Алистер Чжэнь | 2
В кабаре царит полумгла, а мягкий свет желтоватых ламп создавал таинственную атмосферу, пожалуй, человек благородный назвал бы её интимной. Алистеру же немного страшно.
На часах одиннадцать вечера.
Стены обиты темным деревом, а на них — чёрно-белые фотографии знаменитостей, запечатлевшие мгновения, когда джаз и свинг правили балом. На сцене, приподнятой над залом, играет небольшой ансамбль музыкантов, заставляя посетителей забыть о своих заботах.
Столы, накрытые тонкими белыми скатертями, плотно расставлены, и каждый из них занят посетителями — женщины в длинных вечерних платьях и с ярким макияжем кокетливо улыбаются, а мужчины в строгих костюмах и с хаосом в головах обсуждают дела, потягивая крепкие коктейли. Алистер сидит за барной стойкой, потягивая простой лимонад со льдом.
Перед ним — молодой бармен с белоснежным фартуком, ловко смешивающий напитки и жонглирующий льдом в попытках впечатлить собравшуюся публику. На полках за ним ярко светятся бутылки с желтовато-оранжевой жидкостью — ужасно незаконно, но так желанно для многих. Каждый глоток — как вызов, как бунт против глупых и устаревших правил.
Алистер не может их судить. Но и понять — тоже.
Ведь даже малейшая капля спиртного вызывает у него жуткую сонливость.
На часах пятнадцать минут двенадцатого.
Со сцены доносится низкий глубокий голос — приятный, обволакивающий — проникает в самое сердце… Проникал бы, если бы оно не было занято.
— Ждёте кого-то, мистер Чжэнь? — улыбается бармен. — Или просто не хотите танцевать?
— Жду, — улыбка сама просится на лицо. — Дождусь… Мы немного выпьем и пойдём танцевать.
— М-м, — стаканы призывно звякают. — Что пьёт твой любимый человек?
— Лимонад с водкой, — без всякого сомнения отвечает Алистер, потягивая свой, обычный. — Только без сахара!
Бармен удивлённо приподнимает брови, но ничего не говорит. Голубые глаза снова скользят по стрелкам часов, которые почти выстраиваются в прямую линию.
— Начинай готовить, — срывается с губ. — Уже скоро…
Когда кислый лимонад с водкой оказывается перед ним, Алистер чувствует на спине знакомые руки, а на плечах — гладкие чёрные волосы, источающие кисловато-ореховый аромат.
— Меня ждёшь, м? — в любимом голосе лёгкая насмешка, но вместе с тем — усталость.
— Только тебя, — губы сами растягиваются в счастливую улыбку.
Бармен делает вид, что не видит их. Алистер разворачивается с двумя стаканами в руках.
— Без сахара, как ты любишь!
