«Мы должны уметь исследовать себя»: Андрей Боголепов — о новой эре RICS

Легендарный рейтинг РИК 20 лет следил за пульсом исследовательской индустрии и стал одним из главных брендов Ассоциации. С 2023 года он начал трансформироваться в масштабное исследование всего рынка, а название сменилось на RICS — Research Industry Collaborative Survey. Зачем это нужно, мы спросили у Андрея Боголепова, руководителя проекта, генерального директора ExMedia (Екатеринбург) и участника «Группы 7/89».

— Андрей, расскажите немного о себе. Кто вы по профессии и как оказались в «Группе 7/89»?

Я в индустрии уже больше 30 лет. По образованию я физик-экспериментатор, и исследования всегда были моей стихией, хотя в другой сфере. Моя компания ExMedia занимается полноцикловыми проектами с уклоном в маркетинговый консалтинг, а не «полевой» социологией. С «Группой 7/89» я знаком давно, даже пару раз приезжал гостем на съезды Ассоциации, но вступать в нее не планировал. Решение пришло в 2022 году — в турбулентные времена я понял, что хорошим людям лучше держаться вместе. И с тех пор ни разу не пожалел об этом.

— Вы пришли в проект РИК, который существует больше 20 лет. Как это случилось и что вас в нем заинтересовало?

С самого начала я участвовал в проекте как респондент и всегда писал подробные комментарии с предложениями по улучшению. Мне казалось, что из него можно извлечь гораздо больше, чем просто рейтинг московских заказчиков среди региональных подрядчиков. Когда я поехал на съезд Ассоциации уже в качестве кандидата, я попросил Василия Токарева дать мне доступ к данным предыдущих лет. Сделал новый анализ и представил участникам съезда свои идеи по трансформации проекта. И вот мы уже делаем четвертую волну, постепенно приближаясь к задуманному полномасштабному исследованию всей индустрии.

— Каково это — принять эстафету у Василия Токарева?

Я бесконечно благодарен Василию Владимировичу за то, что он согласился «отпустить» проект, несмотря на то, что был категорически не согласен со многими моими предложениями. Но жаркие идеологические дискуссии — это нормальный рабочий процесс.

— Вы не только приняли эстафету, но и переименовали проект. Почему именно RICS?

За 20 лет аббревиатура РИК стала брендом, но исходное значение — «Рейтинг Исследовательских Компаний» — уже не отражало сути: по факту это был рейтинг московских заказчиков среди региональных подрядчиков. Трансформация требовала нового названия, созвучного старому, но с иным смыслом. В итоге я остановился на RICS — Research Industry Collaborative Survey, то есть «совместный опрос исследовательской отрасли». Это точнее отражает наш новый подход.

— Почему спустя столько лет возникла необходимость в трансформации проекта?

Потому что отрасль изменилась до неузнаваемости. Традиционная трехуровневая модель «заказчик → генеральный подрядчик → полевой исполнитель» размылась. Заказчики все чаще проводят исследования силами собственных in-house команд, сбор данных автоматизируется платформами, а классические агентства теряют монополию. Более того, на рынке сосуществуют две разные парадигмы: маркетингово-социологическая (бренды и потребители) и продуктово-ориентированная (свойства продукта). Они говорят на разных языках, и это создает иллюзию, что отрасль распадается на враждующие царства. Именно эту путаницу мы и хотим устранить с помощью объективных данных.

Кстати, мы будем говорить об этом на ближайшем Research Expo в рамках круглого стола, посвященного трендам отрасли. За ним мы соберем представителей традиционных исследовательских компаний, UX-агентств, технологических платформ и зрелых in-house команд. И в обсуждении постараемся опираться не на мнения, а на объективные данные отраслевых исследований — в первую очередь нового RICS.

— Расскажите про обновление 2023 года. Что именно изменилось?

Главное — мы изменили принцип формирования выборки. Раньше это был опрос региональных подрядчиков. Теперь мы работаем с юридическими лицами на основе баз ЕГРЮЛ и ЕГРИП, что дает нам понимание того, как выборка соотносится с генеральной совокупностью. Это огромный шаг вперед. Новшества появляются в каждой волне: в 2023 году мы упростили анкету и улучшили «респондентский опыт», заложив стабильный набор параметров для описания компаний. В 2024 году по просьбам участников появилась «обратная» оценка — заказчики оценивали подрядчиков. А в 2025 году мы сосредоточились на трендах и пришли к выводу, что рынок входит в состояние «идеального шторма».

— А что готовите в этом году?

В этом году новшеств особенно много. Мы теперь опрашиваем не только классические исследовательские компании, но и технологические платформы, и компании, ведущие исследования in-house. Анкета универсальна. Мы возвращаемся к идее «рейтинга исследовательских компаний», но уже на качественно новом уровне. В некотором смысле мы возвращаемся к истокам, но с гораздо более широким охватом и глубиной.

— С какими сложностями столкнулись при перезапуске?

Это не сложности, а скорее рабочие задачи. У меня был образ результата, к которому мы хотим прийти. Дальше — обычная работа исследователя: придумать, разработать, протестировать, реализовать. Самое трудоемкое — работа с базами юрлиц, но с развитием ИИ-технологий она сильно упрощается.

— Зачем рынку нужен RICS? Кто и для чего использует эти данные?

В презентации мы пишем: «Изучаем, как устроен и чем живет наш рынок». Не хочется вспоминать банальности о сапожниках и сапогах, но как мы можем убедить заказчика в своей экспертизе, если не способны исследовать собственную отрасль? Мы сами должны понимать ее состояние и тренды. Эти данные, в частности, лягут в основу дискуссии на ближайшем Research Expo.

Из практических применений: мы готовим специализированные инструменты для разных пользователей. Например, уже есть компактный дашборд по оценке столичных заказчиков, который наглядно показывает риски и выгоды работы с компанией. Прорабатывается интеграция RICS с базой «Атлас 7/89» для поиска исполнителей. Задумок много, и все они будут реализованы.

— Какими, по вашим ожиданиям, будут главные выводы RICS-2026?

Как я уже говорил, мы увидим, что рынок входит в состояние «идеального шторма». Но главное, что мы наконец-то сможем описать это состояние на языке объективных данных, а не догадок и слухов. Это позволит участникам рынка принимать решения не вслепую, а с полным пониманием происходящего.

RICS возвращается к истокам, но на новом уровне — и это не просто ребрендинг, а смена парадигмы. Проект уже готов стать платформой для диалога классических агентств, технологических платформ и in-house-команд. И, возможно, именно в этом диалоге — ключ к преодолению «идеального шторма».