Войны в восприятии американцев

Друзья, игра вот-вот начнется. Многие из вас в дороге будут читать/перечитывать материалы для подготовки. Ловите полезное.

В Городе много ветеранов разных войн. И мы попросили их написать для вас уникальный текст – не учебник истории, а восприятие войн глазами простых американцев. Вы узнаете, чем отличается война во Вьетнаме от войны в Корее, поймете мрачные шутки, что часто шутит ваш муж, лексику, которую так эмоционально использует ваш сын, другими глазами посмотрите на вашего отца и т.д.

За подготовку – отдельное спасибо мистерам Стивену Мейвезеру, Арчибальду Бэгмену, Джону Родригесу и другим.

Вьетнам

1955 – … (на момент игры еще продолжается)
Война во Вьетнаме не похожа на другие. Она происходит за 17 000 км от штатов, но кажется, теперь присутствует в каждой гостиной.

В одной газете бравые джи-ай выжигают красную заразу из джунглей, а в другой – эти же палачи уничтожают мирные деревни. А самое главное – войну теперь видно. На экранах цветных телевизоров летают звенья вертолетов, похожие на саранчу, над джунглями появляются пламенные стены напалма, загорелые мальчики с автоматами машут и улыбаются в камеру, горят деревни. Война перестала быть делом дядек в погонах, теперь она близка каждому.

С чего все началось?

Началась война незаметно. Кеннеди рассказал про «теорию домино», что коммунизм передается от страны к стране, и надо бы помочь далекой стране от этого защититься, но его мало кто слушал – всех куда больше интересовали карибский кризис, полеты в космос и противостояние в Европе. Но вот беда. Еще сам Кеннеди говорил, что отправка солдат на войну – это как пить шотами: после первого тебе становится мало, и ты делаешь это еще и еще. Поэтому за каких-то 4 года контингент во Вьетнаме увеличился с 5 000 до 537 000 солдат. И теперь война уже стала делом общественности.

По стране ходят демонстрации – против призыва, против войны во Вьетнаме, против войны вообще. В новостях показывают красивые кадры – зеленые ряды национальной гвардии против пестрой толпы студентов, седовласые лица законников и разбитые молодые лица протестующих. Но до нашего города ни не доходят. То, что касается всех – это то, что теперь туда уходят наши сыновья, братья, внуки и мужья.

Самое волнительное время для семей со взрослыми сыновьями – конец лета. Тогда происходит Лотерея. В прямом эфире из барабана вытаскивались даты рождения. Это определяло, кто служит а кто нет. Про нее еще песня есть популярная – Fortunate son. Сначала вытаскивали около 30 дат, сейчас – почти 270.

С экранов, тем временем, рассказывали об успешной борьбе с коммунистическим подпольем, об инновационных тактиках и показывали длинные колонны пленных Ви-Си. В семьях старой школы служащий сын – это почетно. Конец войны – он не за горами, и он сейчас, как и его отец, несет свободу жителям экзотических стран. Почта работает прекрасно, сыновья присылают письма, что у них все хорошо, лихие полароидные фотки, и просьбы прислать странные вещи – набор для чистки духовых ружей, детскую присыпку и любимый соус в пластиковой бутылке.

Все меняет 68 год. Праздник Тэт – для вьетнамцев он одновременно и Рождество, и Пасха, день благодарения. Уже 3 года как генерал Вестморленд, министр обороны Макнамара рассказывают, как добивают последних коммуняк в этой стране. Как вдруг, эти «последние коммуняки организуют одновременную атаку на все крупные города Южного Вьетнама. Хюэ захвачен. Сайгон в огне. В посольстве США идет перестрелка. На Кхесань идет дивизия ВНА. В этот момент война лишилась всякой поддержки, как и политики ее начавшие. Кто-то требует срочно уходить из Вьетнама. Другие – воевать наконец уже по-взрослому. Но абсолютно все недовольны текущими действиями властей.

Но парни не только уходят, они и возвращаются. Загорелые, поджарые и очень уставшие. И рассказывают свои истории. В их рассказах враг имеет много имен: Ви-Си, Чарли, Кролики, Маленькие Человечки, вьетконговцы. Они обладают почти магическими свойствами, бывают невидимыми, всегда на шаг впереди наших солдат, но при этом беспомощны против их огневой мощи. Южные вьетнамцы всегда глупые, трусливые, подлые и жадные. Их еще зовут Арвинами и мышами. Вообще в речи новоприбывших много странного. Себя они называют Джи-Ай, Ворчуны или Пороси, ругаются и скорбезничают как портовые грузчики, а привычные слова заменяются на кодовые обозначения: оскар-майк, альфа-сьерра, роджер-зет. В их рассказах никого не убивают и не ранят – люди просто становятся Кей-Ай-Эй и Ви-Ай-Эй. Ими применялись гранатометы «блуперы», пулеметы «кабаны» и гранаты с белым фосфором вилли-пит. Когда становилось тяжко на помощь приходили вертолеты «хьюи», «чинуки» и «кобры», самолеты «фантомы» и «скайрейдеры», а если было совсем жарко, то в небе появлялась летающая батарея «волшебный дракончик Спуки».

Им бывает трудно вписаться в общество. Там, за океаном, он командовал людьми, стрелял из пушки, был частью системы – а здесь он может рассчитывать на работу заправщиком. Некоторые из них по закону не могут купить себе пива, чтоб отпраздновать возвращение. Их противопоставляют Величайшему поколению, победившему в мировой войне. Поборники морали считают их наркоманами и насильниками. Молодежь не признает в них своих старых друзей, а ветераны былых войн считают недотепами, неженками и нытиками.

Они все ведут себя по-разному. Кто-то замыкается, кто-то трещит без умолку. У кого-то появляются планы на новую жизнь, а кто-то отчаянно хочет вернуть все как было. Они никогда не задерживают взгляд в одной точке. Они любят армейские куртки. Они не садятся спиной к окну и очень чутко спят. Но главная, сложно выразимая физически черта – они словно знают какой-то секрет. Его нельзя передать, нельзя рассказать или нарисовать. Его можно только узнать лично, но тогда тебя смогут понимать лишь такие же посвященные.

Итог:

Война: спорная, много информации, у каждого есть мнение

Воспоминания: бардак в командовании, страх, нечем гордиться

Участники: молодые, запутавшиеся, лишенные опоры

Персонажи: Президенты Кеннеди и Джонсон, генерал Вестморденд, Минист обороны Макнамара

Новости: Наркотики, изнасилования, казни, власти нам лгут

Корея

1950-1953

Корейская война. А была ли она вообще? Конфликт, зажатый между эпическими битвами Второй Мировой, и шумными маршами VVAW (ветераны Вьетнама против войны) как бы меркнет, почти исчезает. Будто бы пулю под Чусином получить менее больно, чем под Бастонью или Ку Чи…

Война походила на дешевый приключенческий сериал. Чертовски грустный приключенческий сериал. Две Кореи, северная и южная, не признавали друг друга. В один момент Северная решила объединить полуостров силой. Война прошла из края в край страны и южане оказались зажаты у города Пусан, дальше которого только океан. Казалось бы, победа у красных в руках, но тут генерал Макартур устраивает Инчнхонский десант во фланг, успех которого повергает северян в бегство. Война снова прокатывается по всей стране, и теперь уже коммунисты прижаты к реке Ялуцзян, самой границе с Китаем. И снова кажется, вот она, победа одной из сторон, как вдруг случается еще один внезапный поворот – вступление в войну китайских добровольцев. Не имеющие тяжелого вооружения, но большие числом, они смогли отбить наступление американских частей. И снова война пошла с севера на юг, ценой множества сражений и жизней удалось стабилизировать фронт по 38 параллели. Далее шли долгих 2 года боев на истощение.

Бои шли в горах и плоскогорьях, где и ветки не найти, ни то что дров для обогрева, а ветер продувает насквозь. От обморожений из боев выбывало не меньше солдат, чем от пуль, высокие хребты не позволяли организовать устойчивую радиосвязь, а узкие горные серпантины – нормальное снабжение. Война превратилась в тяжкий труд не умереть. Зачастую, китайцев оказывалось буквально больше, чем у нас патронов.

Война истощала страну. Сеул, столица Южной Кореи, несколько раз переходил из рук в руки. По дорогам тянулись бесконечные вреницы беженцев, а в освобожденных поселениях находились братские могилы «врагов режима». По ту сторону окопов тоже ситуация была не сильно лучше – нельзя бесконечно атаковать человеческими волнами, и не истощить свои силы. Договор о прекращении огня был подписан в 1953 году, согласно которому граница восстанавливалась по 38 параллели. Все вернулось, как и было, не вернулись только 3 000 американских солдат и офицеров.

На эту войну не шли под бравурные марши, как раньше, на эту войну не шли под траурные стоны, как сейчас. Тогда считалось что война – это то, чем занимаются мужчины. Да, про «наших мальчиков» никто не говорил. Играла им лишь легонькая песенка Goodbye Maria, I’m off to Korea. На пронизывающем ледяном горном ветру она начинала звучать, как издевательство. По возвращении домой они тоже не встречали особого понимания, газеты не любили сюжеты про эту войну. Говорить о своих проблемах было как-то неловко. Да на одной Окинаве мы потеряли вдвое больше людей, чем за в всю Корею, что ты тут разнылся. Бои в Корее давали ценные уроки. Сожми зубы. Терпи. Надейся только на себя. Помощь не придёт. Не стань обузой товарищам. Чтож, после войны они им очень пригодились.

Про войну в Корее не травят баек. На вопросы обычно отмалчиваются. Просто иногда, походя, ваш муж или отец может что-то вкинуть, вроде «когда у тебя выпадают ногти, не пользуйся пластырем», или «я как-то три дня смотрел, как тело моего друга грызли крысы на ничейной земле». Обычно после этого он продолжал какой-то будничной темой, оставляя вас в неловком желании переспросить. На этой почве у них неприязнь ко «вьетнамцам» - то, за что вокруг них бегает целое поколение, они пережили одни и в тишине.

Узнать ветерана Кореи не так просто – обычно они уже респектабельные джентльмены, отцы семейств. Они шутят очень мрачные шутки. «китайцы наступали малыми группами по 500-700 человек», «замерзший на посту выполняет свои обязанности до утра». Они называют азиатов Зипами или Зиппехедами – то-ли потому, что при попадании в голову у них она разваливается как по застежке-молнии, то ли от традиции подкладывать пленных головами под колеса джипов. Они уважают генерала Дина, лично уничтожавшего танки со своими солдатами, и ворчат на Макартура. Они почти все патритоты, потому как если не ради страны, то ради чего они это все пережили?

Война: далекая, очень тяжелая, забытая

Участники: взрослые, гордые, независимые, зарубцевавшаяся травма

Персонажи: Гэри Трумен, Ким Ир Сен, Ли Сын Ман, генерал Макартур, генерал Дин

Новости: Вырезки из старых газет, очень мало

Вторая мировая

Для начала важно понять: Америка не рвалась в эту войну. Вспомните тридцатые годы. Великая Депрессия ударила по нам очень сильно, люди были сосредоточены на своих проблемах здесь, дома. Большая часть граждан поддерживала идеи изоляционизма — нам не нужно вмешиваться в дела Европы и Азии. Конгресс даже принял ряд Законов о нейтралитете, призванных не допустить нашего вовлечения в будущие конфликты.

Но мир становился все опаснее. Мы с тревогой наблюдали за ростом могущества нацистской Германии Гитлера в Европе и милитаристской Японии в Азии. Президент Франклин Делано Рузвельт видел угрозу, но его руки были связаны общественным мнением. Он делал, что мог. Так, например, по программе «Лендлиз» мы стали «арсеналом демократии», отправляя Великобритании и СССР военную технику и припасы, но формально оставаясь в стороне.

Тем не менее уже в 1940 году был принят Закон о выборочной подготовке и службе, на основании которого была воссоздана по образцу Первой Мировой структура под названием "система выборочной службы" под руководством бессменного Льюиса Б. Херши (на момент игры все еще возглавляет эту систему) .

Все изменилось в одно утро. Утро 7 декабря 1941 года. Японцы, безо всякого предупреждения и обьявлении войны, нанесли удар по нашей главной военно-морской базе на Тихом океане — Перл-Харбор на Гавайях.

Результат был катастрофическим: было потоплено или серьезно повреждено 8 наших линкоров, ничтожено около 300 самолетов, погибло почти две с половиной тысячи американцев, многие из которых были гражданскими.

На следующий же день, 8 декабря, президент Рузвельт выступил перед Конгрессом. Его речь, начинавшаяся со слов «a date which will live in infamy» («день, который войдет в историю как символ бесчестья»), длилась менее семи минут. После нее Конгресс, придя к почти единодушному согласию всего за полчаса, официально объявил войну Японии. Через несколько дней Германия и Италия, союзники Японии, объявили войну США. Так Америка вступила во Вторую мировую войну на двух фронтах.

Была объявлена тотальная мобилизация.

Участие наших соотечественников в военных действиях в Европе и Африке было не менее важным для победы над объединенным врагом, но сейчас подробнее рассмотрим, что происходило на Тихоокеанском театре военных действий, где американцы остались практически один на один с военно-морскими силами Японии.

Первые годы войны на Тихом океане, с конца 1941-го по конец 1942-го, были, пожалуй, самыми мрачными и критическими для нас. Японцы оккупировали Уэйк, Гуам, а вслед за тем уже в марте 1942 выдавили наши и филиппинские войска под командованием Макартура на полуостров Батаан острова Лусон, где он смог закрепиться. Штаб, правительство Филиппин и семья генерала базировались на острове Коррехидор.

Они держались три долгих месяца. Но у них кончились еда, медикаменты, боеприпасы. Бойцы голодали, болели малярией и дизентерией. Подкрепления из США прийти не могли — весь флот был уничтожен или поврежден в Перл-Харборе. Действия Макартура, хоть и тактически верные, не привели к успеху. В условиях нехватки продовольствия и боеприпасов наши солдаты были вынуждены сдаться.

Почему мы так подробно остановились именно на этом моменте?
Марш смерти. Батаангский марш смерти.

После капитуляции в плену оказалось двенадцать тысяч американцев и шестьдесят три тысячи филиппинцев. И всех этих больных, раненных, обессиленных людей японцы как скот гнали шестьдесят пять миль пешком до станции Сан-Фердинанд. Их не обеспечили едой, водой и медикаментами. Их расстреливали и рубили своими саблями ради забавы. Потери среди пленных за этот марш составили двадцать тысяч, но некоторые говорят, что и больше. Генерал Сэмюэль Гридер, который был там, позже говорил: «Марш смерти стал частью нас. Он закалил нашу решимость бороться и выжить, чтобы в один прекрасный день отомстить».

Так мы поняли, что воюем не с людьми, а с японцами.

Кратко о том, как узнать ПТСР

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР, англ. PTSD, post-traumatic stress disorder) — тяжелое психическое состояние, возникающее в результате единичных или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику индивида.

Восприятие: Попадание в травму большинство травматиков описывает более или менее одинаково, буквально как падение с большой высоты во тьму: ощущение падения, свист в ушах, переключение зрения в сумеречный режим, иногда металлический привкус во рту. Взгляд на 10000 ярдов обычно соответствует этой фазе. Иногда здесь на месте пустоты возникает флешбек, который чаще является символическим описанием травматической ситуации, собирательным образом а не буквальным воспоминанием.

1) У ПТСР всегда есть телесный компонент, вегетативные реакции: потливость, сердцебиение, тремор, слабость или наоборот гипертонус, тетанус (хроническое напряжение мышц) и т.п.
2) реакция на свои реакции усугубляет состояние.
3) всегда присутствует минимум одно нарушение восприятия.
4) всегда нарушена произвольная регуляция (чаще всего при полной когнитивной сохранности, за исключением бредовых эпизодов. Нужно собрать бинго из стресса, триггеров, других психических заболеваний, и чаще всего сверху шлифануть веществами).

Важно, что первоначальная стрессовая ситуация (или группа ситуаций) это ситуация, которой было невозможно избежать.
Физиологически в стрессе любой человек регрессирует в состояние, когда он в последний раз чувствовал себя в безопасности. И именно это опять же физиологически вызывает одну из 5 стратегий выживания: уход, слияние, терпение, агрессия, исполнение обязанностей. Ну или в комбинации обычно двух из этих стратегий.

Триггером стрессовой реакции является именно состояние замешательства (а не какой-то конкретный внешний стимул). Ощущение может стать внешним триггером. Поэтому взгляд на 10000 ярдов боец впервые схватил не тогда, когда у него перед носом разворотило снарядом товарища, а чуть позже: когда брызги его крови напомнили розочки на мамином платье, обкакался он так же как в детстве, а еще он фоново чувствовал, что армейские ботинки ему немного жмут.

Травматик реагирует не на ситуацию, а на свою собственную реакцию на ситуацию. Соответственно сообразно стрессовой реакции происходит обратный процесс: травматик ищет в окружающей среде причину своего состояния. И что характерно находит.

Что такое эффект "заевшей пласти
нки"?В памяти в месте замешательства - пробел. И как игла соскальзывает с дорожки на выщербинке, психика снова и снова соскальзывает на этом замешательстве в неадекватный способ реаг
ирования. В практическом плане:

1) человек не замечает сам, когда он триггернулся.
2) "триггеры" он потом себе придумывает сам, изыскивая во внешней среде (что могло бы быть адекватной причиной для такого его с
остояния).То есть ПТСРное поведение за собой человек замечает уже тогда, когда оно происходит с ним вот в самом разгаре. Если вообще замечает. А то ведь бывает: "во-первых, не было ничего, во-вторых, они сами виноваты, в-третьих, быть та
кого не может".3) психика постоянно ищет способы вернуться в травм
атическое состояние.4) возможность исцеления в острой фазе уже пропу
щена, следовательно:5) снова ищем ситуацию структурно изоморфную травмировавшей.