Когда прошлое возвращается: восстановление поведения

Текст является переводом главы 'Quando o passado retorna: ressurgência comportamental' из сборника 'Experimentos Clássicos em Análise do Comportamento'. Сборник представляет собой изложение классических экспериментов из анализа поведения.

Введение в исследование и контекст эксперимента

Креативное поведение

Вероятно, вы не раз оказывались в ситуации, когда вам нужно было решить какую-либо проблему, например, сделать правильные расчёты, открыть заклинившую дверь или написать текст на малознакомую тему. Вы «не знаете, что делать». Проблема может состоять в самой ситуации, когда поведение не приводит к последствиям — иначе говоря, не влияет на среду эффективным образом.

Такую ситуацию аналитики поведения называют угасанием. Помимо снижения частоты определенных реакций, угасание приводит к увеличению вариативности топографии реакций. Вы пытаетесь делать разные вещи, вести себя иначе, чтобы попытаться решить проблему. Часть того, что вы делаете в этот момент, очень похожа на то, что вы делали в прошлом (возможно, даже в далеком прошлом), и это работало. Это часть вашей поведенческой истории. Именно на такие поведенческие вариации будет опираться среда, выбирая то, что обычно называют «решением проблемы» или «новым» или «креативным поведением».

Восстановление поведения

В ситуациях, когда текущее поведение больше не приводит к последствиям, ранее подкрепленное поведение имеет тенденцию повторяться, и это явление аналитики поведения называют восстановлением. Несмотря на то, что «восстановление» было описано в научной литературе, систематическое изучение этого явления активизировалось в 1980-х годах после публикации статьи Роберта Эпштейна, эксперимент которой описан в данной главе.

В своей работе Эпштейн использует специальный термин для обозначения повторения ранее подкрепленного поведения при угасании другого поведения (т.е. восстановления), дает определение этому явлению, описывает процедуру его экспериментального анализа и ставит несколько исследовательских вопросов, которые с тех пор служат основой проведения экспериментов по изучению восстановления.

В начале своей статьи Эпштейн дает следующее определение восстановления:

Когда в определенной ситуации недавно подкрепленное поведение перестает подкрепляться, [альтернативное] поведение, которое ранее подкреплялось в аналогичных обстоятельствах, имеет тенденцию к повторению.

Это определение может показаться слишком общим. Кажется, что подобное заключение можно было бы вывести в рамках случайного наблюдения за повседневным поведением, не прибегая к специальному оборудованию, проведению экспериментов и походов в лабораторию.

Зачем прибегать к упрощенной лабораторной ситуации, если феномен можно наблюдать в поведении людей в естественных условиях? Однако, именно такое упрощение лабораторных условий по отношению к нелабораторным, которое осуществляется путем экспериментального контроля переменных, необходимо, когда мы стремимся описать поведенческие принципы.

Экспериментальный анализ позволяет точнее описать исследуемое явление и факторы, обусловливающие его возникновение (т.е. управляющие переменными). Если известны переменные, определяющие какое-либо явление, появляется возможность предсказывать его наиболее точно в контексте наличия данных переменных. Более того, если вы можете манипулировать этими переменными, вы можете заставить явление произойти или перестать происходить. Это основная функция экспериментального анализа поведения, которая актуальна и для исследования феномена восстановления поведения. Посмотрим, что представлял собой экспериментальный анализ восстановления, проведенный Эпштейном.

Описание эксперимента

Цель и метод

Цель работы Эпштейна заключалась в экспериментальном анализе восстановления, т.е. повторения ранее подкреплявшегося поведения, когда текущее поведение больше не подкрепляется.

Методологически для этого необходимо было:

1. Подкрепить определенную реакцию (целевую реакцию)
2. На втором этапе целевая реакция перестает вызывать подкрепление, и подкрепляется другая реакция (альтернативная)
3. На третьей фазе целевая реакция всё ещё не приводит к получению подкрепления, а возобновление этой реакции может быть проверено, когда альтернативная реакция перестает давать приводить к подкреплению.

В экспериментальной литературе процедура изучения восстановления реакции обычно описывается как «трехфазная процедура», а первая, вторая и третья фазы процедуры называются фазами обучения, устранения (или альтернативного подкрепления) и тестирования. Хотя Эпштейн не использовал эти термины, они будут использоваться в данной главе для описания фаз его процедуры.

Независимо от названия процедуры и экспериментальных фазы, необходимо подчеркнуть, что Эпштейн должен был создать в лаборатории отдалённую историю поведения (когда целевая реакция подкреплялась), недавнюю историю поведения (когда целевая реакция перестала подкрепляться и только альтернативная реакция начала приводить к подкреплению), а также изменить окружение испытуемых в тесте (когда альтернативная реакция также перестала давать подкрепление), чтобы проверить, произойдет ли возобновление целевых реакций и каким образом.

Эксперимент проводился с шестью экспериментально наивными голубями, т.е. ранее не участвовавшими в исследованиях, которых держали на уровне 80% от их свободного веса с помощью ограничения количества пищи. Поскольку эксперименты с восстановлением реакций — это эксперименты по изучению влияния отдалённого прошлого на текущее поведение, тот факт, что голуби были экспериментально наивными, был важным аспектом экспериментального контроля. Результаты могли бы быть иными (или даже трудно интерпретируемыми), если бы голуби уже имели историю участия в экспериментах. Ограничение в пище является устанавливающей или мотивационной операцией, которая нужна, чтобы доступ пище в экспериментальной среде работал как подкрепляющее последствие и позволял поддерживать определенные реакции в ходе эксперимента.

Оборудование, использованное в эксперименте, представляло собой камеру оперантного обусловливания для голубей (экспериментальные сессии проводились с каждым голубем индивидуально). На одной из панелей камеры находились два диска, расположенные справа и слева от панели и разделенные 12 см, и кормушка, расположенная между дисками (диски с реакциями обычно изготавливаются из пластика и имеют диаметр 2 см; реакции на клевки замыкают электрическую цепь, что позволяет автоматически регистрировать реакции).

При включении кормушка давала доступ к зерну (подкреплению) в течение 3 секунд. На каждом этапе эксперимента, описанном ниже, продолжительность экспериментальных сессий составляла 60 минут, реакции регистрировались с помощью микрокомпьютера, кумулятивных самописцев и видеокамер, записывающих экспериментальные сессии.

Фаза обучения

Целью этой фазы было формирование целевой реакции. Для трех голубей целевая реакция заключалась в клевании правого диска, для трех других — левого. Целевая реакция поддерживалась по схеме подкрепления с переменным интервалом (VI) 60 сек.

Согласно этой схеме, первая реакция после среднего интервала в 60 сек. вызывает подкрепление. Такая схема обеспечивает умеренную и постоянную частоту реакции, поэтому она широко используется для формирования базового уровня поведенческих реакций в экспериментальном анализе поведения. Этот этап длился от 15 до 49 сеансов для разных голубей и заканчивался, когда частота реакции каждого голубя становилась стабильной (хотя Эпштейн, 1983, не дает точного критерия стабильности, обычно требуется, чтобы испытуемые находились в данных условиях в течение минимального количества сеансов и не было тенденций к увеличению или уменьшению частоты реакции в течение нескольких сеансов подряд).

Фаза устранения

Целью этой фазы было снижение частоты целевой реакции и подкрепление альтернативной реакции. На начальном этапе этой фазы для каждого голубя целевая реакция переставала приводить к появлению подкрепления, т.е. происходило угасание. Количество сессий, в течение которых целевая реакция находилась в состоянии угасания, для каждого голубя было разным — от 1 до 12 сессий. Заключительная стадия этого этапа проходила в течение одного 60-минутного сеанса. В этом сеансе процедура гашения целевой реакции действовала не менее 30 мин и до тех пор, пока в течение 10 мин подряд у каждого голубя не появлялась целевая реакция. Затем подкреплялась альтернативная реакция, топография которой была несовместима с клеванием диска. Топография альтернативной реакции у разных голубей была разной: например, у одного голубя альтернативная реакция заключалась в повороте влево, у другого — в опускании головы, у третьего — в поднятии крыла. Альтернативная реакция подкреплялась 20 раз по схеме с фиксированным коэффициентом (FR). Согласно этой схеме, каждое появление альтернативной реакции приводило к подкреплению. После того как альтернативная реакция вызывала 20 подкреплений, в той же сессии начиналась фаза тестирования.

Фаза тестирования

На этой фазе подкрепление альтернативного ответа прекращалось для каждого голубя. Важно отметить, что во время этой фазы целевая реакция также не приводила к подкреплению. Эта фаза действовала до конца 60-минутной сессии и длилась примерно 10 минут для каждого голубя.

О восстановлении будет свидетельствовать увеличение частоты целевой реакции в фазе тестирования по сравнению с частотой этой же реакции на заключительном этапе фазы устранения.

Давайте рассмотрим некоторые аспекты процедуры Эпштейна, которые позволяют подробнее оценивать увеличения частоты целевых ответов в фазе теста как восстановление реакции.

Экспериментальный контроль

Напомним, что в камере оперантного обусловливания находились два диска. Клевок по одному из этих дисков определялся как целевая реакция. Нажатие другого диска не приводило к подкреплению в ходе эксперимента, но регистрировалось и служило контрольной реакцией.

Сравнение частоты целевых и контрольных реакций в фазе тестирования позволяет дифференцировать возобновление изменчивости поведения, вызванное угасанием. Без регистрации контрольной реакции увеличение частоты целевой реакции в тестовой фазе, которое можно было бы назвать восстановлением, может быть просто примером вариативности, вызванной гашением.

Однако, если увеличение частоты целевой реакции в тестовой фазе было больше, чем частота контрольной реакции, это свидетельствовало бы о том, что восстановление является функцией истории подкрепления, установленной в фазе обучения, а не реакцией, индуцированной гашением. Таким образом, в эксперименте Эпштейна восстановление операционально определяется как увеличение частоты целевой реакции в фазе тестирования (т.е. по отношению к частоте этой же реакции на заключительном этапе фазы устранения), превышающее частоту контрольной реакции в этой же фазе.

Другим важным аспектом эксперимента Эпштейна (1983) является тот факт, что заключительная стадия фазы устранения и фаза тестирования проводились в одной сессии. Когда реакция находится в стадии угасания, обычно наблюдается феномен спонтанного восстановления. Спонтанное восстановление характеризуется увеличением частоты ответов в начале сеанса гашения по сравнению с частотой этих ответов в конце предшествующего сеанса гашения. Поэтому, если бы в эксперименте Эпштейна переход между фазой устранения и фазой тестирования происходил между сессиями, мы бы не смогли отделить возможное восстановление целевой реакции в начале фазы тестирования от спонтанного восстановления (напомним, что целевая реакция находилась в состоянии угасания на протяжении фазы устранения, а также во время фазы тестирования). Поскольку переход между фазами устранения и тестирования в эксперименте Эпштейна происходил в одной и той же сессии, увеличение частоты целевой реакции в фазе тестирования точнее было бы описать как восстановление, а не спонтанное восстановление.

Наконец, стоит отметить, что Эпштейн (1983) проводил гашение целевой реакции в фазе устранения до подкрепления альтернативной реакции. Это делалось для обеспечения низкой частоты целевой реакции при подкреплении альтернативных реакций. Однако, часто встречаются эксперименты с восстановлением, в которых угасание целевой реакции и подкрепление альтернативной реакции происходят одновременно в фазе устранения.

Результаты и обсуждение

Как отмечалось ранее, количество сессий на этапе обучения и на начальном этапе фазы устранения у разных голубей было разным. В фазе обучения у голубей было проведено от 11 до 49 сессий, а в начальной стадии фазы устранения — от 1 до 12 сессий.

К сожалению, Эпштейн не представил данных по фазе обучения. Поскольку эта фаза проводилась до тех пор, пока скорость целевого поведения для каждого голубя не становилась стабильной, мы предполагаем, что именно так и происходило. К моменту начала подкрепления альтернативной реакции частота целевой реакции для каждого голубя была близка к нулю. Таким образом, Эпштейн показал, что воздействие гашения на начальном этапе фазы устранения значительно снижает частоту целевых реакций до начала подкрепления альтернативной реакции.

На заключительном этапе фазы устранения частота альтернативной реакции увеличивалась для каждого голубя, а частота целевой реакции оставалась близкой к нулю. Наконец, когда подкрепление альтернативной реакции прекратилось в фазе тестирования, частота этих ответов снизилась, а частота появления целевой реакции увеличилась у каждого голубя. То есть восстановление ранее подкрепленной реакции происходило в момент угасания альтернативной реакции. Величина восстановления (т.е. насколько увеличилась частота реакций на этапе тестирования по сравнению с этапом устранения) была различной у разных голубей и, по-видимому, не зависела от количества сессий, проведенных на этапах обучения и устранения.

Проведение заключительного этапа фазы устранения и фазы тестирования в одном сеансе позволяет утверждать, что увеличение частоты целевой реакции в фазе тестирования не является примером спонтанного восстановления. Более того, регистрация контрольных реакций позволяет утверждать, что увеличение частоты целевых реакций в фазе тестирования не может быть описано просто как вариативность поведения, вызванная угасанием. Для каждого голубя увеличение частоты целевых ответов в фазе теста было больше, чем частота контрольных ответов в этой же фазе (только один голубь демонстрировал контрольную реакцию в фазе теста).

Таким образом, можно говорить о том, что восстановление — это продукт удалённой истории подкрепления, заложенной в фазе обучения. Тот факт, что целевая реакция и контрольная реакция имеют сходную топографию (обе являются реакциями на клевание диска, и диски в экспериментальной камере находились рядом), делает этот аспект процедуры ещё более актуальным и подчеркивает важность истории организма в определении того, какое поведение возникнет (или повторится) при угасании.

Эпштейн, однако, подчеркивает, что проведение заключительного этапа фазы устранения и фазы тестирования в одной и той же сессии приводит к разным интерпретациям результатов.

В этом контексте он ссылается на другой феномен восстановления — восстановление после повторного воздействия стимула. Восстановление после повторного воздействия — это возобновление ранее подкрепленной реакции, когда в фазе тестирования целевая реакция угасает, а подкрепление предъявляется независимо от реакций организма. Повторное восстановление подчеркивает дискриминирующий контроль самого подкрепления как переменной, влияющей на повторение реакций.

В эксперименте Эпштейна заключительная стадия фазы устранения проводилась в течение относительно короткого периода времени (времени, необходимого для получения 20 альтернативных реакций), в той же сессии, в которой далее проводилась фаза тестирования. Поэтому, возможно, что восстановление реакции, наблюдавшееся у каждого голубя в этом эксперименте, было частично вызвано появлением подкрепления на заключительном этапе фазы устранения (напомним, что 3 сек. доступа к зерну служили подкреплением для целевых реакций в фазе обучения и для альтернативных реакций в фазе устранения). Однако, следует отметить, что в эксперименте Эпштейна восстановление у каждого голубя наблюдалось только тогда, когда прекращалось подкрепление альтернативной реакции, а не во время ее формирования. Более того, последующие эксперименты показали, что восстановление происходит даже тогда, когда фаза устранения проводится в течение нескольких сессий большей продолжительности, и когда переход между фазами устранения и тестирования происходит не в одной сессии, а между ними. В последнем случае на протяжении всей фазы тестирования ни один ответ не подкрепляется.

Перспективы

Красота экспериментальной науки в том, что результаты эксперимента дают не только ответы, но и ставят новые вопросы. Обсуждая полученные результаты, Эпштейн заявил, что на возобновление реакции могут влиять многие переменные, такие как, например, режимы подкрепления, поддерживающие целевую и альтернативную реакции, тип и величина подкреплений, поддерживающих эти реакции, продолжительность фаз обучения и устранения (т.е. время, в течение которого подкрепляются целевая и альтернативная реакции), а также условия, при которых целевая реакция гасится (т.е. количество сессий), и частота целевых реакций до подкрепления альтернативной реакции.

Кроме того, он предположил, что феномен восстановления может быть связан с тем, что мы называем творчеством и решением проблем. Этими утверждениями Эпштейн поставил ряд вопросов, которые можно исследовать экспериментально, и подчеркнул полезность знаний о феномене восстановлении для анализа других поведенческих паттернов.

С тех пор результаты Эпштейна воспроизвели в нескольких лабораториях на разных видах животных (например, крысы у Подлесника с соавторами, люди у Уилсона и Хайеса, а также рыбы у да Силвы, Кансадо и Латталя) и с модификациями процедуры. Переменные, которые могут влиять на восстановление, указанные Эпштейном и описанные выше, с тех пор систематически изучаются. В отличие от результатов его эксперимента, некоторые исследования показывают, что количество сессий в фазе обучения может влиять на силу восстановления. Как правило, восстановление более выражено, если фаза обучения проводится в течение более длительного времени.

Однако, при изменении продолжительности фазы устранения были получены противоречивые результаты. В некоторых исследованиях сила восстановления была больше, если продолжительность фазы устранения была короче. В других исследованиях продолжительность фазы устранения не влияла на выраженность восстановления.

Сегодня мы знаем, что восстановление — это воспроизводимый феномен как между испытуемыми, так и внутри испытуемых (т.е. после повторного воздействия на одних и тех же испытуемых трехфазной процедуры). Кроме того, на силу восстановления влияет частота подкрепления, действующая на фазах обучения и устранения. В целом, высокая частота подкрепления в этих двух фазах вызывают более сильное восстановление поведения, чем низкая частота подкрепления.

У нас также есть доказательства того, что более сложные поведенческие единицы, такие как различные временные паттерны реакций и пространственные последовательности реакции, восстанавливаются так же, как и дискретные ответы, такие как клевание диска, нажатие на брусок или кнопку. Этот вывод может влиять на интерпретацию результатов исследований, в которых выяснилось, что восстановление реакции более выражено, когда в фазе обучения целевая реакция возникает с высокой частотой, чем когда она возникает с низкой частотой. Последние результаты могут свидетельствовать о восстановлении различных паттернов реагирования (т.е. высокой и низкой частоты), сформировавшихся в фазе обучения.

Наконец, стоит отметить, что восстановление реакций, поддерживаемых отрицательным подкреплением (а не положительным, как в эксперименте Эпштейна), было продемонстрировано на людях в лабораторных и нелабораторных условиях.

Эпштейн подчеркнул значимость феномена восстановления для анализа таких явлений, как креативность и решение проблем. Однако, восстановление может иметь значение и для понимания других явлений, таких как рецидив (например, у зависимых от наркотиков). Если вспомнить трехфазную процедуру, то становится ясно, что она хорошо подходит в качестве экспериментальной модели для изучения рецидива. Например, в экспериментах с животными можно подкреплять целевые реакции наркотиками (например, алкоголем или кокаином) на этапе обучения, а альтернативные реакции — пищей на этапе устранения (этап тестирования, как в исследовании Эпштейна, заключается в прекращении приема пищи, поддерживающей альтернативные реакции).

В прикладных контекстах целевой реакцией может быть проблемное поведение, частоту которого мы хотим снизить (например, агрессия, самоповреждение, злоупотребление наркотиками или другими психоактивными веществами), а альтернативными реакциями обычно являются те, которые больше подходят для контекста, в котором живет участник, и которые являются результатом поведенческого вмешательства, например дифференцированного подкрепления альтернативных реакций. В последнее время усилия исследователей, работавших в лабораторных и нелабораторных условиях, позволили получить интересные результаты для феномена восстановления.

Результаты не только расширяют наши знания об этом явлении, но и служат основой для работы в самых разных контекстах. Учитывая дату публикации эксперимента Эпштейна (1983 год), область исследований восстановления относительно молода. Восстановление является сложной темой — это преходящее явление, и, как любое преходящее явление, оно требует от исследователей усилий по созданию оптимальных условий для изучения. Систематический экспериментальный анализ влияния известных управляющих переменных на восстановление интересен и необходим. Проводя такой анализ, мы, несомненно, обнаружим новые управляющие переменные и взаимосвязи между этими переменными в определении восстановления.

Почему интересно изучать восстановление или повторение поведения в целом? Во-первых, это естественное явление, и его изучение оправдано само по себе. Кроме того, полезно знать управляющие переменные, чтобы при необходимости влиять на вероятность возникновения поведения. Есть контексты, в которых повторение поведения нежелательно, но оно все равно происходит (например, повторение проблемного поведения, рецидив). Есть и другие контексты, в которых повторение поведения было бы желательно, но может и не произойти (например, в контексте решения проблем или когда мы заинтересованы в формировании новых форм поведения).

В начале своей статьи Эпштейн утверждает, что у феномена восстановления широкий потенциал применения. Возможно, только недавно, с учетом накопления экспериментальных данных об этом явлении, мы начали изучать последствия изучения восстановления поведения для экспериментального анализа поведения и для применения поведенческих принципов в нелабораторных условиях. В течение примерно 20 лет, начиная с публикации работы Эпштейна и заканчивая публикацией серии экспериментов, проведенных Ливингом и Латталем, исследования восстановления были немногочисленны и включали анализ условий, в которых феномен проявляется или не проявляется.

Однако, в последнее время систематические экспериментальные исследования направлены на описание переменных, которые влияют не только на возникновение восстановления, но и его силу. Более глубокое экспериментальное исследование позволяет описать не только время возникновения явления, но и уточнить, как и в какой степени оно будет наблюдаться. Именно такая задача стоит перед теми, кто интересуется не только восстановлением, но и рекуррентным поведением в целом.

Автор перевода Артем Ефремов, редакция Иван Чистяков, Иван Воронин, иллюстрация и обложка — Вероника Романова. Подписывайтесь на не.психологию, чтобы не пропустить новые материалы!