнцем насчитывает, как минимум, 280 лет (25*11,5=287,5) . Публику сейчас информируют о гигантских выбросах плазмы с поверхности Солнца, о возможных сбоях связи, магнитных бурях, о проблемах «метеозависимых людей», о полярных сияниях на широте Питера и – ни слова о том, что в прежние времена рост активности Солнца приводил к повальным эпидемиям, голоду и мору. В советской школе никто не делал тайны между связью эпидемий, катастроф, войн и «количеством пятен на Солнце», наоборот – это было частью общеобразовательного курса! А сейчас про пандемию рассказывают в разделе «актуальное», а про вспышки на Солнце – под конец программы, из разряда «чудеса Вселенной». СМИ старательно обходят любые ассоциации «пандемии» с «солнечными выбросами», словно нет никаких данных о взаимосвязи этих явлений. Хотя ещё в конце 1980-х про эти взаимосвязи рассказывали в средней школе на уроках астрономии.
3) Не каждая «вспышка на Солнце» приводила к эпидемиям, но – каждая пандемия на планете «случайным образом» совпадала с усилением солнечной активности, периодичность которой, в среднем, составляет 11 лет и сколько-то месяцев. Какие-то циклы были сравнительно короткими (9 лет), самый продолжительный выпал на 1784-1798 гг.: 13 лет и 8 месяцев. Длительным был и недавний цикл 1996-2009 гг.: 12 лет и 8 месяцев. Но сейчас мы просто отметим, что продолжительность солнечного цикла, в среднем, это 11-12 лет. Нам это пригодится, когда речь пойдёт о календаре.
4) Важно уточнить дату начала 25 солнечного цикла. Я выложил в канун последнего Новолуния «тревожный» пост про солнечную активность, но Коля Гернет меня поправил: сейчас не «пик», а самый «нижний порог» солнечного цикла, и все разговоры «в телевизоре» про сполохи над Москвой и Питером – это только разговоры, написал мне Николай. Как фотограф, он охотится за сияниями, и в начале декабря даже над Архангельском сильно не полыхало: «Не то, что в 2010-м», – уточнил Коля Гернет… То, что «не сильно полыхало», объяснить легко: выбросы на Солнце всегда имеют чётко выраженное направление. Если вспышка происходит в направлении Земли, мы получаем и магнитные бури, и сияния, и «скорая помощь» сразу завалена вызовами. Но стоит Земле увернуться, и вся эта хрень достаётся Юпитеру или Сатурну, или просто распылится в межпланетном эфире. То, что в начале декабря Солнце полыхнуло уже несколько раз – это зафиксированный факт. А то, что нам досталось не так уж и много – значит, повезло: увернулись… Однако реплика Коли про 2010 год меня зацепила. Проверил: как раз на 2009-2010 годы приходится вспышка «свиного гриппа»; и на Гаити, в одной из беднейших стран – повальная эпидемия холеры.
Справочник по поводу начала 25 цикла указывает следующее: «25-й цикл солнечной активности начался в декабре 2019 года со сглаженным минимальным числом 1,8 солнечных пятен. Ожидается, что он продлится примерно до 2030 года…» То есть начался новый цикл не в этом декабре, а год назад. Продлится он, по прогнозам, как минимум, 11 лет. Сейчас мы наблюдаем постепенный рост активности, а пик ожидается в 2024-2025 гг. И если Николай Гернет видел полыхающее небо в 2010 году, то, видимо, полыхнуть может и в 2021-м – ведь как раз прошло 11 лет, что соответствует периодичности солнечной активности.
5) Рост интенсивности солнечного излучения, как показывают многолетние наблюдения, провоцирует микробиологический ренессанс. Как бы человек ни уверял себя, что он «центр мироздания», людская популяция невелика. Нас миллиарды – их «секстильоны секстильонов». Основная биомасса на планете – это планктон и водоросли (в океане) и микрофлора (бактерии, вирусы, грибы) на суше и, главное, в городах, где для размножения бактерий, вирусов и грибков создана идеальная плотность живых, тёплых и потных существ людского рода, которые ещё и живут кучно, и благоприятный микроклимат вокруг себя поддерживают круглый год. Если помножить «людскую скученность» на единую систему вентиляции в многоквартирных домах, общий водопровод, канализацию, которую время от времени «прорывает», мусорные накопители…
Для микроорганизмов города с многоэтажками, кафе, ресторанами, клубами – это просто «рай земной»! Поэтому не удивительно, что вспышки «ковида» пришлись сначала на плотно заселённые города, затем с этим делом поэкспериментировали на паре круизных лайнеров (где в одной «банке» были собраны туристы разных возрастов, разных национальностей и из разных уголков планеты), в домах престарелых, плюс ещё один штатовский крейсер стал «сплошным очагом». Ну, и, конечно, Швеция: сначала шведы вырабатывали «национальный иммунитет», а на днях их король покаялся, что не ввёл вовремя ограничения. Мрут шведы, никакой коллективный иммунитет их не спасает. Эксперимент в чистом виде: статистика смертности в Швеции плохая, особенно в сравнении с Китаем и Россией, где за «ковид» взялись аж на уровне министров обороны – шведские больницы не справляются, мест для больных нет, лечить нечем, врачи бастуют, король приносит извинения.
6) Обратимся к истории – той самой истории солнечных циклов, которую я преподавал в 1981-1990 годах в ПТУ. Огромную работу в изучении связей эпидемий и солнечной активности проделал русский биофизик Александр Леонидович Чижевский (1897–1964). Он подробно описал, как солнечная активность сопряжена с различными эпидемиями и пандемиями. Каждое конкретное заболевание Чижевский прослеживал отдельно, начиная с пандемии азиатской холеры в начале 20 века: в годы подъёма солнечной активности холерная пандемия резко усиливалась и охватывала огромные пространства; при низкой солнечной активности, как правило, холера не наблюдалась вообще.
Сопоставляя данные о смертности от холеры в Индии за 1902-1924 гг. и показатели солнечной активности, Чижевский убедился, что не только средние кривые интенсивности холеры и солнечной активности идут параллельно, но и резкие эпизодические усиления или ослабления активности Солнца совпадают во времени с такими же усилениями и ослаблениями смертности от холеры. В России за 100 лет, начиная с первой холерной эпидемии (1823), наибольшее число заболеваний холерой пришлось на годы максимума солнечной активности – 1831, 1848, 1871, 1892 и 1915. Чижевский одним из первых изучил также данные об эпидемиях гриппа за 500 лет – и в этом случае периодичность вирусных эпидемий составила в среднем 11,3 года, что соответствует продолжительности цикла солнечной активности.
7) Одноклеточные микробы, вирусы, водоросли – пережили на нашей планете ледниковые периоды, потепления, последствия извержения вулканов, падения метеоритов, потопы и смены магнитных полюсов. Чуть больше энергии – и микрожизнь начинает плодиться. Поэтому не стоит удивляться, что эпидемии совпадают с циклами солнечной активности – это реакция микромира на усиление солнечного излучения, с которым на Землю приходят тепло, потоки мягкой радиации и ультрафиолета, энергия магнитных полей, оказывающих прямое влияние на химико-биологические процессы. Так как бактерии и вирусы относятся к разряду простейших организмов, у них и на солнечное излучение реакция простейшая: практически прямая зависимость от притока или убыли солнечной энергии.
8) А сейчас немного истории эпидемиологии. Причин возникновения большинства известных науке эпидемий…
Продолжение следует, читайте Часть 2.